The Monstrous Regiment of Women

Они услышали взрыв всего за пару кварталов до места назначения. Лотти сразу же погнала лошадей быстрее. — Вот и ответ, что они планировали, — пробормотала она, кинув в сторону Джейкоба потемневший взгляд. Начиналось столпотворение, шумное, беспорядочное. — Мне нужно, чтобы вы оба поднялись на крышу, — крикнул Джейкоб, когда они завернули за угол. — Я осмотрюсь здесь, но вам нужно будет проследовать за теми, кто сбежит отсюда. Они притормозили перед воронкой, оставшейся от взрыва. Лотти сразу же убежала, Рой последовал за ней. Джейкоб слез с экипажа и пошёл через толпу. Место самого взрыва уже пустовало, но у полуразрушенной стены соседнего здания было много народа — и в основном женщины, которые склонились над полулежащими на земле телами. Расталкивая людей локтями, Джейкоб вытянул шею, пытаясь разглядеть всё как следует и подобраться к эпицентру взрыва. Может быть, если бы он узнал, что это была за бомба… Он заметил её краем глаза, сначала не поняв, что видит. Тёмные волосы, струйка крови на лбу, закрытые глаза. Нет. Время словно замедлилось, когда он рванулся вперёд, отшвырнув кого-то с пути, окликая её по имени. Над ней склонилась женщина, очевидно проверяющая её пульс. Иви сидела неподвижно, слишком неподвижно. Нет, нет-нет-нет, НЕТ — — Джейкоб? — когда женщина подняла голову, он увидел знакомые черты Клары, искажённые слезами. — О Господи, я — Я не понимаю, что произошло, в один момент всё было в порядке, а потом стена словно взорвалась… Он упал на колени и сорвал с руки перчатку, прижимая пальцы к её шее. С-стук. Пульс был, но слишком слабый. Он с усилием поднял её на руки и быстро пошёл обратно к дороге. Он почти ослеп от паники; если в округе были тамплиеры или их агенты, он должен был доставить её в безопасность. Экипаж не подошёл бы. Слишком сломанный; она могла бы покалечиться. Он заметил что-то вроде телеги и метнулся к ней, прихрамывая, двигаясь вперёд силой отчаяния. Возница прокричал что-то неразборчивое и сердитое, когда Джейкоб осторожно уложил её назад, накрывая своим плащом, чтобы хоть немного уберечь от дождя. Не слушая, Джейкоб спихнул возницу в грязь, усаживаясь за поводья. Он вытащил узелок монет и швырнул их в руки мужчине, который теперь орал, лёжа на земле. Здесь было достаточно для покупки и новой телеги, и трёх лошадей, если понадобится. Вообще-то он планировал пустить эти деньги на взятки, но это было куда важнее. Ещё раз оглянувшись на Иви, он пустил лошадь в торопливую рысь, быстро и отчаянно молясь, чтобы с ней всё было хорошо.

***

Она смутно помнила, как просыпалась и проваливалась обратно в сон. Вокруг был хаос, много шума. Криков. В ушах не переставало звенеть, но всё казалось таким далёким, словно она была под водой. Затем были сильные руки и капли дождя на её коже. Тряска, от которой всё болело. Искажённое страхом лицо Джейкоба. Когда она наконец очнулась, она оказалась в комнате, которую не узнавала. Она лежала под тёплым одеялом, а комната была аккуратной, со светлыми обоями. Она была в своей ночной рубашке, с волосами, заплетёнными в косу. Она попыталась сесть, но голова моментально зазвенела. Она откашлялась и попробовала что-нибудь сказать. Дверь распахнулась, и Джейкоб ввалился в комнату, с закатанными до локтей рукавами и беспокойством на лице. — Ты очнулась, — он оставил недоеденный сэндвич на столе и подошёл к ней, — слава богу, я отошёл буквально на минуту, я ужасно волновался. Иви прикрыла глаза и попыталась не думать о боли в затылке. — Был взрыв. — Она распахнула глаза. — Клара. Клара в порядке? — С ней всё хорошо, — успокоил он её, усаживаясь рядом с ней на кровать. — Несколько царапин и синяков, но она в порядке. Иви со вздохом облегчения откинулась обратно на подушки. — Сколько меня не было? — Ты иногда просыпалась, но прошло почти четырнадцать часов. Ты потеряла много крови. Четырнадцать часов. Много. — Что произошло? — Тамплиеры, — он помрачнел. — Мы нашли их переписку с инструкциями, но не знали, к чему они. И я не знал, что ты там, — его голос оборвался. — Когда я увидел тебя на земле, я подумал… — он нервно сглотнул и замолчал. — Я буду в порядке, — мягко сказала она, сжимая его руку. — Что говорят о взрыве? — Газеты винят террористов. Всё выглядит как их обычная акция, скорее всего, так и было задумано. У нас есть след, но я ещё ничего не знаю — я волновался за тебя. Только сейчас она заметила, насколько уставшим он выглядит. Под глазами прорисовались тёмные круги, и он явно не спал уже давно. Она снова осмотрела комнату, примечая окна и мягкие шторы. — Где мы? Он встряхнулся и с небольшим усилием улыбнулся. — Наша новая квартира. Я не мог отнести тебя назад, Анна не простила бы мне, если бы я устроил женщину без сознания на матрасе на полу. Или если бы я сам спал на полу. И я так или иначе решил, что пора поискать место попросторнее — ты сама говорила, что скучаешь по возможности готовить самой. — Ты можешь себе это позволить? — выпрямилась Иви. — Я откладывал деньги все эти годы, не переживай. — Он наклонился к ней и убрал выбившуюся прядку за ухо. — Здесь две спальни, — медленно продолжил он, — так что сплетен быть не должно. — И мы планируем использовать обе? — чуть наклонила она голову. — Только если мы будем переключаться с одной на другую, не то что бы я против. Ты голодна? Если честно, больше всего ей хотелось спать, и боль в затылке появилась с новой силой. — Я, наверное, ещё немного отдохну. — Хорошо, — поднялся он с кровати и легко поцеловал в лоб, — не переутомись.

