Chaleur de l'amour

      Мягким теплым светом, озаряя спящий мир, поднималось ласковое солнце. Легко колыхались верхушки деревьев от рассветного ветра, спали птицы. Пушистые и мягкие персиковые облака, словно сахарная вата, невесомо плыли по светлеющему с каждой минутой небу. Оно утопало в нежных оттенках и пастельных цветах. Пропадали звезды, скрылась уже луна. Солнечные зайчики игриво прыгали по полкам и стенам, изредка падая на пол. Да, утро было невероятно прекрасным. Особенно для одного зеленоглазого брюнета, ведь в небольшом домике, вдали от шума города, удаленном почти от всего мира, сидели два его любимых человека.       За столиком возле окна, из которого было прекрасно видно всю красоту рассвета, расположились трое: брюнет, блондин и маленький рыжик, что приватизировал большую часть стола, попросту усевшись на него. Драко, изредка зевая, потягивал кофе, Тедди увлеченно рассматривал облака за стеклом, а Гарри их двоих.       Маленькое рыжее солнышко улыбалось, теребя рукав оранжевой кофты. Изредка его волосы меняли цвет с ярко-оранжевого на теплый коричневый, но в итоге вновь приобретали огненный оттенок. Гарри не знал, почему мальчик всегда ходил с оранжевым цветом волос, но за это и получил свое прозвище. Мандаринка. Да, малыш был метаморфом, как и его мать. Так что смена цвета волос была обычным делом. Хотя уже сейчас Тедди научился контролировать цвет своих волос, но иногда, как сейчас, он не мог удержаться. И этим он был похож на отца. Внешне всегда старался быть спокойным и рассудительным, но если вдруг его что-то захватит, глаза заблестят и понеслась… Он был прекрасным ребенком, и Гарри было жаль, что его родители никогда не смогут узнать этого. Грустная улыбка проступила на его лице, и, чтобы не думать о печальном, Герой перевел взгляд на блондина.       Такой вид домашнего и родного Драко вызывал в нем огромную волну нежности и любви, а оторвать от него взгляд казалось невозможным. Платиновые, слегка растрепанные после сна, волосы падали на затуманенные легкой дремой серые глаза. Прямой нос, острые скулы, тонкие губы так и кричали: «Перед тобой аристократ!» Тонкая лебединая шея, изящные ключицы, не прикрытые красным (его, Гарри, между прочим) халатом, и белая почти прозрачная кожа с ветвями синих вен на руках так его и манили. — Поттер, — протянул Малфой, делая еще один глоток кофе. — М? — Гарри засмотрелся на кадык, что дернулся в такт глотку. — Не мог бы ты, для начала, перестать пялится и пойти купить цветы тровянки, а еще пюре с апельсином для Мандаринки, — молчание было ему ответом. — Господин Аврор, вы еще с нами? — повернул голову блондин, приподнимая бровь. — Мхм… — Красноречиво, — хмыкнул он в кружку, делая еще глоток. Он чувствовал на себе взгляд Гарри каждой клеточкой тела. В его глазах было столько нежности, что, казалось, еще чуть-чуть — и там появятся сердечки. Не сказать, что ему не нравилось такое внимание, но все же. Сколько можно? Успеет еще налюбоваться, — ты придурок, — глубокомысленно изрек Драко, вздыхая. На языке вертелось: «мой», но произносить его он не стал, решив оставить мысли при себе. — Ага, — счастливо подтвердил Гарри с глупой широченной улыбкой. Блондин уже было думал, мало ли, мысли прочитал, но выглядел он донельзя смешно и влюбленно, так что Малфою стоило усилий сдержать смех. — А что такое «придурок»? — заинтересованно повернулся Тедди. — Папа твой, — фыркнул Драко, беря мальчика на руки.