The Monstrous Regiment of Women

Грохот взрыва был сигналом для Джейкоба. Осторожно ступая по краю крыши, он свесился вниз, пока не начал держаться лишь пальцами, едва касаясь носками подоконника. Лодыжка заныла, когда он перенёс на неё вес, но едва ли он мог повредить её. Он проскользнул в полную книг комнату с письменным столом. Она была пуста, как они и планировали, ведь все ушли, потревоженные взрывом. Вряд ли они найдут зачинщика — Рой был слишком быстр для такого. Спальня Расселла должна была быть где-то здесь. Спустя три запертых и легко вскрытых двери Джейкоб нашёл её — роскошно и экстравагантно отделанную. Джейкоб аккуратно положил на подушку конверт. Он сомневался, не лучше ли будет отправить письмо обычной почтой, но, поразмыслив, решил, что так ему нравится больше. В конце концов, послание могло быть с двойным дном. На бумаге было написано «Война банд. Двадцать второе февраля. Акр Дьявола. Приходи или забудь об этом районе». Но письмо, оставленное в таком интимном месте, ясно говорило между строк: я знаю, где ты спишь. Я могу найти тебя, и никто не узнает. Ты жив лишь потому что я позволяю тебе.

***

Иви зашла в паб, развязывая шарф. Она видела затылок Клары, которая прислонилась к стене, ожидая её на их обычном месте. Но стоило ей подойти, она была шокирована видом Клары: половину её лица покрывал чёрно-лиловый синяк. По краям он отдавал желтизной, болезненной и неприятной. — Господи, — только и смогла сказать Иви, садясь напротив. — Что произошло? — Совершенно внезапно с крыши упала плитка, — сухо ответила Клара. — Кто-то окликнул меня, и я неосторожно подняла голову. — Это было нападение? — Я отправила туда человека, и там не было брешей в плитках, так что да, я полагаю, я была целью. Ситуация стремительно ухудшалась, раз на Клару началась открытая охота. — Может быть, что-то произошло до этого? Что-то подтолкнувшее их к этому? — Я обсуждала забастовку на нескольких фабриках, — тихо сказала Клара, наклонившись к ней. — Три почти готовы. Я не могу ни о чём думать — наши встречи суфражисток не возобновились после того взрыва, пусть даже мы иногда собираемся маленькими группами и пишем письма в парламент, — скривилась она. — Пока мы не выясним, что происходит, нашей борьбе придётся подождать. — Полагаю, именно этого и добивались. Клара прикрыла глаза и вздохнула, осторожно касаясь синяка. — Я уйду на дно ненадолго. — Возможно, так будет лучше, — ответила Иви. — Я думаю, мы всё ближе к правде — а потом ты будешь в безопасности.

***

Джейкоб сидел у окна. Его ученики и Иви слушали Генри, который отчитывался по своей слежке за Локвуд. Он знал, что должен сидеть тихо и тоже слушать, но будь он проклят, если он не хотел подойти к Генри и ударить его. Но он не мог, поэтому удерживал взгляд на улице внизу. — Мисс Локвуд оказалась прекрасным посыльным, — спокойно и уверенно, как всегда, говорил Генри. — Я не смог прочесть ничего из её писем, потому что получатели уничтожают их сразу же после прочтения. Но она явно перемещается между одними и теми же лицами. Из них двое или трое могут оказаться нашей целью — Великим магистром — я отдал тебе список, — кивнул он Иви. — Я пытаюсь сузить круг. И готов поспорить, это Элизабет Грант, жена лорда, заседающего в палатах парламента. Закончив слушать, ученики один за другим покидали квартиру. У всех были свои занятия — в основном саботаж поставок продуктов и оружия для Грачей-предателей. Всё должно было быть готово к войне банд. Когда Джейкоб наконец поднял глаза, он заметил, что Генри говорил с Иви, склонив к ней голову. Он встал, не успев подумать, что делает, намеренно направляясь к ним с целью потревожить разговор. — Вот адрес, — сказал Генри, отдавая Иви листок бумаги как раз когда Джейкоб смог их услышать. — Я думаю, тебе понравится. Она молча кивнула, чуть отвернувшись, чтобы Генри смог поцеловать её только в щёку. Джейкоб подавил желание вытащить наруч и применить его по назначению, но вместо этого собрал всё своё терпение и дождался, пока дверь за Генри не закроется. — Что он имел в виду? Адрес, который тебе понравится? — Он нашёл нам квартиру, — вздохнула Иви. — Он хочет, чтобы я посмотрела и одобрила, чтобы мы переехали. — Что? Когда… когда он начал этим заниматься? — На прошлой неделе, — ответила она, складывая бумагу, ещё раз, и ещё, пока она не превратилась в крохотный квадратик, который Иви убрала в карман. — Как ты могла не сказать мне? — на секунду всё его нутро обожгло ужасом. Что если она уходила… что если она покидала его.... — Я собиралась сама решить этот вопрос. И я решу его. — Ты уверена? — спросил он, чувствуя, как трепещет сердце. — Джейкоб, послушай, — подошла она к нему и приобняла за плечи, нежно, но крепко, — я никуда не уйду. Я поговорю с ним как раз об этом. — Она потянулась к нему и поцеловала, долго, так, что он наконец хоть немного расслабился. — И я сделаю это сегодня.

