The Monstrous Regiment of Women

Иви не узнавала комнату, в которой находилась, но здесь было тепло и уютно. Она сидела в слишком мягком кресле, а в руках держала книгу, очевидно, любимую, пусть даже она не могла сказать, о чём она. — Мама? Молодая девушка зашла в комнату, изящная и красивая, с длинными тёмными волосами. — Сесили, — услышала Иви собственный ответ, закрывая с улыбкой книгу. Она притянула девушку ближе к себе, жадно впитывая черты её лица. Веснушки. Прямой нос. Карие глаза. Сесили улыбалась. — Я искала тебя… Я хочу тебе кое-что показать, — сказала она, потянув Иви из её кресла за собой, держа за руку. Они шли коридорами долго, чуть не целую вечность, но наконец завернули за угол — и там стоял Джейкоб, прямо у окна, спиной к ним обеим. — Папа, — позвала Сесили, тут же отпуская руку Иви и подходя к нему. Её сердце пропустило удар, когда он развернулся и две одинаковые улыбки, озарённые солнцем, обратились к ней. Смех Сесили звучал легко и свободно. Джейкоб взял Сесили за руку. — Я не твой отец. Иви почувствовала, как улыбка исчезает с её лица. А Джейкоб указал на неё. — Она не позволила мне им стать. — Иви? — Нет, пожалуйста… — расстроенное лицо Сесили словно подтолкнуло Иви вперёд. — Я хотела… Мне так жаль… — Как ты могла, мама, — прошептала Сесили, и её тело начало трясти, а на груди начал расцветать кошмарный ярко-алый цветок. — Ты убила меня. — Иви! — Нет! — крикнула Иви, видя, как Сесили упала на пол со стоном, а Джейкоб просто стоял и смотрел, безразлично, холодно, а расстояние между ними было слишком, слишком большим для неё… И она проснулась. Джейкоб тряс её, и его голос звучал мягко и успокаивающе. — Эй, эй, это был сон. Всё хорошо. Глубокий вдох. Рыдания вырывались из её груди, руки тряслись, когда она свернулась у Джейкоба на груди, вцепившись в его ночную рубашку. Он крепко обнял её, окутывая теплом собственного тела. — Глубоко дыши, — повторил он, гладя её по голове. Он подождал, пока её перестанет колотить, шепча ей что-то успокаивающее обеспокоенным голосом. — Ты звала Сесили. — Ничего нового, — потёрла она лицо. Ей было неловко; это она должна была успокаивать его, а не наоборот. Она видела тревогу на его лице даже в тусклом свете. — Такое часто происходит? Иви прикрыла глаза при мысли о бесконечных бессонных ночах. — Реже, чем раньше. Он притих. Он понял, осознала она внезапно, впервые чувствуя, каково это. Словно часть её ноши отошла ему, чуть облегчив груз на её собственных плечах. Джейкоб ласково погладил её по щеке. — Я тоже о ней думаю. — Она была прекрасна, — прошептала Иви. — Я уверен. Как и её мать. Она усмехнулась сквозь слёзы. — Правда, — настаивал он, притягивая чуть ближе, осыпая её лицо поцелуями, пока она не засмеялась, вполсилы отталкивая его. — Лесть тебе не поможет, — пробормотала она, залезая обратно под одеяло и утягивая его за собой. Она устроилась у его плеча, ожидая, когда тянущее чувство в груди ослабнет, чтобы сон наконец овладел ей вновь.

***

Позже, вспоминая об этом, Джейкоб понял, что никогда не видел её слёз до отъезда. Она очевидно была в расстроенных чувствах, но, всегда собранная, она не позволила ему увидеть ни слезинки. Почему, подумал он.

