5 глава
11 июля 2019 г., 12:04
***
Вслед за растерянностью и отчаянием пришло раздражение, и, переступив порог своей квартиры, я со всей злостью хлопнула входной дверью. Как она не слетела с петель, а краска с потолка не посыпалась мне на голову — одному богу известно. Чанель, сидевшей на диване в гостиной в этот момент от неожиданности подскочил, выронив книгу, которую на тот момент читал. Поднявшись, он направился ко мне навстречу и открыл рот, чтобы о чем-то спросить, но я пресекла его попытку. — Молчи! — бросила я в раздражении, направляясь в свою спальню, на что мой друг поджал губы и покачал головой в неодобрительном жесте. Бросив вещи на постель, я спешно разделась и, войдя в ванную комнату, начала остервенело натирать кожу, пытаясь смыть ощущения мужских рук, которые совсем недавно непозволительно грубо меня хватали. Раздражение на мужчин меня раздирало изнутри: их животная агрессивная сущность и эгоизм. Однако еще больше злила моя наивность, что я смогу справиться с неуравновешенным типом, который когда-то изрядно потрепал в драке моего бывшего любовника. Я до сих пор не знаю, что сказал ему Ифань у дверей клиники, отчего Тао впал в такую ярость и не будь он остановлен в тот момент, то мог бы с легкостью убить соперника или серьезно его покалечить. Противоречивые качества личности Тао умудряются проявляться в спектре от мягкого домашнего котенка, который хитро щурит глаза и мягко улыбается, выпрашивая ласку, до опасного хищника, в котором просыпается грозная сила. Он утверждал, что мне бояться нечего, так как его злость никогда не обрушится на женщин или детей, но недавний инцидент заставил усомниться в его заверении. Также я начинаю сомневаться в профессиональной компетенции доктора Картера и не уверена в его диагнозе о том, что пациент Хуан ЦзыТао здоров и не опасен для общества. Когда моя кожа начала гореть от издевательств мочалки, я, обернувшись в полотенце, вернулась в спальню и тут же устало легла на постель. Желудок снова начал болезненно сжиматься, но, лежа в позе эмбриона, я терпела боль. Я тихо стонала и покрывалась испариной, не собираясь просить помощи. Боль не желала покидать мое измученное тело, волна неприятных ощущений снова и снова пронзала меня, но я не выдержала очередного приступа, и мои возгласы заполнили спальню. — Отта! Что с тобой? — услышала я взволнованный голос Чанеля за дверью. — Я умираю… — простонала я. — Отта, открой дверь! — закричал друг. — Я не могу встать… Мне больно… — Я сейчас разнесу эту чертову дверь в щепки! — взревел заведующий, но моя боль заставила быть безучастной к судьбе элемента интерьера. Спустя время я услышала, как по двери скребли, затем послышались удары. Чанёль выбил замок и, подбежав к постели, где я лежала согнувшись от очередного приступа, начал взволнованно осматривать меня. — Где болит? — Везде… Заведующий вздернул бровь и нахмурился, когда увидел на моих руках, шее и груди, часть которой не была прикрыта полотенцем, синяки, которые начали проявляться и приобретать лиловые оттенки. — Этот подонок бил тебя? — прорычал друг и, взяв телефон в руки, начал набирать номер. — Нет… Не звони никуда, пожалуйста… — устало ответила я, забирая из его рук гаджет. — Сделай мне, пожалуйста, чай с молоком. У меня просто болит желудок… — Сделаю… Я не буду никуда звонить, если ты мне скажешь, что он действительно ничего не сделал и нет оснований что-то ему предъявить. — Не было ничего такого, о чем ты думаешь. Ни избиения, ни изнасилования. Мужчина облегченно выдохнул. Его взволнованные карие глаза вопросительно смотрели на меня, но я смогла лишь слабо улыбнуться ему в ответ. — Это всего лишь обострение болей в желудке. Мне нужен просто чай. Правда, — еще раз повторила я, продолжая видеть на лице друга