The Monstrous Regiment of Women

Джейкоб постучал в тяжёлую дверь и сразу же отступил назад — через секунду она распахнулась, явив миру приосанившегося, холёного дворецкого. — Мистер Фрай, — тяжело поздоровался он с аккуратно выверенной долей насмешки. Скользкий ублюдок. — Сеймур, — в тон ему ответил Джейкоб. — Эмметт дома? Сеймур кивнул вглубь дома, и Джейкоб вошёл в холл, держа руки в карманах и наблюдая, как дворецкий удаляется. Он обычно старался избегать приходить сюда днём, в основном потому что ненавидел встречаться с прислугой Анны. Несмотря на то, что особой любви между ними и её постоянно отсутствующим супругом не наблюдалось, они видели в Джейкобе соблазнителя своей прекрасной хозяйки; в чём-то они были правы, но он не собирался с этим мириться. — Джейкоб! — выбежала к нему Анна. Конечно, в первую очередь Сеймур пошёл к ней. — Какой приятный сюрприз! Она потянулась к его губам, и он вовремя увернулся, чтобы поцеловать в щёку. Он заметил в её глазах проблеск непонимания и боли, но предпочёл его проигнорировать. — Эмметт наверху? — Да, — ответила она, и её взгляд потемнел. — Он что-то натворил, не так ли? Да. — Нет, не беспокойся. — Ты скажешь мне, в чём дело? Нет. — Ничего не случилось. Правда. Я просто забрать его на встречу. — Конечно, — ответила она, явно не поверив ни одному его слову. — Может быть, заедешь сегодня вечером? — Я, наверное, буду занят, — ответил он, похлопав её по руке и наконец уходя на лестницу. Насильственная дистанция, которую он держал, не становилась менее неловкой и неудобной, но он был твёрдо намерен от неё не отступать. Сама мысль о том, что Иви поцелует Грини ещё хоть раз, наполняла его слепым гневом; вряд ли он мог требовать от неё верности и не давать её в ответ. Он слишком долго её ждал. Это желание было всепоглощающим. Он знал, что поступает не лучшим образом, но ему было плевать. Слишком много лет горькой тоски за плечами не позволяли отпустить — наоборот, заставляли вцепиться и не отпускать, чего бы это не стоило. Когда он зашёл к Эмметту, он целился в доску для дартса. Несколько дротиков попали в яблочко; у него не было проблем с меткостью. Джейкоб ощутил быструю вспышку гордости, а потом вспомнил, почему вообще пришёл сюда. — Папа, — удивился Эмметт. — Я думал, что встреча будет через час? — Так и есть. Но я был на Окраине. Чувство вины было ясно написано на его лице. Мальчишка был отвратительным вруном — как и всегда. — Да? — Какого чёрта ты делал? Эмметт пожал плечами и вернулся к дартсу. — Не понимаю, о чём ты. — Ты прекрасно знаешь, о чём я. Ты пытаешься довести мать до припадка? Он заметил, как дёрнулся Эмметт на этих словах. — Она не знает. — И что остановит меня сказать ей? Выражение неловкости сменилось упрямством, которое Джейкоб знал слишком хорошо. — Ты в последнее время нечасто бываешь рядом, так что с чего бы тебе начинать? Джейкоб закрыл глаза, моля всех богов послать ему терпения. — Послушай, твоя мать заслуживает лучшего, чем узнать об этом, когда тебя принесут домой на носилках. — Я не проигрываю! — Да, но что если… Эмметт рывком повернулся к нему. — Я знаю, что ты думаешь, что я бесполезен, но это не так — и если ты не будешь доверять мне никаких заданий, значит, я буду искать свои пути тренироваться. И у меня чертовски неплохо получается. Тебе и матери пора перестать ворковать надо мной, — и он широким шагом подошёл к открытому окну, вылезая наружу. — Я сам дойду! И он исчез, оставив Джейкоба в пустой комнате думать, что скажет прислуга, если он пнёт ногой дорогие обои.

