Леди Цветов

Лорас ворвался в конюшню, Маргери шла следом. — Лорас, подожди, — сказала она, пытаясь успокоить его, — тебе нужно трезво подойти к этой… — В седьмое пекло, — сплюнул брат. Он толкнул дверь, которая вела в зону отдыха, где несколько конюхов, включая того, кого он искал, обедали. — Милорд? — сказал Инан. — Ты, — голос Лораса дрожал от ярости, — иди за мной. Дорниец повиновался, и как только они покинули зону отдыха, Лорас толкнул его к стене. — Что с тобой не так? — сплюнул он. — Милорд? — Не называй меня «милордом», — прошипел Лорас. — Скажи мне, что заставило тебя сделать это! — Милорд, я не знаю, что… — Да, ты знаешь, о чем я сейчас говорю! Сегодня Санса приходила сюда, и ты лично выбрал, оседлал и подготовил ее лошадь, и ты дал ей Вьюгу. О чем, седьмое пекло, ты думал?! Инан молчал. — Кобыла сбросила ее, — продолжил Лорас, его голос был полон ярости. — Ей больно. Она может потерять ребенка. — Милорд, все это несчастный случай, я бы никогда не осмелился… — Несчастный случай? Несчастный случай? Как ты смеешь говорить мне это в лицо? Ты что, принимаешь меня за дурака? Лорас схватил его за рубашку и снова прижал к стене. Позади него Маргери ахнула и что-то сказала, но он словно оглох от своей ярости и не расслышал ее слов. — Это был не несчастный случай! — крикнул он. — Ты живешь здесь уже много лет, ты знаешь этих лошадей, ты знаешь, что Вьюга непослушная и пугливая. Это было сделано специально, но для чего? Что она сделала? У нее нежная душа и доброе сердце, зачем так поступать с ней? Лорас понизил голос, продолжая: — Неужели ты думал, что я вернусь к тебе, если «несчастный случай» убьет ее? Как ты смеешь думать, что имеешь право распоряжаться жизнью моей жены? Лорас наклонился к нему, прежде чем продолжить, его голос понизился до шепота: — Я убил человека из Королевской гвардии, потому что он плохо с ней обращался. Мне не нужно было этого делать, он уже собирался сдаться, но я перерезал ему горло. Однажды я пригрозил убить короля Джоффри за то, что он пытался изнасиловать ее. Как ты думаешь, что я мог бы сделать с бастардом из Дорна, зная, что ты покушался на ее жизнь? Он взял его за подбородок, пальцы впились в мягкую плоть: Инан вздрогнул и отвел взгляд. Он не осмеливался смотреть Лорасу в глаза. — Ты подверг опасности ее ребенка, нашего ребенка, мою плоть и кровь. Ты умрешь за это, — сказал он вполголоса. — Стража! Трое мужчин вошли в конюшню, услышав приказ своего лорда. — Выведите его наружу, — приказал он. — Подождите! — Инан запротестовал, когда стражники схватили его. — Милорд, — взмолился он, когда его выволокли наружу, — это недоразумение, я клянусь, я не знал, что лошадь причинит вред вашей леди-жене, пожалуйста, милорд, сжальтесь, я верно служил Хайгардену долгие годы, сжальтесь… — Я проявлю милосердие, — холодно сказал Лорас, выходя вслед за ними на улицу, — и подарю тебе чистую смерть. Обращаясь к стражникам, он добавил: — Поставьте его на колени. Инан снова начал говорить, когда стражники заставили его опуститься на колени, а Лорас, вытащив меч, проигнорировал его протесты и начал: — Я, сир Лорас из Дома Тиреллов, Лорд Хайгардена, Защитник Марок, Верховный маршал Простора и Хранитель Юга, приговариваю тебя к смерти. Ваши последние слова, Инан Сэнд? Инан с ненавистью посмотрел на него, и внезапно Лорас вспомнил о Псе и Арье. «Теперь, когда нужно что-то говорить, молчишь? — он задумался. — Тогда будь по-твоему. Умри тихо». Он поднял свой меч. — Лорас, остановись! Позади него раздался пронзительный голос Маргери, и прежде чем он успел опомниться, ее рука оказалась на его запястье, не давая нанести смертельный удар. — Отойди, Маргери, это не твое дело. — Вполне мое! — настаивала Маргери. — Санса — моя самая близкая подруга, а ты мой брат. — Он пытался ее убить, — прошипел Лорас сквозь зубы. — Отойди в сторону, Маргери. Держись от этого подальше. — Нет. Лорас… Она положила свою руку на его. — Чистая смерть — это милосердие, которое Джоффри проявил к Лорду Эддарду Старку. Ты действительно хочешь быть таким же? Аккуратно Маргери заставила его опустить меч. Она была почти такой же высокой, как и он, и смотрела ему в глаза — взгляд сестры был наполнен любовью, но в нем чувствовалась твердость. — Нет, — ответила она вместо него. — Ты лучше, ты должен быть лучше, потому что он был жестоким королем, а ты хороший рыцарь, каждая клетка твоего тела наполнена добрыми намерениями, поэтому, пожалуйста, пожалуйста, Лорас, дай ему выбор. — Выбор? — повторил он. — Да, — сказала Маргери. — Выбор. Меч или Стена, дай ему выбрать. Лорас прикусил язык, и Маргери знала, что ее слова были услышаны. — Ты слышал мою сестру, Инан? — С-стена, милорд, — пробормотал он. — Любая жизнь лучше смерти. Лорас холодно рассмеялся. — Я бы не был так уверен. Но пусть. — Спасибо вам, — прошептал он, — спасибо вам, милорд, и вам, миледи, спасибо, спасибо. Я навсегда запомню вашу доброту. — Уведите его, — приказал Лорас стражникам, — в темницу, пока его не отправят на Стену. До тех пор я не хочу слышать о нем ни единого слова. — Да, милорд. — И еще, Инан… Лорас впился в него взглядом, чтобы убедиться, что дорниец слушает его. — Если мой ребенок или моя жена не выживут, ты никогда в этой жизни не увидишь снег, так что тебе лучше помолиться за их здоровье. Лорас наблюдал, как стражники вели Инана в темницу, и он был настолько сосредоточен, что вздрогнул, когда Маргери коснулась его руки. — Спасибо, — сухо сказал он. Он был настолько ослеплен своей яростью, что буквально был в нескольких дюймах от того, чтобы стать человеком, которого презирал больше всего, но, слава Богам, Маргери была рядом, чтобы вовремя вытащить его из этого состояния. — Вижу, Лорас, который боялся этого брака, уже в прошлом, — прокомментировала она полусерьезно-полушутя. — Я никогда не боялся этого брака. Маргери одарила его своим «о, пожалуйста» взглядом, и Лорас вздохнул. — Я был не в восторге, — признался он. — Я не мог представить себя с ней. Он пожал плечами. — Честно говоря, я не мог представить себя с кем-либо, если честно. Я думал, что смогу, по крайней мере, терпеть ее ради семьи, но когда я увидел ее в Великой Септе… когда я увидел, как Джоффри разговаривает с ней, я… до сих пор я все еще не знаю точно, что он сказал ей, прежде чем привести ко мне, но я знаю, что он угрожал ей. Санса дрожала, когда я менял плащи, и я знаю, что она боялась не меня. Глаза Лораса встретились с глазами сестры. — С этого момента Санса была моей, и я должен был ее защищать. Не из-за клятв, не из-за плаща Тиреллов на ее плечах, а потому, что она выглядела уязвимой и печальной. Ей нужен был кто-то, кто защитил бы ее и сделал счастливой, и я думаю… Я думаю, Санса увидела это во мне, и я почувствовал, что она это заслужила. Шло время, она открывалась мне… осторожно, раз за разом, и я не мог не уважать ее и не восхищаться ею. Она сильнее, чем думает, и даже красивее, чем могло бы показаться большинству мужчин. Санса никогда не сможет стать для меня вторым Ренли. Она не может быть им, и я не могу притворяться, что она — это он, но она моя жена. Я хочу, чтобы она была в безопасности. Я хочу, чтобы она была счастлива. Чему ты улыбаешься? Маргери покачала головой. — Ты хороший человек, Лорас Тирелл, — сказала она ему с улыбкой. Она взяла его за руку. — Пойдем. Посмотрим, все ли в порядке с Сансой.