сомнение. Чанель грустно улыбнулся, наконец поднялся с постели и, отправившись на кухню, начал греметь посудой, оставив меня наедине со своими мыслями. Почему Тао не может быть таким как Чанель? Почему мой любовник напоминает мне больше истеричную особу, нежели большого заботливого медведя, как мой друг? Пока готовился чай, я все же нашла в себе силы переодеться в домашнюю одежду: футболку и шорты, а затем снова легла в постель, укрывшись одеялом. Удивительно, но боль действительно отступила. Не прошла полностью, но я уже могла спокойно лежать и изредка посылать Чанелю вымученную улыбку, когда вернувшись в спальню он протянул мне кружку с моим обезболивающим домашнего вида. — Ваши игры становятся опасными для здоровья, Отта. Пора бы вам притормозить, по крайней мере на время, пока твой желудок не восстановится, — вздохнул мужчина, обеспокоенно смотря на меня и заботливо гладя по волосам. — Да, ты прав, Чанель. Поэтому я приняла решение расстаться с ним. Мы изводим друг друга: он меня физически, а я его по всей видимости эмоционально. Тао закатил скандал на почве ревности, свалив все обвинения в одну чашу. Видите ли ему кажется, что я с тобой провожу слишком много времени. Мужчина слушал меня, в изумлении округлив глаза. Он было открыл рот, чтобы что-то сказать, но видимо передумал и промолчал. — Дело не только в тебе, Чанель, не волнуйся. Если бы я действовала в угоду Тао, то оказалась бы рабыней, прикованной к нему наручниками. Я начинаю задыхаться рядом с ним, и пока мы не довели друг друга до больничной койки, кто-то должен принять твердое решение. Он этого сделать не в силах. Мой друг тяжело вздохнул и отвел взгляд в сторону. По его выразительному лицу я видела, что его обуревал рой мыслей по данному поводу, но высказывать их по какой-то причине не решался. В конце концов, мы врачи, к великому сожалению, не являемся успешными манипуляторами чужих судеб. Как и обычных людей, нас не обходят стороной противоречивые эмоции, которые раздирают изнутри душу и сознание. В нашем коллективе мало специалистов, состоящих в браке — лишь единицы могут похвастаться таким положением и это преимущественно люди более старшего поколения. — Чанель, перестань убиваться. Ты последний человек, которого я буду винить в своих проблемах. Неужели Бекки ревновал бы ко мне, если по стечению обстоятельств я жила у тебя? — поспешила я успокоить Чанеля, погладив его по руке. Мужчина перевел свои опечаленные глаза на меня и, немного подумав, все же отрицательно покачал головой. Мы оказались с ним в одной лодке — два несчастных и одиноких человека. — Ты правда не хочешь поговорить о том, что произошло? — уточнил Чанель, сделав еще одну попытку. Я поджала губы и отрицательно покачала головой. Если честно, я сама до конца не понимала, что произошло между мной и Тао. Возможно сработал механизм давно тикающей бомбы? Вероятно, мы оба были недовольны друг другом, но молчали и терпели в надежде, что все само собой образуется или станет неважным? Если мое предположение верно, тогда решение о расставании окажется правильным. — Время позднее. Я пойду спать. Ты тоже отдыхай. Мы договорились с Мирандой, что она позволит мне по воскресениям проводить время с детьми, — тихим голосом проинформировал меня друг и поднялся с постели. Миранда — это жена Чанеля? Он последние годы называл ее просто жена, поэтому я забыла, что у этой женщины есть имя. — Вы с ней помирились и ты возвращаешься домой? — уточнила я. — Мы приняли окончательное решение, что нет больше смысла продолжать этот фарс. Все в этом браке несчастны. Мы поговорили как взрослые, ответственные люди, которые в первую очередь являются родителями, и решили действовать в интересах детей. Я буду приходящим папой по воскресеньям. Я понимающе