Аквамариновая нить

Из искры со временем Рождается пламя

*** Солнце слепило. Оно неимоверно мешало, пуская свои яркие солнечные лучи по комнате и всему телу. Зайчики, маленькие дети солнца, скакали по обоям, мебели и полу, путаясь в собственных узорах, словно не зная о характере человека, тревожно спящего в комнате. Природа тихо стучала в окно веткой абрикоса, рассыпая по земле оставшиеся лепестки, и все утро напоминало райское начало дня, который был как будто создан для успешной работы. Человек, до этого определенно спящий, неожиданно открыл глаза, разом вынырнув из дремы и сильнее закутывая тело в одеяло. Затем он плавно повернул голову в сторону окна и нахмурился, когда часть солнечных лучей брызнула ему в лицо. Неожиданно послышался звук резко закрывающихся штор. Теперь человек стоял уже около окна, задернув лето плотными шторами из темно-вишневого бархата. Солнце невероятно раздражало его своим желанием дарить всем добро, свет и счастье. Это же так глупо! Как можно дарить всем радость, ничего при этом не получая? Просто до ужаса наивно. Человек еле слышно вздохнул: похоже, сегодня ему предстоит еще один день, полный разочарований и планов. Планов на забирание бизнеса у одного умного мальчика. Впрочем, он уже подговорил одну леди сделать ему одолжение. Даже убедил в выигрыше с ее стороны. Но, черт возьми, что-то внутри подсказывало, что ничего не выйдет, даже если за это дело возьмется она. Тут нужно что-то другое… Что-то действительно важное для маленького умника, что-то стоящего его внимания, похожее на головоломку для его мозгов. Что-то… Хотя почему это что-то? Кто-то тоже вполне может подойти. Хотя до сих пор в окружении умника не было таких людей, которые бы заинтересовали того своим внутренним миром. Ну, может кроме меня, усмехнулся человек, отвернувшись от окна и разглядывая стену напротив себя. В дверь неожиданно учтиво постучали, а спустя секунду за ней раздался приглушенный разговор. Человек на цыпочках приблизился к ней, прислоняя ухо к темному дереву, надеясь расслышать хоть что-то, и ему невероятно повезло — он смог расслышать часть разговора: — Да спит он, я тебе говорю. Пошли, разбудим, как обычно через пять минут. — Хорошо, только ответь мне на один вопрос. — шепнул женский голос и снизил тон — Ты же была на встрече. Ты видела своего красавчика? Мужчина нахмурился. О ком это они? — Да, конечно я его видела — другой женский голос мгновенно стал заинтересованным — Как обычно: черные кудри, бледная кожа, тонкие губы… Он всегда так великолепен и привлекателен. А его бархатный голос… Это же просто мечта. За дверью раздался легкий смешок, и мужчина приникнул к двери еще сильнее, чтобы услышать даже тихий шепот говорящих. — Я так и знала, что ты влюбилась. Если так, то тебе нельзя оставаться в этом доме, я слышала, наш хозяин давно его недолюбливает. Резко раздавшийся голос Керри прервал его недолгую задумчивость: — Да, Шерлок очень красив… Думаю, ты права. Ведь, если я его встречу, то наверняка просто не смогу устоять и отказать в информации об этом доме. Мужчина еле слышно вздохнул: ах, вот как… Что ж, уволить кого-то ему будет не так уж и сложно. Хотя, постойте, разве Сара просто так оставит ее? — Но если ты решишься уйти, то я тебя не брошу — проговорила Сара — Хоть мы и не родные, но все-таки сестры. Мы должны быть всегда вместе, помнишь? — Конечно, сестренка, нам же так мама говорила, когда еще была жива — за дверью раздался легкий всхлип — Думаю, я смогу перебороть в себе эту влюбленность, ведь надежды на ответные чувства почти нет. Мужчина еле слышно хмыкнул: в своих предчувствиях они были, несомненно, правы. — Честно говоря, мне больше проснулся Джон — немного позже начала Сара — Он тоже был на встрече, помнишь? За дверью заинтересованно подняли голову повыше. Джон? Кто это еще? Он никогда не слышал это имя среди знаменитостей. — Какой Джон? — невольно повторила его мысли Керри. — Ты что, не видела что ли? — изумилась Сара — Он выглядит, как полная противоположность Шерлока. Они еще там спорили о судьбе, помнишь? Мужчина заинтересованно вздохнул и коварно усмехнулся. Да, надо подслушивать разговоры служанок почаще — вон, какая информация отыскивается. И ни от кого такую не узнаешь. — А, вспомнила. Ну, по мне, он выглядит обычно — сказала Керри — Такой обычный мужчина, ничем не примечательный. — Не знаю, он мне очень понравился. — мечтательно проговорила Сара — Он выглядит словно ангел, спустившийся с небес. Да и красота у него не внешняя, а внутренняя. Ты видела, как он с Холмсом спорил? Да они взгляд друг от друга не отрывали! Может, они и парой станут, а? Керри за дверью уныло вздохнула, и Сара последовала за ней. Печальная тогда бы ситуация всегда, да… Неожиданно дверь перед ними распахнулась, и черной тенью появился хозяин дома, как всегда старший и неумолимый. Он коварно улыбнулся, тая злость на дне темно-карих зрачков, и вышел вперед, постукивая вычищенными каблуками. Керри и Сара замерли, стараясь не дышать — сейчас лучше его не злить. — Дамы — улыбку стала немного шире, и девушки сразу поняли: им точно не поздоровится — О чем это вы говорили? О Шерлоке Холмсе? — Н-нет, сер -решилась возразить Керри — Точнее да, мы говорили о позавчерашней встрече, сер. — Тебе он нравиться, верно? — укачивало спросил мужчина. — Немного, сер. Мы же меня не увольте? Прошу, сер. — Конечно