Ты поверишь мне, если я скажу, что знаю твое будущее?

солнце встаёт — я вспомнил

солнце встало — я вспомню

ты не придёшь домой, теперь ты навсегда со мной

я знаю, ты видишь свет, ты дальше будешь сниться мне

      Его выдернуло из сна, как из толщи воды. Питер резко сел на кровати и огляделся вокруг.       Сон. Приятный и одновременно ужасный сон, напоминающий о том, где он был и где сейчас, с кем он был и с кем сейчас, напоминающий о том, что он потерял. Рука легла на грудь, к сердцу, сжимая ткань футболки. Было откровенно не по себе, и это мягко сказано. Он помнит всё до мельчайших деталей сна. Почему так?       Но этот вопрос не волновал его настолько сильно, как…       «Кто такой, мать его, этот Стрэндж?».       Он резко вскакивает с кровати, чуть путаясь в одеяле. Поднявшись и ощутив, как ноги твердо стоят на полу, как четко он чувствует каждую мышцу своего тела, как бьется его сердце, он понял, что сейчас всё по-настоящему, не как во сне, где он словно плыл.       «Кого я забыл и кого только что вспомнил?».       Во сне Паркер четко видел мужское лицо, которое пару дней назад и не помнил, но сейчас смог вспомнить его имя и даже отчетливо воссоздать определенные детали: волшебный плащ, золотые круги в воздухе, даже какие-то слова из прошлого. Всё это было не из сна, который Питер видел ранее и вспомнил сейчас, всё было так, словно оно было наяву.       Он направился в ванну, чтобы умыться. Холодная вода должна была быстро снять жар с лица. Питер посмотрел в зеркало и, глядя в глаза своему отражению, почувствовал, как голова разразилась резкой тяжестью, даже мигренью. Ноги подкосились также внезапно, благо он успел схватиться за угол раковины и сползти на пол. Перед глазами пролетела такая четкая картинка… — Привет, мы ещё не знакомы, — Питер протянул руку тому самому летающему плащу, но был молча послан куда подальше. — Круто. — Разворачиваем космолет, — начал этот мужик с ручным плащом. — Мда, — усмехнулся мистер Старк, явно испытывая напряжение от ситуации вокруг. — Как спасли сразу драпать? Блеск!       Этот мужчина не собирался отступать от своего, перебивая мистера Старка: — Я хочу сберечь камень! — «Чего? Какой камень?». — А я хочу благодарности, — Старк прошел мимо колдуна со всем раздражением и пафосом одновременно. — Ну же, смелей! Не слышу. — За что? Чуть не вышвырнули в космос… — Кто здесь спас задницу мага? Я! — Было видно, что мистер Старк уже на грани срыва. Неужели он действительно не заслужил слов благодарности? — Хоть убейте не понимаю, как Вы втискиваете в броню своё эго. — Признайтесь, что сглупили. Сказал же Вам «спрячьтесь!», Вы ни в какую! — В отличии от всех остальных, я на Вас не работаю, — этот мужчина говорил спокойно. — И поэтому мы на летающем пончике в миллиардах км от Земли без подстраховки!       Пришло время Питера влезать в разговор и перебивать. Он поднял руку и выдал: — Я подстраховка. — Нет, ты — безбилетник, — голос наставника был крайне раздраженным от всего происходящего, но быстро смягчился, глядя на Питера. — Не перебивай взрослых.       Стрэндж обратил внимание на то, что голос Старка стал спокойнее, мягче, и решил, что сейчас самое время выяснить кто есть кто: — Простите, я не уловил суть ваших отношений. Он Ваш…Ваш, не знаю, стажер? — Нет, — ответ вышел на автомате, он даже не успел подумать. Наверное, нужно сменить тему. — Я Питер, кстати, — парень протянул руку мужчине для рукопожатия, но был так же молча послан, как пару минут назад его плащом. Что за моду взяли? — Доктор Стрэндж. — А, выпендриваться будем? — пробормотал Паркер. Окей, он принял правила, — Тогда я — Человек-паук!       Глаза резко распахнулись и яркий свет ванной комнаты ударил по чувствительным глазам.       Он вспомнил! Вспомнил, где видел его, вспомнил почему во сне посчитал, что они с мистером Старком не поладили!       Вот где он должен искать ответы! Он сам может ответить на свои вопросы, главное вспомнить. Какие-то смутные воспоминания нахлынули штормовой волной, выбивая весь воздух из легких. В глазах замерли страх и шок. Рука так и держала раковину мертвой хваткой. Последнее, что он помнил, когда сидел в автобусе, что на Манхеттен спустился странный космический корабль, как спас мистера Старка от огромного болвана в железной броне, получил нагоняй от него же, а позже резко очутился в космосе вместе со Старком и Стрэнджем.       Мозг так странно выдавал эти обрывки воспоминаний, будто Питер помнит всё это, но на самом деле не помнит. Он забыл, что помнит это! В любом случае, это не конец, нужно постараться воссоздать всю картину, что была до перемещения. Осталось понять, как это сделать.       Он разжал ладонь и поднялся, подставился под ледяную воду и оплескал лицо. Воспоминания из космоса были не лучшими, что с ним случалось по утрам, но это хоть что-то. — Как вспомнить дальше? — Он шептал, зарываясь руками в собственные волосы.       Может это к лучшему — вспоминать такие вещи порционно. Даже его мозг, учитывая все способности организма, не смог бы выдержать резкий и огромный объем информации, которую пару месяцев назад в один миг выкинуло из его головы.       Неизвестно как много Питер забыл, вдруг там часы, а может дни или месяцы? Вдруг вообще произошел какой-нибудь большой взрыв, и его ударной волной выкинуло в другой мир, а тот уничтожен? Может все погибли и это его личный ад? Или рай? Он же никогда не рассматривал такие варианты событий! Вдруг ему банально некуда возвращаться и никак отсюда не выбраться?       Паника начала медленно охватывать все мысли. Дыхание сбивалось всё настырнее. Это было невыносимо. Невыносимо было не знать, что произошло в момент, когда его забросило так далеко. Не знать существует ли ещё его дом или нет. Жив ли мистер Старк.       Именно о нем он подумал в первую очередь. Что это? Безумная преданность, глубокая привязанность или чувства, которые до этого Питер так отрицал, не замечал? А может лишь делал вид, что не замечал. Пора было это признать. С мистером Старком он чувствовал что-то особенное. Их времяпрепровождение отличалось от вечернего просмотра фильмов с Мэй или распаковки нового набора Лего с Нэдом. Это было чем-то сердечным.       Он мог бы задуматься сейчас над своей ориентацией, но эти рассуждения были ни к чему, когда он точно знал чье имя вызывало бешеный трепет у него в груди.       Он действительно влюблен.       Пора было приходить в себя. Он медленно отсчитал до десяти и выпрямился. Даже если так, даже если чувства есть, он не должен позволять им наводить шуму и придумывать межгалактическую катастрофу. Не знает — значит не нужно гадать. Стоит опираться лишь на то, что он знал, и ждать нового прозрения или результатов обследования, которые они проводили с Говардом.       Взгляд опустился на угол раковины, там проходила приличная трещина сбоку. — Бля.       В такие моменты контролировать свою силу было тяжело. Позже нужно будет обсудить это как-то аккуратно с Джарвисом или придумать что-то правдоподобное.       В общем, утро не задалось. Весь день в целом не задался. Дождь постоянно стучал по окнам, Тони в такую погоду ушел куда-то ещё с утра, снова старался избегать Питера всеми способами, а потому всё время Питер провел у себя в комнате вплоть до ужина. Старк младший вел себя с ним так, будто ничего не произошло. Ни взгляда, ни шутки, ничего. Но даже трапеза не была такой спокойной, как ему хотелось.       