кивнула. Слава всем богам, что у этой женщины заработали мозги и она решила не исключать отца из жизни близнецов. — Чанель… — как маленькая девочка протянула я. — Что? Сказку на ночь почитать? — спросил он с улыбкой на лице, когда обернулся в дверях. — Нет. Побудь со мной. Не хочу, чтобы желудок заболел среди ночи, а рядом с тобой мне становится легче. Пожалуйста… Я даже не буду ругаться, если ты будешь прижимать меня к себе. Тебе же тоже одиноко, — протянула я детским голосом, невинно хлопая ресницами. Чанель задумался, видимо не решаясь пойти у меня на поводу, но в итоге кивнул в ответ. — Только схожу в душ и приду. Допивай свой чай, — бросил он, прежде чем выйти из моей комнаты. Я довольно захлопала в ладоши, вспомним о кружке с недопитым чаем. К тому времени, когда Чанель вернулся, я уже подготовила все ко сну и включила ночник на прикроватной тумбочке с моей стороны. Мужчина к тому времени был в одних трусах, и моему взору снова предстали его забавно изогнутые голени, которые забавляли меня еще со времен студенчества. Во время учебы, даже в жаркую погоду, я категорически запрещала своему другу носить шорты выше колена. — Я смотрю твое настроение улучшилось, — хмыкнул мужчина, нырнув под одеяло. — Давай спать, завтра я хочу приехать к детям пораньше, чтобы вместе позавтракать, — пробубнил Чанель и привычно сгреб мое тело к себе своими большими и теплыми медвежьими лапищами. В его объятиях было тепло, приятно и спокойно. Почему я не захотела в свое время строить с ним отношения? Не было бы этих глупых эпизодов с Саймоном, Ифанем и Тао. Почему женщины настолько глупые, что предпочитают дружбу заботливых мальчиков любви к проходимцам? Если бы папой моих детей был Чанель, то у моей дочери мог быть симпатичный азиатский разрез глаз. Интересно, а как бы выглядели наши с Тао дети? Наверняка тоже красивые. Зачем я об этом думаю? Я рассталась с ним. Мы друг другу не подходим, у нас нет будущего, так что о каких детях вообще может идти речь? И вообще надо прекращать думать о нем. Вздохнув, я вернулась в реальность и слушала как спокойно бьется сердце Чанеля. Его дыхание стало размеренное и он благополучно уснул, войдя в стадию глубокого сна. Всегда удивлялась его способности быстро засыпать. Повернувшись к нему лицом, не размыкая объятий, я начала любоваться его лицом. Чанель довольно симпатичный мужчина — у него приятные и мягкие черты лица, которые не лишены мужественности. Я провела кончиком пальца по пухлым губам друга, едва касаясь, чтобы не разбудить. Многие девушки во время учебы завидовали мне, думая, что мы встречаемся и не веря в нашу дружбу. Симпатичный и высокий молодой человек, из хорошей семьи, воспитанный. Одним своим видом он вызывал у людей желание познакомиться с ним: у него веселый нрав и добрые глаза. До сих пор для меня остается загадкой, почему он выбрал такую грубую и закрытую нахалку, как я? Противоположности подтягиваются? Меня нельзя было назвать первой красавицей курса. В то время я носила очки в черной оправе, выглядела как уверенный в себе ботаник, хорошо училась, но особенно ни с кем не дружила, и серьезные отношения с молодыми людьми меня не интересовали. Чанель в начале учебы тоже носил чудо оптики, но сделав операцию по коррекции зрения, преобразился из застенчивого гадкого утенка в соблазнительного самца, и даже его забавные оттопыренные уши не смущали барышень. Я улыбнулась своим воспоминаниям, которым уже больше десяти лет. Когда его нелепые попытки сделать меня своей девушкой закончились, мы начали дружить, а на старших курсах Чанель наконец начал ходить на свидания. Помню, что перед самым первым своим мероприятием он жутко волновался, а я настраивала его на нужный лад, вселяя в него уверенность, как тренер в своего лучшего