***

Его ученики, как и было приказано, встретили его в назначенное время, наводнив его крохотную квартирку. Иви решила остаться, устроившись на одной из потрёпанных жизнью деревянных табуреток, наблюдая со стороны. — Итак, — хлопнул в ладоши Джейкоб, — поехали. Расскажите всё, что вы узнали. Альфред, как и всегда, начал первый, заложив руки за спину и расправив плечи, словно солдат на смотре. — Я вернул нашу старую заброшку на Темзе. Её патрулировала пара бывших Грачей, но я легко с ними управился. Думаю, большинство приспешников Джека уже мертвы. Никто не нуждался в напоминании, чья это заслуга. Иви лишь слегка пошевелилась, постукивая пальцами по коленке. — Отлично, — кивнул Джейкоб, — тогда мы можем возобновить наши тренировки там. — Я всё устрою, — ответил Альфред. Рой был следующим, кто выступил вперёд, поправив очки и проверив свои записи. — Я вернул наши материалы, которые попали в руки Джека. Он неплохо заработал, хотя я представляю, как. Лучшее, что мы можем сделать, это вернуть хотя бы часть этих денег в Уайтчепел. Предлагаю пустить их на новые колонки с водой; сейчас люди стоят в очереди по часу. Джейкоб просмотрел бумаги Роя быстрым взглядом. — Принято. — Наши доходы абсолютно вышли из-под контроля, — пролистал он несколько страниц, — но я над этим работаю. Рут… — он осёкся на имени, — оставила отличные записи, так что, думаю, я скоро с этим разберусь. Лотти выступила вперёд, и её голос прозвучал чисто и ясно, давая Рою возможность собраться с силами. — Бордели всё ещё в опасности. Я только начинаю выяснять, кто стоит во главе этой цепочки — это займёт время, но я в процессе. — Хорошо, — снова кивнул Джейкоб. Он снова оглядел комнату: Эмметт, Джейн и Уолтер были ещё слишком юны для личных задач, а Оливер угрюмо смотрел в пол. — Хорошо, — повторил он, хлопнув себя по коленям, — мы возобновим тренировки с завтрашнего дня. Если больше нет вопросов… — У меня есть вопрос, — внезапно заявил Оливер голосом, слишком громким для такого маленького пространства. Все напряглись. — Я хочу знать, — продолжил он, — какого чёрта ты всё ещё нас возглавляешь. Тишина показалась скорее натянутой, чем неожиданной. Джейкоб оглядел присутствующих, отмечая, что никто из них не встречался с ним взглядом. Значит, это они обсуждали, и не раз. — Ты хочешь мне что-то сказать, Оливер? — Просто спросить, — надломился его голос, — почему ты отправил их на смерть. Джейкоб закрыл глаза и снова увидел перед собой обезображенные тела девочек, которые впечатанные в его память Джеком. — Они знали о рисках. — О рисках, — рванулся вперёд Оливер, словно его потянули за невидимую нить, — в которые ты слишком сильно хотел их втянуть… Ко всеобщему удивлению, их прервала Иви. — Мне не кажется, что твоей невесте понравился бы намёк на то, что она слишком глупа, чтобы недооценить смертельную опасность дела, на которое она отправляется. Это было правдой; Констанция упрашивала отпустить её в поле, настаивала, что она готова, уговаривала Джейкоба, несмотря на его сомнения, что это дело стоило её жизни. — Ты ничего не знаешь, — развернулся к ней Оливер. — Я знаю, что если бы не она, умер бы невинный человек. Как думаешь, она хотела бы, чтобы ты желал смерти незнакомой женщине? — Ты… — метнулся к ней Оливер, угрожающе поднимая руку. Джейкоб понял, что он делает, после того, как начал двигаться, поймав Оливера за воротник и впечатав его в ближайшую стену. Несмотря на протестующие мышцы и больную лодыжку, ярость двинула его вперёд, удерживая Оливера на месте. — Она не твой враг, — услышал он собственное рычание. — Что до твоего вопроса — единственный, кто в этой комнате достаточно занимался, чтобы занять моё место, и это Альфред. Все обернулись к Альфреду. Кирпичной стеной он был или нет, но выглядел в ужасе от такого предложения. — Поскольку он не выразил ни малейшего интереса, тебе стоит попридержать свой чёртов нрав. Он отпустил Оливера, который выпрямился, не встречаясь с ним взглядом. — Мы все скорбим по ним, — добавил Джейкоб, тяжело опускаясь на стул. — Вы можете быть свободны. Увидимся в понедельник. Все тихо вышли, Эмметт обеспокоенно кинул на него прощальный взгляд. Иви взяла руку Джейкоба в свою, крепко сжав. — Ты сделал всё, что смог. Они знают. — Я знаю, — горько ответил он. — Только этого было недостаточно.