Образ Тони преследовал Питера, словно наваждение. Он до сих пор ощущал прикосновения его сильных рук, вспоминал его нежный взгляд… За ужином руки Питера тряслись, он почти не притронулся к еде, а на конкретные вопросы Марии отвечал рассеянно, тараторил почти без умолку, темы выбирал вообще невпопад. Мысли лихорадочно перепрыгивали с одной темы на другую. Режим неуклюжести возвращался, стоило только начать нервничать.       «Он предает твои чувства, — словно нашептывал ему внутренний голос, — воспользовался, как хотел в тот момент, и не раз, а ты до сих пор играешь по его правилам и соглашаешься вести себя так, будто ничего не произошло!».       Питеру было трудно что-либо возразить на это. Он не мог не признать, что прилипчивый голос в чем-то прав, умом понимал, что должен вести себя с Тони крайне осторожно, но сердце твердило иное. Воспоминания о волшебных ощущениях от прикосновений его рук не покидали Паркера, как бы ни старался он их прогнать. Он ненавидел его, не хотел видеть, быть его «братом», делить с ним первый поцелуй… но знал, что испытанное им тогда, в машине, не умрет никогда. Никогда…       К вечеру дождь наконец стих. Питер сидел у окна в своей спальне в легкой ночной рубашке, рассеянно слушая стук последних капель. Закрыв глаза, он прислонился лбом к стеклу. Да что с ним такое творится, в конце концов?! Сколько можно заигрывать с опасностью, мечтать о невозможном, бередить душу? Столько волнений из-за ничего незначащего поцелуя, который нужно просто забыть — раз и навсегда.       Во всем доме стояла тишина. Говард и Мария уже спали. Слуги тоже разбрелись по своим комнатам, не видя смысла в бодрствовании, если хозяева спят. До острого слуха Питера вдруг донесся лай соседской собаки во дворе, шаги человека, входившего в дом, затем мужское покашливание из кухни и звон тарелок. Разумеется, это мог быть кто-нибудь из слуг или работников.       Но обманывать себя было бесполезно — Питер знал, что это не слуга и не работник. Поднявшись, он поспешил на кухню. Как ни странно, он был абсолютно спокоен перед встречей с ним.       Парень уже скинул у порога кухни мокрую одежду и натягивал сухую домашнюю футболку. Он был без обуви, только в шерстяных носках. Тони стоял к нему спиной и не заметил его появления, только спокойно доедал ужин, который Джарвис заботливо оставил для молодого Старка. Питер подошел к нему. — Ты почему не спишь? — удивился он. Питер пожал плечами: — Просто решил узнать, как прошел день. — Нормально, — откликнулся Тони.       Питер старался не смотреть на движения его сильных мускулистых рук, поправляющих футболку, но не мог отвести глаз. Почувствовав, как краска приливает к его щекам, он отвернулся.       Тони понимал, что ответ глупый. Но что он должен был ответить? Что он мечтал лишь об одном — о ещё одном поцелуе с Питером...       Питер…       Возвращаться к нему каждый вечер, любить его долго, до изнеможения, а потом просто лежать рядом и чувствовать, засыпая, его дыхание на своем плече… Неужели он не заслужил этого?       Тони встряхнул головой. Пустые фантазии! Питер — вот он, здесь, но то, о чем он сейчас думал, всего лишь безумная прихоть. Он не его соулмейт. Он парень. Он даже не из его мира! Тони чертовски устал, промок до костей, не дай Бог еще простудиться… Всё, что ему сейчас нужно, — это скорее завалиться спать, а тут сидит этот пацан и вызывает у него ненужные мысли.       Питер поднялся и поставил чайник, решив выпить чаю. — Почему ты пропустил ужин? — спросил он, садясь рядом с Тони.       Тот посмотрел на его русые локоны, так манящие пропустить через них пальцы. — Послушай, — он перевел взгляд на свои руки. — Наверное, наши с тобой отношения не должны портиться из-за того… в общем, они должны быть нормальными, мы должны постараться не избегать друг друга.       Питер удивленно посмотрел на него: — Ты прав, — Питер замолчал, пристально наблюдая за реакцией Тони. Когда последующих оправданий не последовало, он решил немного поменять курс разговора. — Мы ещё не обсудили, что Говард хочет устроить меня в компанию, в отдел под твоим руководством? — Знаю. Верно, — кивнул тот. — Мне он тоже об этом говорил.       Питер быстро отвернулся к плите, чтобы Тони не видел его вспыхнувших щек. Тем не менее его сжигало любопытство: как всё-таки Тони относится к идее общей работы? — А что, — протянул тот небрежным тоном, — работать вместе было бы неплохо! Ты умный, разбираешься в нынешних разработках, знаешь будущие. Тебя можно даже посылать за кофе!       Питер вдруг всё понял. Тони действительно всерьез думает об этом. Он хочет этого. Голова кружилась, мысли путались. Он сам думал об этом, сам этого хотел… — Ты этого хочешь? — Очень осторожно спросил Паркер. Голос Тони звучал безразлично, но Питеру показалось, что тому удалось различить в нем нотки надежды. — А чего хочешь ты, Питер?       Питеру хотелось во всем ему признаться, хотелось сказать чего он хочет на самом деле… Но ему вдруг вспомнился холод отчуждения в глазах Старка, когда он в прошлый раз своим поведением недвусмысленно дал ему понять, чего хочет, а чего нет. Он боялся снова наткнуться на эту стену ледяного равнодушия в его глазах. Нет, на сей раз Тони должен сделать первый шаг, первым во всем признаться.       Но Питер понимал, что сам Старк ни в чем не признается. Так и было — он упорно молчал. — Чего мне хотелось бы, — проговорил Паркер, проглотив обиду, — это наконец разобраться где я и как мне попасть домой.       Чайник вскипел. Питер взял ручку, чтобы снять его, но неожиданно обжегся и тихо шикнул. Поднявшись, Тони протянул ему тряпочную прихватку. — Спасибо, — тихо поблагодарил он, не глядя на него. Живя с тетей Мэй, Питер привык пить чай. В любое время он предпочел бы кофе, но сейчас же он готовил его лишь для того, чтобы чем-то себя занять и был предлог посидеть на кухне.       Питер налил Тони такой же чай, какой иногда находил на кухне Базы Мстителей. — Выпей, это тебя согреет.       Он с недоверием взял кружку из его рук, но, понюхав и отпив глоток, довольно улыбнулся: — Мама часто делала такой, когда я был маленький…       Питер вернулся к столу и занялся своим чаем. Слова парня объясняли то, почему этот чай постоянно был на Базе, почему он постоянно обновлялся, хоть Паркеру и нравилась мысль о том, что мистер Старка просто подметил то, что ему понравился именно этот напиток.       Питер подсел к нему со своей кружкой. Несколько минут они молчали. Питер опустил глаза, но чувствовал, что Тони пристально его рассматривает. От этого ему было немного не по себе — он не знал, о чем тот думает. — Знаешь что? — наконец нарушил молчание Старк. — Я должен признать, что мы с тобой хорошо поработали бы на пару. Ты подхватываешь мысли буквально на лету, даже с темы на тему прыгаешь, как я. Это интересно.       Питер только пожал плечами. — А что касается того, что произошло тогда…       Питер напрягся. Разумеется, Тони имел в виду поцелуй, вот только какой конкретно парень предложить не мог. Что он скажет? Будет снова оправдываться, что поддался моменту, скажет, что Питер ему противен или извинится… или скажет, что сам хотел этого… Тони молчал. — Всё в порядке, — не выдержал Питер. Он опустила взгляд, рассматривая чашку. — Ругаемся мы с тобой тоже иногда неплохо! — Добавил он, пытаясь обратить всё в шутку. Не хотелось знать, что там думает Старк. Боязно. — Я пойду спать. — Пит… — Спокойной ночи, Тони.