спортсмена перед важным соревнованием. Спустя время друг втянулся в процесс и начал получать удовольствие, поэтому в моей помощи больше не было необходимости. Теперь он взрослый мужчина, состоявшийся специалист в своей области, отец двух детей, с матерью которых он находится в стадии развода из-за своих нетрадиционных предпочтений и любви к Бекки. Не могу его в этом винить, потому что этот брак по расчету держался исключительно на сыновей любви Чанеля к своим родителям. Свою жену он так и не смог полюбить, даже несмотря на то, что их семья пополнилась двумя детьми, появившимися на свет благодаря процедуре ЭКО. Он несомненно испытывал уважение к этой женщине, но как к матери его детей, а не к любимой жене. Я уважаю своего друга уже за то, что ни разу не слышала из его уст ни одного плохого слова об этой женщине, даже когда накануне они скандалили, он был вынужден ночевать в гостевой комнате и приходил на работу не выспавшимся. Если быть честной, не знаю, как бы я повела себя на месте его жены. Какого знать, что у мужа, которому ты родила детей, имеется постоянный любовник, и в отличии от меня, к нему он испытывает нежные чувства? Наверное, мне было бы обидно и, наверняка, больно. Возможно, в конечном итоге они приняли мудрое решение — развестись. Пока его жена достаточно молода и привлекательна, есть вероятность, что она снова выйдет замуж, возможно родит ребенка и познает в полной мере, что такое счастливая семья. Я не удержалась и слегка чмокнула друга в губы. Он сквозь сон рефлекторно притянул меня к себе еще ближе. Когда моя мягкая грудь уперлась в его накаченный торс, даже сквозь сон он в недоумении нахмурился. Не знаю, что снилось ему в этот момент, но он был явно растерян, видимо не мог понять — то ли его жена потеплела и решила соблазнить напоследок своего мужа, то ли у Бекки выросли женская грудь. Я негромко хихикнула, оттолкнула от себя друга, освободилась из его объятий и перевернулась на другой бок. Сквозь сон Чанель что-то пробубнил на родном языке, но продолжил спать. Укутавшись в одеяло, я закрыла глаза и тоже вскоре уснула.***
Буквально через пару дней после нашего скандала Тао напомнил о своем присутствии со мной на одной планете Земля, начав изводить звонками, которые были проигнорированы. Штурм под названием психологическая атака проходил в форме изнуряюще раздражающих вызовов, от чего мой телефон настойчиво вибрировал каждый час. Я начала отключать телефон во время приемов в клинике, на ночь, предварительно предупредив, чтобы мать звонила на номер Чанеля, если возникнет экстренная ситуация. В своем сознании я приняла решение расстаться с Тао, но продолжала бороться с соблазном ответить на его звонок. Я понимала, что стоит мне услышать его голос или того хуже, увидеть, то моя оборонительная стена падет перед его натиском. Спустя еще пару дней я добавила его номер в черный список, но этот трюк помог лишь на пару дней. Дошло до того, что я перестала отвечать на звонки с незнакомых номеров и пациентам приходилось искать меня либо через Чанеля, либо через приемную клиники. Мой любовник был очень настойчив и параллельно со звонками одолевал меня сообщениями, которые я удаляла, не прочитав. Охрана клиники была предупреждена о том, что запрещено пропускать на территорию клиники мистера Хуан ЦзыТао. Когда желаемый результат не был достигнут, в ход пошла тяжелая артиллерия, и возле моей двери начали овиваться курьеры с цветами, мягкими игрушками и сладостями. Чанелю выпала нелегкая миссия расписываться за посылки. — Отта, можно хотя бы игрушки не выбрасывать? Я сделаю запрос среди бюджетных больниц, и мы подарим их детям, — предложил идею Чанель, вертя в руках пакет с плюшевыми животными, который стоял у дверей и наполнился за прошедшую неделю. — Как хочешь. Мне все равно, — равнодушно отмахнулась. — Завтра либо увези его, либо выброси в мусорные баки у дома. Каждый раз, когда вижу этот пакет, я злюсь. С каждым днем сосед по квартире хмурился все сильнее, при этом недовольно и шумно вздыхал, но не жаловался. Однако всякому терпению приходит конец.***
