Любопытство

Дрим окинул взглядом поле боя. Сражение закончилось, но победа далась дорогой ценой. Он сидел и аккуратно постукивал костяшками пальцев по разрезанному на пополам бревну, которое было повалено при сражении. Дерево пропиталось тёмной-синей жидкостью. Над полем затоптанных эхо цветов Дрим слышал крики умирающих монстров. Найтмер был в ярости и обратил всех жителей альтернативы в прах, а человека забрал в свой замок. Ни Флауви, ни Чары, ни Фриск не было в этом мире. Кошмары оставили лишь Санса и нескольких монстров. Форевортэйл выглядел опустевшим. Но Дрим не ушёл, он ожидал старого знакомого. В это было сложно поверить, но мечтатель стал для разрушителя подушкой для слёз. Как это произошло? Это случилось, когда Эррор ещё не был разрушителем. В один из дней Дрим ощутил чью-то очень сильную душевную боль в месте, где никогда никого не было. Даже его друг Инк не желал ступать на порог тёмной пустоты. Никто не знал и до сих пор не знает, что находится в абсолютном чёрном ничто. Мечтатель не имел понятия, кто там может жить и какие сны может видеть. Приоткрыл дверцу в сон неизвестного существа и теперь имел возможность отодвинуть занавес тайны. Ужасный холод пробежал по костям, но Дрим не стал отступать, и пошёл вперёд. Сон был наполнен кровью, прахом. Со всех сторон кричали монстры и люди. Там в глубине этого сна в агонии дрожал и вскрикивал чёрный скелет в разорванной одежде. Мечтатель увидел дрожащего скелета и неуверенно к нему пошёл: — Приятель… — Дрим ощущал, что мученик не виноват в происходящем вокруг. Чёрный скелет не хотел или мог его услышать, и сильнее сжимал кулаки. Он что-то бормотал себе под нос. Дрим обошёл его, чтобы встать перед ним, и наконец рассмотрел его. Через разорванную футболку мелькали кроваво-красные рёбра, он был покрыт прахом. У этого монстра были зрачки разного размера и он не решался поднять взор. Мечтатель щёлкнул пальцами и начал медленно очищать негатив, скопившейся в чужом разуме. Незнакомец перестал дрожать. Крики стихали, а прах исчезал с костей. Опустившись на колени, мечтатель пальцами поднял его подбородок и улыбнулся как можно радостней, чтоб тот думал, что всё позади, и доверился ему. Парень перестал кричать и удивлённо воззрился на излучающего позитив скелета. — Ангел? Я мёртв? — скрежетающим голосом проговорил Эррор, он поддался вперёд и обхватил руки мечтателя, сильно сжимая. — Пожалуйста, скажи мне, что я мёртв. — Моё имя Дрим, рад нашему резкому знакомству,— проигнорировав вопрос, представился Дрим. Пространство вокруг разлеталось на части, Эррор будто провалился в другой мир, эмоции смешались. Ему вдруг стало очень спокойно, но душевная боль никуда не делась. Мир вокруг изменился до неузнаваемости и больше не было боли и криков. Вместо холодного пола, он сидел на диване двух братьев скелетов. Дом был тёмный, пустой, заброшенный. Перед собой он увидел себя, но не отражение в зеркале. Это был тот он, которым он мог бы стать, родись в другое время, в другой эпохе, имей то, чего у него не было. Его альтернативная версия из другого мира. С глупой жизнерадостной улыбкой и в золотой диадеме. Просто смотря на него, паника уходила. Тот первый разговор оба не запомнили, но после этого они хорошо начали ладить. А потом Эррор нашёл свою цель. — Ты, видимо, расстроен, — услышал Дрим позади себя. — Уверен, что хочешь поговорить со мной сейчас? Лучше успокойся и прийди в себя, болван. Дрим не обернулся, только слабо кивнул. На плечо легла напряженная рука, покрытая лагами. Количество лагов постепенно уменьшилось и рука расслабилась. Мечтателя это немного удивило, но в данным момент его интересовало другое: — Ты переспал с Инком? — Дрим спросил это, всё ещё не поворачиваясь к Эррору. Эррор вздрогнул и отдёрнул руку. Его тут же настигла перезагрузка, но он нашёл силы справиться с ней быстро, помотал головой и поспешил ответить: — К твоему сожалению. Это всё, что ты хотел знать? — разрушитель сел рядом на дерево и судорожно вздохнул. — Только ради этого вопроса я израсходовал оставшуюся магию? Придётся здесь ещё часа два проторчать, чтоб восстановиться. — Неужели ты кому-то проиграл? И теперь вынужден зализывать раны? — если