***

      В следующие три дня они почти не виделись. Когда Тони собирался ужинать, он уведомлял Джарвиса о том, что будет есть у себя. Пару раз Тони выходил в сад, когда точно знал, что Питер в своей комнате. В общем, они оба пытались избегать встречи и оба понимали, как это по-детски, сами же договорились, что будут вести себя нормально, а в итоге оба вернулись к своему привычному избеганию.       В свободное от чтения время Питер гулял по саду, плавал в бассейне, грелся под солнцем в летней беседке. Иными словами, убивал время. Никакое солнце не могло растопить лёд, которым покрывалось его сердце от воспоминаний их недавнего разговора.       Убеждать себя, что за месяц влюбиться в человека нельзя, было глупо. Любовь не признает таких прозаических вещей, как время или логика, она живет по собственным законам.       И вообще, любовь ли?       Это не его мистер Старк, не его наставник и вообще будто другой человек. Любовь он испытывает к своему Тони Старку, а к этому человеку? Он не представляет сам, что испытывает. Горечь отвергнутости? Да. Задетые чувства? Тоже да. Обида? Разочарование? Да. Да. Но любовь?       Может быть, Тони был прав?       Они ведут себя глупо. Питер ведет себя глупо не меньше Тони. Пора прекращать этот спектакль обиженных барышень. Им предстоит жить в одном доме, завтракать и ужинать вместе, ездить на мероприятия с Говардом и Марией тоже вместе, даже зависать в гараже они тоже будут вместе. Или им составить расписание посещений, чтобы лишний раз не пересекаться? Глупость какая-то. Здесь все взрослые люди.       А ещё Питер надеется вернуться в свой мир. Не важно когда. Просто вернуться. Там его ждет тетя Мэй, Нэд, Мишель, даже вечно недовольный Хэппи. Интересно, кто-то из них тоже исчез?       А ещё его ждет мистер Старк. Настоящий.       Всё, что сейчас происходит с Питером в той или иной мере нереально в масштабах его родной вселенной, тогда почему он должен расстраиваться из-за такой ерунды, как чувства к человеку, к которому ты даже сам не знаешь что испытываешь?       Наверное, нужно подойти к Тони и извиниться за свою неподобающее поведение, что повел себя, как капризный ребенок.       Он торопливо поднялся и спустился из своей комнаты вниз. Стоило ему только завернуть за угол, как они с Тони чуть не столкнулись лбами. Паркер быстро извинился, и только хотел что-то сказать, как заметил на себе такой же озадаченный взгляд шоколадных глаз. Видимо, Старк тоже спешил что-то сказать, но их столкновение выбило всю собранную силу и мысли, что они пытались донести друг до друга.        Возможно, это всё было случайно, Питер привык попадать в нелепые ситуации, а возможно, Тони тоже собирался прервать их затяжное молчание и глупое избегание друг друга. Он пошел навстречу, а значит не только Питеру было небезразлично всё, что между ними происходило. Невозможно так долго бегать друг от друга, когда хотелось совершенно обратного.       По пути друг к другу раздался звонок. Питера слегка передернуло, потому что раньше он слышал такой приглушенный звук из кабинета Говарда, а в этот раз он доносился откуда-то из гостиной. Стандартный звон домашнего телефона 80-х годов, к которому Паркер привык ещё за просмотром культовых старых сериалов вместе с Мэй и уже чуть позже здесь. Обычно он использовался Говардом исключительно по рабочим моментам Stark Industries, потому услышать, что кто-то звонит не на рабочий, а на домашний телефон было странно. И, видимо, не только для Питера.       Тони нахмурился. Они молча посмотрели вглубь комнаты, переглянулись, и оба направились на звук.        На звонок ответил подоспевший Джарвис, который успел снять трубку, как увидел Тони и Питера на пороге гостиной.  — Питер, Вас к телефону.        Парни в очередной раз переглянулись. Тони всем видом показывал как у него много вопросов. Будь это что-то серьезное, то скорее всего позвонили бы Говарду, а тот уже передал бы информацию Питеру, а тут…        Паркер подошел к телефону, взял трубку из рук Джарвиса и, поблагодарив того, ответил: — Да? — Питер, это ты? — Голос девушки по ту сторону звонка был ему знаком. — Это Люси! Мы виделись несколько дней назад на вечеринке, где Тони подрался с Перейра. Помнишь?       Люси, видимо, решила уточнить самые красочные подробности, боясь, что после того вечера Питера успели протащить ещё на пару подобных мероприятий. Парень был благодарен, что после того дня он просто сидел дома и не искал подобных приключений. Да и Тони тоже. — Привет, Люси. Конечно, я помню, — Питер тихо усмехнулся, боковым зрением подметив Тони, который аккуратно подслушивал разговор. Он решил, что не только ему будет интересно узнать, как Люси до него дозвонилась, но и Тони, раз тот стоит с таким напряженным выражением. — А откуда у тебя номер? — Если ты не забыл, Старк иногда встречается с моей сестрой. У неё есть номер Тони. — Да, это логично. Я не сообразил сразу, — Питеру было приятно осознавать, что в этом мире с ним кто-то решил связаться. Честно, Паркер думал, что с Люси они больше не пересекутся, может в будущем, случайно, на какой-нибудь подобной встрече. А тут Пирс решила позвонить ему! — В общем, я хотела предложить тебе как-нибудь встретиться, — девушка выдержала неуверенную паузу. — Может быть, сходим в кино? Либо можем просто прогуляться, если ты не против.        В кино? Прогуляться? Если бы Люси стояла напротив, она бы точно увидела, как ошарашено Питер хлопал ресницами, но пока что это видел только Тони, который был удивлен не меньше. В его взгляде что-то поменялось. — В кино? А-а, можно, думаю, да, почему бы и нет, конечно, — почему-то он немного нервничал, однако, ответ Питера точно порадовал девушку по ту сторону трубки. Но не Старка; тот фыркнул на фоне. — Когда ты свободна?        А дальше Питер словно пропал в разговоре с Люси. Ему льстило то, что кто-то позвал его провести время вместе, сходить в кино, даже просто прогуляться. В своё время инициатором подобного был он по отношению к Лиз, а после ничего подобного больше так и не случилось. Он уже совсем забыл, что в этом мире есть люди помимо Старков и прислуги. Парень настолько зарылся в этом доме, погряз в размышлениях о своем возвращении и проблемах во взаимоотношениях с Тони, что забыл о том, что ему нужно и вправду нормально развеяться, отдохнуть. Именно отдохнуть, а не увязаться хвостом за Старком на какое-то сомнительное мероприятие с неприятным окружением. Люси интересовалась Питером как обычным парнем.       Во время разговора они пришли к выводу, что оба завтра свободны и могут встретиться ближе к вечеру у одного из кинотеатров, который расхваливала девушка. Питер успел отвлечься от того, что всё это время их диалог слушал Тони. Они мило щебетали о времени, месте, кинематографических предпочтениях, в итоге Старку надоело ждать и слушать их приторные голоса, он закатил глаза в своей излюбленной манере и быстрым шагом покинул гостиную.       Они проболтали с Люси ещё пару минут и попрощались. Паркер уткнулся взглядом в сторону дверного прохода. Тони решил не ждать, пока они закончат разговор? Неужели он не хотел ничего сказать ему, когда они столкнулись?  Питеру показалось, что настроение Старка очень изменилось в момент, когда девушка предложила встретиться и сходить в кино, может быть, настрой поговорить обо всем у него пропал?       «А вдруг он ревнует?».       Нет! Ничего подобного! Тони сам сказал ещё после первого поцелуя, что это ничего не значит, а после второго лишь начал избегать Питера ещё сильнее. Питеру, конечно, нравилась и одновременно смущала мысль о ревности, но, возможно, в этом мире ему всё же стоило бы отвлечься от своей влюбленности в Тони Старка до тех пор, пока он не вернется в родной мир? Хотя вряд ли там ему что-то светит.        Питер искренне верил в то, что если у этого Старка есть нежные чувства к нему, то он обязательно расскажет. Ведь кому, если не самому Питеру? 