— Отта! Какого черта?! Твой бывший любовник не в курсе, что он бывший? Ты опять не сказала мужчине, что рассталась с ним? Он думает, что ты просто набиваешь себе цену! — войдя в мой кабинет закричал заведующий, держа в руках звонящий телефон. Я вздрогнула. Давно я не слышала, чтобы мой друг так громко кричал. Его басистый голос раскатами грома разносился по моему кабинету. — О чем ты, Чанель? Если женщина игнорирует мужчину, то ему должно быть понятно, что это конец! — растерянным голосом оправдалась я. — Даже я знаю, что Тао не оставит объект своего желания! Что ты дурочкой прикидываешься? Теперь он будет со мной драться перед входом в клинику? Как интересно будет выглядеть заведующий отделением с разбитым лицом? Респектабельно? — Надеюсь прошлый инцидент был показательным и научил его, поэтому думаю, что до драки не дойдет… И вообще, я похожа на девочку-подростка? Тебе кажется, что меня можно купить за плюшевых медведей и шоколад? — сделала я попытку оправдаться. — Так скажи ему об этом! Почему я должен успокаивать Тао по телефону? Я не его психолог или мама. Своими звонками он мешает мне работать… Понимаешь? — шумно выдохнул друг, а его плечи устало и обреченно опустились. — Извини… Но я не могу говорить с ним. Я чувствую, что могу сдаться и тогда наша сумасшедшая карусель продолжит кружиться по прежней траектории, — виновато вздохнула я и опустила голову. — Ты сейчас похожа на маленькую девочку, — улыбнулся Чанель, судя по всему пожалев меня и, подойдя ближе, обнял за плечи. — Как у вас дела с Бекки? — спросила я, утыкаясь носом в широкую мужскую грудь. — Стабильно. Он по-прежнему от меня за тысячу миль. Раньше лишь физически, а теперь ментально. Он разговаривает со мной только по делам клиники в рабочее время, — упавшим голосом ответил друг. — У вас все наладится. Как ты сказал про меня, возможно он просто набивает себе цену? Мужчина грустно улыбнулся. — Я скучаю по нему… — тяжело выдохнул мой друг. — Конечно, как по этой попке можно не скучать? — хихикнула я. — Дело не в сексе, Отта. Когда любишь, то не хватает просто человека рядом, его тепла, глаз, голоса, смеха… — Ладно, я поняла. Извини… Шутка была не к месту. — В этом вся ты, — хохотнул друг. — Взбалмошная, временами пошлая, но при этом полна хороших качеств. Тебе необходимо определиться, что нужно от жизни и какой человек должен быть рядом с тобой, — снисходительно сказал Чанель и по-отечески поцеловал меня в лоб. Да, мой друг. Ты как всегда прав. Об этом мне говорит и Анетта. — Если говорить серьезно, раз ты все же решила расстаться с ним, то придется ему сообщить об этом. Он действительно страдает, просит прощения у меня и не понимает, что происходит между вами. Я по крайней мере знаю, за что меня наказывает и чего добивается Бекки, а Тао как слепой котенок в темноте — не понимает, что происходит и что делать. Он в отчаянии. — Я не могу… Он начнет рыдать, попросит дать ему еще один шанс, я пожалею его и все снова вернется на круги своя. Мы продолжим топтаться на месте и нужно разорвать этот порочный круг. Понимаешь? В ответ Чанель понимающе кивнул. — Я знаю, что в паре всегда виноваты двое. Тао слепо верит, что любовь ко мне оправдывает все его безумные и собственнические поступки, а я сомневаюсь в его адекватности и психическом здоровье… К тому же не забывай, что он унизил меня! — Только в его случае или ты во всех мужчинах не уверена? — услышала я за спиной женский голос. — У нас