***

Она была жива. Она была в порядке. Или — она будет в порядке. Она была жива. Доктор был уверен, что она поправится, но это не мешало Джейкобу беспокоиться. Он провёл отвратительный вечер, бегая из угла в угол, боясь, что она не переживёт эту ночь. Его посетило лёгкое чувство дежавю, и он понял, что ему это напоминает — он вёл себя так же, как Иви, когда она спасла его от Джека. Он был в куда худшем состоянии. От этой мысли его кольнула жалость. Когда он поднимал её на верхний этаж, он поймал пару удивлённых взглядов, но не обратил на них внимания. Он дождался ухода врача, чтобы снять с неё окровавленную одежду, не обращая внимания на намёки, что стоило бы найти сиделку. Он вытащил невидимки из её волос, зная, что она терпеть не могла в них спать — и неловко заплёл ей косу. Ему казалось, что он переодевает мёртвое тело, и от этого кровь стыла в жилах. Облегчение, которое он испытал, когда она проснулась, было невероятным. Тяжесть на сердце чуть ослабла, когда она наконец улыбнулась. Это значило, что он может вернуться к другим делам. Когда он вернулся на их базу в заброшенной фабрике, Альфред стоял на входе. — Его зовут Хенли. Я немного попортил ему личико, — пожал он плечами, — но он молчит. Джейкоб кивнул и продолжил идти, пока не нашёл то, что искал — привязанного к стулу в одной из задних комнат мужчину. Охранник в доме, где они нашли бумаги, казался совсем неважным, когда они с Лотти впервые его обезвредили. Сейчас он был единственной ниточкой, которая связывала их со взрывом, который привёл к травме Иви. — Хенли, — с чувством начал Джейкоб, закрывая дверь за собой на ключ и усаживаясь на стул напротив. — У меня к тебе пара вопросов. — Ты Джейкоб Фрай, — прохрипел Хенли. — Ты и правда живой. — Вполне живой, — согласился Джейкоб. — И очень, очень злой. Хенли ничего не сказал, только внимательно следил за Джейкобом. — Смотри-ка, Хенли, какое дело, — продолжил он, — ты помнишь мою сестру? Иви Фрай? Она попала в тот взрыв, который устроила твоя банда. На секунду в глазах Хенли мелькнула искра чистого удивления. Значит, это и правда было роковое совпадение, а не спланированное покушение. Джейкоб встал и показательно медленно прошествовал к столу, где Альфред живописно разложил впечатляющий набор инструментов. — Она выжила, — буднично добавил он. — Жаль, — сплюнул Хенли. Зрение на секунду застелила красная пелена. Спокойно. Он должен сохранять спокойствие. — Понимаешь, в чём проблема, — продолжил он, — она очень дорога мне. Поэтому я настоятельно рекомендую рассказать всё, что знаешь, и тогда твоя смерть будет быстрой и почти безболезненной. Хенли ухмыльнулся, хотя эффект улыбки немного подпортили кровь и синяки на лице. — Хорошая попытка, но тот здоровяк уже пробовал. Мне нечего сказать, так что вам придётся просто меня убить. — У него была не та мотивация, — задумчиво заявил Джейкоб, взяв ножницы и на пробу щёлкнув ими. — Мне нужно, чтобы ты, Хенли, кое-что понял, и тебе придётся внимательно меня выслушать. — Я не знаю, каким бредом ты пытаешься меня запугать, но… — Иви не просто моя сестра, — перебил его Джейкоб. В комнате повисла тишина. — Что? Сжав ножницы с такой силой, что металл болезненно впился в кожу, Джейкоб медленно подошёл ближе. — Не только сестра, но и любимая. — Что? — Называй как хочешь. Возлюбленнная. Любовница. Мать моего ребёнка. — Что?? — Я не знаю, как сказать ещё понятнее. — О Господи, — задохнулся Хенли, выглядя близко к панике, — ты серьёзно, ты… ты, больной ублюдок… — Никто на свете не важен для меня так, как она. Никто. Взгляд Хенли метался туда-сюда, он нервно сглотнул. — Что… Зачем ты мне это рассказываешь? — Потому что я хочу, чтобы ты понял, — рявкнул Джейкоб, с силой запрокинув голову Хенли назад и держа острие ножниц в миллиметре от его глаза, — что если этот больной ублюдок говорит тебе, что он будет тебя мучить, пока ты не станешь жалкой тенью самого себя, недочеловеком, использованным и искалеченным — я действительно имею это в виду, и я буду думать о моей прекрасной Иви и о том, как вы чуть не забрали её у меня, — он опустил ножницы ещё ближе к его глазу, — и я буду этим наслаждаться. По комнате пошёл неприятный запах — Хенли обмочился. Он выглядел испуганным, и его трясло. — Ты сошёл с ума, ты и правда поехавший, у тебя проблемы с головой — — Начинай, Хенли! — прорычал Джейкоб, надавив на ножницы сильнее, пока мужчина не вскрикнул. — Я ничего не знаю! Богом клянусь, динамит нужен был только для этих чокнутых девок, и я знаю это только потому что я был на месте, когда доставили сообщение, клянусь, я должен был только собирать оплату с проституток — — НЕДОСТАТОЧНО! — взревел Джейкоб и занёс руку для удара. — Пожалуйста! — вскричал Хенли. — Я даже не знаю её имени! Её? — Чьего имени? — Нового Великого магистра, — заговорил он торопясь. — Меня не берут на собрания, даже те, с кем я контактирую, используют псевдонимы. Джейкоб одобрительно посмотрел на него, но руку с ножницами не убрал. — Пятого января я должен буду снова собрать деньги, — продолжил он, часто-часто говоря и запинаясь. — Я должен был получить сообщение от бармена в «Белом олене» в Шордитче, кодовое слово «арлекин», это были последние инструкции, которые я получил, пожалуйста, прошу вас, я больше ничего не знаю… Джейкоб отошёл и потёр лицо. Либо этот человек очень искусно лгал, либо они и правда наткнулись на очередную шестёрку. Вот вам и ценная информация. Со вздохом он раскрыл клинок и одним движением вонзил его в горло Хенли, который не успел издать и звука. Когда Джейкоб вышел из здания, Альфред ещё был на месте. — Узнал что-нибудь? — Новый лидер тамплиеров — женщина. Отправьте кого-нибудь в Шордитч в паб «Белый олень», там передавались сообщения, — ответил он, натягивая плащ. — Больше ничего. И чёрт с ним.