***

      Утром Питер рассказал миссис Старк о Люси и их планах. Ну, как рассказал, скорее лепетал что-то почти бессвязное, уходил от подробностей, чтобы ненароком не рассказать где и как познакомился с Люси, нервничал, жестикулировал, смущался, краснел, то есть вел себя как обычный Питер Паркер.       Женщина искренне улыбалась, пока слушала его, и как бы ему не было неловко, тему карманных денег пришлось поднять. Всё время Питер извинялся за это, испытывал чувство стыда, немного вины, но миссис Старк заверила, что сама собиралась поднять эту тему. Временно или нет, но Питер был частью их семьи, да и она была только рада спонсировать его свидание.       До кинотеатра Питер добрался на такси, попутно рассматривая улицы Нью-Йорка восьмидесятых годов. Что-то было уже знакомым ему, но за тридцать лет многое поменялось в городе.  — Питер! — он вышел из такси и услышал женский голос чуть дальше по улице. Люси привстала на носочки, махнула рукой, а после подоспела к нему на встречу. — Привет! — Питер улыбнулся в ответ, и они обнялись.        Со стороны Паркера объятия были достаточно неуверенные, ведь до этого даже просто заговорить с Лиз было огромной проблемой, не то что уж обнять. Ему не нравилось это чувство неуверенности и застенчивости. Когда он Человек-паук, то всё куда проще — он остроумный, уверенный, любимый всеми герой, а не просто Питер Паркер. Иногда он жалеет, что не может быть таким классным без своей второй кожи.       Он вспомнил здешнего Тони и своего мистера Старка. Они всегда в центре всеобщего внимания, уверены в себе, красивы, обаятельны и харизматичны, и Питер мог только гадать о том, какими они были в постели. В то время, как для Питера два поцелуя были каким-то событием, для Тони, кажется, это было так обыденно, как смыть воду в бочке. Паркеру стоило отвлечься от этого и сосредоточиться на таких девушках как Люси, побыть хоть на мгновение обычным подростком.       Они приятно общались у кинотеатра какое-то время; Питер не раз успел удивиться тому, на сколько Пирс была хорошей и милой девушкой. С ним давно не общались в таком контексте, неловкость и все плохие мысли отошли куда-то на второй план. Это их вечер, приятный вечер!       Питер уверенно улыбался, смеялся и шутил над рассказом Люси о её утреннем переполохе. Девушка не раз бросала фразы в роде «об этом я расскажу тебе позже» или «нужно будет сводить тебя туда». От этого становилось ещё спокойнее — Люси точно намерена встретиться ещё ни один раз.        В процессе разговора с Питером она насторожилась и заглянула парню за спину, где у дороги собиралась толпа зевак. — Что такое? — Питер обеспокоено коснулся её плеча и собирался повернуться, чтобы посмотреть, что вызвало такую реакцию у девушки. Чутьё молчало, никакой опасности поблизости не было, но что-то явно тревожило его спутницу.       Эта «реакция» шумно и быстро затормозила прямо рядом с ними. Красная Chevrolet, комплектации Impala Convertible SS, 4 поколения, 1964 года выпуска. Красотка, а не машина, понятно откуда столько внимания — кабриолет непривычно смотрелся у небольшого кинотеатра, а её водитель красовался рядом с темноволосой девушкой.       Люди толпой собрались вокруг приезжих, переглядывались, даже бессовестно толкали Люси и Питера, лишь бы оказаться поближе к этому шедевру. — Это же Тони Старк! — Да, красавчик, — стонали рядом проходящие девушки.       Улыбка Паркера быстро сползла с лица. Вечер предвещал быть не таким чудесным, как планировался изначально.  — Приветики! Как насчет двойного свидания? — Полли подмигнула, откидывая волосы назад. Все её наряды с таким декольте?       Так всё же это свидание? Интересно, это Полли решила последовать за сестрой, или Тони ищет приключений? Учитывая вчерашнюю реакцию Старка на диалог Питера с девушкой, тот явно был чем-то недоволен. Мысли о его ревности, конечно, льстили Паркеру, но вероятнее всего юный миллиардер задумался о чем-то своем. Видимо, о другой из сестер Пирс.       Парень покинул авто, вальяжно снимая очки и маша рукой фанатам, а через мгновение открыл дверь для Полли, как настоящий джентльмен, чем вызвал реакцию у толпы. Питер лишь молча закатил глаза. — Можете называть это так, — Люси пожала плечами и взяла Питера под руку, чтобы было удобнее пробиваться сквозь толпу к кассам. Им нужно было выбрать фильм и сеанс.       Питер на секунду обернулся, снова бросая взгляд на машину и на Тони: — Так ты для этой красотки собирал генератор с рекуперацией? — Поинтересовался Питер глядя на машину, на которой приехали Полли и Старк. — Именно. Подзарядка тяговых аккумуляторных батарей удачно вписалась в кастом этой малышки, — подмигнул Тони, также беря Полли под руку.       Уже в кинотеатре, куда, слава Богу, фанаты Старка не последовали за ними, ребята встали перед небольшим стендом с расписанием фильмов.  — Давайте только не на сентиментальную мелодраму, — Тони недовольно фыркнул.  — Можем пойти на фильм ужасов? — Люси вопросительно посмотрела на Питера, услышав тяжелый вздох сестры неподалеку. — Если вы, мальчики, конечно, не боитесь, — она кинула взгляд в сторону Старка, чье лицо изменилось.  — У нас самих жизнь иногда похожа на настоящий фильм ужасов, а вот вы, девчонки, можете и сами испугаться, — Люси закатила глаза на эти слова Тони, а Питер согласился, что его жизнь последние несколько месяцев и правда сплошной ужас. — Бу у-у!        Как результат — от неожиданности вздрогнула только Полли, после чего толкнула своего спутника локтем в отместку.        Питер снова посмотрел на стенд, пробегаясь глазами по списку фильмов и останавливаясь на фильме «Чужие». Видимо, крутят повторы популярных фильмов. Вот только чем больше он смотрел на это название, тем сильнее ему становилось не по себе. Когда-то он смотрел всю линейку этих фильмов и вряд ли бы его подловил обычный эффект неожиданности, но его накрывало какое-то непонятное ощущение, которое он не мог даже объяснить самому себе.       Он аккуратно передвигался по верхней панели космолета, когда услышал голос наставника. — Редкая преданность для предмета гардероба. Хвалю. — Э-э, кстати о преданности, — Питер спрыгнул на пол и снял маску. — О-о-откуда? — у Старка удивление читалась на лице так явно, что Питер должен был поспешить объясниться. —  Только не ругайтесь! — Тебя здесь не должно быть! — мужчина начинал закипать от злости. Какого хрена этот парень здесь забыл? Он же отправил его домой! — Я собрался домой… — И слушать не хочу… — … но до Земли ого-го! Пока собирался меня примагнитило… — И слушать не желаю! — … к космолету. А костюм-то, — он уже не мог сдержать улыбки, — на интуитивном управлении… — Проклятье! — начинал злиться Старк. — … так что, в принципе, Вы сами виноваты, что я здесь.       Улыбка на лице Питера расползалась всё дальше и дальше, а причин на это хоть убейся: он живой, в новом костюме, на крутой миссии в космосе и рядом мистер Старк. А вот тот, наоборот, закипал всё сильнее. Что вообще этот шкет себе позволяет? — Что ты сейчас сказал? — Оговорился! — поспешил оправдаться Паркер. — И-и вот я в космосе. — Да, где тебя в принципе не должно быть! — он подошел к Питеру очень близко и постарался объяснить ему почему так взбешен. Неужели парень сам не понимает? — Это не Кони-Айленд, не экскурсия. Здесь билет в один конец. Понимаешь? Головой надо было думать! — Да нет, я думал… — Ничего ты не думал, иначе был бы уже внизу! — … ещё как думал! Нельзя быть дружелюбным соседом, если соседей нет, — мистер Старк так странно смотрел на Питера, пока обдумывал его слова. — Странно, конечно, прозвучало, но Вы меня поняли.       