***

Клара была верна своему слову. Она пришла ранним субботним утром, когда небо было серым, а холод на улице — неизбежным. Иви присоединилась к её прогулке, пока они не дошли до паба «Роза и Корона», заняв столик в углу. Иви настояла оплатить их напитки; судя по состоянию одежды Клары, вряд ли она могла себе позволить лишние траты. — Я даже не знаю, с чего начать, — сказала Клара, снимая шарф и вешая его на спинку стула. — Но я уже сбилась с мыслей, и я помню твои, хм, особые навыки с того времени, как ты жила здесь. Я всё ещё не верю, что мне повезло встретиться с тобой. — У тебя проблемы? — Не совсем… Возможно. Я не уверена. В этом и проблема. Иви терпеливо ждала, пока Клара соберётся с мыслями. — Когда, — постучала по стакану Клара, — ты вернулась в Лондон? — Я здесь уже почти месяц. — Тогда тебя не было во время забастовки, — задумчиво сказала Клара. — Это вроде как начало мои новые заботы. В прошлом июле женщины с фабрики Брайант и Мэй — они делают спички — решили, что с них достаточно 14-часового рабочего дня и урезанной оплаты. Тысячи женщин вышли на забастовку. Это было прекрасно, — её глаза подёрнулись мечтательной дымкой, когда она сделала глоток пива. — Я попала в эту организацию, потому что познакомилась с Энни Безан во время кое-какой моей работы с профсоюзами. Она писала статьи для газет об их условиях труда, — заметила Клара. — Что-нибудь из этого тебе знакомо? — Боюсь, что нет. — Что ж. В общем, суть в том, что с того времени мы начали с некоторыми из тех женщин… встречаться. — Клара аккуратно разгладила складки на юбке. — Чтобы обсуждать права рабочих. И права женщин, замужних и нет, особенно право на независимость. Но что-то не так. Что-то пошло не так с самого начала. Она замолчала, глядя в пустоту, пока Иви не решилась прервать тишину. — Что ты имеешь в виду? — Мы ждали сопротивления. Естественно. Мы требуем узаконенных радикальных перемен, и те, кто мыслят слишком узко, будут всегда против. Но дело не в этом. Я думаю, в наших рядах есть предатель. Маленькие детали всегда идут не по плану — неожиданные происшествия, внезапные отказы от мест, где мы встречаемся, важные вещи пропадают. К чему я веду: я бы хотела, чтобы ты помогла мне узнать, кто этим занимается. — Члены моей… организации, — наклонила голову Иви, — обычно не принимают участия в политике. — Я знаю, — ответила Клара. — Я помню. Но я прошу тебя как подругу. Как женщину, научившую меня писать. Когда-то ты изменила всю мою жизнь. Иви подняла глаза в потолок. Наверное, если она просто чуть понаблюдает, ничего не случится. Клара не дала ей передумать. Когда Иви медленно кивнула, она быстро взяла её за руки, улыбаясь широко и довольно. — Спасибо. Возможно, это всё в моей голове, и помощь не понадобится. Но я буду спать спокойнее, зная, что ты в деле.