***

— Спасибо, сир, — сказала рыцарю Дженнисей. По пути в покои Сансы мейстер и служанка встретили рыцаря, который помог им, взяв Сансу на руки: осторожно положив ее на кровать, он поклонился и ушел. Мейстер Ломис осторожно прикоснулся к ее округлому животу, пытаясь почувствовать схватки. — Тише, миледи, — мягко сказала Дженнисей, нежно поглаживая Сансу по волосам, — я уверена, что ваш ребенок такой же сильный, как его лорд-отец и леди-мать, все будет хорошо. — Я такая глупая, — воскликнула Санса. — Это моя вина, моя вина, Лорас никогда меня не простит. — Миледи, сир Лорас никогда бы не стал винить вас за это. — Я не должна была идти, я не должна была… Что вы делаете? — заговорила она, когда почувствовала, что руки мейстера приближаются к ее промежности. — Миледи, приношу свои извинения, но мне нужно проверить, начались ли роды из-за падения, — ответил старик. — Только тогда я смогу понять, давать ли вам лекарство от боли. Я понимаю, что это может быть неловко, но вы должны верить, что я не посмел бы прикоснуться к вам там, если бы в этом не было острой необходимости. Вам не будет больно, если вы расслабитесь. — Но я… Санса покраснела, ее ноги все еще были сомкнуты: только Лорасу когда-либо разрешалось смотреть или касаться ее там, и сама мысль о том, что кто-то еще может сделать это, даже мейстер, заставляла ее чувствовать себя крайне неуютно. — Миледи, — мягко сказала Дженнисей. — Мейстер Ломис очень опытный человек, вы видите, сколько серебряных звеньев на его цепи? — Да, — прошептала Санса. — Вы знаете, что символизируют серебряные звенья на цепи мейстера, миледи? — Медицина и целительство. — Именно так, — улыбнулась Дженнисей. — Миледи, это, должно быть, очень неприятно для вас, но вы должны быть сильной ради своего ребенка. Посмотрите на меня или закройте глаза, если от этого станет лучше, мы здесь, чтобы помочь вам. Санса поморщилась и уткнулась лицом в маленькую шею Дженнисей, когда почувствовала пальцы мейстера Ломиса: служанка нежно гладила ее по волосам и шептала успокаивающие слова, пока мейстер не убрал руки и не сказал: — Миледи очень повезло, — сказал он, — нет никаких признаков родов. Боль, которую вы испытываете, должна исчезнуть сама по себе. Я приготовлю вам специальный травяной чай, чтобы успокоить вашу боль, и было бы неплохо, если бы ваша служанка приготовила вам ванну, теплая вода прекрасно расслабляет мышцы. — Я прямо сейчас сделаю это, — сказала Дженнисей, прежде чем быстро выйти из комнаты.