Кажется, это сработало. Через минуту угрызений совести, что проносились на лице Старка со скоростью Марка 40, он смирился: — Ладно, ввожу в курс дела, — они подошли к краю, даже плащ левитировал с ними рядом, — надо спасать вот этого чародея. Варианты? — Ладно, ладно, так. — Мысли неслись с бешеной скоростью. Думай, Питер! — Придумал! Смотрели старый ужастик «Чужие»?       Даже плащ был в шоке от его идеи, но план они всё-таки утвердили. Старк быстро направился вниз, где колдун был скован странными иглами-пиками, дождался, когда тот мерзкий тип развернется, направил репульсоры и ждал подходящего момента. — … мгновенно покончит с твоими друзьями, — закончил предложение тот уродец. — Если честно, не такие уж мы и друзья, но спасти его я обязан по долгу службы. — Горе-спасатель. Твоя сила смехотворна по сравнению с моей! — Зато Паук видел больше фильмов, — ракета, выпущенная Тони в обшивку корабля, пробила брешь, слизняка засосало туда, а вместе с ним и мага. Питеру пришлось постараться, чтобы вытащить его из космоса.       Остановившись всё же на фильме «Чужие», компания подметила, что следующий сеанс уже через пятнадцать минут, а значит у них было время купить билеты и попкорн с напитками. А у Питера было время отойти от этого воспоминания.       В самом кинозале они сели не самым удачным образом. Питер понял это только тогда, когда колено Тони коснулось его. Главное, что Люси была рядом с ним. Девушка словно разбавляла этот дискомфорт, который так или иначе он не мог не испытывать в данный момент, она добавляла больше позитивного и умиротворяющего, чему он был очень благодарен.        Люси приятно улыбалась ему, поставила большой сладкий попкорн между ними, чтобы они могли наслаждаться им вдвоем, после чего случайно или нет, когда Питер потянулся за ним, они встретились руками.       И тут началось. — Люси, аккуратней!        Питер совершенно не понимал что случилось, ведь чутьё молчало. Только он кинул взгляд на то, как девушка коснулась его руки, и тут же столкнулся лицом к лицу с Тони. Питеру хватило совсем немного, чтобы понять, что этот вскрик был наигран.  — Что? — Люси убрала руку из-за недоумения.  — Питер очень чувствительный мальчик, мы же не хотим, чтобы его первый раз произошёл самопроизвольно в штаны от одного лишь прикосновения?  — Чего?!        Уши тут же залились краской. Паркер ошарашенно посмотрел на парня рядом, который в это время старался не так громко заливаться смехом, а Полли позади него тихо хихикала. Только он повернул голову к Люси, чтобы хоть как-то оправдаться, как та, улыбнувшись кончиками губ, серьёзным тоном выдала: — Тони, а ты хорошо разбираешься в чувствительных мальчиках? Или ты это на личном опыте знаешь? — Блондинка наклонила голову, подперев её рукой. Поддержка Люси зарождала в Питере всё больше нежных чувств к этой девушке.       Старк, который успел сделать глоток колы, ею же и поперхнулся. Питер мысленно похлопал Люси за её ответ и молча поблагодарил теплым взглядом. После их диалоги стихли, как только начался фильм. Или это было из-за того, как Люси осадила наглого Старка?       Это всё равно было ненадолго.        На протяжении всего фильма Тони пытался шутить, Полли смеялась над его неуместными шутками, добавляя больше шума. Соседние кресла шикали им несколько раз, на что были посланы Старком. Тони продолжал болтать и постоянно размахивал руками, задевая Питера, и ни раз касаясь коленом об него, заставлял Питера вздрагивать от прикосновений и от его голоса над ухом. В один из таких надоедливых моментов он чуть не подавился попкорном, зажмурив от тихой злости глаза. Тони не смел упустить момента ещё немного поиздеваться: — Самое страшное ещё не началось, Питер, можешь пока не закрывать глаза.       Люси, как и Питеру и вообще многим вокруг них, надоело это. Она перелезла через Питера, пронося с собой легкий цветочный аромат, подвинулась поближе к Тони и между ними двумя сказала: — Знаешь, мне всегда казалось, что люди своей бесполезной болтовней и шутками спасаются от страха, используя это как защитный механизм, — говорила она это максимально серьезно, но Питер смог уловить нотку игривости в её тоне, — а ты всё щебечешь без умолку с самого начала как мы сели. Скажи честно, я была права — ты боишься смотреть этот фильм?       Питер рядом хихикнул, а её сестра, сидя за Старком приоткрыла рот в легком шоке от происходящего. — Когда что-то кажется, нужно показываться доктору, а не ходить с красивыми мальчиками в кино, — моментально нашелся с ответом парень.       Полли, как обычно, рассмеялась, чем вызвала гордую улыбку у Тони на лице и утомление Питера и Люси на её глупый смех со всей чуши Старка.       Это продолжалось достаточно долгое время. Зачастую он шутил, дабы привлечь к себе внимание, издевался на Питером, порой обращался к Люси, буквально наклоняясь через Паркера, как делала это Люси полчаса назад. — Ребята, а вы знаете, что лучшее времяпрепровождение в кино — целоваться? — Очередная глупость и издевательская улыбка. — Я сам всегда так делаю и вам советую, — он точно старался смутить их. — Почему тогда ты ни разу не поцеловал Полли? — уточнил Питер, глядя то на шатенку, то на Старка.       Тони поманил Паркера пальцем, чтобы открыть секрет «почему» и прошептал на ухо: — А может я хочу поцеловать тебя?       Питер постепенно начинал закипать. Тони будто специально всё это делал, даже после того, как какая-то семейная пара с другого ряда уже несколько раз шикнула в их сторону. Паркер не знал, что его раздражало больше: поведение Старка, невозможность нормально посмотреть хороший фильм или то, как это всё докучало Люси. Если поначалу она отшучивалась на колкие фразочки или просто закатывала глаза, то теперь, сложив руки на груди, вжималась в своё кресло. Весь оставшийся фильм Питеру оставалось только поворачивать голову в такие моменты и укоризненным взглядом сталкиваться с этим настырным лицом.       Когда фильм закончился, Люси и Питер поспешили быстрее покинуть зал, чтобы оторваться от надоедливой парочки.   — Не знаю, как ты, а я должен срочно зайти в кафе и поесть, — сказал Питер, нежно глядя на Люси. Он надеялся, что вечер можно исправить хоть так, к тому же есть правда хотелось. — Я тоже.       Питер взял её за руку, они вышли на улицу — и тут же оказались нос к носу с Тони. — Куда идем? — Весело поинтересовался тот. — Мы с Люси собираемся поужинать, — подчеркнуто холодно ответил Питер. — Очень здравая мысль. Умираю от голода. Кстати, мне говорили, тут есть ресторан, где подают неплохие блюда из морепродуктов. — Тони… — начал было Питер.       Но тут рядом возникла Полли, подхватила Тони под руку и с улыбкой взглянула на Питера. — Ну, говорите быстро, где мы ужинаем, не то я сейчас упаду в обморок от голода, — прощебетала она. — Похоже, решение принято большинством голосов, — Люси виновато улыбнулась. Паркер хмурился и выглядел весьма недовольным таким поворотом событий. Однако под выжидающими взглядами трех пар глаз ему ничего другого не оставалось, как улыбнуться и направиться в сторону кафе, которое он заприметил до входа в кинотеатр, держа Люси под руку. За ними, тоже под руку, шли Полли и Старк. — Мы могли бы рвануть за угол, и если удастся оторваться от них, то у нас будет шанс поужинать вдвоем, — заметил Питер. — Они всё равно нас найдут. — Но ты знаешь несколько укромных местечек? — Он так выразительно посмотрел на Люси, что она расхохоталась. — Не сегодня, — покачала она головой. — Мне хочется поболтать с Тони. Может, он наконец объяснит мне, почему так себя ведет весь вечер.       