нет — он окинул ее взглядом всю с ног до головы, и Керри едва сдержала дрожь по всему телу — Но если ты дашь ему какую-либо информацию обо мне, то вас сразу же вышвырнут отсюда к чертям. Я понятно изъясняюсь? Сара мелко задрожала, прижавшись к плечу подруги и сестры и спрятала голову в ее волосах. — Пон-пятно — выдохнула старшая сестра — Спасибо большое. Мужчина, уже уходивший из коридора, даже не повернул головы и скрылся в дверях огромной столовой. Керри мягко отстранила от себя сестру, заботливо посмотрела на нее и вдруг, словно очнувшись, встряхнула ее за плечи, поймав на себе удивленный взгляд. — Что ты на меня так смотришь? — резко произнесла она — Он же ушел в столовую, а завтрак… — Еще не расставлен! — закончила за нее Сара и вздрогнула снова — Бежим! И они вместе рванули в кухню, проходя мимо дверей столовой, где мельком увидели уже великолепно одетого хозяина дома, и, посмотрев на него, умчались дальше, чтобы он не рассердился на них снова. А хозяин дома коварно улыбался, глядя в даль и уже предвкушая свою победу. За окном сгущались тучи. *** Вода обжигала холодом. Все было так, как он и хотел: холодно, до неуправляемой дрожи и одновременно прекрасно, словно две противоположные силы сплелись вместе. Вода обступила его тело мгновенно, не оставляя ни клочка сухой кожи, она дарила необыкновенное облегчение, очищала душу и мысли и пьянила весь разум получше самого дорогого вина. Вода была стихией его жизни, и казалось, что его сердце покрылось ею полностью, но, пожалуй, для него стихия и превратилась в прочный, без единой трещины, лед. Его до сегодняшнего момента не смог раскроить никто, только один человек дал небольшую трещину, которая потом быстро заросла так, что не осталось и следов. И постепенно он превратился в неумолимого стрелка, стрелка-снайпера, вот только бил он несколько по целям, сколько по чужим сердцам, раз за разом превращая их после себя в жесткий камень. Мужчина вынырнул из воды, подставляя лицо под электрическое освещение лампы. Вода мягко стекла по его подбородку, огибая изгибы скул и побежала вниз по телу, чтобы в итоге бесшумно спуститься на пол. Мужчина тем временем аккуратно выпрямился, теперь уже отворачиваясь от ламп и становясь черной фигурой. Свет мгновенно обрисовал его резкие черты и мускулы, которые были буквально везде: руки, ноги, тело, было видно, что он занимается спортом очень давно и приучил себя к этому еще с детства. Он медленно прошелся по пустому бассейну, прямо и мягко ступая, одновременно даря миру хищную улыбку. Мужчину звали Себастьян Моран. Он был словно затаенная пантера, готовящаяся прыгнуть и убить в любой момент, его походка была плавной и резкой одновременно, тело словно пружинило, отскакивало на доли секунды от пола, а темные карие, перемешанные с охрой, глаза пронизывали и окутывали туманом, словно жертву. Всем своим видом мужчина напоминал затаившегося хищника, и, пожалуй, в этом его еще никто не мог превзойти. Он был похож на помощника Аида, на одного пса с тремя головами, который был так грозен, что далеко не каждый отваживался находится рядом с ним. И, возможно, это простое сравнение действительно было его предназначением. Но сейчас он думал далеко не об этом. Себастьян медленно обтерся черным полотенцем, чувствуя себя донельзя расслабленным. Все-таки начинать утро с занятий в собственном бассейне было великолепной идеей: и успокаивает, и расслабляет, и приготавливает к тяжелому дню одновременно. В том, что сегодняшний день будет такой, он даже не сомневался: похоже, его снова хотят нанять в качестве секретного убийцы-снайпера. Что ж, ему не в первой, как-нибудь да справиться. Себастьян усмехнулся: вспомнил, как утром ему прислали абсолютно чистый белый конверт, без подписи, и только адрес был написан на листке внутри него. Такие намеки он уже знал: человек хочет остаться неизвестным до самой встречи и сохранить свое инкогнито от возможных посторонних глаз. И все это значило только одно — ему предстояло хорошее дело и отличный босс, знающий, что даже у стен есть уши. Великолепно. Он закинул полотенце на плечо и отправился в душ, а оттуда, смыв с себя всю пену, пошел в свою комнату, чтобы приготовиться к встрече. Все-таки он привык встречать достойное дело достойным видом, тем более, что секретные снайперы, хоть и работали не так уж и часто, получали за это достаточно большие деньги. Так что ему более чем хватило на отличный костюм, который отлично облегал его тело, а также подходящие к нему лаковые туфли. Себастьян аккуратно вышел из квартиры, закрыв ее массивным ключом, и отправился по указанному адресу на своей большой черной машине. Доехал он быстро, спасибо мощности мотора, и, припарковав машину возле большого здания, вышел, заслоняя рукой лицо от палящего солнца. Перед ним стояло огромное сооружение, отблескивающее и отражающее солнце буквально везде. Оно состояло из огромных стеклянных панелей, которые были накрепко сваяны друг с другом, и, казалось, что это самое высокое и колоритное здание в городе: высота его казалась огромной, а между словно светящимися панелями резко били в глаза темные, словно черная дыра, ничего не отражающие, блоки. Сверху был едва заметен легкий силуэт мойщика окон: и как он не боялся висеть без страховки на таком большом здании? Наверное, был уже давным давно научен не боятся опасностей. В