The Monstrous Regiment of Women

— Твоя сестра здесь. Он не слышал приближения Джека. Его чувства притупились в заточении настолько, что он уже едва ощущал собственное тело. — Я оставил ей подарок. Этих слов хватило, чтобы он очнулся, словно вынырнув из дымки. — Ты… Что ты сделал? — Эдна. Я оставил ей Эдну. Что? Нет, этого не могло быть, Эдна должна была покинуть город с остальными… Нет, нет, нет, только не ещё одна ученица. — Но зачем… Я же… Я не посылал её за тобой… — Нет, — согласился Джек. — Не посылал. — Тогда почему? — спросил он ломким голосом, зная, что не услышит разумного ответа. Это не должно было стать реальностью, это не могло ей стать. — Ей всегда нравился порядок, разве нет? Так что я вытащил её внутренности и аккуратно разложил их, — медленно проговорил он, убеждаясь, что Джейкоб слышит каждое слово. — Оставил их возле её подушки на кровати. Она даже была в сознании какое-то время. Оставил эту картину для твоей сестры. — Но почему? — снова спросил Джейкоб. Перед глазами всё плыло. Джек пожал плечами. На одну болезненную секунду Джейкоб увидел под маской юношу, мальчика, которого он надеялся спасти. — Мне не нравятся женщины, которые слишком много командуют. Эдна вела себя как та ещё сука, вечно указывала мне, что я могу и чего не могу — женщин должно быть видно, но не слышно. Раздался икающий, жуткий звук. Джейкоб не сразу понял, что его издаёт он сам. Ещё минута ушла на понимание, что так звучал его смех. — Что смешного, — прошипел Джек, подходя ближе и пиная Джейкоба под рёбра. Со свистом выдохнув, Джейкоб поднял голову и почувствовал, как губы расползаются в безумную ухмылку. — Ты просто возненавидишь Иви.

***

Долгие годы Иви считала себя человеком утра, любителя насладиться ранними часами. Сейчас выбираться из постели становилось всё сложнее. — Не уходи, — прошептал ей Джейкоб, опаляя дыханием её спину и крепко обнимая за талию. — Генри придёт утром, — обернулась она, чтобы посмотреть ему в глаза. — Мне надо собраться. Он только застонал вместо ответа и притянул её к себе ещё ближе, щекоча жёсткой щетиной её плечо. — Но зачем? — его голос звучал так же упрямо, как у десятилетнего, когда он отказывался отдать ей последний кусочек торта. Её губы тронула улыбка при воспоминании. — Я нашла ему занятие, чтобы он не чувствовал себя бесполезным, — вывернулась она из его рук под его разочарованный вздох, пока она шла через комнату к своим аккуратно сложенным вещам. — У меня есть список возможных исполнителей того взрыва, и он может помочь мне пройтись по этому списку. — Вы работаете не вместе, так? — сузил глаза Джейкоб, приподнявшись на локте. — Да-да. — Она расчесала волосы, быстро собирая их в пучок. — Потому что ты знаешь, что я думаю насчёт… — Да, — быстро перебила она, чувствуя, как жар вспыхнул на щеках… и не только. — Ты весьма ясно дал мне это понять. Он усмехнулся, и этот звук только усилил ощущение. Господи, ей словно снова стало двадцать. Когда она закончила одеваться, она потянулась к нему и быстро поцеловала в лоб, улыбаясь довольному вздоху в ответ.