Люси оглянулась. Полли шла, покачивая бедрами и болтая без умолку. Старк слушал с фальшивой улыбкой, но Люси видела, что смотрит он не на свою спутницу, а на Питера, в то же время незаметно оглядывая всё вокруг. Позже она отметила подобное ещё не один раз сидя в кафе.  — Тони, как ты после той драки с Джедом?        Сделав заказ, девушка чуть отклонилась у себя на стуле, всматриваясь в Старка. Уж и вправду он слишком странно себя вел, но у Люси были только положительные мысли в голове. Вероятно, Тони очень беспокоился за Питера — тогда на вечеринке он вступился за него, а сейчас из лучших побуждений решил проследовать за названным братом и всё время старался разбавить обстановку. Пусть у него это и ужасно получалось. — Нормально. Братишка обо мне позаботился, залатал раны, — Тони подмигнул Питеру.       На Паркера, словно огромной волной цунами, нахлынули воспоминания того вечера. Сердце нервно застучало в груди: зная в каком игривом настроении сейчас был Старк, Питер очень боялся, что тот выдаст что-то, что ещё помимо залечивания ран произошло в машине. Понятное дело, что девочки воспримут это как очередную неудавшуюся шутку, над которой Полли глупо посмеется, а Люси закатит глаза, но для Питера в таком случае весь вечер будет окончательно испорчен. Ему и без этого было тяжело держать свои мысли под контролем, каким бы милым и шутливым он не был рядом с Люси. С ней хотелось убежать подальше от Тони и его дурацкого влияния, хотелось быть с ней самим собой без всей этой тревоги.        Никогда бы Питер не подумал, что Тони Старк будет тем, кто будет гадить ему в душу.        Дальше их времяпровождение было более спокойным. Конечно, сын Говарда Старка не отказывал себе в остроумных подколах, но они были легкими, над некоторыми из которых Питер даже сам посмеялся. Всё-таки у Тони была особая харизма, и, понятно, что к своему нормальному юмору мистер Старк пришел не сразу, а методом проб и ошибок в таком юном возрасте.       Люси и Полли вспоминали какие-то моменты из своего детства, о которых даже Тони слышал впервые. Возможно, не веди себя он порой так, как вел себя в кинотеатре, и не будь всего того, что произошло (причем дважды), то у них получилась бы хорошая дружеская компания, в которой Питеру было бы комфортно так же, как с Нэдом и Мишель.        После того, как они хорошо провели время в кафе, Старк подошел к своей классной тачке, открыл переднюю дверь и отодвинул кресло: — Присаживайтесь. — Я провожу Люси пешком, если она не против, — робко уточнил Питер, на что ответить ей не дал всё тот же Старк. — Брось, мы провожаем вас обеих в один дом. Думаешь, я буду ждать Питера ещё полчаса у ваших ворот, чтобы поехать домой? — Звучит очень разумно, — сдалась Люси, перелезая на заднее сиденье. Питер последовал за ней в салон.       По дороге до дома Пирс Питер нежно держал Люси за руку, смущенно улыбался и совершенно не обращал внимания на Тони.       У дома, Люси, прежде чем они скрылись за воротами, отправила Питеру воздушный поцелуй. Это не выглядело кокетливо или пошло, скорее очень скромно и без намека, но Питера заставило это улыбнуться ещё шире. Это не скрылось от глаз Старка.       Стоило им проехать не так далеко, как Тони начал расхваливать Полли, это казалось не очень искренним или тактичным, а затем перешел на Люси, но совсем в другом ключе: намеки на будущие отношения Питера с ней, похабные шуточки, просьбы рассказать про их первый секс, если это случится. Это заставляло Паркера скорчиться и стараться абстрагироваться от монолога Старка. Слушать об этом от Тони, да ещё в такой интонации, ему особо не хотелось. Поэтому сразу, как они затормозили у дома, он молча покинул машину и быстрым шагом направился в дом к себе наверх. Он даже не успел захлопнуть дверь, как Старк опять появился рядом. — Ой, да ладно тебе! Что я сказал такого? Ведешь себя как изнеженная принцесса! — Тони махнул рукой, закатывая глаза. — Хватит прикидываться, у тебя в голове точно такие же мысли. Нихрена ты не хороший мальчик, коим пытаешься казаться. Ещё скажи, что я не прав!       И это было уже слишком. Эти качели, где они сначала целуются, потом избегают друг друга, потом Старк портит ему вечер, а теперь ещё и читает нотации о сексуальных отношениях с хорошей девушкой, которая и слова грязного в свою сторону не заслужила!       Это край. Он устал. — Зачем ты это делаешь? — Напрямик спросил Питер и сам не узнал своего голоса. — Ты же не хочешь ничего со мной, я знаю! Прекрати измываться надо мной и над Люси! Тебе самому так будет лучше! Если надо, я постараюсь не встречаться с ней у тебя на глазах, только ради Бога, прекрати!       Губы Старка едва заметно дрогнули в улыбке. — Нехорошо, Питер! Разве так разговаривают с любимым братом? Я ведь ничего плохого не сказал тебе. — Тони, ради Бога, — взмолился Питер, — ты же знаешь, что я не хочу портить отношения, не хочу причинять нам обоим боль и делать из тебя того, кем ты не являешься! — Той ночью у тебя было другое настроение, — усмехнулся Старк.       Питер почувствовал, как кровь застучала ему в виски. — Как ты смеешь?! — О чем ты? — Вырвалось у Тони помимо его воли. Он не хотел давать воли эмоциям, но был рад, что ему наконец-то удалось задеть Питера. — Не ты ли умолял тогда о поцелуе? И насколько я могу судить, хотел этого гораздо больше, чем я!       У Питера перехватило дыхание, почти остановилось сердце. Пальцы сжались в кулак, комкая края футболки. Он с такой ненавистью смотрел на Старка, что ему показалось — он собирается его ударить. И тот даже не без злорадства ждал этого. Но Питеру настолько не хотелось прикасаться к парню, что он не мог его даже ударить. — Не подходи ко мне, — ледяным голосом потребовал он. — Никогда! — Не беспокойся, — усмехнулся Тони, — я больше даже не посмотрю на тебя. Меня и самого больше устроит компания красивых девиц и друзей-алкашей, чем твоя.       Даже в самых мрачных фантазиях Питер не мог себе представить такого скотского поступка, на какой оказался способен Тони. Сейчас безответные чувства к мистеру Старку по сравнению с ним были ничтожными. Питер чувствовал себя совершенно опустошенным. — Ты ужасный человек! — Прошептал он. — Я не могу поверить, что когда-то ты мне нравился! — А кто хотел той романтической херни? — Невозмутимо напомнил он. — Кто кого умолял о поцелуе? Хочешь свалить все свои обиды на меня? Подумай хорошенько — не сам ли ты во всем виноват? — Да, это так! — Выкрикнул Питер. — Думаешь, я не знаю?       На какое-то мгновение Тони растерялся. Питер сейчас переживал такую бурю эмоций, что Старку даже стало жаль его. Но он тут же прогнал это настроение. Он не должен жалеть его, не имеет права! — Ты сам во всем виноват, — повторил он. — И у меня гораздо больше оснований обвинять тебя в том, что по твоей милости мы вынуждены тусоваться вместе не только дома, но ещё и в Stark Industries! Сначала ты не сопротивляешься. Отвечаешь на поцелуй! Потом соглашаешься, что это было неправильно. Затем снова целуешь, но уже без травки, без алкоголя, в трезвом, блять, уме! А теперь? Путаешься с первой встречной! Что ж, ты хотел вызвать мою ревность — ты её получил. Какие проблемы? — Тебя я не хотел! — А я, по-твоему, тебя хотел? Нет уж, голубчик, инициатива была твоей и только твоей. Распрекрасный Тони Старк из твоего мира не сможет ответить на твои чувства, как ты того хотел бы, вот ты и бросился на его копию в надежде, что хоть со мной что-то выйдет! И у тебя ещё хватает наглости заявлять, что я над тобой измываюсь! Не ты ли, милый, меня использовал? — Да как ты смеешь?! — Ты всё заранее продумал, ещё когда появился в нашем мире! А я и мои чувства просто случайно оказались в это замешанными. Что ж, получай теперь по заслугам!       