бы у Дрима были брови, он бы их вздёрнул в удивление. — Я всё-таки тоже монстр и не всесилен, — он скривился. — Но это бьёт по моему самолюбию. — Я тебя не узнаю, раньше ты бы врезал мне за такие подколы. — Время берёт своё. — Говоришь как старик. — Дрим смело посмотрел ему в глазницы. — Ты старше меня на три сотни лет, кто из нас ещё старик? — усмехнулся разрушитель миров. — У меня юное тело, но старая душа, — засмеялся мечтатель над самоиронией. — А по твоему виду можно сказать, что тебе сотка. — Сказал мальчик, который уже одной ногой в могиле. Посмотрев друг другу в глазницы, и Дрим, и Эррор не удержались от смеха. Эхо-цветы вторили их голосам и разносили смех на многие мили, из-за этого смеяться хотелось ещё больше. — О звёзды! Какой же отстой! — мечтатель вытер подступающие слёзы. — Это слишком. — Трудно не согласиться, — глюк привычно начал перебирать костяшками и раздражать щёлканьем пальцев. — Не думаю, что ты позвал меня для того, чтобы спросить спал ли я с Инком, или чтобы мило поболтать. Что тебе на самом деле нужно? Дрим несмело улыбнулся, в попытке скрыть неприязнь. — С ним проблема, — сказал он. — А меня ебёт? — Понимаешь, он почти перестал пить краски. — И? — закатил глаза разрушитель. — Выходит он может чувствовать без них? Ты знал об этом? Эррора передёрнуло от осознания и перезагрузило, а когда пришёл он в себя спросил:  — Когда он перестал пить краски? *** Разрушитель перезагружался снова и снова, руки дрожали от нахлынувших чувств. Дриму даже стало немного жутко: как бы глюк окончательно не крашнулся, ведь ему нужны ответы, а если давний знакомый умрёт, ответов он не получит. Впрочем была вероятность того, что он ничего не расскажет и после окончания перезагрузки. — Я иДиот, — разрушитель обнял свой череп, его тело не переставало содрогать от дрожи. — ЭТо поЛноЕ дер-рьмо. — Всё НАСТОЛЬКО плачевно? — ужаснулся мечтатель. — Я… не знаю, что сказать. — Эррор заключительно щёлкнул пальцем. — Да и не имею права. — В каком смысле? — Если я не могу ответить на главный вопрос, то значит и на эти тоже и, пожалуй, мне пора, — чёрный скелет поморщился, сжал зубы и начал вытягивать нити. — Мне нужно кое с кем поговорить. — Эй! И это всё?! — Дрим растерялся. — Чего ждал? Мечтателя передёрнуло от злости. Никто ничего ему не рассказывает! Порядком уже блевать тянет! Хотя… Эррор прав. Чего он ждал? Разрушитель никогда не рассказывал ему ни о чём важном. Ни о том, откуда появился он, ни о том, что чувствует и даже когда Дрим стал его подушкой для слёз! Его сны говорили, что он сожалеет о своем ужасном поступке, который совершил в далёком прошлом, как только приходили кошмары с тягостным грузом грехов, прибегал Дрим и слал их куда подальше. Зачем это? Просто жалость. Жалость и ничего более. В одном из снов Дрим сказал: — Грешники никогда не смогут отмыться, поэтому мы все грязные,  — во сне глюки не мешали прикосновениям, но их тепло и даримое спокойствие были настоящие. Мученик положил голову к коленям мечтателя, а тот в свою очередь нежно проходил пальцами по его черепу. — Ты можешь назвать своё имя? — Я… не пОмн-ню, — голос безымянного сильно дрожал. — Если ты не помнишь, может тогда я дам тебе имя? — Нет… Не нАдо. — Почему? Не бойся, оно не будет ужасным! — Дрим погладил чёрного скелета по щеке и подняв его голову посмотрел в глазницы. — У тебя должно быть имя. — ТоГДа… З0ви мenя Эrrор. — ответил он. — Это имя тебе не подходит! Ты не ошибка! — повышая тон голоса, говорил ему Дрим. — ПосМотр-ри На мЕня, м ()й код рАзваlеваЕтся, Поедаю саМ сеБя, мне осТАлось не д-долго. ТоГДа зarем мне им-мя сеЙчас? Я лИшь ОшиБ-Бка всеЛен-ной, котОрая Должна сДохНУть. Мечтатель ничего не смог ответить. — В таком случае, — горько помотав головой, он продолжил. — Эррор, рад нашему знакомству. Дрим вспомнил, как разрушитель сам дал себе имя, и ударил по дереву кулаком. Злобно вдохнул, но не мешал разрушителю открывать портал. — Да как так-то! Сколько можно хранить от меня секреты?! — Легко и просто. — Эррор шагнул в портал и оставил мечтателя наедине со своими вопросами. — Кажется, нужно поговорить. — стоя перед входом в пустоту врага, проговорил Эррор, а двери охотно открылись.