том, что его босс будет жить в таком здании, Моран и не сомневался. Люди, которые так осторожны, просто не могут управлять какой-то слабой компанией и мелкой кучкой сотрудников. Они всегда такого типа: богатые, властные, хитрые и очень коварные. Просто идеально. Сказать честно, такие люди и привлекали Себастьяна больше всего. Сам этот типаж его безумно завлекал своей загадочностью и ловкостью ума, своей силой, которая словно исходила волнами от одного человека, который, кажется, так приветливо тебе улыбается. Но взглянешь на эту улыбку глубже — и мгновенно разглядишь презрительную усмешку, словно все люди недостойны его и просто не понимают все мысли, которые он зарождает в своей голове. Не то, чтобы Себастьян не справлялся с такими боссами — наоборот, они сразу же находили общий язык, говоря об опасности нынешних времен, о том, как и кого лучше всего убивать и каков план их совместных действий. Вот только пока что он не находил среди них человека, который полностью займет его мысли. Все были либо слишком кровожадны (хотя куда уж больше), либо слишком приставучи, либо слишком просты в своих планах. А Моран уже давно искал того, кто будет идеален во всем этом, будет «золотой серединкой» для него самого. И поднимаясь на лифте на последний этаж, а затем открывая дверь с тремя золочеными символами 666, он думал, что возможно этот человек действительно будет решающим в его жизни. Он будет дьяволом. *** Вокруг стояла тишина. Она пряталась по уголкам всех комнат и в щелях мебели, заставляя приходить механизм мыслей в идеальный порядок. Она словно сверкала, летала в воздухе крошечными пылинками, тишина была словно ощутимой в воздухе, ее можно было почувствовать руками, чувствами, всем сердцем. Благодаря тишине, можно было легко бродить по тропкам воспоминаний, поочередно открывая ящики высоких шкафов с именами нужных людей, и находить другие шкафы в одно мгновение. Шерлок легко ступал по мягкому ковру среди огромной библиотеки своих воспоминаний, стараясь найти нужную дверь. Эта дверь вела его в запретную комнату своих чувств, где и хранилась папка, которая занимала его сейчас больше всего. Наконец, спустя пару долгих минут он увидел в конце огромного коридора ту самую дверь. Шерлок победно усмехнулся, вертя в руках незаменимый ключ от этой двери, и пошел прямо по направлению к нужному месту. Он прошел огромное количество полок, прежде чем смог приблизиться к ней, но Холмс знал: путь в комнату собственных чувств всегда длинен. И дело тут даже не в материальном понятии. Дело просто в собственном нежелании людей наконец разобраться в самом себе. Шерлок подошел к прозрачной двери, за которой виднелась комната, о которой он давно мечтал: камин, два кресла около и маленький кофейный столик. На каминной полке лежал его забытый череп, в беспорядке виднелись папки, бумаги и незаконченные дела, а напротив камина, на черно-белых обоях был нарисован продырявленный от пуль желтый смайлик. Если бы не традиционные понятия о квартире бизнес-деятеля, он бы уже давным давно сделал бы себе ее точную копию — так она была ему по душе. Шерлок тут же вставил ключ в замочную скважину, поворачивая до четкого щелчка, затем вытащил его и толкнул стеклянную дверь. Та, с натужным скрипом, поддалась: давно он ее не открывал, но теперь, похоже, пришло время. Неожиданно Шерлок уловил шорох из наружнего мира. Он выжидательно прислушался и раздраженно понял, что в его комнату кто-то стучит. Похоже, папке придется немного подождать. Холмс мгновенно вынырнул из Чертогов и поднял глаза наверх, испытующе глядя на дверь. Затем откинулся назад в свое кресло, уже заранее зная, кто мог его побеспокоить. Майкрофт. И действительно, спустя секунду в дверях показался его брат, как всегда с абсолютно непроницаемым лицом. Мужчина раздраженно усмехнулся, приглашая входящего внутрь и устраиваясь поудобнее в своём кресле. — Майкрофт, заходи, хватит стоять у порога, демонстрируя свою вежливость. — гость у двери раздраженно повел плечами и сел во второе кресло, напротив первого. — Чай скоро будет. Прежде всего скажи мне, зачем ты пришел. Я был занят. Майкрофт поставил рядом с креслом свой зонт и принял невозмутимый вид. Ему сегодня предстоит долгий разговор, так что сейчас проявлять эмоции просто бесполезно. Но он не успел начать говорить первым. — Я узнал одну очень необычную информацию от Браэля. — Шерлок презрительно выдохнул — Рассказывай. — Я услышал, как он разговаривал с Мориарти, и тот просил его помочь уничтожить меня. Уильям не согласился, но в самом начале разговора он жутко удивился, как кто-то сможет сделать со мной что-то. Он был невероятно удивлен, судя по его лицу. — Подумай над этим. Что могло его так удивить? — прошептал последнюю фразу Майкрофт — Что-то такое, что ты бы ни в коем разе не сделал, но Джеймс решил взаимодействовать через это. Вот тебе и загадка для твоего ума, братец. — Я подумаю. Завтра скажу точнее. А насчет Браэля… Думаю, нужно от него постепенно отдаляться. Все-таки он в меня влюблен — Шерлок скривился — Иногда это так мешает. — Хм — задумчиво-ехидно сказал Майкрофт — Некоторым может и не мешает. Как прошла вчерашняя встреча, братец? Шерлок резко вспыхнул, словно спичка: видно, эти слова очень задели его. Старший брат с удивлением прищурился: надо же, похоже, все прошло так, как он и предполагал. Восхитительно. — Ты