Питер молчал. Он уже не чувствовал обиды — слишком многое свалилось на него за последние месяцы, и чаша терпения переполнилась. — Хорошо, — после долгой паузы проговорил он. — Но я не понимаю одного: если тебе так противен я и тот поцелуй, почему ты не отстанешь от меня, не найдешь себе девушку, почему не даешь мне забыть?       Пожав плечами, Тони рассмеялся нервным смешком: — Да ты, я вижу, ничего не понимаешь! — Он посерьезнел. — Хорошо, объясню. Есть две причины. Первая — не каждому выпадает удача попасть в Stark Industries. У меня, как ты знаешь, и без тебя есть часть в компании — а тут вдруг появляешься ты, умник, и становишься наследником целого состояния, к тому же с суперсилами. Кто бы отказался иметь личного супергероя? Ради этого можно нянчиться даже с таким, как ты. А вторая — тебе просто нет хода отсюда: мы не знаем вернешься ли ты в свою вселенную, а разбрасываться такими умными, красивыми и сообразительными никто не хочет. Так что, — ухмыльнулся он, — тебе же лучше: можешь не бояться, что семья Старков от тебя откажется.       Питера всего трясло от ярости. — Твой отец не может меня заставить остаться здесь! И ты тоже! Никогда! — И что же, скажи на милость, ты собираешься делать? — Тони пристально посмотрел на него. — Вернешься в свой мир? Может быть, хватит валять дурака? Не пора ли перестать быть ребенком? Начитался всяких романов о прекрасных рыцарях! Ни один Тони Старк не влюбится в тебя!       Питер с презрением посмотрел на него: — Только человек, совершенно не уважающий себя, способен измываться над собой, другими и преследовать человека, который тебе противен. Впрочем, чего ещё от тебя ожидать…       Свет померк перед глазами Тони. Он схватил Питера за руку, не замечая его состояния. — Я никогда не буду твоим по-настоящему, — проговорил он. — Я никогда не буду любить тебя! Ты для меня существуешь только как средство. Понял или нет?! — Он яростно потряс парня. — Ты для меня ничего не значишь! Ничего!       Отросшие кудряшки упали Питеру на лоб. Он весь дрожал, дышать было трудно. — Отпусти меня! — собрав последние силы, потребовал он. — Я, блять, очень хочу отпустить тебя, но ты как клещами впился — хрен отпустишь! — Тони самого трясло не то от ярости, не то от обиды или беспомощности. — Скажи мне что-нибудь гадкое, чтобы у меня была причина отстать от тебя, Паркер! Какого черта ты такой идеальный?! — Убери руки!       Но Тони явно не собирался делать ничего подобного. В голове крутились не мысли, а эмоции: обида, злость, ярость, желчь, печаль — всё, что только могло. Старк так яро пытался доказать, что Питер ему к черту не сдался, но некоторые слова резали его убеждение в этом; они не вписывались в ситуации, не были похожи на те, что он сказал мгновение назад.       «Идеальный?», «Сказать что-нибудь гадкое?» Что это вообще такое! Что за биполярка в голове этого остолопа?       Питер схватил рукой запястье парня и с силой заставил отпустить, отталкивая от себя. Он был зол, но старался контролировать силу, надеясь не сломать ничего Тони. Может так тот наконец отстанет от него? Но нет. Старк снова кинулся на Питера, ударяя в грудь и стараясь схватится за ткань его футболки двумя руками.       Это было больно. Но больно от осознания, что словесных унижений Тони было недостаточно. — Сказать что-нибудь гадкое?! — Он толкнул парня в плечи, но Старк не разжимал рук, в итоге потянув за собой на пару шагов назад. — Например, что говоришь ты мне?! Никогда, никогда я не опущусь до твоего уровня, хоть ядом в меня плюй! Может ни один Тони, гребаный, Старк не полюбит меня, но я хотя бы имею храбрость признать это и признать свои чувства в отличие от тебя! — Ответом на эти слова стал почти прилетевший кулак ему в лицо, который Питер сдержал ладонью, с силой сжимая руку парня напротив.  — Ты избегаешь проблем, избегаешь меня, отшучиваешься и несешь полный бред. Да ты настоящий трус, Тони! Ты…  — Трус? — едкая усмешка сорвалась с его губ, он пытался выдернуть руку, но хватка Питера была сильнее его по понятным причинам.  — А разве трус мог бы так сделать?       Питер чувствовал, как рука Старка немного расслабилась, но он не отвел её, а лишь схватил свободной рукой его голову и притянул к себе. Питер уже готовился оттолкнуть и ударить, но Тони прижался к его губам своими в грубом и жадном поцелуе, а Питера накрыло волной недоумения. Всё в голове встало вверх ногами. Он был всё так же зол, обижен, сердце бешено стучало, но на поцелуй ответил, позволяя парню притянуть его ближе к себе. Питер ослабил хватку, отпустил вторую руку Тони, которая через мгновение оказалась у него на затылке, образуя замок и углубляя поцелуй, делая его более влажным, страстным и ненормальным.        Что-то отличало этот поцелуй от двух других: он был более уверенным, с особым посылом, был совершенно иным. И это по определению понравилось Питеру. Ему нравилось, как пальцы Тони зарывались ему в кудряшки, сжимая пряди, нравилось, как вторая рука опустилась ему на грудь, согревая сквозь одежду. Старк сделал пару шагов вперед, упираясь в угол кровати и увлекая за собой Питера, не разрывая поцелуя.        Вероятно, вспоминая это позже, Питеру будет стыдно, что он толком не запомнил как именно они с Тони оказались лежа в кровати. Просто в один момент тот потянул его за собой сильнее, а Паркер был невероятно податливым, потому оказался сначала рядом с Тони, а потом под ним.       Старк не отказывал себе в касаниях — сначала та рука, что лежала у него на груди, начала мягко бродить по телу, по плечам, торсу и животу, а после и вовсе оказалась под футболкой. Касания словно обжигали кожу, заставляя Питера томно выдохнуть и содрогнуться, а каждая клеточка его тела по-особенному напряглась. Он впервые ощущал нечто подобное, ведь ничего интимнее этого в его жизни не было. Ладонь Тони словно исследовала каждый сантиметр его туловища, Питер ощущал шероховатость пальцев и в этом было что-то невероятно возбуждающее.        Щеки залились краской, когда Питер почувствовал, что всё происходящее его не на шутку возбуждало, не только физически, но и эмоционально. Внутри словно горело желание большего, ему хотелось этого не только телом, но и головой. Казалось, он спал и это был сон, в которой ему посчастливилось попасть.       Но всё было наяву.        «Невероятно».       А ещё невероятнее было чувствовать прижимающееся к нему тело Старка, которое пылало таким же возбуждением, таким же желанием. Питер чувствовал бедром возбуждение в паху парня, отчего у него прошел нервный разряд по всему телу и, дав себе волю, тихо застонал. Это заставило Тони оторваться от сладких губ парня: — Ты…  — Я так не могу, Тони. Я будто горю, — Питер выдыхает это резко, быстро, то ли не отдавая отчет тому, что говорит, то ли боясь передумать быть таким откровенным сейчас. — Мне прекратить?  — Нет! Я хочу большего. — А ты готов к большему? — И он кивает.       Это дало Тони сигнал к действию, зеленый свет. Он стянул футболку с Питера, дождавшись пока парень приподнимется, чтобы окончательно избавиться от ненужной ткани между ними, а после снова поцеловал и продолжил оглаживать такой идеальный рельеф мышц, но лишь на мгновение. Губы вместе с руками блуждали по его телу плавно, нежно, в то же время страстно настолько, что не следовать за этими прикосновениями было для Питера пыткой. Он выгибался навстречу касаниям, таял от каждого нового поцелуя, который дарил ему Тони, а тот продолжал вести свою линию от щек, шее, ключиц парня, спускаясь к чувствительным соскам и животу.       