***

Иви торопливо шла вдоль тротуара, обходя детей и повозки, наслаждаясь возможностью размяться. Когда она взглянула на часы, она поняла, что до собрания ещё полчаса — как раз достаточно, чтобы немного прибраться в квартире. Стоило ей подойти к двери, она будто нутром почувствовала, что внутри кто-то есть. Не Джейкоб. Кто-то из учеников прибыл пораньше? Она медленно приоткрыла дверь, не сводя руки с ножей. Никого. Из её спальни послышался шорох — из спальни, что обычно была не занята. Взведя курок, она бесшумно продвигалась вперёд и быстрым движением распахнула дверь и прицелилась. В глаза бросилась копна рыжих волос, стройная фигура. Ученик, тот самый, что так грубо вёл себя в последний раз. Она на секунду замерла, вспоминая его имя — Оливер. — Что ты здесь делаешь? Он поднял руки со странно пустым выражением лица. — Заблудился и залез не в ту комнату. Извини. — Ясно, — опустила она пистолет. — Что ж, оно не в моей спальне. — Извини, — он улыбнулся чуть пристыженно. — Я не хотел так врываться. Она убрала пистолет, и он пошёл за ней в гостиную. Вся его предыдущая наглость и агрессия исчезла, но она всё ещё чувствовала, что надо быть настороже. — Итак, — начал он, усаживаясь в кресло и улыбаясь, — ты и босс прибыли в Лондон двадцать лет назад, так? — Верно, — села она напротив него. — Что вы хотели сделать? — Естественно, уничтожить влияние тамплиеров. Вечная цель. — Естественно, — быстро, даже слишком, согласился он. Наступила пауза. — Вы также искали артефакт, правда? — Да. Тамплиеры хотели получить с его помощью силу — — Что она могла делать? Это был весьма специфичный вопрос, и она была почти абсолютно уверена, куда идёт этот разговор. — Плащаница не возвращала людей к жизни, Оливер. У него дёрнулся глаз. — Конечно, нет. Дверь распахнулась и ввалился Джейкоб, ещё более раздражённый, чем когда-либо. — Мой чёртов сынок-идиот реши… о. Оливер. Ты вернулся. — Да, — потёр он затылок. — Прости, что исчез. — Нет, это… — снова повисла неловкая тишина. — Не беспокойся на этот счёт. Мы все скорбим по-своему. — Да, — тихо ответил Оливер. — Так и есть.

***

Большую часть нарочито медленного пути до Мэйфейра Эмметт кипел от злости. Он даже остановился на минуту — кинуть пару камней в ворон, хотя старался не целиться слишком сильно. Это было нечестно. Это было космическое невезение, когда отец отправился в яму тогда же, когда и он сам. Эмметт участвовал всего лишь в двух драках. Он всего лишь так устал от того, что с ним обращаются словно с ребёнком. И если с матерью это было одно дело — она была женщиной, к тому же не ассасином, и тем более не поняла бы его — то отец должен был знать его лучше. Наконец он скользнул в окно новой квартиры отца и тёти Иви, слыша, как Лотти вовсю вещает. — Бордели перестали передавать деньги так открыто. Я думаю, тамплиеры догадываются, что мы не сидим сложа руки… — Должно быть, собрание уже началось. Тихо приоткрыв дверь, он прошёл в комнату, подчёркнуто не глядя на отца. Он взял стул и сел рядом с Джейн, которая быстро улыбнулась ему чуть натянутой улыбкой. Скорее всего, она всё еще думала о том, как он дёрнул её за косу. Джейн. Её волосы были заплетены в тугой пучок, и это было немного грустно; они были почти такого же цвета, как одно из самых дорогих маминых украшений, золото, которое сияло, когда солнце падало на него под тем самым углом. Когда она распускала волосы или заплетала косы, это было красиво. Он не собирался за них тянуть — он всего лишь хотел прикоснуться, не думая, и когда она повернулась к нему, он запаниковал. Когда он сел рядом с ней, он готов был поклясться, что чувствует лёгкий аромат чего-то приятно-цветочного. Это сводило с ума. Как мог обычный человек пахнуть так вкусно? Теперь говорил Альфред, что-то о тамплиере, которого отец нашёл прошлой ночью. — Естественно, он молчит. Я ещё ничего не сделал ему, ничего смертельного точно. Мне можно приступать к радикальным мерам? — Да. — сразу ответил отец. — Мне нужна информация о новой верхушке тамплиеров. Уолтер встал следующим, рассказывая о Грачах. Он общался с многими из тех, кто занимал невысокий ранг и подтверждал, что с новым лидером согласны далеко не все. Многие явно хотели возвращения отца, но не были готовы сказать это вслух. Эмметт потерял внимание на этом моменте. С неприятным чувством в животе он наблюдал, как Джейн следит за речью Уолтера, широко улыбаясь. Он тоже мог быть полезен. Если бы только отец дал ему шанс. Отец поблагодарил Уолтера и замолчал, собираясь с мыслями. — Что ж. Иви выяснила, где живёт Расселл. Нам нужно следить за ним и собирать информацию. Уолтер — — Я могу этим заняться, — вскочил на ноги Эмметт. Он понял ещё до того, как отец открыл рот, что это будет очередное «нет», достаточно было взглянуть на нахмуренные брови. Ещё одна неудачная попытка… И тут он заметил, как тётя Иви едва заметно пнула стул отца. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Хорошо, Эмметт. Узнай у Иви, куда идти. И никакого контакта, слышишь? Это просто наблюдение. Ты понял? — Да, — с жадностью выпалил он. — Свободны, — махнул рукой отец. Эмметт вернулся к своему стулу, чувствуя переполняющее его возбуждение, пока остальные ученики выходили. Джейн остановилась и коснулась его руки; когда он обернулся к ней, она, к его радости, улыбнулась ему по-настоящему. — Молодец, Эмметт. Ему казалось, что домой он не шёл, а летел.

