Нефритовые слезы

— Что? — голос Лань Сичэня резко сел, а сердце больно стукнуло по грудной клетке. Не поднимая глаз, она сказала: — Вы меня слышали. Дедушки нет. Все, конец истории. Можете возвращаться туда — откуда пришли, — она развернулась к ним спиной с явным намерением вернуться в свою каменную пещеру. Лань Хуань, все еще не до конца пришедший в себя от столь печального открытия, резко дернулся и посмотрел на юную особу перед собой. Нет, так все кончиться не могло. Он должен был сделать все возможное, чтобы помочь Ванцзи. — Стой! — голос Сичэня утратил мягкость и спокойствие. — Нам очень нужна помощь! — он схватил девушку за запястье, не позволяя уйти. Она нахмурилась и пронзила наглого заклинателя недовольным взглядом. — Не смейте ко мне прикасаться! — прошипела она и попыталась вырваться. Лань Хуань отрицательно покачал головой. Тогда девушка решила действовать — она вывернула руку, надеясь выбраться из захвата, но не могла тягаться силой с главой ордена Лань. И все же, во время коротких препирательств ее ладонь нечаянно скользнула вверх — по руке Лань Сичэня и вдруг резко замерла. Она подняла на заклинателя взгляд, полный неподдельного удивления и заглянула в его светло-карие глаза. — Вы умираете… — полушепотом сказала она. Скорее от неожиданности, чем от того, что действительно планировала сказать это вслух. Оцепенение от услышанного захватило Лань Сичэня всего на секунду — он и так давно предполагал нечто подобное, но быстро сменилось облегчением. — Вы умеете врачевать, — заметил он. Девушка отвернулась. Она выдала себя совершенно случайно. — Послушайте, — взмолился Лань Хуань, — меня зовут Лань Сичэнь — я глава ордена Гусу Лань. Мой младший брат — Лань Ванцзи — сейчас прикован к постели. Его грудь проткнули техникой «Пяти углов» — пять иголок должны были полностью разрушить золотое ядро. Но оно чудом уцелело — лишь благодаря тому, что вся его энергия сосредоточилась вокруг него. Но иглы, застрявшие в энергетическом барьере, необходимо извлечь, чтобы он снова мог использовать свои силы и нормально жить! Пожалуйста, скажите, что вы умеете делать подобные операции, — теперь он схватил девушку за руку двумя ладонями. — Ох… — она вздохнула. — Меня зовут Генсис Сюин, — представилась она, слегка поклонившись Лань Сичэню, — но я все равно не та, кого вы ищите. Я никогда не делала подобных операций. — Мы не стали бы просить, если бы ситуация не была критической! — не успокаивался Лань Сичэнь. — Дедушка обучал вас, да? Вы знаете об операциях на золотом ядре? Генсис Сюин нерешительно кивнула. — Я знакома со всеми его теориями, но даже он ни одну из них не опробовал на практике… Сложно сказать, если все получится… — ее глаза были полны страхов и сомнений. — У нас нет выбора, нужно попробовать, — сказал Цзян Чэн, делая шаг вперед. — Меня зовут Цзян Ваньинь — глава ордена Юньмэн Цзян. Мы просим тебя отправиться с нами, мы должны хотя бы попробовать. Кроме тебя, никто не знает даже метода: как извлечь иглы, не разрушив золотое ядро. Цзян Чэн не смог бы смотреть в глаза Вэй Ину, если бы упустил эту девушку. Пока что она единственная, кто хотя бы знал о подобной операции. Девушку прикусила нижнюю губу, раздираемая противоречиями. — Пожалуйста, — Цзян Чэн подошел еще чуть ближе, — нам очень нужна твоя помощь. Генсис Сюин набрала в грудь побольше воздуха и кивнула. — Хорошо. Я сейчас соберусь и… Цзян Чэн ее перебил. — Подожди, — он посмотрел на Лань Хуаня, который по-прежнему не отпускал руку девушки. — Что ты имела в виду, когда сказала, что он умирает? — Вы не знаете? — она с удивлением смотрела то на одного заклинателя, то на другого. — Хотя, конечно, болезнь крайне редкая, сродни случаям самозапечатыванию меча… — она разговаривала скорее сама с собой. — Подобными заболеваниями страдают