***

Когда Лорас и Маргери достигли коридора, ведущего в спальню Лораса и Сансы, они встретили мейстера Ломиса: Лорас поспешил к нему навстречу, старый мейстер почтительно поклонился. — С ней все в порядке? — немедленно спросил Лорас. — И что с ребенком? — С обоими все хорошо, милорд, — ответил Ломис с небольшой улыбкой и успокаивающе положил руку на плечо Лораса. — Нет никаких признаков приближающихся родов, Боги милостивы. Я дал Леди Сансе травяной чай от боли, а ее служанка принесла воды для ванны, которая должна помочь при судорогах. — Никаких следов, ты уверен? Мастер покачал головой. — Милорд, при всем моем уважении, я помог Леди Алерии родить вашу светлость и Леди Маргери. Я даже помог Леди Оленне с рождением вашего лорда-отца и бесчисленному множеству других леди, которые жили в этом замке за годы моей службы. Вам или Леди Сансе нет нужды беспокоиться. Несчастный случай вызвал много опасений, но, к счастью, никто не пострадал. Еще раз поклонившись, мейстер покинул брата и сестру. — Если она принимает ванну, я оставлю вас. Пожалуйста, скажи ей, что она может прийти ко мне, если захочет. Поцеловав брата в щеку, Маргери ушла. Лорас недолго задержался в коридоре: когда он проходил мимо двери, Дженнисей, которая расчесывала волосы Сансы, чтобы они не касались воды, встала, чтобы сделать Лорасу реверанс. — Дженнисей, не могла бы ты оставить нас, пожалуйста? — спросил он. — К-конечно, милорд, — ответила служанка, бросив быстрый взгляд на Сансу. — Миледи, я в вашем распоряжении, не сомневайтесь. Сделав еще один реверанс, девушка вышла из покоев. — Лорас, мне так жаль, — сказала Санса, как только они остались наедине, — я не должна была идти с ними, я не должна была соревноваться с Маргери, я… — Это была не твоя вина, — сказал рыцарь, делая шаг к ней. — Я была слишком безрассудной. Была безответственной, и нам так повезло. — Это была не твоя вина, — повторил Лорас, сокращая расстояние между ними. — Пожалуйста, не вини Маргери, она всего лишь хотела быть доброй ко мне. Лорас покачал головой и нежно коснулся ее щеки. — Я не виню свою сестру. Санса… Лорас прикусил язык. Ему не хотелось лгать ей или заставлять чувствовать себя виноватой. — Это сделал Инан, — наконец обронил Лорас. Санса слегка нахмурилась. — Кто? — Инан… Лорас прочистил горло. «Она не помнит его имени. Зачем ей это? Конечно, она предпочла бы насовсем забыть о нем». — Человек, которого ты видела. — Ох, — просто сказала Санса, установив связь между этим именем и дорнийским конюхом. — Но почему? Я бы никогда не причинила ему никакого вреда и не пожелала бы ему этого, неужели он думал, что я держу на него обиду? Он боялся, что я захочу отомстить ему? — Ревность, зависть, гнев, я не знаю, что на него нашло, но он нарочно дал тебе кобылу с плохим характером. Она должна была запаниковать и взбрыкнуться, как только ты прикажешь ей идти быстрее или остановиться, что угодно, на самом деле. Я позаботился о нем. Санса некоторое время молча рассматривала его, прежде чем открыла рот, чтобы задать единственный вопрос: — Он мертв? — Нет. Он в темнице, мейстер Ломис пошлет ворона в Черный Замок. Они пришлют за ним кого-нибудь. Лорас слегка склонил голову набок, пристально глядя на нее. — Если ты хочешь, чтобы он умер, просто скажи. — Нет, — ответила Санса, медленно качая головой. — Я этого не хочу. Она прислонилась головой к его торсу, закрыв глаза. Маргери снова была права. Лорас нежно обнял жену за плечи, прижимая ее к своей груди, и закрыл глаза. — В этом мире и так достаточно смертей, — шепотом добавила Санса. — Согласен, — прошептал он в ответ.