собрался консилиум? — хихикнула я, видя, как Анетта вошла в мой кабинет. — Не слишком ли много чести для одного пациента? — Можно еще Бекки позвонить, — улыбнулся Чанель. — Думаю он тоже волнуется за вашу пару. — Давайте мы сами разберемся, — выдохнула я. — Я сбежала от него, потому что он душил своим вниманием, а теперь вы начинаете делать тоже самое. Я приняла решение закончить эти отношения, потому что все страдают. — Но порознь вам тоже плохо обоим, — безапелляционно заявила подруга, складывая руки на груди. — Я справлюсь. Так будет лучше для него. На мое высказывание подруга хотела было возразить, но я ее перебила. — Пойдемте обедать все вместе, как в старые добрые времена. Анетта приведи, пожалуйста, Бекки. Скажи, что я его позвала. Ты же не против, Чанель? — Нет, мы все твои друзья. Почему из-за нашей ссоры должны страдать другие? — пожав плечами, ответил заведующий. Анетта кивнула и вышла из кабинета. — Надеюсь вы не будете ругаться… — предупредила я заведующего. Чанель лишь замучено улыбнулся и обняв меня за плечи, повел обедать. Наполнив подносы едой, мы с заведующим сели за стол, а я намеренно села напротив входа. Это оказалось верным решением, потому что как только Бекки, войдя в зал, увидел спину заведующего, тут же попятился назад, налетев на Анетту. Девушка не растерялась и подтолкнула старшего медбрата, заставив его идти в прежнем направлении. Молодой мужчина нервно начал кусать нижнюю губу, глаза панически забегали, выражение его лица умоляло о пощаде, как у приговоренного к смертной казни. Я понимала, что ему трудно совладать со своими эмоциями рядом с Чанелем, но губами просила присоединиться к нам. В его глазах читалась явная борьба между решением убежать и желанием остаться. Я наверняка повела бы себя так же нелогично, окажись Тао поблизости со мной. Как только Бекки подошел к столу, я протянула руку и, схватив его за запястье, заставила сесть рядом с собой. — Я так рада тебя видеть! — радостно воскликнула я, обнимая друга. Мне даже показалось, что он истощал еще больше, а его худые плечи стали еще острее. — Я тоже по тебе скучал, — улыбнулся Бекки и обнял меня в ответ. Поставив перед ним тарелку с его любимым обедом, купленным Чанелем, я толкнула его в бок с призывом поесть. — Ешь давай, на тебя смотреть больно. Выглядишь, как голодающий из Бухенвальда! — Откуда? — переспросил Бекки, но взял приборы, и принялся за еду. — Потом расскажу. За обедом подобное не упоминают. Пока мы ели, практически я одна разговаривала. Анетта решила деликатно не встревать в наш диалог с Бекки, а Чанель боялся спугнуть и без того взвинченного возлюбленного. Бекки, слушая меня, улыбался искренне и при этом немного устало. Я изредка бросала взгляд на Чанеля, который больше наблюдал и слушал своего возлюбленного, нежели уделял внимание обеду. По его замученному взгляду я понимала, что заведующий очень скучает по любимому медбрату и хотел бы оказаться с ним наедине где-нибудь в укромном месте. Когда обед был съеден, Бекки поднялся первым, просунул руку в карман своих светлых брюк и, достав деньги, положил их на стол перед Чанелем. — Спасибо за обед, господин Пак. Надеюсь этого хватит? Я всего лишь бедный медицинский работник, но не люблю быть должен, — сказал он и склонил голову, как принято перед уважаемыми людьми в Азии. — Бекки… — мучительно простонала я и закрыла лицо руками, увидев перекошенное от злости лицо Чанеля. Щеки заведующего моментально вспыхнули раздраженным румянцем, а глаза буквально метали молнии. — Что ты себе позволяешь? Тебе нравится унижать меня? — прорычал мужчина, с шумом поднявшись со стула. Любовники смотрели друг на друга с вызовом и оба тяжело дышали. — Чанель, прошу тебя, не закатывай скандал в столовой. Здесь полно твоих