***

Генри выбрал хорошенькую квартиру в Мэрилебоне, чистую и светлую. Он практически светился, когда открыл Иви дверь, и она заметила отполированные полы и приятные неяркие обои. — Я думаю, ты будешь очень довольна, — сказал он, дружелюбно пожимая ей руку. — Генри, — начала она, но он уже торопил её внутрь. С упавшим сердцем она последовала за ним, собирая всю свою смелость. — Здесь есть всё, что нужно для жизни — даже отдельный санузел. — Генри. — Я подумал, что здесь у тебя может быть свой отдельный кабинет, — он продолжал идти по квартире, с энтузиазмом показывая комнаты. — Генри, послушай, — позволила она наконец раздражению прозвучать в её голосе. Он остановился и обернулся к ней, и на его лице была уверенная приятная улыбка. — Я не перееду сюда. Его улыбка поблекла. — Я обещаю, дорогая, с Джейкобом всё будет в порядке… — Неважно, — твёрдо закончила она. — Я остаюсь там, где я сейчас, и я не перееду. — Но… — он выглядел искренне недоумевающим. — Позже, не так ли? — Нет, — отрезала она, чувствуя, как гора падает с плеч. — Нет, я остаюсь там, где сейчас. Одна. Тишина продолжалась и продолжалась, а его улыбка окончательно исчезла, уступив место ничего не выражающей маске. — Послушай, — наконец сказал он. — Я понимаю, что это было тяжёлое время для тебя, и мне очень жаль, что я не был с тобой рядом. Но ты говоришь так, словно наш брак окончен. Сейчас или никогда. — Потому что так и есть. — Что… — прохрипел он, и его брови взлетели вверх. Вся краска исчезла с его лица. — Что ты хочешь сказать? Иви опустила взгляд, пытаясь скрыть звенящее счастье. — Мне давно нужно было сказать тебе. Между нами всё… было не так хорошо в последнее время, ты знаешь. — Нет, я не знал. Почему ты не сказала? Что она могла ответить? Что она, движимая страхом, совершила ошибку двадцать лет назад и потом пыталась с ней сжиться, потому что была упрямой и гордой? — В этом не было смысла. Ты ничего не смог бы сделать. И сейчас с этим тоже ничего не сделать. — Иви… — Я ухожу, — тихо сказала она, — и я надеюсь, ты без проблем доберёшься до Индии. Развернувшись, она распрямила плечи и пошла к двери. Где-то в глубине души шевельнулась глубокая жалость — потому что она совершала непростительную жестокость по отношению к по-настоящему доброму человеку, потому что она собиралась взять своё слово назад, хотя обещала себе, что никогда так не поступит. Но Джейкоб был на волосок от смерти. И его почти-смерть открыла ей глаза на то, что она потеряла, на то, что могло бы быть. Она перевернула землю под её ногами и поменяла все звёзды, освещавшие ей путь. Она просто не могла продолжать жить по-прежнему. Когда она была уже в дверях, Генри окликнул её. — Я не могу просто так уехать, Иви. Я должен… Этот разговор не окончен. Я буду тебя ждать. Она покачала головой, выходя на улицу и грустно улыбнувшись ему через плечо. Со временем он поймёт.