пришел поговорить об этом? Просто заткни свой рот об этой теме, ни слова — шипяще сказал Шерлок — Быстрее говори, зачем пришел и сваливай. Мне не до тебя сейчас. Майкрофт печально улыбнулся. Несмотря на все свои причины, по которым он бы не хотел, чтобы его брат был с этим человеком, он ни в коем разе не собирался его подставлять. Счастье брата было для него во много раз дороже. — В том-то и дело, что я пришел поговорить о твоем драгоценном Джоне Уотсоне — с издёвкой произнес старший брат — Я так понимаю, вчерашней встречи не было. Твои предположения? Шерлок резко встал, задевая столик и пошел на кухню. Затем, вернувшись, поставил чайные чашки и сел обратно в кресло. — Какие тут могут быть предположения, братец? Что ты от меня хочешь? Чтобы я тебе подробно рассказал о… — мужчина скривился — Ты понял. Так вот, никогда. — Об этом я как раз таки и хотел тебя попросить. В чем проблема? — пожал плечами Майкрофт. Шерлок опустил взгляд в чашку с чайным напитком, делая вид, что неимоверно заинтересован им, но старший брат понял все и без слов. — Ты…боишься? — изумленно спросил Майкрофт, резко поддавшись вперед. Таким младшего брата он еще никогда не видел — Ты боишься чувс… — Замолчи — твердо сказал Шерлок — Скажи мне, ты хоть раз можешь сначала высказать все, а потом допытываться обо мне? Просто скажи, что ты от меня хотел и зачем сюда пришел. Майкрофт медлил. После всего понятого он был не совсем уверен, что эта информация будет к месту. Впрочем, может она поможет избавиться младшему брату от этого Джона. И как он так смог залезть ему в голову? — Обнаружилась очень важная информация о твоем Джоне — серьезно произнес старший Холмс — Несколько источников подтвердили, что пока Уотсон учился в университете, он работал секретным стрелком-снайпером. Источники достаточно надежные, поэтому мы серьезно опасаемся, что он мог этим заниматься, а следственно, сможет навредить тебе — Майкрофт увидел в глазах Шерлока что-то, похожее на борьбу — Поэтому я бы тебе советовал с ним не общаться совершенно и перестать о нем думать. Чем он так тебе залез в голову? Впрочем, это не важно. Мы постараемся узнать о нем еще больше информации, поэтому, если ты помнишь, сегодня встреча, постарайся не выделяться и не подходить к нему сегодня. В такой толпе он, конечно, ничего не сможет сделать, но все-таки. Ради твоей же безопасности. Майкрофт вопросительно посмотрел на Шерлока, уставившегося в одну точку. Похоже, его брат серьезно раздумывал над всем сказанным. Значит, есть шанс, что он примет правильное решение. И чтобы добить его, старший Холмс серьезно добавил. — Также он может работать на Мориарти, который мог специально подговорить его. Тогда, как ты понимаешь, и стрелок как раз пригодиться к месту. Поэтому… — Я понял тебя, Майкрофт. Я подумаю — задумчиво-зло произнес Шерлок. Дверь за братом закрылась незаметно, тихо и было видно, что он сожалеет о сказанном. Вот только Шерлоку теперь было абсолютно все равно. Он медленно, тягуче произнес, глядя пристально:"Прощай, Джон Уотсон», совсем как Джон, который вчера так и не смог пойти на встречу. Вот только теперь в его глазах плескалась горечь. *** За окном так ярко светило солнце, что Джеймс, не выдержав, сразу же закрыл шторы. И кому может вообще нравиться солнечный свет? Так красиво, светло и ярко — и так противно. Просто тошнота накатывает только при одном его упоминании его в любом разговоре, словно от переслащенного кофе со сливками. Даже кофе должен быть настоящим: крепким, терпким и невероятно насыщенно-горьким. Только такой кофе вообще, по мнению Джеймса, можно было пить. Собственно говоря, этим он сейчас и занимался, явно наслаждаясь процессом. От черной кружки струился любимый аромат, в комнате было прохладно и тихо, а вокруг стояла старинная дорогая мебель: идеальный момент среди успешного дня для хорошего отдыха. Просто ужасно замечательно. Сегодня к нему должен был прийти — ровно через минуту — человек-запасной план, как Мориарти его назвал. Возможно этот человек позже станет и основным: что-то говорило ему, что первый план окажется совершенно неудачным для умника. Джеймс прислушался к своему предчувствию еще раз: действительно, первый план вряд ли сможет сработать, вероятность, даже при приблизительном расчете, равнялась всего десяти процентам, что было крайне мало. Поэтому Мориарти и решил нанять человека-запасного плана, а проще говоря — наёмного снайпера-стрелка, который поможет ему в выработанным за ночь плане. Все в нем было настолько идеально и коварно-жестоко, что Джеймс, как только создал его, довольно потер себе руки. Просто великолепно, как раз именно так и можно будет уничтожить бизнес умника. Внезапно раздался легкий звон настенных часов, позолоченных и украшенных фигуристой лепниной. Джеймс вымученно вздохнул и откинулся на кожаную коричневую спинку кресла: ему предстоит долгий и нудный разговор, что сделать и кого убить или не убить. И хотя он прочитал рекомендации этого человека, где говорилось, что он всегда серьезен и не знает пощады, Мориарти очень сомневался в такой правде — даже самые лучшие убийцы бывают иногда просто невыносимо примитивными, неспособными понять его великие мысли. Секунду спустя он услышал четкий стук о дверь, с ровными пробелами между стуком. Дисциплинирован и твёрд. Что ж, первая проверка пройдена, стрелок, можешь