***

Станция была забита битком. Она чувствовала себя отрешённо спокойной, а Джейкоб не переставал дёргаться. Она предложила ему остаться дома, но он не захотел даже слушать об этом. — Он не останется с тобой, ты помнишь, — повернулся он к ней. — Даже если он будет недоволен. — Конечно. — Альфред согласился пристроить Генри у себя; в отличие от остальных учеников, жившие в сдаваемых комнатах и заполненных квартирах, Альфред жил в настоящем доме с женой и двумя дочками. То есть у него была лишняя спальня. — Я знаю, что я не… Что я не могу тебя просить, — откашлялся Джейкоб, — но просто, чтобы ты знала, я бы не хотел… чтобы ты… — он замолчал, явно не в состоянии сложить слова в предложение. — Я знаю, Джейкоб. Я знаю. Следующий поезд остановился, и они смотрели, как зашевелилось людское море, как кто-то шёл на выход, а кто-то бежал в объятия любимых. Когда толпа поредела, она увидела знакомую фигуру с чемоданом в руке. Пытаясь успокоить нервы, Иви помахала ему. Он улыбнулся, увидев её. Джейкоб, напротив, стал ещё напряжённее. Ситуация обещала быть невозможно неудобной. Как только Генри оказался рядом, он окликнул их. — Вот и вы! Я уж подумал, что вы забыли, — вечно вежливый, он лишь потянулся к ней и сжал её руку в приветствии. Она отпустила её так быстро, как смогла. — Я рада, что ты добрался без происшествий. — И правда, — согласился он. Взгляд Генри перешёл на Джейкоба, и наступила неловкая секунда, когда он наткнулся на открытую враждебность. — И снова здравствуй, Джейкоб. — Грини, — пробурчал он. Иви скорчила мысленную гримасу и повела обоих к выходу. — Нас ждёт экипаж. Пора тебя обустроить, не правда ли? Стоило им оказаться в Хэнсоме — Джейкоб молча сидел рядом с ней, Генри напротив — она подняла тему его жилья. — У одного из наших учеников есть свободная комната. Я думаю, тебе там будет хорошо. Генри выглядел смущённым. — Ты тоже там живёшь? — Нет, — осторожно покачала она головой. — Я остановилась у Джейкоба. Непонимание в его взгляде усилилось. Она узнала это выражение лица; у него были вопросы, но он не хотел задавать их прилюдно. Честно говоря, она рассчитывала на это его качество. Это было проявлением трусости, она знала, не взглянуть этой проблеме в лицо, но так было проще. Она собиралась сказать ему, когда-нибудь, что она не вернётся, но сейчас она не представляла, как к этому подойти. Для человека, с которым она провела почти половину своей жизни, ей казалось, что порвать связь между ними было невероятно просто. — Я всё ещё часто не сплю по ночам, — продолжила она. — Джейкобу снятся кошмары. — Она кинула взгляд на него, но он лишь сощурился. Ему обязательно было быть таким бесполезным именно сейчас? — Не думаю, что тебе сейчас тоже стоит проводить со мной бессонные ночи. Мне кажется, так будет удобнее. Наступила ещё одна пауза. — Я понял, — наконец посмотрел на неё Генри. — Надеюсь, я смогу помочь вам здесь. — Я не сомневаюсь в этом. Остаток поездки прошёл незаметно за её рассказом о том, что сейчас происходит с падшими Грачами и возрастающим влиянием тамплиеров. Генри задумался. Джейкоб нахмурился ещё сильнее. Когда они прибыли к Альфреду, ситуацию разрядило появление двух малышек, которые окружили Генри и засыпали его вопросами, почему он выглядел совсем не так, как все вокруг. Очевидное смущение Альфреда только сделало эту сцену ещё более очаровательной. Вернуться в экипаж с Джейкобом было облегчением. Она не смогла противостоять его бесконечным поцелуям на пути домой.