Одной рукой сжав ткань простыни под собой, Питер потянулся к макушке парня внизу, чтобы привлечь его к новому поцелую. Он не мог нормально лежать и терпеть то, что Старк делал с ним — каждый новый поцелуй ниже предыдущего заставлял парня сжиматься от нервных импульсов, дыхание сбивалось и дышать становилось всё труднее, необходимо было отвлечь голову на что-то иное, например, губы Тони. Дотянувшись до этих мягких волос, подтянуть их вверх к себе не удавалось, Старк был настойчив в своих поцелуях, поэтому единственное, что сейчас мог Питер — это зарыться пальцами в его волосы и стонать от выбивающих мозг ощущений.       Всё началось так быстро, при глупых обстоятельствах, что у него не получалось задуматься о чем-то помимо собственных реакций и всех тех вещах, что делал с ним Старк. Каждое прикосновение, взгляд, поцелуй, непроизвольные стоны — всё сейчас действовало на него как новая вспышка возбуждения. О каких мыслях сейчас могла идти речь?  Ни о какой недавней ссоре Питер даже не мог вспомнить. — Тони… Прошу, иди ко мне, — он тоже хочет позволить себе прикоснуться к нему, тоже хочет трогать его разгоряченное тело, — пожалуйста, позволь мне прикоснуться к тебе.       Конечно, Тони не мог отказать ему. Он поднялся к губам Питера, накрывая их очередным поцелуем, и позволил забраться руками под свою футболку. Он прекрасно помнил, как футболка Питера мешала ему, поэтому давая парню доступ — вовсе снял её.       Питер открыл глаза, чтобы посмотреть на то, что ощущал мгновение назад кончиками своих пальцев: красивое, рельефное тело Тони. Аккуратные соски на подтянутой груди встали от возбуждения, они так и манили провести по ним языком. Напряженные косые и прямые мышцы выдавали возбуждение. Старк всегда был в лучшей форме, от которой слюна скапливалась во рту, ноги подкашивались, а ладони тянулись прикоснуться к этому совершенству.       Раньше Питер не замечал, что у него есть фетиш на мужское тело, но это ведь было не просто тело. Для Питера всё было по-другому — что-то святое, необыкновенное, запретное. И оно перед ним.       Тони был похож на кота, что ластился к прикосновениям, прикрывал глаза и утыкался носом в изгиб шеи парня под собой. Казалось, ещё немного и замурчит. Он шумно дышал, обжигая шею своим дыханием, возбуждал чувствительные уши Питера этими звуками. Время словно замерло для них; наслаждаться разгоряченными телами друг друга, нежными касаниями, поцелуями — всё, что сейчас было так правильно.       Немного осмелев от реакций Тони на свои прикосновения, и поняв, что Тони млеет под его руками так же, как под ним сам Паркер, Питер захотел большего. Ласковыми движениями рук он скользил по его телу вниз до линии штанов, положил руку на бугорок ширинки и почувствовал как напряжен и возбужден Тони. Но это медлительное наслаждение начинало нервировать Старка, особенно после руки на своем члене. Он поцеловал парня под собой, страстно и напористо, и перешел на более решительные действия.       Тони сполз чуть ниже, оставляя дорожку поцелуев на сосках и торсе, и замер над его пахом. У Питера всё сжалось внутри от открывающегося вида, волна мурашек накрывала его тело волнами, когда Тони начал расстегивать пуговицу его джинсов, а затем и вовсе стянул их, оставляя парня почти нагим под собой. Щеки сильнее заливались краской, то ли от смущения, то ли от закипающей страсти и желания, от ожидания того, что Тони собирался с ним сделать.       Ладонь Старка жадно опустилась на возбужденную плоть под тканью боксеров, вызывая у Питера очередные новые ощущения. До этого дня никто не прикасался к нему так. Хотелось одновременно проклинать и благодарить своё тело за такую сверхчувствительность. Ему также хотелось знать, что испытывал Тони сейчас, глядя на него своим затуманенным взглядом. Тело рефлекторно сжималось и пульсировало, пока Тони стал приближался к его паху лицом. — Не нервничай так, — он говорил это, опаляя горячим дыханием изнывающий под тканью трусов член. — Ты сам хотел большего.       Питер не знал как реагировать, поэтому постарался расслабиться и приподнял бедра, чтобы Тони мог приспустить боксеры. Губы парня мягко коснулись розовой головки, обводя её кончиком языка и собирая выделившеюся от возбуждения смазку. У Питера в этот момент рвало крышу от переизбытка ощущений, а Тони не спешил, водил языком, словно вылизывал, как любимое мороженное. Он опустился к основанию, уделяя внимание мошонке и взбухшей вене. Вечерняя прохлада, что пробивалась в комнату через форточку, создавала контраст температур и заставляла Питера стонать ещё томнее.       Осмелев от стонов Питера, Тони вновь взял губами головку, погружая её в горячий рот, и только этого Питеру было достаточно, чтобы сжать сильнее ткань под собой, натягивая её своей неконтролируемой силой. С губ снова сорвался откровенный, возбужденный стон, придавая Старку больше уверенности в своих действиях.       Импульсы возбуждения поражали каждую клетку тела парня, отдавали покалыванием в кончики пальцев ног, заставляли напрячься, а коленки вздрогнуть. Из легких выбило воздух от манипуляций Тони, и он не мог никуда себя деть, лишь рефлекторно запустил ладонь в волосы Старка.       Нетрезво. Горячо. Возбуждающе.       Ему кружило голову настолько, что совсем скоро он не мог сдерживаться, раздвигал колени шире, разрешал ласкать внутреннюю сторону бедер, без стеснения стонал от каждого проникновения в рот Старка, а затем понял, что ему осталось совсем немного, и он кончит. Просто позорно и быстро кончит. Питер, конечно, слышал, что первый раз долгим не бывает, но ему так хотелось продлить эти волшебные мгновения, поэтому он потянул волосы Тони на себя, но был резко одернут. Ему не позволили отрывать его таким образом. Старк убрал руку Питера из своих волос, не останавливая движения головой, и прижал её к постели. Не Питер тут диктовал правила, не он тут управлял — он тут подчинялся.       Тело, колени, всё дрожало, под ладонями раздался треск порвавшегося постельного белья, а с губ срывался оглушительный стон наслаждения. Питер кончал, пока головка члена упиралась в нёбо парня, а язык надавливал на пульсирующую уздечку.       Тело постепенно размякало, погружаясь в ещё более податливое состояние. Всё, о чем мог думать сейчас Питер, это то, что Тони так и не выпустил его член изо рта, слизывал и глотал его сперму, а к себе так ни разу и не прикоснулся. — Тони…       В этот момент Старк сел на колени, устраиваясь между ног Питера, расстегнул свою ширинку и, не снимая до конца штаны, достал возбужденный член. Он смотрел ему в глаза затуманенным, жадным взглядом, провел пару раз рукой и наклонился к Питеру: — Помолчи.       Взяв ещё не опавший член Питера и колом стоящий свой, Тони задал сразу быстрый ритм рукой, помогая себе добиться разрядки. Питер не знал, хочет ли тот продолжать смотреть ему в глаза, поэтому обвил своими руками шею парня, притянул к себе и начал целовать глубоко и влажно. Ему не было противно от вкуса собственной спермы на языке, это только подстегивало поддаться вперед бедрами, чтобы проехаться членом по чувствительной уздечке Тони, и продолжать целовать.       Тони не железный, он тоже отвечал на поцелуи и стонал Питеру в губы. Стоило Паркеру провести ладонью по напряженной спине вниз, сжать ягодицу Старка, как он почувствовал горячие пульсирующие струи на своем лобке и задушенный стон. Тело над ним содрогалось от оргазма и поцелуи прекратились, оставляя только нежные губы на его губах, сбившееся дыхание и бешеный стук чужого сердца.       Через минуту Тони начало отпускать, и он упал рядом с Питером на порванные простыни. — Не смей больше называть меня трусом, Пит, — на этом он притянул парня к себе на грудь, дождался объятий, и уснул.

сладкие стоны в терновнике

по небу июльскому птицам

мы рядовые любовники

но мы заряжаем зарницы