***

Оказалось, что это был их последний след. Рой и Лотти не вычислили никого подозрительного на месте взрыва, а динамит, как оказалось, был украден, и дело так и не раскрыли. Предстояла очевидно долгая работа, но Джейкоб не хотел оставлять Иви надолго. Он не мог сосредоточиться, когда волновался за её состояние в его отсутствие, к тому же несколько его собственных старых травм напомнили о себе; на улице было слишком холодно и сыро, и тем привлекательнее был камин и тёплые одеяла. Грачи и Алоизий Расселл могли и подождать. Чёртовы тамплиеры могли и подождать. Лондон мог подождать. Хотя бы на неделю. В канун Рождества, когда она вылезла из постели за чаем, он не удержался от усмешки. — Я не приготовил тебе подарок. Она устроилась рядом, и он в очередной раз удивился, как у неё получается выглядеть красивой с синяком на половину лица. — Я тоже. — Логично, ты же не выходила из постели. У меня вот нет оправдания. — Мы оба инвалиды, — натянуто улыбнулась она, — два месяца назад я думала, что потеряла тебя. Всё обошлось, ты здесь, и это достаточно для моего подарка. — Уверена? — приподнял он брови. — Ты даже не хочешь коробку конфет? Она откинулась на подушки со вздохом. — Ты можешь достать их для меня попозже. — Эй, я ничего не обещаю! Иви посмотрела на него долгим взглядом, и он не смог удержаться от усмешки. Она со вздохом наклонилась к нему и поцеловала в щёку. — Какая же мы потрёпанная пара. — Двое из ларца, — согласился он, взяв кружку чая. — Анна придёт чуть позже с Эмметом. У неё план на Рождество, включающий праздничный ужин и игры. — Я могу остаться здесь, — повела плечами Иви. — Тебе не обязательно это делать, — обеспокоенно посмотрел он на морщинку, появившуюся на её лбу. — Если хочешь, я скажу, чтобы они не приходили… — Нет, — перебила она. — Они твоя семья. Это важно. — Ты тоже моя семья. — Им надо прийти, Джейкоб. Всё в порядке.