подчиненных, — умоляла я заведующего, держа его за рукав халата. Анетта тут же поднялась из-за стола, вовремя придя ко мне на помощь, и, развернув Бекки за плечи, отправилась с ним прочь от любопытных глаз, которые с интересом уставились на наш столик. — Я прошу тебя, сядь, — взмолилась я, поглаживая руку друга, сжатую в кулак. — Извини, я тоже пойду. Много работы. Зайду за тобой после работы, чтобы отвезти домой, — буркнул он и широким шагом отправился в сторону своего кабинета. Я в отчаянии закрыла руками лицо и мучительно простонала. — Господи, дай мне сил.***
— Я так же жалко выгляжу? — нарушила я тишину вопросом, когда мы с Анеттой стояли на автомобильной стоянке в ожидании Чанеля. — Пока нет, но думаю скоро будешь, — слишком спокойно ответила подруга. — Разница между вами с Тао и между Чанелем с Бекки небольшая. А если ты будешь просто терпеть и молчать, то заработаешь себе новый нервный срыв, и на этот раз не отделаешься посещением психолога. — Я делаю это во благо Тао. Он страдает рядом со мной… — оправдывалась я. — А ты его об этом спросила? Может он хочет мучиться? Ты же сама говорила, что он новичок в отношениях, поэтому настолько неуверен в себе, что ревнует даже к друзьям. Мы с мужем давно не позволяем себе подобного, хотя я и могла бы устраивать сцены ревности ежедневно, учитывая каким количеством женщин он окружен. Одного показательного наказания ему было достаточно, и шрам на руке не даст забыться. — Что? — вскрикнула я, уставившись на подругу. — Я тебе не рассказывала? Мы однажды сильно поругались, но причина была веская, и взяв нож с кухонного стола, я полоснула его по руке. Рана была неглубокая, так что не волнуйся. Он больше испугался, нежели истек кровью. Позже я сама обработала рану и отвезла в больницу зашивать порез, — усмехнулась Анетта. — Ты опасная женщина, — в изумлении прошептала я. — Да, и ты тоже. Просто у тебя пока поводов не было. Хотя я помню твой эмоциональный рассказ о том, как ты ударила Тао за покупку дорогих часов. Чем не агрессор? — хихикнула психолог. — Ну… била — это слишком громко сказано… — протянула я. — Не оправдывайся. Факт остается фактом, ты можешь постоять за себя. — Если честно, я хотела бы отношения с нормальным мужчиной, как Чанель, например, — продолжила я. — Чанель? — усмехнулась Анетта. — Даже если предположить, что твой друг не гей, который пускает слюни на своего медбрата, то все равно бы он не удовлетворил твои сексуальные потребности. Возможно, для тебя он хороший друг, но в качестве любовника не подойдет, — уверенно закончила девушка. — С чего ты это взяла? — возмутилась я. — Видимо, несмотря на свой возраст и количество партнеров, что были в твоей постели, ты себя плохо знаешь. Ты готова нежиться в теплых простынках, поглаживая друг друга, и заниматься сексом по расписанию? — Что? Секс по расписанию? Как можно запланировать страсть? — воскликнула я, искренне удивляясь. Однако моя подруга лишь хитро улыбнулась и покачала головой. — О чем и речь… Не обманывай себя, — закончила она мысль и села в машину, увидев, приближающегося Чанеля. — Поехали домой? — спросил друг, заметив как из окна своей машины Анетта машет рукой, покидая стоянку и хитро подмигивает на прощание. Я кивнула в ответ и села на сидение рядом с водителем. Заведующий молча вел машину, не отвлекаясь от дороги. Мне кажется, что он все еще пребывал под впечатлением от происшествия в столовой, и был погружен в свои мысли. — Чанель, давай сходим в клуб. Сегодня вечер пятницы, нам надо развеяться, — предложила я, хотя не особо рассчитывала, что в данном состоянии он согласится. Мужчина наконец оторвал взгляд от дороги и внимательно посмотрел на меня. — Хорошо, давай, если ты этого хочешь, — просто ответил он и вернул свое внимание дороге.
