Там, где живут наши Тени

      Тишина в салоне машины стала их новым попутчиком.       Арсений сосредоточенно смотрел в окно: сначала разглядывал однотипные пейзажи, затем от любопытства перевел взгляд вдаль основной дороги. Почему? Ответ прост: в отражении стекла Арсений не мог разглядеть желанный профиль Антона, скрытый за балаклавой. Он следил за связным: как он спокойно вел машину одной рукой, как периодически что-то писал в смартфоне, держа руль коленом (что безумно не нравилось Попову, но тот решил промолчать). Только он захотел узнать, как выглядел его связной, так тот снял балаклаву, будто читая мысли.       Так вот каким был его Антон.       Спутанные кудри на чуть вспотевшем лбу. Неприметные ресницы, но ярчайшие большие глаза, устремлённые вперёд. Пухлые покусанные губы с небольшой корочкой. И те самые большие уши, которых он стыдился. Милые.       В седане, подаренном Серёгой, Антон смотрелся совсем зажато: машина не по размеру. Черные байкерские штаны контрастировали с мягко-серым салоном. Его длинные руки на руле сильно изгибались в локтях, хотя он отодвинул кресло до отказа. Колени практически упирались в руль, из-за чего он широко расставил ноги.       Высокий.       Действительно.       Намного выше, чем представлял Арсений.       С каждым километром дороги Арсений закапывался в вопросах, ответ на которые мог дать только такой же молчаливый водитель. В момент, когда Попов искал глазами радио для смены тишины, Антон будто предугадал желание и включил случайную волну, чуть соприкоснувшись пальцами с пассажиром.       Попов резко дернулся от неожиданности. Ведущий радио помог расслабиться:       — Друзья мои, надеюсь, Вы на правильной волне. И следующая композиция погрузит Вас в далекое путешествие от родных краев к неизвестному будущему. Встречайте, композиция «Бахрома — Пока-пора».       Лёгкий перебор на гитаре. Слабые удары по тарелке. Хлопки. Двое в машине погрузились в завораживающую мелодию, ощущая, что от случайного прикосновения друг к другу разогревалась кровь.

Ночь-полночь, ты не спишь За порогом ночи мы, огни

Так легко потерять А потом с огнём и днём не сыскать

Так смотри, я как сталь Закаляй меня, закаляй

За гроши обнажай Нищая душа, смотри, нищая

      Молчание больше не било по Арсению. Музыка перекрывала всю необходимость вести неловкие диалоги, пока они не решились углубиться друг в друга. Композиция подарила Арсению грустные мысли, сожаление о потере последнего подарка Оксаны. Арсений прикрыл глаза, открывая сердцем другой вопрос о рядом сидящем молодом человеке.       Как они оказались здесь?       Что их привело сюда?       Как им действовать в будущем?       Но причина задать вопросы вслух так и не всплыла, а исполнители сменяли друг друга, позволяя двум мужчинам помолчать. Дорога послушно вела их прямиком через Тверь в Санкт-Петербург. На третьем часу поездки Арсений отвлекся на поступающие сообщения — очередные заявки на аудиты. И он погрузился в работу.       Время пропало с радара.       — Остановка. Тверской мотель, — озвучил Антон, заворачивая на просторную стоянку к неприметному зданию. Поставив машину на ручник, Антон звякнул браслетами. Арсений находил этот звук удивительным. — Переночуем здесь, затем отправимся дальше в Питер. Мне нужно время на подготовку нашего питерского жилья.       — Нашего? — единственное, за что уцепился Арсений.       — Нашего, — улыбнулся Антон, как кот, и облокотился на руль.       Он внимательно и пристально смотрел на Арсения, пронзая его любопытством. Сосредоточенно непрерывно Антон не сводил взгляда с Арсения, старательно не подающего вида, что тот смущён. И затем он продолжил:       — Переждем ночь здесь. Мне нужно закинуть нас на завтрашнюю конференцию к Тине, а для этого — связаться с подрядчиком и найти питерское жилье. А ещё выяснить, кто решил проникнуть в твой дом.       