Трезвость — зло

      Бен скромно стучит в спальню Номера Четыре с типичными наклейками на двери, которые использовали подростки в их время. По-хорошему, он мог и не стучать, а просто войти без спроса или, как это делает Клаус, внезапно и с грохотом вломиться в чужую комнату.       После сонного «Войдите» Бен послушно приоткрывает дверь и проходит вглубь слабо освещённой комнаты. Он останавливается где-то возле дремавшего в смешной позе Клауса и неловко топчется на месте. Брат приоткрывает один глаз, чтобы осмотреть слишком тихого Бена:       — Ну говори уже.       — Я пришёл попросить…       Бен внезапно замолчал, плотно сжав губы и нахмурил лоб. Он явно переживает какую-то внутреннюю борьбу, но едва ли Клаус в состоянии помочь с этим.       — Надеюсь, ты поможешь мне… Ну, это… — Бен забегал глазами по беспорядку в комнате, словно старается оттянуть момент.       — Да рожай ты уже быстрее, Бенни! — Клаус картинно закатывает глаза, усаживаясь на кровати поудобнее, чтобы можно было не выворачивать голову в попытках смотреть на брата.       — Я хочу, чтобы ты научил меня целоваться! — выпаливает Бен на одном дыхании. Секунда, вторая. Клаус громко фыркает от смеха, а потом и вовсе истерически хохочет.       — Серьёзно? А Эллисон или Ваня? Какая-нибудь соседская девчонка в конце концов! — для пущего эффекта Клаус взмахивает руками.       Бен болезненно жмурит глаза и корчит гримасу. Конечно, ему было тяжело прийти с такой «просьбой» к Клаусу. Но проведя тщательный анализ, он справедливо полагал, что Клаус отнесётся к этому максимально легкомысленно, посему особого стыда они оба почти не испытают.       — Господи, Клаус, ты можешь просто сделать это? Хоть раз помолчи и помоги! — взорвался Бен.       — Хорошо, подойди.       Номер Четыре внезапно стал серьёзен и похлопал ладонью по месту на кровати рядом с собой. Бен поколебался пару секунд не то для приличия, не то он реально боялся. И первый вариант исключается. Бен осторожно садится рядом с братом и исподлобья смотрит. Он очень напряжён. А для Клауса, кажется, нет ничего зазорного в том, чтобы засосать собственного, мать его, брата. Он пристально посмотрел на губы Бена, которые тот нервно покусывал, а после прямо в карие глаза брата, которые стали ещё темнее в этой странной атмосфере.       — Надеюсь, ты хоть раз видел, как целуются другие люди.       Бен так и не понял, вопрос это был или мысли вслух. Но после этих слов Клаус мягко прикасается своими губами к его. Опешивший Бен испуганно вылупился на брата и приоткрыл губы. Клаусу только это и было нужно. Он крепко притянул Бена ближе к себе, ибо оный собирался отпрянуть, и проник языком в его рот. Он целовал медленно, словно и вправду проводя некий урок, посасывал каждую губу поочерёдно, а потом и язык.       — Тихо, не кусайся, — прошептал Клаус прежде, чем более настойчиво опять впиться в губы брата с шумным и рваным (или им показалось) вдохом.       Клаус удовлетворительно угукнул, когда Бен просёк основы техники и больше не кусал его язык. И оторвался от брата, как-то затуманенно глядя на его покрасневшие губы:       — Из-за того, что мы родственники, сделаю тебе скидку, — он быстро чмокнул Бена, от чего тот покраснел пуще прежнего, — с тебя двадцатка, братец. И надеюсь, девчонка, ради которой я тут старался, окажется действительно горячей штучкой.