***

Джейкоб сидел на кухне с чашкой чая и газетой, когда дверь открылась и на пороге появился Грини. — О, Джейкоб… У меня был вопрос к Иви, ты не знаешь, где я могу её найти? Джейкоб слышал их тихий разговор этим утром, когда собирался. После лекции Иви о примерном поведении он сжал зубы и остался в своей спальне, потратив на бритьё больше времени, чем обычно. Если бы он мог избегать встречи с Грини, ему не пришлось бы вести себя вежливо. Но это оказалось сложно выполнимым, когда корень его проблемы, блять, не стучал в дверь. — Её нет. Не знаю, где она. — Хорошо, — кивнул Грини. Он помолчал секунду и продолжил. — Я рад знать, что ты поправляешься. Джейкоб перевернул страницу газеты и буркнул что-то в ответ. — Иви ждут дома, но я рад, что она смогла приехать позаботиться о тебе, — в тоне Грини однозначно звучал второй подтекст, и он слышал, — возможно, тебе стоит приехать к нам погостить ненадолго, как когда-то… Я знаю, что ей будет жаль расставаться с тобой. А я буду ждать твоего визита. Ага, приедет он. Джейкоб сжал зубы. — Я подумаю. — А сейчас дай мне, пожалуйста, знать, как я могу помочь вернуть всё в прежнее русло, — и невысказанное продолжение было очевидно: чтобы мы могли вернуться домой. — Ты здесь не нужен, — услышал он словно со стороны собственный резкий ответ. — Я знаю, что Иви не здесь… — нахмурился Грини, но Джейкоб не дал ему закончить. — Нет, — сложил он газету. Прохладная вежливость выводила его из себя быстрее любой угрозы. — Я сказал, что ты не нужен здесь, в Лондоне. В Англии. — Прошу прощения? — спросил Генри, и температура словно упала на несколько градусов. — Я не просил тебя о помощи. Никто не просил. — Я предлагаю. — Что ж, мне это не нужно. — Потому что у тебя дела шли неплохо? — Достаточно неплохо, чтобы не нуждаться в твоей помощи… — Но нуждаться в помощи твоей сестры. Всё ещё ожидая, что она всегда будет тебя спасать, как только что-то пойдёт не так? — Не вмешивай её в это, — процедил Джейкоб сквозь зубы, стараясь собрать остатки терпения. — Почему нет? — взгляд Грини приобрёл неожиданную жёсткость, он чуть склонил голову, словно допрашивая Джейкоба. — Я не имею права проявить заботу о собственной жене? Желание сообщить ему, что о его жене прекрасно позаботились, было ошеломляющим, но он сдержался. — Она может сказать мне всё сама. — Она слишком добра к тебе, чтобы сказать, что она хочет вернуться домой. — Как мило с твоей стороны мне об этом сообщить. — Я просто хочу, чтобы ты знал, что она думает… Что-то словно переломилось у него внутри. — Я не претендую на чтение мыслей Иви, но я точно знаю, что я думаю по этому поводу: я не хочу тебя здесь видеть. Будь добр, выметайся из моей квартиры и не возвращайся. Подняв руки, Грини ретировался с нечитаемым выражением лица. Ублюдок. Как он мог вообще подумать о нём как о безобидном, как о ком-то, к кому можно было относиться с молчаливым терпением? Джейкоб даже смутно припомнил, что был благодарен Грини за доброту к Иви, за то, что она не была с кем-то жестоким или равнодушным к ней. Это было до того, как она вернулась. До того, как Грини встал между ними и вторгся в их новую, спокойную жизнь. И ему нужно было исчезнуть как можно скорее. Ещё немного. Ещё немного, и Иви наконец скажет этому самоуверенному ублюдку, что она остаётся, и если он отреагирует достаточно плохо, то Джейкобу перепадёт возможность даже отвесить ему пару достойных ударов. Успокоенный этой мыслью, он вернулся к своему чаю.