Шастун заглушил машину, открыл дверь и с большим удовольствием выпрыгнул на улицу, разминая ноги, плечи и спину.       — Придумают же машину для карликов, — его размашистые движения пленили Арсения, как маятник. Антон был невозможным. Несуществующим. Голосом из колонки. Сталкером за камерой. А в реальности... — Основные сумки оставим в машине… Арс, ты идёшь?       И Арс послушно вышел из машины, захватив лишь сумку с самым ценным — пижамой, липовыми паспортами и ноутбуком. Они подошли к главному входу: Антон открыл дверь и вежливо пропустил Арсения внутрь, оглядываясь по сторонам. Он обнаружил несколько камер на территории мотеля: так у Шастуна появилась первая работа по зачистке территории.       — Голограммы бывают такими реалистичными? — первое, что задал Арсений, когда они уже подошли к простенькому столу регистрации мотеля.       — А ты потрогай, — Антон хитро улыбнулся Арсению, затем посмотрел на старика у стойки. — Нам, пожалуйста, два номера на одну ночь.       Старик сонно потянулся и нырнул за очками под прилавок. Покопавшись в ящике, он лениво оглядел их и затем посмотрел в тетрадь.       — Свободный номер только…       Арсений уже закатил глаза, предполагая, что им конечно же, достанется один номер. Конечно с одной кроватью. Естественно других номеров нет. Безусловно они будут спать на одной кровати. Не секрет, что это приведет к ироничным сценам неловкости между ними. Сценарий их жизни оказался до боли дешевым.       — Двухместный только на первом этаже, и два одноместных на втором этаже…       Антон улыбнулся, поворачиваясь к Арсению.       — Какой брать будем?       — Нам два одноместных, — игнорируя Антона, Арсений притворно улыбнулся. Старик что-то записал в тетрадке и затем кинул на стойку два ключа с потрёпанными брелоками.       — Соседние… второй этаж… С вас четыре семьсот, — и когда Антон вежливо отсчитал купюры и отдал старику, тот забрал их костлявыми пальцами, упал в кресло и забыл об их существовании, включив российский сериал про полицейских.       Антон неторопливо забрал ключи, а Арсений молча проследовал за ним.       — Зачем ты здесь?       — Здесь — это…       — Со мной. Как оказался в Москве?       — Что ж... с чего начать. Это план. Мне не хватало мощности, чтобы с тобой работать. В Москве хотел соорудить хаб, заодно поменять тебе старые смарт-железки в квартире, но оказалось поздно, — высказал полуправду Антон, будучи страшно плохим лжецом. Лучше Попову не знать, что федеральные охотники за головами копали под двоих, а руководитель Тьмы решил сбежать, отведя подозрения от подопечных. Нельзя рассказывать о группировке. Ни в коем случае.       — А дальше?       — А дальше мы собирались вывести казино из строя.       — Я собирался в казино, а ты дистанционно по…       — Дистанционно помогать тебе не вляпаться в историю. И практически я буду работать удаленно: я тебя выше, это как отношения на расстоянии.       — Всего семь сантиметров.       — Там я еще не сравнивал. Но побольше будет.       — Придурок, - тихо на улыбке выдохнул Арсений.       Перебросившись бесполезными фразами, они вдвоем синхронно встали напротив дверей их номеров и провернули ключи. У Антона всё прошло гладко и он залетел внутрь, сразу плюхнулся на старый матрас кровати. Без удивления он принял, что кровать ему мала по росту. Ничего необычного.       А у Арсения появились проблемы: ключ не проворачивался. Сначала мужчина спокойно подёргал ключом, затем старательно приложился к двери, подпирая ее. После двухминутной возни к нему в коридор выглянул улыбающийся Антон.       — Проблемы?       — Никаких, — тужился Арсений, чувствуя, как белеют пальцы от приложенной силы.       Антон подошёл к нему и аккуратно положил свою руку поверх его на ключ, отодвигая его бедрами в сторону.       — Я попробую.       Арсений старался скрыть недовольство от его жеста, потирая пальцы на правой руке. Он отметил чрезмерную тактильность напарника. Антон вытащил ключ, затем посмотрел на замок.       — Собираешься вскрывать? — полюбопытствовал Арсений.       — Такое ещё не практиковал. Возможно, замок смазать нужно, посмотрю, что смогу сделать из подручных материалов.       — А я думал, что ты идеальный суперсолдат. Шпионаж, взломы, кунг-фу, — Арсений облокотился на стену рядом с маленькой сумкой, наблюдая за Антоном. Связной по-детски высунул язык, сосредоточенно вталкивая ключ в замок. Попов оторвался от стены и пошел по направлению к администратору: — Я схожу к старику.       Через несколько минут вернувшийся с пустыми руками Арсений посмотрел на возившегося с замком Антона. Тот поднял голову и кивнул ему, мол, как успехи.       — Старик испарился, на столе табличка «перерыв». Видимо, я в машину, — Арсений подцепил с пола сумку, как Антон ухватил его за запястье.       — Тебе нужно выспаться. Я ещё буду работать какое-то время, — он встал, отряхнув штаны. — Поспи у меня.       Арсений прищурился, а Антон так и не отпустил его запястье. При любом другом раскладе он бы… Он бы что?       — Хорошо… но я только подожду деда, — Попов аккуратно оттянул руку, чем «разбудил» Антона. Тот тихо извинился за излишнюю тактильность. — Пока перекантуюсь у тебя.       — Как скажешь, — поднял руки Антон, возвращаясь к разбору сумки с ноутбуком. — Ты не стесняйся. Чувствуй себя, как дома. Я ещё долго не усну.       Арсений прошёлся вдоль комнаты до старого пыльного кресла, кинув на него сумку. Он чувствовал на себе пристальный взгляд партнёра, снова пробирающий до дрожи. Слежка. Снова.       — Подожди, ты здесь переодеваться будешь? — испуганно спросил Антон, отвлекаясь от ноутбука.       — Да, нам ещё обсудить план нужно. Я тебя смущаю? — Арсений стоял раздетым по пояс, чувствуя лёгкий сквозняк. Он склонил голову на бок и улыбнулся.       — Нет, просто некомфортно, — Шастун быстро отвернулся и уткнулся в экран, но его глаза неестественно бегали.       — А когда ты подглядываешь за мной через камеры, то комфортно?       И в Антоне что-то сломалось. Треснуло. Что-то хрупкое. Что-то звонкое. Он сглотнул. Ему не скрыться за камерами. Арсений вдохнул полную грудь и медленно выдохнул, стараясь скрыть наслаждение от контроля над ситуацией. Он играл с клубком нервов Шастуна без причин. Без целей. Без дальнейшего плана.       Антон уткнулся в ноутбук, пытаясь стереть последние несколько минут материала с камер мотеля, а затем настроить канал связи, как оцепенел: он услышал бренчащую пряжку ремня.       — Ты решил поработать полностью голым? — голос Антона чуть заметно дрогнул. Во рту пересохло. Он поправил рукой челку, затем завел одну прядь за ухо.       — Ну как мать родила, так и живём, — прокомментировал Попов, повторяя за Антоном и сам того не замечая, пригладил волосы по бокам. Играть на камеру ради реакции и внимания было проще. Он молился, чтобы кончики его ушей не покраснели от стыда. В нем играло чувство… Какое чувство? Ему есть название? Как можно назвать смесь из детского любопытства, агрессии и истеричной заинтересованности в реакции?       Антон лишь вздохнул, пока Попов натягивал хлопковые серые пижамные штаны, затем футболку. В номере тишина, которую Шастун решил прервать: он подскочил, включил чайничек и, дождавшись сигнала в полной тишине, залил один единственный пакетик чая в номере, затем разлил по двум чашкам.       — Чудесно, когда есть возможность заварить вторую кружку чая для кого-то. Не правда ли? — Антон смущённо протянул кружку Попову, старательно не обращая внимания на его голую грудь. Глаза в глаза. И тут же Попов сорвался, играя в поиск зелёного. Он поглощён силой Антона. Возмущение, агрессия, пытливость, страх, желание, паника — всё рассеялось в зелёном спокойствии. План всё же не сработал. Жаль.       Жаль?       Какой был план?       О чем Попов жалел?       О какой реакции он мечтал?       В голове мелькали кадры возможного будущего. Желаемая реакция, которая бы угомонила его истеричную тревожность и потребность в клоунаде. Вот Антон красным помидором просит за что-то прощение. Вот Антон дотрагивается до его нежной кожи, считая родинки. Вот Антон касается губами его ключиц. Вот Антон закрывает дверь в номер, затем набрасывается на Арсения. Или вот Антон ложится на кровать, утягивая за собой мужчину и позволяя властвовать вдоволь.       Хоть что-нибудь!       Хоть какую реакцию!       Арсений махнул головой. Вся интимность обстановки и лютый блеф мужчины сыграли против него злую шутку. То был нездоровый интерес и истеричная потребность Арсения во внимании, которое долгие годы никто не проявлял после Масленникова. Гормоны. Не более.       Арсений не мог втю…       — Нужно вычислить слабое место Тины, — начал Арсений, важно располагаясь в кресле. — План простой: через подрыв казино лишить ее денежных средств, вывести на чистую воду махинации, доказать вину за смерть Тьмы и сдать её под решетку, как и компанию. Ты упоминал конференцию в Питере, они точно связаны?       — Да. Я прорабатывал эту тему полторы недели с твоего первого поручения, и вот что у меня есть. Первое, это нужный контакт, — Антон послушно вывел на экран звонок, — Тебе понравится.       В ту же секунду Антон отвернул экран от себя к Арсению и натянул балаклаву. На экране показалась удивительно неожиданная персона:       — Катя? — произнес Арсений и подвигаясь на кресле ближе к ноутбуку, — какими судьбами в нашем кибер-криминальном мире. А где Дима?       Антон сел на подлокотник кресла, из-за чего Арсений внутренне сжался, но вида не подал. Тепло от мужчины опаляло его плечо. «Будто бы совсем мест нет».       — А Дима рядом, — послышался рядом мужской голос, — и пиздец как негодует, что его супруга впутана в игры Джеймс Бонда-Попова.       — Дима, я сама решила, — мягко успокоила его жена. Позов сильно хмурился, чем смешил Попова непривычным видом: — Мальчики не сильно просили. Ты же знаешь, возможно, что я — единственный оставшийся вариант. И я соскучилась по приключениям.       — Приключения… Да я лучше бы на столе для патологоанатома распотрошил их с такими приключениями.       — Дима, это моя благодарность Арсу за его помощь, — семейная пара совсем не обращала внимание на собеседников. — Перестань играть на публику, лучше помоги Савине с уроками. О, привет, Тень! Стильная, эм, маска. И ещё раз приветствую, дорогой Арсений. Потрясающе выглядишь, как и всегда. Ты так и не заехал к нам в гости, я очень расстроена.       Арсений грустно улыбнулся, разглядывая аккуратную прическу такой домашней Кати. Диалог лился медленно и непринужденно. Рядом с ней важно и озабоченно кружился Дима: он периодически метался по комнате или подходил достаточно близко к жене, поглаживая ее плечи.       Супруги Позовы были типичной счастливой семьёй, которую Арсений хотел бы построить сам. Жена под стать мужу, муж под стать жены. Дети, действительно, — их цветы жизни. И в буднях детей муж принимал важную часть: на собственном примере показывал, что такое стержень, работал с их упорством и закаливал характер. Мама учила детей сопереживанию, эмпатии, любопытству ума и проработке собственных желаний. Долгая упорная работа двоих позволила создать крепкую семью.       