только люди с чистой душой… Ладно, сейчас проверю свои догадки, — сказала она уже громче. Ее лицо приняло серьезное выражение. — Встаньте, пожалуйста, ровно, — обратилась она к мужчине в светлом ханьфу. Лань Сичэнь опустил руки и послушно выпрямился. Генсис Сюин положила три пальца на пульсирующую точку на шее главы ордена Лань. — Хм… У вас уже кровоточили цицяо? За Сичэня ответил Цзян Чэн: — Да, у него несколько раз шла кровь из глаз и один раз из носа. А еще у него случаются застои энергии и кашель дурной кровью. Лань Хуань с легким упреком посмотрел на заклинателя в фиолетовом, неодобрительно поджав губы, но ничего не сказал. — Ясно, — ровным тоном ответила девушка, — мне нужно получше осмотреть вас, идем внутрь, — она жестом пригласила мужчин в пещеру. Пройдя несколько коридоров, освещенных тусклыми факелами, они оказались в довольно большом зале, все стены которого были усыпаны полочками. На полках в одной части зала располагались различные травы, снадобья и ингредиенты, а в другой — свитки, книги и писания. — Ложитесь, — Генсис Сюин показала рукой на широкий каменный выступ на котором было постелено старое одеяло. Лань Хуань сделал, как просила девушка и безропотно опустился на затертую ткань своими белыми одеждами. — Вы можете подождать в коридоре? — спросила Генсис Сюин Цзян Чэна, усаживаясь перед Лань Сичэнем. Ваньинь скривился — с одной стороны он не хотел уходить, с другой стороны не знал, если уместно просить остаться. Заметив сомнения заклинателя, девушка добавила: — Я собираюсь раздеть господина Лань, вы хотите поглазеть на его голую грудь? — она вопросительно приподняла бровь, пытаясь смутить мужчину. — Не думала, что вы парочка, — едко усмехнулась она. — Мы не парочка! — рыкнул Цзян Чэн. — И мы не из таких! Ясно?! Я буду ждать там! — крикнул он и вышел в коридор. Генсис Сюин посмотрела мужчине вслед, на ее губах появилась довольная улыбка. — Какой темпераментный, — она покачала головой. Лань Хуань заметил перемену на лице лекаря. — Да, он очень интересный человек… — его голос предательски дрогнул. Он намеренно сказал это, чтобы больше расположить девушку к Цзян Чэну, вот только голос почему-то отказывался сотрудничать. Девушка тряхнула головой, прогоняя мысли о заклинателе в фиолетовом. Ее взгляд снова стал серьезным. — Я не пошутила, когда сказала, что мне нужно будет вас раздеть. Мне нужно прощупать вашу грудь, — пояснила она. Лань Хуань развязал пояс и распахнул одежды, оголяя торс. Губы Генсис Сюин сжались в тонкую линию, когда она начала легонько простукивать область между ребер: сверху-вниз и обратно. — Хм… — ее лицо выглядело напряженным. Она положила три пальца на точку, что находилась чуть выше пупка. — Вы можете не стараться, — спокойно заметил Сичэнь. — Я и так знаю, что умираю… Девушка недовольно покосилась на пациента. — Можете садиться и одеваться, — она поднялась со своего места и пошла к полочкам с разноцветными склянками. — Вы знаете, что сами себя довели? — спросила она, взяв с полки железную миску. Генсис Сюин насыпала туда что-то из одной банки, потом из другой, потом добавила немного из синего мешочка, что висел на поясе и разбавила содержимым зеленого мешочка. Лань Хуань не знал, как относиться к словам девушки. — Вы можете сказать, что это за болезнь? — Могу, — ответила она, поставив миску на стол и залив ее содержимое горячей водой. — У вас отторжение золотого ядра. — Что? — Лань Сичэнь никогда даже не слышал о подобном. Генсис Сюин помешивала снадобье в железной миске деревянной палочкой, размешивая травы и порошки строго по часовой стрелке. — Вы не ослышались, — она оставила миску на столе и вновь принялась что-то искать на полках. — Тело отторгает ваше золотое ядро, оно больше не воспринимает его, как часть вас, теперь для организма это нечто