***

У первых трёх женщин из её списка были совершенно объяснимые — и внезапные — причины пропустить собрание, где произошел взрыв. Заболевший ребёнок. Безутешная соседка. Сломанный экипаж. Возможно, именно так и заметали следы, но сейчас шпион не мог предположить, что за ним следят. Поэтому вряд ли они лгали. Иви следила за четвёртой женщиной, наблюдая за ней с крыши и следуя за ней словно тень. Пока что ничего необычного. Покупки, разговоры с соседями, прачка. Ничего достойного внимания. Когда наступила ночь, она сдалась и отправилась назад в квартиру. Не дойдя пару шагов, она была остановлена окликом, который раздался словно снизу. — Миссис Грин? Она обернулась и увидела маленького мальчика с запиской для неё. — Ваш муж просил передать Вам это. Она едва не поморщилась из-за фамилии и напоминания о Генри. — Спасибо, — наконец сказала она и развернула записку, где было простыми словами сказано, что он нашёл интересный след и хотел бы, чтобы она присоединилась к нему. Внизу листа был нацарапан адрес. Вздохнув, она отправилась по нему. Когда она нашла его, он сидел на углу крыши, осматривая дорогу. — Она пятая в моём списке, — указал он на окно. — Мередит Локвуд. Всё было в порядке, пока она не встретилась с группой Грачей, и я узнал некоторых — они работают на Расселла. Они перекинулись парой слов, она отдала им конверт, и они разделились. — Странно, — согласилась Иви, садясь рядом. Она заметила слабо различимую женскую фигуру в окне, где он показывал, сидящую за столом. — Если она и есть тот самый шпион, это значит, что Расселл работает на тамплиеров. — Именно, — подтвердил Генри, и ещё немного они посидели в тишине. — Я получил сегодня письмо от матери, — медленно начал он. — Она интересуется, когда мы вернёмся. — Я пока не знаю, Генри, — вздохнула она, — Джейкоб ещё не совсем здоров… — Иви, — мягко прервал он её. — Я не слепой. Эти слова могли значить что угодно. Она тут же нахмурилась, склонив голову набок. — Ты не собираешься возвращаться в Индию, не так ли? Она просто смотрела на него, не двигаясь, и в её взгляде не было ничего, кроме грусти. Он понял её молчание. — Я догадывался, — с горечью кивнул он и вздохнул, потирая ладони о брюки. — Прости меня, — тихо сказала она. — Я не знала, как сказать тебе, и конечно, я хочу, чтобы ты был там счастлив… — Что? — Он выглядел удивлённым. — Иви, если ты остаёшься, то я тоже остаюсь. Ты моя жена. — Ты не… Это не так обязательно, — только и смогла сказать она, чувствуя, как сдавило сердце. — Конечно, обязательно, — покачал он головой. — Я начну искать квартиру со следующей недели, я не могу больше рассчитывать на гостеприимство Альфреда. Как только я найду что-нибудь подходящее, ты сможешь прийти и посмотреть сама, — сказал он, и она поняла, что он действительно собирался снова жить с ней, хотел, чтобы они снова были вместе. — Но, — слабо начала она. — Джейкоб… — У Джейкоба есть Анна, — твёрдо закончил он. — И Эмметт. И полдюжины учеников. Ему не нужно приковывать тебя к себе. Он ведёт себя нерационально. В какой-то момент она почти вспомнила, как это — быть смелой и смело высказывать свои мысли, как она умела раньше, два десятилетия назад, до той жизни, проживать которую она не хотела, окутанную страхом разрушить жизни тех, кто её окружал. Ей казалось, что она почти обнаружила в себе частицу того огонька, когда решила остаться, но он, видимо, покинул её окончательно при виде лица этого честного человека, который бескорыстно спас её двадцать лет назад. — Я, ох, — только и смогла сказать она. — Мы ещё поговорим об этом. Он взял её за руку и быстро сжал её ладонь. Когда-то этот жест успокаивал её. Она поняла, что он хочет её поцеловать, и вскочила на ноги, выдёргивая ладонь. — Мне надо возвращаться, — заторопилась она. Быстро соскальзывая с черепицы, она начала спуск с крыши, более молниеносный, чем когда-либо. Наконец оказавшись в одиночестве на твёрдой земле, она прижалась лбом к прохладной кирпичной стене, поймав несколько удивлённых взглядов проходящим мимо проституток, когда она несколько раз постучала в стену лбом. Это была катастрофа. Ей придётся сказать Джейкобу. Нет; ей нужно решить этот вопрос, не беспокоя его. Она могла. Она должна. Она словно снова узнала, что беременна, когда это знание было заперто в её груди, пронизывая страхом до костей. Вот только сейчас она была намерена остаться, что бы ни случилось.