Во время созвона Арсений наблюдал, как Антон что-то пробивал по внутренним каналам, пока при любой возможности Катя и Дима смотрели только друг в друга. Как на первом свидании. Как на первом страстном вечере. Как перед алтарем. Уверенный взгляд с ноткой «Я верю тебе» и «Я уважаю тебя».       Арсений застал в молодости их ссоры, скандалы и непонимания. Все эти моменты рушились под тяжестью совместных усилий и стараний. Столько лет спустя Арсений ещё не встречал пару, которая так поглощена друг другом по прошествии времени. Пару, в которой счастье ближнего было на одном пьедестале с собственным.       Он отмечал, как Дмитрий относился к Екатерине: она была прежде всего любимой женщиной, затем супругой и после мамой. Может быть, это неуловимая греческая философия, которая не каждому подвластна.       Арсений завидовал. Открыто и честно. Но, опустив сентиментальность, он вернулся в работу.       По стечению обстоятельств Екатерина Позова действительно была единственной возможностью проникнуть к Тине близко. Работа операционным директором на системном управлении дочернего банка Тины — рояль в кустах, не иначе. Но Арсений Попов был благодарен благосклонности Бога за подарок или случайность.       — Сначала Вам нужно получить место в ее золотом составе, местном клубе, — важно подчёркивала Катя. — Если зарегистрируетесь, то я объединю учётную запись с входом в казино, внесу в нашу базу. Следующий сбор состава и посвящения в него — в Питере. Завтра.       — Успеем же подготовиться? — Арсений повернул голову к Антону, как обнаружил, что остановился в сантиметрах от его лица. Благо тот был в балаклаве. Шастун неуклюже нагнулся над ним и не уводил хитрого взгляда.       — Выбора нет. Успеем. К слову, казино в Сочи, верно?       — Замаскировано в Сочи, да. Первый этаж — легальные автоматы и рулетка, а вот второе здание — полностью работает в черную. Это две разные системы, даже у меня нет полного доступа, — доложила Катя, посматривая на обеспокоенного мужа. Казалось бы, работа с трупами опаснее и непредсказуема, но судьба решила сыграть по другим правилам. — Но я могу создать вам доступ хотя бы в легальную часть.       — Значит, сначала Питер, затем Сочи. Интересный тур, — заключил Попов, откидываясь на кресле. Он задел плечом Антона, из-за чего тот напрягся. Забавно. В голове пронеслась мысль: а как отреагирует мужчина, если положить руку на его спину? От чего-то Антона хотелось притянуть. Хотя бы коснуться. До реального Антона. Физически осязаемого.       — Предупреждаю, Арс, — Катя обеспокоенно приблизилась к экрану. — На посвящении вам придется потерпеть. Там… Ну фанатики.       — А разве недостаточно заплатить деньги и отсидеться?       — Не совсем. Полтора часа ее концерта, затем лекции и воркшоп. Она возомнила себя Тони Роббинсом. Там буквально фанатики, сапфировый билет стоит несколько миллионов рублей, чтобы получить высший уровень наставничества. Ох…       Катя вздохнула и потрясла головой, не скрывая переживания.              — А есть возможность стащить чью-то клубную историю? — вклинился Антон. — Взломать учётку постояльцев подпольного казино?       — Возможно, — Катя задумалась, — но нужно убедиться, что они пользуются этой услугой. И не дать им зайти с вами одновременно в систему. А то служба безопасности сразу вас вычислит.       — Нам подходит, — Арсений кивнул и посмотрел на спину напарника. — Тень, займёшься?       — Только после вас, — он аккуратно повернулся к Попову, чуть сползая с подлокотника кресла. Ещё немного, и он бы сел на колени Попова. — Приведёте мне мужчин на тет-а-тет?       — Предлагаешь соблазнить?       — Откуда это у тебя в голове? — прошипел Антон, морщась. — Мне нужно, чтобы они крутились рядом.       — Это уж точно обеспечу.       На заднем фоне у Кати послышались радостные крики Савины. Она запрыгнула на руки к Диме, кружившего её в центре комнаты. Семья Позовых второпях попрощалась с мужчинами, оставив их наедине друг с другом. Антон резко снял балаклаву:       — Ты сбой в моей системе, — произнес он на еле заметной улыбке.       — Звучит, эм, двухмысленно.       — Ты невозможный и выводишь из себя сильнее, чем онлайн, — нервно смеялся Антон. — Знаешь… Забавно. Мы вообще не должны были пересечься, но судьба решила иначе. Я ведь лишь твоя тень.       — Не скажи… есть японская легенда о солнце и луне. Им тоже не суждено было встретиться, но… Бог придумал затмение, — Арсений улыбнулся, опустив детали легенды о любви Луны и Солнца. Эти уточнения ни к чему для Антона.       — Да уж, я твоя Тень, идущая следом… И стой. Ты раньше занимался соблазнением для дела? Серьезно? Мужчин?       — Были и женщины. А что? — Арсений чувствовал, как начинал злиться. Злиться?       — Н-ничего, просто… Не нужно идти на такие крайности, это… Ненормально.       — А нормально включать мне музыку для стриптиза, пока я в душе? — не сдержался Арсений, бросая откровенный укол манипуляции.       — Это же прикол! Отпусти этот день, ты в нем, эм, застрял. Ты чего так вскипятился, нормально же общались...       Застрял? Арсения не устроил ответ. Не устроила реакция. Отпустить? О, нет, он не отпустил эту ситуацию. И не отпустит в будущем.       — А вот вряд ли смогу отпустить. Пойду проверю старика, возможно, он вернулся, — раздраженный Арсений вскочил с кресла. Практически любой долгий диалог с Тенью эмоционально заводил его до дрожи. Он не умел быстро остужать пыл рядом с ним. — Спокойной ночи, не дрочи сегодня.       — Споко… Чего, блядь?       Арсений захлопнул дверь, довольно прогуливаясь по коридору и оставляя Антона с испуганными глазами в пять рублей. О чем думал Шастун, знал только Шастун. Получив новый ключ, Арсений спокойно прошел внутрь номера. Иронично, но кровати располагались ровно через стенку друг от друга.       Они оба заснут поздно, думая о своем. Арсений проворачивал все диалоги Тени заново, снова и снова. Он пытался понять, почему его гормоны и тело так странно реагировали на напарника. В процессе рассуждения он зацепился за одну деталь: острая перчинка их общего дела идеально подходила основному блюду в виде непредсказуемой химической реакции.       В моменте рассуждения перед сном Арсений опустил голову на спинку кровати. Казалось, он почувствовал тот же азарт, как когда-то прятал личные вещи его одноклассника и задирал его за длинную челку. Первая симпатия несмышленного мальчика. Вот и сейчас Арсений, несмотря на весь заученный кодекс профессионала, чувствовал себя мальчишкой, который не знал, как привлечь к себе внимание, поэтому делал это таким странным образом. И злился, когда не получал внимание в ответ.       Дефицит общения и внимания. Примитивное дёрганье за косички Антона. Арсений признался, что ему просто не хватало яркой реакции на его выпады, чтобы... Что? Попов почувствовал, как жар признания опустился ниже. Он сглотнул совесть, пока из глубин души и сознания поднималось чёрное желание. Сегодня ночью он готов снова вкусить грех.       Пусть у мотеля были тонкие стены, но Антон за работой не слышал, к счастью или его сожалению, как сдержанно стонал Арсений, уткнувшись затылком в спинку кровати и подрачивая на некого высокого и бесившего перед сном.       Закрывая глаза перед сном, Арсений видел ебучий зелёный и краткий путь его спокойствия. Но этим он займётся уже завтра.