чужеродное. Ядро темнеет и отмирает, что сказывается на вашем здоровье в целом. — Она нашла на полке небольшой прозрачный пузырек и пробку. — Если бы вы не были заклинателем столь высокого уровня, то, скорее всего, это бы вас не убило, отмирание ядра не оказало бы такого существенного воздействия на тело. Но вы, — она окинула мужчину взглядом, — вы с самого детства развивали золотое ядро, ваше тело не умеет жить без него. — Но… — Лань Хуаня охватило беспокойство. — Ванцзи… То есть мой брат, он ведь тоже заклинатель высокого уровня, но все целители в один голос твердили, что он не умрет, даже если его золотое ядро разрушится от техники «Пяти углов»… — Верно, — ответила Генсис Сюин, не теряя спокойствия. Она переливала снадобье в пузырек, — ваши целители не ошиблись. Как я поняла с ваших слов, его духовные силы создали защитный барьер вокруг ядра, предотвращая его мгновенное разрушение, так? — уточнила она. Лань Сичэнь кивнул. — Но само его золотое ядро в порядке — с ним ничего не происходит, оно покоится в энергетическом коконе и все, — она заткнула пузырек пробкой и удовлетворенно кивнула. — А вот ваше, — она подошла к заклинателю и посмотрела в его ореховые глаза, — ваше совсем не в порядке. Оно травмировано и отмирает, как следствие темнеет и теряет работоспособность. Оно отравляет вашу духовную энергию и кровь. По вечерам вам плохо, у вас кровоточат цицяо, вы чувствуете слабость и тошноту, иногда сильную пульсацию в груди или головную боль, так? Он снова лишь кивнул. — Ваша сила велика, поэтому ядро играет значительную роль для организма. И все же, не будь вы столь одаренным заклинателем, подобное с вами не могло бы произойти, — заметила она, покручивая в руках пузырек со снадобьем. — Почему же? — Знаете, почему о вашем заболевании никто не знает? Почему оно такое редкое? — она не ждала ответов на свои вопросы и продолжила. — Потому что только человек с чистейшей душой может заболеть чем-то подобным. Непросветленные личности таким не страдают. Мой дедушка написал трактат о вашем заболевании, хотя лично ему не довелось встретить человека с такой болезнью. Его знания основывались на старинных писаниях, поэтому он не мог точно сказать, что становится причиной отторжения, но его догадкой было — сильное потрясение. Какое-то травмирующее событие. Он сравнивал это с расколом души или ощущением запятнанности… Я бы не уходила в полемику, но и не стала бы так сильно романтизировать обстоятельства. Скажем проще: случилось что-то, что вы не можете принять, в следствии чего ваше тело не может принять золотое ядро. Лань Хуань молчал, разглядывая девушку. Ее слова определенно имели смысл. Если она говорила правду, то получалось, что он и в самом деле сам себя довел… — И теперь я умру? Девушка скривилась от формулировки. — Так вы спрашиваете, лечится ли это? Вы в самом деле так хотите умереть? — Вы сами сказали, что я умираю… — холодно заметил он. Весь этот разговор был ему не очень приятен. — Сейчас да, — кивнула она. Лань Сичэнь потер лоб. — Хорошо, будь по-вашему — это лечится? — Я не знаю, — честно ответила она. — Дедушка слышал только о трех случаях отторжения золотого ядра за всю историю. Он всю жизнь занимался исследованиями ядра. — И… они… умерли? — кончики его пальцев дрогнули. Он боялся услышать ответ. Лань Сичэнь так долго убеждал себя, что не случится ничего страшного, если он умрет, что он к этому готов и совсем не боится смерти… И все же, услышать ответ целителя было страшно. Он мог стать его приговором. — На этих троих не действовали никакие лекарства, целители не могли им помочь — только облегчить симптомы. Двое умерли, — сказала она. — А третий? — ладони Лань Хуаня сжались в кулаки. — А третий… — она на некоторое время замолчала. — Третий выжил. Его ядро было не сильно повреждено, все