***

Это было четвёртое созванное им собрание за неделю. Толпа Грачей собралась в обшарпанной комнатке, и они выглядели беспокойными. Джейкоб понял, что собрать их было намного легче где-нибудь не в Уайтчепеле, подальше от Расселла и его прихвостней. — Итак, — начал он, сжимая и разжимая пальцы. — Я вернулся. Джека больше нет. Расселл не один из нас — и он хочет встать на верхушку власти. — И возможно, до последнего вздоха принадлежит тамплиерам. — Мне нужно быть уверенным, что если я выйду из тени, вы придёте мне на помощь. Мужчины и женщины нервно переглянулись. — Мы хотели бы, — наконец сказал кто-то из них. — Но Джек, когда расчищал себе дорогу, был жесток, и Расселл не лучше. — Не думайте о нём, — вскинул голову Джейкоб. — Предоставьте его мне, и поверьте на слово, если он поднимет на вас руку, он не покинет этот город живым, — обвёл он взглядом всех присутствующих, стараясь посмотреть каждому в глаза, убедить их в своих намерениях. — Скоро я объявлю войну банд. Когда придёт время, вы будете нужны на моей стороне. Наступила тишина. Наконец вперёд вышла девушка, распрямляя плечи. — Вы всегда были добры к нам, мистер Фрай. Следовать за тем, другим… было просто неправильно. Я буду с вами, — она посмотрела на остальных. — И если у вас есть хоть немного здравого смысла, вы тоже. Медленные кивки были ей ответом. Когда они ушли, Рой отлепился от стены, и на его лице было ясно видно удивление. — Я не понимаю. Почему мы не можем просто убить Расселла и сказать всем, что ты теперь здесь главный? — Ты не вырос в Уайтчепеле, — со вздохом откинулся на спинку стула Джейкоб. — Здесь людям не интересна политика. Они понимают язык силы. Если мы сделаем так, как ты говоришь, то на место Расселла придут другие, и с ними придётся возиться не один месяц, — потёр он лицо руками, чувствуя, как внезапно накатила усталость. — Нам нужно большое шоу, чтобы все видели, что мы сила. Война банд подходит, и люди прекрасно поймут, что мы хотим сказать. — То есть это театр. — В общем и в целом, да, — поднялся на ноги Джейкоб, стряхивая пыль с пальто.

***

Когда весна начала медленно вступать в свои права, Иви отправилась на заброшенную фабрику у Темзы, где обнаружила Джейн, немного смущённую — и с маленьким букетиком цветов на коленке. — Красивые, — не удержалась она, собирая свои ножи со стола. — Эмметт принёс, — моргнула Джейн. — Мило с его стороны, — попыталась подавить улыбку Иви. — Да, они чудесные, — спрятала нос в букете Джейн, порозовев и мягко улыбаясь. — Я не знала, что Эмметт так может. Чуть позже Иви встретила Эмметта, который тренировал удары с максимально сосредоточенным лицом. — Выпрями левое плечо, — посоветовала Иви, — и ставь ноги чуть шире. Он тут же сделал как она сказала, меняя позу. — Вот так лучше, — одобрительно кивнула Иви. — Я видела сегодня Джейн с цветами. — Ей… Ей они понравились? — замер он. — Я спросил маму, какие выбрать. — Определённо да. Она смотрела, как он улыбнулся, широко, счастливо, и эта улыбка была до боли ей знакома по её молодости. Он вернулся к своим ударам с новым энтузиазмом, отправляя невидимых соперников в нокаут. — Ты знаешь, — медленно начала Иви, — ей очень нравится театр. — Да, — нахмурился Эмметт, — но у меня нет денег… — Много лет назад я помогла одной актрисе избавиться от надоедливого поклонника. Она уже ушла со сцены, но думаю, если я попрошу, то она достанет билеты на что-нибудь из нового сезона. — Ты правда сможешь? — быстро повернулся к неё Эмметт. — Конечно. — Потрясающе, — выдохнул он. — Ого, она даже, может, поцелу… то есть, я думаю, ей очень понравится. — Он порозовел почти как Джейн, и Иви прикусила губу, чтобы не улыбнуться. — Дам тебе знать, как раздобуду. — Спасибо, тётя Иви, — он подскочил к ней и неловко обнял. — Спасибо миллион раз.