***

— Рут умирала чертовски долго. Он не помнил, как долго он тут находился, как часто они об этом говорили. Казалось, он провёл здесь вечность, слушая Джека. — Она умоляла меня, ты знаешь? Просила одуматься. Как будто какой-то смысл был в этом, в жизнях, которые ты и твоё кредо забрали у нас. Рут была такой сильной. Такой многообещающей. — Я дал ей выбор. Присоединиться ко мне. Она предпочла умереть. Это было неправильно. Так неправильно. Она была настолько полна жизни, что казалось, что она просто не способна умереть. — И малышка Конни. Как думаешь, Оливер когда-нибудь тебя простит? Ей было так больно. И даже не совсем из-за меня — она упала, ты знал? Сломанные кости, я видел их сквозь кожу. Как думаешь, Оливер видел? Видел её тело? Она умерла в невыносимых муках. Конни не заслужила этого, Оливер не заслужил этого — но, может быть, Джейкоб заслужил. Может быть, он заслужил всего этого от Джека. — Но она всё равно не боялась. Она не боялась меня, пока я не сказал ей, что приду и за Оливером. Что я не успокоюсь, пока не почувствую его сердце в моих руках. Джейкоб собрал последние силы. — Ты борешься со мной. Вот я здесь. Прекрати это. — Они на твоей стороне, Джейкоб. Ты настроил их против меня. И я не остановлюсь, пока не убью их всех. Они должны были быть в безопасном месте, он приказал им уехать в Кроули… — Я забрал парочку сувениров и от них тоже, ты знал? Может быть, я пошлю кое-что и Оливеру. Небольшой подарок на расставание. Чтобы он помнил свою любимую вечно.

***

Когда он проснулся, Иви утащила его на кухню, заваривая чай, пока он пересказывал ей сон. Когда он закончил, она медленно кивнула. — Оливер что-нибудь знает об этом? О Господи, нет. — Я не сказал ему. Ты думаешь, я… Наморщив нос, она быстро покачала головой. — Нет, нет, точно нет. Я просто подумала, правда ли Джек угрожал и Оливеру. Ему не приходило в голову, что Джек может осуществить свою угрозу. Он был так сосредоточен на Джейкобе — от начала и до конца. — Насколько я знаю, нет. Она медленно водила пальцем по краю чашки. — Я всё ещё не доверяю Оливеру. Сегодня я застала его в моей комнате — мне кажется, он что-то искал в моих вещах. — Он хороший парень, — тут же перебил её Джейкоб. — Он тренировался годами, и он хороший ассасин, просто… Они сильно любили друг друга, — его придавило тяжестью воспоминаний. Оливер, сияя надеждой, просил у него руки Конни, потому что больше у неё никого не было. Он был более чем рад дать своё благословение. Они подходили друг другу, серьёзный Оливер и амбициозная, лёгкая на подъём Конни. — Мне не стоило… — Стой, — коснулась его щеки Иви. — Перестань. Ты видел этого монстра. Она знала, на какой риск идёт, и ты сделал всё, что мог. Ты бы умер за неё, если бы мог, я знаю. Он не думал, что когда-либо его перестанет преследовать эта мысль. — Оливер имеет полное право меня ненавидеть. — На этом он и закончил. — Вам обоим нужно время, — мягко сказала она. — А он всё ещё ученик, и ему стоит об этом помнить. Я беспокоюсь за него, Джейкоб, я думаю, он вполне может сделать что-нибудь неразумное. Джейкоб опустил чашку и взял Иви за руку, вставая и уходя назад в спальню. — Я буду присматривать за ним.