пройти. — Да. — серьезно произнес Джеймс, надевая привычную маску и стоя буквально в пяти шагах от двери. Такого гостя нужно встречать лицом к лицу. Резко и мягко одновременно открылась дверь, пропуская внутрь того, кого он ждал, и бесшумно закрылась следом. Внутри помещено стояла тень, но вполне достаточная для того, чтобы было можно как следует разглядеть вошедшего, что Джеймс и сделал в первые же секунды. Решителен, твёрд, кровожаден и не знает пощады: все это моментально читалось в мускулах ног, рук, тела, в прямом взгляде и хищной походке. Карие с охрой глаза смотрели непоколебимо и с некоторым презрением, черты лица были резкие, но слегка сглажены, походка больше напоминала пантеру перед прыжком, а голос, раздавшийся через мгновение, был удивительно обволакивающий и твердый сразу, он имел легкие бархатные нотки, словно успокаивал, но в следующее мгновение был готов растерзать тебя, как простую жертву, совершенно безжалостно и кровожадно. — Вы прислали мне письмо. Вам требуются мои услуги? И говорит по делу, усмехнулся про себя Джеймс. С каждой секундой незнакомец начинал нравится ему больше и больше. Идеальный типаж для него самого. — Джеймс Мориарти. Именно так, нужна твоя помощь — мужчина протянул руку. — Себастьян Моран. Помогу всем, чем смогу помочь — снайпер мгновенно ответил на рукопожатие. — Отлично. Присаживайся — лениво обернулся Джеймс, предоставляя кресло для посетителей — Мне нужно тебя спросить. С чего ты взял, что точно годишься на ту роль, которую я хотел бы тебе дать? Моран победно усмехнулся. Рассказать все свои заслуги было проще всего, вот только поверит ли ему этот Джеймс… Мориарти тем временем с каким-то почти маниакальным удовольствием оглядел его лицо, останавливаясь на появившейся усмешке. То, что ему и было нужно. Просто замечательно. — Я думаю, что вы сможете проверить мои способности в деле — твердо произнес Себастьян — Тем более, вы уже наверняка прочитали мое личное дело и рекомендации. Там должно быть все сказано. Джеймс слегка поднял уголки губ вверх. Еще и умен. Что ж, с таким будет гораздо легче работать. — Да, прочитал. И просмотрел все рекомендации. Ты действительно достоин понять мой план. — Джеймс коварно усмехнулся — Что ж, перейдем в мой кабинет, там и поговорим. — Секретная комната? — мгновенно догадался Моран и последовал за вставшим мужчиной. Мориарти даже не стал тратить сил на слова — просто легко кивнул в ответ и подошел к огромному книжному шкафу. Затем, увидя уже рядом стоящего Морана, неожиданно резко повернулся и вдруг оказался у последнего за спиной. Свет неожиданно исчез, ухо обдало чужим дыханием, а в нос попал стойкий аромат невероятно пахнущего древесного одеколона. Моран даже не дрогнул, оставшись стоять неподвижно, словно гранитная скала, но сердце внутри слегка ускорило темп, поддавшись сложившейся ситуации. Паники не было — такой человек, конечно, просто решил спрятать от него код встроенного замка. Неудивительно. — Потерпи слегка, Себастьян — мягко протянул его имя Джеймс — Никому не позволено знать мой секретный шифр. И ты — не исключение, каким бы привлекательным не был. Мужчина ощутил у себя на глазах повязку вместо чужих рук, и едва заметно выдохнул. Все-таки теперь сердце смогло восстановить нормальный ритм. И что с ним не так? Наконец завязка спала, являя взору Себастьяна необычную комнату, исполненную исключительно в коричнево-красно-золотистых тонах. Даже свет был здесь невероятно мягким и незаметно лился из огромной люстры на высоком потолке, оставляя на всем неяркие теплые блики. Моран терпеливо огляделся, впитывая в себя атмосферу комнаты и, черт возьми, невероятно пахнущий одеколон, который здесь был растворен в самом воздухе. Все-таки этот Джеймс довольно симпатичен, амбициозен и коварно умен. И сейчас его, пожалуй, нужно отыскать — он привел его сюда, чтобы поговорить о плане. Моран медленно развернулся и, уже собираясь идти к Джеймсу, который и был позади его, вдруг застыл. Мориарти стоял в мягкой, приглашающей позе, облокотившись на дверной косяк, словно ожидая, когда же его наконец заметят. Мягкие блики великолепно сидели на его сером костюме, словно оттеняя огонь его глаз, которые словно полыхали адским пламенем, сменяясь поочередно красными, золотистыми и темно-коричневыми оттенками, которые невероятно гармонировали с окружающим пространством. В Джеймсе чувствовалась уверенность, настоящая сила и невероятное коварство. Мориарти, мягко ступая, подошел ближе к застывшему Морану, так, что между ними осталось менее двух шагов и тоже замер, вглядываясь ему в глаза. И тогда Себастьян понял, Джеймс Мориарти будет лучшим в его жизни — он будет его дьяволом. — Может, перейдем на ты? *** Свобода! Внутри все радостно вскипело, разгоняя по жилам молодую кровь и даря необыкновенный адреналин. По коже гулял прохладный ветер, вокруг было слышно вечернее пение птиц, шелест листьев деревьев и незаметно пробиравшийся шум автомобилей, мчавшихся по совсем недалекой дороге. Солнце медленно выходило из облака, даря яркость уже угасавшему дню, и вместе с ним оживала надежда на хороший конец всей этой истории. Джон, вышедший из-под тени огромного дуба, напряженно нахмурился. Он на мгновение вспомнил, чем вчера кончилось его желание пойти на встречу с Шерлоком — правильно, абсолютно ничем. Поэтому он должен рассказать ему все сегодня: это была единственная причина, которую он решался озвучивать в голове. Остальные же были запрятаны в подсознании с наказанием не выскакивать при любых обстоятельствах. Но запрятанные мысли было совершенно невозможно удержать: они так и бились сквозь воображаемую клетку. Вот только Джон был во много раз упрямее, чем они, и все-таки смог удерживать их до тех пор, пока они не угомонились. Так он вышел победителем. Поэтому сейчас в его голове лишь кипело некоторое раздражение: он ждал машину, которая должна была отвезти его на встречу и теперь немного опаздывала. Времени у него было вагон и маленькая тележка, но Уотсон любил пунктуальность. Впрочем, сейчас это было не столь важно, гораздо важнее было его собственное положение. Джон, обсуждавший его с самим собой примерно полночи, неимоверно устал. И зачем надо было судьбе загонять его в такую ситуацию? Почему после первой встречи нельзя было сделать все нормально — как у обычных людей? Что заставило ее так круто изменить его судьбу? Несмотря на все, Джон чувствовал, что возможно (очень вероятно) Шерлок не будет ему рад. Что-то подсказывало ему, что случилось что-то, что изменило его отношение к нему окончательно и бесповоротно. И что это изменит и отношение самого Уотсона к Холмсу. Его мысли прервал резкий звук тормозящего автомобиля. Серая иномарка аккуратно парковалась прямо перед его носом, и Джон слегка отступил, чтобы черное колесо не наехало на его ногу. Затем бесшумно отворил дверцу, сел в машину и, полностью расслабляясь на мягком сидении, махнул рукой в знак того, что можно ехать. За окном медленно мелькали дома, деревья и практически одноцветный поток машин, то быстро мчавшийся по дороге, то медленно объезжая припаркованный прямо нее посередине автомобиль. Легкий ветер врывался в приоткрытое окно, слегка раздувая идеально причесанные волосы, даря прохладу и идеальную температуру для размышлений, которые уже шли в голове у Джона стройной чередой. Одна из мыслей неожиданно поразила его своей простотой: а не остановить машину до дома встречи, и пройтись в парке, который находился менее чем в 500 метрах от места сбора знаменитостей? И прогуляться можно, и поразмышлять, тем более, что времени оставалось еще очень много — машина передвигалась по городу удивительно быстро, даже пробок было меньше чем обычно. Эта идея прижилась в его голове очень хорошо и быстро и, дождавшись, пока водитель подъедет к тому самому парку, Джон попросил высадить его именно там. Расплатившись и захлопнув дверцы машины, он быстро прошел пешеходный переход и оказался на входе, около огромного плаката с картой дорожек, дестких площадок и разбросанных деревьев с подписями. Вокруг шумел легкий ветер, и вся тихая атмосфера парка навевала расслабляющие мысли и лучшие воспоминания жизни. Джон, заметив на карте самое уединенное место и запомнив, как к нему добраться, пошел по центральной дорожке парка. Вокруг стояли бежевые скамейки с маленькими урнами около них, на этих скамейках сидело огромное количество влюбленных парочек, групп детей, многие с велосипедами или на роликах, и просто пожилых людей. Все смеялись, разговаривали и тишины здесь было явно недостаточно, поэтому Уотсон прошел мимо них, ни разу не обернувшись на редкие свободные места, тем более, что уже имел намерение идти в противоположную часть парка. Уже подходя к центру парка, где высился огромный белоснежный фонтан, он вдруг заметил давнего знакомого — Майкла Стамфорда, который учился с ним в университете, но тот уже уходил из парка, поэтому Джон решила не догонять его. Да и были они не такими уж и закадычными друзьями, наоборот, почти не замечали друг друга на парах, и помогали только пару-тройку раз. За его спиной внезапно послышался чей-то звонкий смех, и Уотсон мгновенно обернулся. Совсем близко, так, что можно было дотянуться рукой, стояли две молодые девушки лет двадцати, они дружно смеялись над, верно, каким-либо анекдотом, который могла сказать одна из них. Обе были красивы собой, и их дружный смех сливался в один, звучавший, как сотня колокольчиков на ветру. Они казались похожи друг на друга, как две капли воды, хотя и цвет волос, и оттенок глаз имели совершенно разный, но было что-то схожее в чертах худых лиц и стройных тел. Обе были одеты неброско, но современно и гармонично, что им необыкновенно шло и дополняло весь образ. Джон уже хотел обернуться и продолжить свой путь: все-таки стоять и смотреть на вовсю смеющихся молодых девушек более пяти минут было уже более, чем неприлично, но неожиданно одна из них, короткостиженная шатенка, подняла свои глаза прямо на него и тут же замерла. Вторая девушка, мгновенно прекратив смеяться, тоже уставилась на него в некотором недоумении. Затем обе подруги резко обернулись к друг другу: — Это он? — вопросительный шепот едва донесся до Уотсона. Спустя секунду шатенка обернулась к нему — Вы Джон Уотсон, верно? Мужчина слегка опешил, но поспешил дать утвердительный ответ. — Да, это я. Откуда вы меня знаете? — вопросительно произнес Джон. — МЫ видели вас…на встрече — мягко сказала ее подруга — Два дня назад, мы тоже там были. Меня зовут Кэрри, а это Сара, моя не родная сестра. Она хотела познакомиться с вами еще на встрече, но вы были увлечены спором с Шерлоком Холмсом. Джон, при упоминании о бизнес-деятеля, слегка нахмурился, но, впрочем, решил ответить как