***

Он снова дал задание Эмметту проследить за девушкой, которую подозревала Иви — она должна была встретиться с Расселлом. Иви посоветовала не отпускать его одного — хорошая мысль, но почти все остальные ученики были заняты. Наконец он отдал ему в помощь Джейн, надеясь, что её безразличие к Эмметту не отвлечёт их от задания. Но, естественно, он и понятия не имел о том, что Эмметт в последнее время узнал от всех окружающих его женщин в последнее время. Джейкоб поднимался по лестнице, радуясь, что наконец может пробежать четыре пролёта и не сломать при этом ногу. Возможно, лазать по стенам было сложнее, но Иви не прекращала читать ему лекции о том, что в их возрасте стоило дать ранам затянуться в своём темпе. Казалось, они снова стали молодыми, разве что теперь он действительно делал так, как она говорила. Проскочив последние ступеньки, он распахнул дверь на крышу, выглядывая на улицу. — Я просто прове… о, блять. В первую секунду всё казалось обычным. Эмметт сидел спиной к двери, но Джейкоб видел, что в его руках устроилась Джейн, и её пальцы запутались в его волосах. Медленно-медленно они оторвались друг от друга, и Эмметт резко развернулся, а лицо Джейн не выражало ничего, кроме искреннего ужаса. — Отец, — выдавил Эмметт. Они оба отскочили друг от друга и резко поднялись на ноги. Судя по помятой одежде, которую заметил Джейкоб, это продолжалось уже какое-то время. — Это не… Я… Мы не… Джейкоб крепко зажмурился. — Через две секунды я открою глаза, и чтобы ничего этого не было. Всем ясно? — Ясно, — синхронно ответили они. Голос Джейн дрожал. Черепица хрустнула под его рукой, когда он забрался на крышу. — Итак. Вы вообще следили за домом хоть немного? — Да, — тут же ответила покрасневшая Джейн. — Та женщина, о которой говорила Иви, заходила туда трижды за последние три дня, она явно знакома с Расселлом. — Хорошо. Джейн, свободна, — сказал он, и она поторопилась исчезнуть с его глаз. — Серьёзно, Эмметт? — повернулся он к сыну. — Джейн прекрасна, — ответил он с потемневшим лицом. — Нет, я не… Конечно, она чудесная, и честно говоря, она заслуживает кого-то получше тебя. Но на задании? Маленьким уголком сознания он отметил, что это была высшая степень лицемерия. Он не смог бы сосчитать и доли тех раз, когда они с Иви отвлекались друг на друга вместо того, чтобы сосредоточиться на задании. — Слежка — это скучно, — пожал плечами Эмметт, хотя всё ещё выглядел немного виноватым. Джейкоб смутно припомнил, как говорил абсолютно то же самое. Возможно, даже прямо на этой крыше. Он вздохнул и потёр лицо. — Так и есть. Но теперь буду отправлять с тобой Уолтера. Ссутулившись, Эмметт что-то проворчал. — Попроси маму устроить ужин на четверых. Я уверен, она хотела бы познакомиться с Джейн как полагается. — Обязательно, — кивнул Эмметт, и нахмуренное выражение лица сменилось то волнением, то гордостью. — Отлично, — Джейкоб похлопал его по руке. — Должен сказать, что лучше и быть не могло. Не облажайся. Спускаясь вниз по лестнице, Джейкоб поймал себя на горькой мысли, что Эмметт только выиграет от того, что ему не придётся всю жизнь оглядываться в страхе, что кто-нибудь узнает, кого он на самом деле любит.