не успело зайти далеко и… каким-то чудом… оно восстановилось. Симптомы проходили постепенно, а потом просто пропали. Никто не знает, что именно ему помогло. — А что думаете вы? — спросил Сичэнь. Сердце в его груди так громко стучало от напряжения, что ему было сложно говорить и слушать. — Я… — она снова покрутила бутылек между пальцами. — Я думаю, что все в наших руках. Если вы сами разрушили свое ядро, то только вы и можете его восстановить… — Она ненадолго замолчала, словно не решаясь продолжать, но все же сказала: — Сейчас ваше золотое ядро уничтожено больше, чем на половину… Взгляд Лань Сичэня потускнел. Заметив это, девушка добавила. — Конечно, вы все равно сильнее любого среднестатистического заклинателя, но… Вы же сами понимаете, что это лишь вопрос времени… Он кивнул, прекрасно понимая, что время настроено против него. — Вот, — она протянула пузырек Лань Хуаню, — это снадобье может смягчить все ваши симптомы — оно не может восстановить ваши духовные силы, лишь скрыть признаки: кровотечения, кашель, головные боли, пульсацию. Пока вы будете принимать его три раза в день, то сможете забыть обо всем этом, однако… — Она прищурилась. — Без этих симптомов вам будет сложно отслеживать ухудшение вашего состояния. Под вечер вы будете слабеть — духовные силы не будут вам подчиняться, в остальном — вы будете чувствовать себя вполне обычно. Никто не сможет увидеть, что вам плохо. — В чем подвох? — спросил он, приняв от девушки снадобье и спрятав его за пазуху. — В том, что вы тоже не поймете, насколько близки к смерти, — тон ее голоса был на удивление ровным и твердым. Ей явно было не впервые сообщать пациенту неприятные новости. — И сколько… — голос Лань Сичэня предательски дрожал. — Сколько у меня осталось времени? Генсис Сюин вздохнула. — Я не могу вам точно сказать, в данном случае все на самом деле зависит от вас. Будете себя изводить — умрете быстро. Будете больше следить за здоровьем и отдыхать — протянете еще несколько недель… — она пожала плечами. — То есть счет идет на недели? — уточнил он, чувствуя, как сердце уходит в пятки. Она неопределенно покачала головой, размышляя. — Ну, не на года точно. В лучшем случае пару месяцев, не более того. Но ваше состояние может резко ухудшиться и счет пойдет на дни… — Ясно, — он кивнул, приказывая себе успокоиться, — вы сможете помочь моему брату? — Операция непростая, — ее пальцы принялись нервно теребить мешочек, — но, если вы готовы мне довериться, я готова рискнуть. Лань Сичэнь уважал такую позицию. — Хорошо. Я вам верю. Пообщавшись с Генсис Сюин, он понял, что она явно много знает о золотых ядрах, а значит у них есть шанс. Вэй Ин говорил, что операцию по пересадке золотого ядра Вэнь Цин тоже делала на нем впервые. Они рискнули, и все получилось. К тому же, они были просто обязаны попробовать спасти ядро Лань Чжаня. — Дайте мне время собраться, — попросила Генсис Сюин, — мне нужно найти трактаты об операциях на ядре и взять с собой нужные инструменты и снадобья. — Конечно. Большое вам спасибо, — Лань Хуань низко поклонился. — Мы с Цзян Ваньинем подождем на улице. — Хорошо, — ответила девушка. Но когда Лань Сичэнь направился к выходу из зала, она неожиданно окрикнула его: — Извините! Господин Лань! — Да? — Он постепенно приходил в себя и уже мог вежливо улыбаться. Тон его голоса никак не выдал того, что творилось у него внутри. — А у господина Цзян есть… жена? Или любимый человек? — спросила она, немного покраснев от своей дерзости. Лань Хуань несколько раз удивленно моргнул, но быстро взял в себя в руки. Ненадолго задумавшись, он ответил деланно ровным голосом: — Нет, господин Цзян совершенно свободен. — Отлично. Большое спасибо, что сказали, — она сложила руки в благодарственном жесте. Лань Сичэнь слабо улыбнулся и вышел в коридор.