***

Джейкоб чувствовал, что его сознание яснеет сильнее, чем когда-либо до этого. Ему было достаточно того, что он наслаждался чем-то вроде нормального дня; он читал газету, замечая новости, которые до этого пропускал. Иви сидела на другом конце комнаты с иголкой и ниткой над открытой книгой. Его носки уже давно не были в таком хорошем состоянии. В какой-то момент приехала Анна с корзинкой выпечки. Иви расслабилась достаточно, чтобы спокойно болтать с ней, в основном рассказывая истории про Джейкоба, чтобы посмеяться. Он обязательно громко хмыкал, но не собирался им мешать. Это было немного странно для «нормального», но сейчас его это устраивало. Вскоре Анна окликнула Джейкоба с её места. — Джейкоб, я тут подумала… Он промычал что-то в ответ, не вслушиваясь. — Ты нехорошо поступаешь с Иви, заставляя её так следить за тобой. Он заметил, как Иви застыла. — Почему бы тебе не пожить у меня? У меня есть хорошая гостевая, я могу приглядеть за тобой. А Иви может… где она вообще спала? — нахмурилась Анна, глядя на единственную кровать так, словно видела её впервые. — На матрасе, — быстро ответила Иви. — Он днём под кроватью. — Видишь. Женщина в наши дни заслуживает больше, чем соломенная постель на полу. Я не знаю, как у неё получается выглядеть отдохнувшей. — Я не против… — поморщилась Иви, но её перебили. — Глупости, — настояла Анна. Она загорелась; Джейкоб узнал этот взгляд. — Ты тоже можешь переехать ко мне, если хочешь, или оставайся здесь, и у тебя будет личное пространство. — Анна… — вздохнул он. — Я знаю этот тон, — обрушилась она на него, — ты собираешься отказать мне. Но у тебя нет ни одной причины это сделать. — Я не хочу, чтобы ко мне относились как к инвалиду, — свернул газету Джейкоб и прямо посмотрел на неё. — Но ты и есть инвалид. — Тогда не смягчай свои слова, Бога ради. — Не груби, — вскинула она голову. — Мне и так тяжело доказывать Эмметту, чтобы он держал язык за зубами, а он пытается подражать тебе. — Она повернулась к Иви. — Ты выдернул её сюда из Индии, от её мужа, и не пойми меня неправильно, я рада, что ты это сделал, но она не подписывалась на роль сиделки. Я готова этим заняться. — Я правда не возражаю, — перевела взгляд на неё снова Иви. — Видишь? — кивнул Джейкоб в её сторону. — Она говорит, что не против. — Конечно, она так скажет, — усмехнулась и покачала головой Анна. — Надо быть более настойчивым. Ирония в её словах обескураживала. — Я не перееду отсюда. Твои слуги и так достаточно не одобряют моих посещений ночью, я уверен, они не хотят моего переезда к тебе, чтобы я стал хозяином дома. — Ты же не собираешься идти на поводу у пары неодобрительных взглядов от прислуги и оставить сестру в неудобном положении? — Ты меня не переубедишь. — Но Джейкоб… — Нет, — отрезал он. — Это окончательно. — Он обратно развернул газету, давая понять, что разговор окончен, надеясь, что она не будет продолжать. Остаток её визита прошёл в более неловкой атмосфере. Анна цокнула языком и обернулась к Иви, которая выглядела чуть сочувственно, что, вроде бы, чуть успокоило Анну, если можно было судить по тому, в каком состоянии она наконец ушла. То, что ей не понравилось быть отвергнутой, было очевидно и ожидаемо. Он никогда так не делал; попросту не было на это причин. Откладывая свою газету, он посмотрел на Иви, которая прижала палец к губам, вчитываясь в очередную книгу. Джейкоб сжал губы в тугую линию. Ему это не нравилось, но им обоим с Анной придётся привыкнуть к его отказам.

***

Иви была человеком слов. Она вела дневник, сколько себя помнила, и книги были её постоянными спутниками. Она привыкла, что слова всегда приходили к ней легко. Но всё же. Дорогой Генри, Это было хорошее начало. Если бы ещё знать, что писать дальше. Иви покрутила ручку в руках, вглядываясь в лист бумаги, словно надеясь, что слова сами появятся. Дорогой Генри, Надеюсь, это письмо найдёт тебя в добром здравии. Джейкоб всё ещё очень слаб телом и духом. Братство здесь ослаблено и крайне нуждается в помощи. В теории это было несложно. «Я не собираюсь никогда возвращаться.» Но она всё ещё медлила, перебирая слова. Я не могу пока вернуться в Пунджаб. Этого будет достаточно. Пока что достаточно. Передавай всем от меня привет. Твоя, etc., Иви