можно добродушнее: — Действительно, я был занят. Что ж, если вы хотели познакомиться со мной, то сейчас у меня как раз есть свободное время — сказал мужчина — Вы куда-то идете? Сара кивнула, мимолетно усмехнувшись, за ней улыбнулась и Кэрри. — Да, мы как раз шли к нашему небольшому дому. Видите ли, мы работаем у одного известного человека — начала рассказ Кэрри, пока они шли по дорожке, ведущей к другому выходу из парка — Но мы всегда мечтали жить вместе в небольшом домике, так как мама завещала нам беречь друг друга. Зарплата каждой из нас была не такой уж и большой, но вместе ее хватило, чтобы купить небольшой домик почти в центре города. — Верно — продолжила Сара — Правда, копили мы на него коло двух лет, но он того стоил. Теперь мы сможем защитить друг друга при необходимости, что очень важно. Сестры посмотрели друг на друга с необыкновенной заботой, и Джон мимолетно улыбнулся: его семья, правда, относилась так к нему только в мечтах. — Да, это действительно важно — произнес мужчина — У кого вы работаете, я понимаю, мне лучше не спрашивать, верно? — Ага — погрустнела Сара — Он запретил нам говорить, но это немного касается вас, правда, через другого человека. Поверьте, вам лучше его не знать. Керри согласно кивнула, одновременно смотря по сторонам — они как раз переходили через дорогу. — Теперь нам совсем недалеко от дома, минут десять-пятнадцать — сообщила она, оглядывая местность — Не зайдете ли к нам выпить чай? Гости у нас бывают нечасто. — - Извините, но через пятнадцать минут меня ждут в другом месте, это очень важно — погрустнел Джон — Впрочем, вы можете назначить любой другой день, и, если я смогу, то я непременно зайду к вам на чай. — Отлично — улыбнулась Кэрри — Тогда завтра утром, часов в десять…вас устроит? У нас завтра выходной, но с часу дня все занято. — Хорошо — кивнул мужчина — Тогда до завтра. — До завтра — кивнула Сара — Мы будем вас ждать. Джон помахал на прощание рукой и пошел обратно к месту встречи, по пути заново пересекая пару дорог и зеленый парк. Спустя десять минут он очутился уже в самом здании, ловя заинтересованные взгляды, стараясь найти хоть кого-то из знакомых и заново оглядывая роскошное помещение. Сам зал совершенно не изменился с прошлого раза: те же многочисленные стлики с напитками и едой, то же огромной количество людей, тот же светло-бежевый цвет интерьера, в перемешку с бархатно-красными шторами, занавесом на сцене и мелкими украшениями в зале. На сцене пока что пустовало, но чувствовалось, что встреча скоро начнется. Джон подошел к столику с напитками, беря себе бокал легкого шампанского и попутно оглядывая весь зал в поисках знакомых лиц. Неожиданно он уловил фигуру пробирающегося к нему Лестрейда, и уже хотел пойти к нему навстречу, как краем глаза уловил чей-то знакомый взгляд серых глаз. Уотсон мгновенно обернулся: и правда, он не ошибся, те самые серые глаза прожигали его фигуру насквозь. Джон уже хотел улыбнуться и крикнуть что-то дружелюбно-приветственное, но серые клинки взглянули в его глаза, и все слова застряли у него в горле. В завораживающей серой глубине явственно читалась ненависть. Она была не настолько сильной, чтобы разрушить горы, но от нее веяло необыкновенной горечью и разочарованием, а на донышке зрачком Джон уловил едва видимый страх. Его руку внезапно схватили, и мужчина развернулся: перед ним стоял улыбающийся Лестрейд. Затем Джон обернулся туда, где секунду назад горел взгляд стальных клинков. Они исчезли. *** Речь казалась нескончаемой. Она все продолжалась и продолжалась, называя все новых знаменитых лиц страны. Многие уже, поглядывая на сцену, откровенно зевали, запивая все глотком легкого шампанского. Голос, читавший речь, был хорошо поставлен и подготовлен, как будто тренировался озвучивать написанное около недели. Шерлок с каждой секундой мрачнел все больше и больше. Надо же было придумать такой огромный текст для открытия встречи. Неужели Ирен специально хотела как следует помучить людей? Вот, где и открываются скрытые черты характера. Кроме того, его невообразимо тянуло совершенно в противоположную сторону, туда, где мелькала светлая макушка возможного снайпера. Внутри его раздирали сомнения: хоть сейчас и не выстрелит, а все-таки опасен…или же нет? Ведь не сможет же он обмануть Шерлока Холмса? И можно ли все-таки нарушить запрет брата? Шерлок громко крикнул в Чертогах, стараясь унять гвалт мыслей и чувств. Те притихли на определенное время, и мужчина как раз смог расставить все по своим местам. Итак, так как Уотсон может быть опасен, сегодня, да и в принципе, к нему лучше не подходить и с ним не разговаривать — это первое. Второе: все-таки придется послушаться брата, что просто омерзительно, но иначе невозможно. И третье: необходимо постараться выпытать все у Браэля, кто ему звонил и как хотят отобрать у него самого бизнес. Как только Шерлок вовсю озвучил этот план в Чертогах, все чувства разом залегли на дно, стараясь не вылезать. Оно и понятно: теперь, как и несколько дней назад, в огромном помещении главенствовал только разум. Сердце лишь тяжело вздохнуло и ушло, не попрощавшись. Впрочем, теперь Холмсу было уже все равно. Он уже вовсю мыслил о поисках Браэля и следил за перемещением Джона, чтобы всегда оказываться в противоположных ему концах зала. Шерлок, оглянувшись около себя несколько раз, не заметил