***

Утренний воздух был чист и свеж, и соратники Джейкоба собирались на улице. Иви была молчаливо благодарна, что они обошлись без дождя, который сделал был их и так беспорядочное дело ещё беспорядочнее. На противоположной стороне улицы были видны готовящиеся к схватке Грачи-предатели. Большинство из них выглядело хуже, чем обычно, заметила с удовлетворением Иви. Ублюдки. Хотелось верить, что он насладились опарышами в мясе, грязной водой и взрывающимися боеприпасами — мириадом маленьких неурядиц, припасённых для них не без помощи Джейкоба. Он стоял впереди толпы, по бокам от него были его ученики. Один из Грачей что-то крикнул, когда дорогой экипаж подъехал ближе и явил миру Расселла, чистого и холёного. Иви невольно подумала, что он действительно храбрец — или, возможно, невероятно глуп. Эти два понятия было порой трудно различить. Расселл широким шагом подошёл к Джейкобу, и они кивнули друг другу с явной обоюдной насмешкой. Иви обнаружила, что Джейкоб выше Расселла, и он легко смотрел на него сверху вниз — что делало его усмешку только заметнее. И он был намного красивее, решила она — едва ли кто-то мог сравниться с ним в этом. Они напряжённо пожали друг другу руки и разошлись по разные стороны улицы. Наконец выйдя вперёд, Иви встала рядом с Джейкобом, оглядывая соперников. Некоторые из них явно занервничали при её появлении. Значит, её бешеная охота за Джеком не прошла бесследно. Их назначенный секундант поднял в воздух пистолет, и все задержали дыхание, когда он опустил палец на курок. С оглушающим треском две стороны схлестнулись. Это было так же хаотично, как и помнила Иви. Хотя бы это не изменилось. Уворачиваясь от удара, она уронила одного мужчину на спину, позволив Лотти вонзить в его горло клинок. Бывшие Грачи были опасной шайкой, но они не шли ни в какое сравнение даже с маленькой группой ассасинов. Безумие Джека разделило их, но они снова соединились; сам того не зная, Расселл позарился на слишком большой кусок. Сбив ещё одного с ног тростью, Иви сфокусировалась на битве. Ей было просто необходимо драться один на один. Блокируя очередной удар, она быстро крутанула тростью и с наслаждением услышала треск чьей-то головы — её одежда вновь была забрызгана кровью. Она продвигалась всё дальше в толпе, оставляя на своём пути переломанные руки и ноги. То и дело она словно выныривала на поверхность — проверить, чтобы все ученики были на ногах, что Джейкоб был всё ещё воплощением молниеносного ужаса, чьи губы растянулись в жестоком рычании — — Эмметт! Она услышала рёв Джейкоба даже на таком расстоянии и моментально проследовала за его взглядом. Эмметт каким-то образом умудрился оказаться рядом с самим Расселлом, пытаясь прикрыть собой мальчика, который явно попал в драку по случайности. Услышав крик отца, Эмметт потянулся за кукри, но было поздно. Расселл держал его на прицеле, и в его глазах сияла жажда убийства и торжество. Время замедлилось, когда Иви рванулась вперёд, намеренная драться до последнего, несмотря ни на что. Она чувствовала, что Джейкоб делает то же самое, уворачиваясь от ударов и расталкивая всех со своего пути, прорываясь к сыну. И тут внезапно тело Расселла дёрнулось. Уголок его рта опустился, глаза остекленели, когда он упал на колени и выронил револьвер, и наконец он замер на земле. Иви не остановилась, но она искала нападающего, бегая взглядом по толпе. И это не заняло много времени. Меньше чем в десяти шагах на перевёрнутом экипаже стояла Джейн, и её лицо светилось гневом и облегчением — а в руках были зажаты ещё несколько ножей. Эмметт выглядел шокированным, когда Иви добралась до него, но сама Иви была куда более поражена видом чистейшей собранности в глазах Джейн, талантом и силой, которые были нужны, чтобы оставить нож по самую рукоять в чьей-либо спине с такого расстояния. Эта девочка заслуживала дополнительных тренировок. И Иви уже знала, что она будет более чем рада взяться за них сама.

***

Большинство учеников Джейкоба были слишком молоды, чтобы помнить ранние войны банд, не говоря уже об участии в них. Обозревая хаос после их победы, он видел, что многие парализованы количеством смертей. Они привыкли к одной-двум смертям на заданиях, а не полной улицей мёртвых тел. Даже здесь они могли помочь. Джейкоб знал, что все они учились базовым навыкам ухода за ранами и повреждениями. Он оглядел их ещё раз и увидел на расстоянии копну рыжих волос. — Оливер, — окликнул его Джейкоб, помахав рукой. Оливер не ответил. Он склонился над молодой девушкой с кровоточащей рукой, сосредоточенно бинтуя рану. — Оливер, — ещё раз позвал его Джейкоб, трогая его за плечо и улыбаясь девушке. — Она будет в порядке, ты молодец. Мне надо с тобой поговорить. Оливер нехотя поднялся с колен и последовал за Джейкобом из толпы, скрываясь в тёмном переулке. — Послушай, — начал Джейкоб. — Я знаю, что ты скорбишь, и что у тебя сейчас тяжёлое время. Я пытался дать тебе время наедине с собой. Опустив голову, Оливер воззрился на собственные ботинки в молчании. — Но рано или поздно тебе нужно будет вернуться. Я отказываюсь тебя бросать. Тишина снова была ему ответом. Так. Гнев мальчика был понятен, и он не хотел врачевать его раны солью. Но пора было что-то менять. Больше так продолжаться не могло. — Я знаю, что сейчас не время, — продолжил Джейкоб. — Но в ближайшее время. Нам нужно поговорить. Нам надо… — Он вернулся мыслями к тому, как описывал своё заточение у Джека Иви, и как это сняло часть груза с его сердца. — Я надеялся, что дам тебе время и этого будет достаточно. Но нам нужно помочь тебе вернуться к нам. Ты не можешь прожить всю оставшуюся жизнь в таком состоянии. Это заслужило хотя бы кивка. А потом Оливер отвернулся и ушёл прочь. Джейкоб решил, что для начала это сойдёт.