***

Иви чувствовала себя сильнее с каждым днём. Шея переставала болеть, и постоянная головная боль утихала. Она ненавидела оставаться в постели. Ещё пару дней, уверяла она себя, и она сможет уговорить Джейкоба, чтобы она присоединилась к их расследованию. Она пробовала и до этого, но пока что он только читал ей лекции о заботе о себе — и эту иронию сложно было не заметить. Всё же оставаясь дома, она погружалась в чтение. От учеников ей досталось множество бумаг, которые она изучала днями, знакомясь заново с положением дел в Лондоне. Она дошла до середины одного из докладов Лотти о борделях, когда у входной двери послышались две пары шагов. Даже из соседней комнаты был отлично слышен резкий голос Джейкоба. — Какого чёрта это было? — Отпусти меня! — послышался голос Эмметта. — Мужчины из семьи Фрай не ухаживают так за девушками! Иви почти физически ощутила, как навострила уши. Судя по смущённому тону Эмметта, он явно покраснел, она практически видела. — О чём ты? Я не ухаживаю… — Ещё бы! Тянуть за косы? Тебе двенадцать? — Пятнадцать, — сердито возразили в ответ. — Ты достаточно вырос, чтобы не делать таких глупостей, это точно. Слушай, я не молодой, но и не дурак, и я понимаю, что это может быть неловко, когда тебе кто-то нравится… — Мне не нравится! — …но ты ведёшь себя абсолютно неправильно, и я не собираюсь смотреть, как ты изображаешь из себя дурака! Послышался стук: Эмметт либо топнул ногой, либо что-то ударил. Зная их обоих, выбрать было сложно. — Я не изображаю из себя дурака… — Цветы, а не щипки! — Я не буду носить ей цветы! — Ты же понимаешь, что если ты не извинишься, Джейн не заговорит с тобой ещё несколько недель, если не больше? Когда Эмметт наконец ответил, Иви едва его расслышала. — …Какие цветы? — Чёрт, откуда мне знать? Я встретился с твоей матерью, когда убегал от полиции и влез в её окно как разбойник, я не совсем разбираюсь, — наступила пауза. — Спроси свою маму. Или тётю Иви, она хорошо разбиралась в языке цветов. Снова наступила тишина. — Ладно, — наконец пробормотал Эмметт. Когда их шаги приблизились к её комнате, Иви быстро спрятала лицо за докладом. Она не была уверена, что сможет надёжно скрыть свою улыбку.

***

Прошедший день был вполне хорош. Джейкоб был уверен, что его раны почти залечились, и даже лодыжка не беспокоила его так сильно. Тренироваться стало намного проще. Повязку на глаз скоро можно будет снять, и это было прекрасно; целиться и стрелять с ней было невероятно сложно. Вернувшись в квартиру, он сразу пошёл к Иви. Он не хотел её беспокоить, но ему нужно было знать, что она всё ещё была здесь, что она была в порядке. Она сидела за столом и держала в руке листок бумаги — и её лицо было неприятно бледным. Что-то было не так. Он подошёл к ней так быстро, как только смог. — Что случилось? Вместо ответа она молча протянула ему письмо. ПОЧТА — ТЕЛЕГРАФ Телеграмма от: 4 января 1889 Доставить: Иви Грин, Бэк-Чёрч-Лэйн 14б, Уайтчепел, Лондон, Переадресовано: Брютон-стрит 18, Мэйфейр, Лондон Сообщение: Внимательно прочитал письмо выезжаю в Лондон. Г.

***

Она не знала, что и думать. В животе словно что-то оборвалось, когда она в первый раз прочитала телеграмму, а после она перечитывала ещё несколько раз, пока точно не поняла слова и их значение. Джейкоб выглядел угрюмо. — Я что-нибудь придумаю, когда он приедет. Остановится у кого-нибудь из учеников. Не здесь. Иви потёрла виски, пытаясь избавиться от нагнетающей головной боли во лбу. — Он не сделал ничего плохого. — Я знаю, — ответил он, выбрасывая телеграмму в урну. Его губы сжались в твёрдую линию. Это было его редким выражением лица в дни молодости, но сейчас она замечала его всё чаще и чаще. — Мне всё равно.