Уильяма, что было весьма странно. Тогда он взглянул в противоположную сторону, отыскивая знакомые светло-зеленые глаза, но внезапно наткнулся на зелено-охристые, и, проследив за фигурой, увидел, что человек идет прямо к нему. Спустя секунду на фигуру упал свет, и прямо напротив него оказалась Ирен. Она, одетая в облегающее ее идеальную фигуру зеленое платье и стоя на высоких каблуках, выглядела просто упомрачительно, за ней следовало огромное количество взглядов, и она отлично это знала. Ирен мягко улыбнулась, даря блестящую улыбку в знак приветствия. Шерлок ответил небрежным кивком головы. — - Здравствуйте, Шерлок — начала она — Позвольте спросить, как у вас идут дела? — Все замечательно — нахмурился Холмс — Позвольте узнать, зачем вы интересуетесь? Ирен слегка стушевалась, но, впрочем, ответила уверенно: — Я слышала, что у вас появилось новое увлечение — мягко сказала она — Что-то вроде разгадывания преступлений. — Все верно. — не смутился Шерлок — Вас это задевает? — О, нет, ни в коем разу. Я хотела бы узнать об этом подробнее, поэтому и решила спросить у вас. Видите ли, я тоже люблю загадки только…особого рода. Холмс недоуменно прищурился. Впрочем, если она хочет — он совершенно не против подробно все рассказать. — Для того, чтобы разгадывать преступления, нужна четкая, железная логика — начал Шерлок — У женщин больше развита интуиция, такая логика в бархатной обложке. Именно поэтому детективами чаще всего становятся мужчины. Для того, чтобы разгадать преступление, необходимо учитывать даже самые мелкие детали, которые и приведут к разгадке. Так как я имею и способности, и желание, это и стало моим увлечением. Ирен, выслушав все, заинтересованно кивнула и уже хотела что-то спросить, как из толпы раздался голос, зовущий ее и громко выкрикивая ее имя. — Мне надо идти — быстро сказала она — До свидания. Шерлок в ответ лишь небрежно кивнул, отворачиваясь в другую сторону и еще раз пробуя разыскать Браэля. Оглянув весь зал, он так и не смог найти его, что было очень странно: Уильям был пунктуален и всегда посещал подобные мероприятия. Впрочем, подумал мужчина, это даже было плюсом: теперь он сможет уйти с этой встречи, скучной и абсолютно не сулящий каких-либо выгодных сделок. Шерлок заметил рядом с собой столик с огромной конструкцией из бокалов шампанского и решил взять один, чтобы быстро выпить его и уйти со встречи. Все равно он здесь больше не найдет ничего интересного, да и заодно не будет так неизвестно тянуть к Уотсону. Холмс подошел к столику и без колебаний протянул руку к самому высокому бокалу, чтобы взять его, не разрушив всю конструкцию. Он уже предчувствовал легкий вкус шампанского на языке, заранее желая уйти с этой встречи как можно скорее. В нос ударил запах электричества. Мгновенно повеяло запах мокрой грозы с синими зигзагами молний, мгновенно поражающих невидимые цели. Нервы Шерлока тут же отозвались и натянулись, как струна, и тогда он медленно поднял глаза, готовясь к любому ужасу. Но стоило ему увидеть сложившуюся перед ним, словно маслом написанную, картину, как его сердце дрогнуло и дало сбой. Напротив стоял Джон Уотсон. Руки обоих зависли в воздухе, словно скованные невидимыми цепями, подвешенными к потолку. Они были абсолютно симметричны, все было равным: положение в воздухе, расстояние между пальцами, линии их движения, напряженные руки и расслабленные подушечки пальцев. Между пальцами пробегали искры, они красиво отражались в ножке стакана, вдруг ставшего единой целью двоих. Неожиданно послышался резкий высасывающийся звук, словно кто-то рядом с ухом включил мощный пылесос. Руки обоих дернулись, но, подкованные невидимыми цепями, так и не смогли двинуться, хоть на миллиметр. Звук становился все более оглушающим, он резал перепонки и бил по глазам, заставляя тяжело морщиться. И через мгновение пространство лопнуло. Раздался резкий хлопок, все вокруг точно разлетелось на миллионы осколков, словно лопнул большой мыльный пузырь. Вокруг застыли сотни людей в различных позах: кто-то ел, пил, разговаривал и просто смотрел в пустоту. В ту же секунду по вымершему залу просвистел-пробежал стальной ветер, перепутав волосы, игриво дергая занавески и заставляя скатерти крудиться в медленном танце. Ветер был словно магнитом, и когда он пролетел между двумя симметричными руками, он резко притянул их так сильно, что одни пальцы беспомощно коснулись других, переплетаясь словно в одно целое. И тогда грянул взрыв. Ветер разом взметнулся, заставляя все, что только можно, подняться наверх, оборвал скатерти и, сорвав занавески, бесшумно скрылся в открытое окно. С потолка посыпалась белая штукатурка, все как-то разом дрогнуло, скрипнуло, и в тот же момент ожили застывшие люди, с криками убегая из зала для встреч. Вокруг разом треснуло стекло, из разбитых бутылок на пол полилось шампанское, пенясь и подбираясь к ногам бежавших людей. Ветер снова ворвался в уже разбитое окно, подвывая и словно смеясь над бежавшими в ужасе людьми. Одни Шерлок и Джон стояли неподвижно, толпа мчалась между них, не задевая, их пальцы были по-прежнему переплетены, и они не могли отвести друг от друга взгляда. И когда Шерлок заглянул в голубую синеву глаз, тогда он смог различить там удивление, разочарование, горечи и непонятную боль, перемешанную со страхом где-то на глубине черных зрачков. И тогда он увидел себя.