Нефритовые слезы

Цзян Чэн ждал Лань Хуаня в конце коридора, прислонившись к стене. Его пальцы нервно крутили на пальце Цзыдянь, а нижняя губа немного опухла от покусываний. Заметив заклинателя в белом, он сразу бросился к нему. — Ну что? Что она сказала? Что с тобой? — Вопросы сыпались изо рта Цзян Чэна бесконечным потоком. Лань Сичэнь ничего не говорил и молча вышел из пещеры. Цзян Ваньинь не отставал ни на шаг. — Почему ты молчишь? — не выдержал Цзян Чэн. Лань Хуань натянул на лицо самую довольную улыбку из всех, имевшихся в его арсенале, и повернулся к Ваньиню. — Все оказалось не так страшно. Вот, — он достал из-за пазухи бутылек со светло-розовым снадобьем и показал его своему спутнику. — Что это? — недоумевал Цзян Чэн. — Это лечение. Буду принимать три раза в день и все пройдет, — сказал он, не переставая улыбаться, и спрятал пузырек обратно. — Но она ведь сказала, что ты умираешь, я не понимаю… Лань Сичэнь перебил его. — После осмотра оказалось, что болезнь не такая серьезная. Все будет хорошо. — Хм, — Цзян Чэн испытывал странную растерянность от улыбок Лань Хуаня. — Если это правда, то я очень рад. — Спасибо, я тоже рад, что нашлось лечение, — сказал он и спешно отвернулся, встав к Ваньиню спиной. Цзян Чэн с сомнением посмотрел на Сичэня. Еще неделю назад ему и в голову бы не пришло заподозрить главу ордена Гусу Лань во вранье, но сейчас… Было в его поведении что-то, что настораживало Ваньиня. От всех этих улыбок Лань Хуаня у него сводило зубы, а на языке появлялась неприятная горечь. Хотя этот пузырек… Лань Сичэнь явно не выдумал его… Может это снадобье сможет вылечить его?.. Генсис Сюин собралась достаточно быстро. Не прошло и часа, как они выдвинулись в путь. Лань Сичэнь настоял на том, что девушка должна лететь на мече вместе с Цзян Чэном — так безопаснее, ведь его духовные силы все еще были сильно ограничены. Ваньиню пришлось смириться. Он поставил девушку на меч перед собой и поднял Саньду в воздух. Они долго летели и первую остановку сделали только поздно вечером — в незнакомой деревушке. Перед полетом Лань Хуань принял снадобье, убирающее симптомы и в самом деле чувствовал себя лучше обычного: Шуоюэ не мерцал, ядро не пульсировало, цицяо не кровоточили. Даже поток энергии циркулировал в пределах нормы — не на высоком уровне, но достаточно хорошо, чтобы не волноваться о падении с меча во время полета. Стемнело слишком стремительно и передвигаться в незнакомой местности было непросто. Поэтому заклинатели решили не скитаться, а зайти в первый попавшийся постоялый двор. Деревня была небольшой, поэтому таких мест здесь в принципе было немного. Постройка была обшарпанной и хлипкой на вид, она совершенно не вызывала у заклинателей доверия, но им пришлось смириться и войти внутрь. — Здравствуйте, — обратился Лань Сичэнь к владельцу — мужчине в темно-серых простых одеждах примерно того же возраста, что и он. — Мы ищем место для ночлега на одну ночь, у вас есть три свободные комнаты? Генсис Сюин как-то нервно дернулась от слов Лань Хуаня, что не укрылось от глаз Цзян Чэна, который стоял возле нее. — Что такое? — тихо спросил он лекаря. Девушка недовольно поджала губы и шепотом ответила: — Я бы предпочла переночевать на улице… Ваньиню пришлось сильно наклониться, чтобы расслышать ее ответ. С высоты своего немалого роста, ему были совсем не слышны слова Генсис Сюин, рост которой не составлял даже сто семьдесят сантиметров. — На улице? Что за хрень? Чем тебя не устраивает этот постоялый двор? Не то чтобы тут было шикарно, но… — Цзян Чэн совсем не понимал настроений девушки и принципиально не обращался к ней на «вы». Генсис Сюин не стала отвечать на вопрос, отвлекшись на слова Лань Сичэня. — Как это у вас всего здесь пять покоев и свободны только одни? — с неверием переспросил он. — Ох, — он приложил пальцы к правому виску, размышляя. — Что будем делать? — спросил он у своих спутников, обернувшись. — Попробуем еще поискать или разместимся в одних покоях? Все лучше, чем на улице… — заметил он. — Господин, — обратился владелец постоялого двора к заклинателю в белом, — это единственный постоялый двор здесь, так что, боюсь, искать дальше бесполезно. Цзян Чэн тяжело вздохнул и махнул ладонью на мужчину в сером ханьфу. — Мы возьмем одни покои, — он перевел взгляд на Генсис Сюин, — ты же не против? Будешь хорошо себя вести и мы с Лань Хуанем уступим тебе кровать, — усмехнулся он. — Меня устроит и циновка, спасибо, — буркнула девушка, — но мне больше интересно другое, получается, ты планировал занять кровать вместе с ним? Типа вместе теплее спать? — она вопросительно приподняла бровь. Учитывая не самый вежливый тон Цзян Ваньиня, Генсис Сюин тоже не стала размениваться на формальности и обращаться к заклинателю по этикету. — Кхэм, — Лань Сичэнь откашлялся, заканчивая препирательства парочки и привлекая внимание к себе. Он вновь обратил свой взор на владельца и спросил: — А вы еще подаете ужин? Мы были бы очень благодарны, если бы у вас нашлось что-нибудь съестное. Лань Хуань не переживал за себя, пока слабость не ощущалась сильно, он вполне мог существовать на одной пране, как и Цзян Чэн, но вот морить голодом молодую девушку ему совсем не хотелось. — О, конечно! Проходите туда, пожалуйста, — мужчина показал рукой на небольшой зал в правой части постройки. — Я могу подать вам рыбный суп, рис и тушеные овощи. Сичэнь обернулся на Цзян Чэна и Генсис Сюин, размышляя, сколько и чего лучше заказать, а затем сказал мужчине в сером: — Пожалуйста, три порции риса и овощей, два супа и зеленый чай. Спасибо. — Конечно-конечно, — он заискивающе поклонился, — сейчас все будет. Не желаете ли еще отведать вина? Домашнее, очень вкусное! — Да, подайте, пожалуйста, один сосуд, — согласился Цзян Чэн, глянув на Генсис Сюин, — ты ведь не будешь, да? Наверняка, совсем не умеешь пить — одна кожа да кости! — рядом с этой девушкой его губы почти не покидала усмешка. — Почему это не умею? — оскорбилась она, разве что волосы дыбом не встали. — Еще как умею! Сам-то больше одного осилить не можешь, да? По себе других судишь? — не менее едко ответила она. Цзян Ваньинь даже не пытался скрыть своего удивления. Таких характерных дамочек он еще не встречал. Он повернулся к владельцу постоялого двора и уверенно отчеканил: — Три сосуда, пожалуйста! Лань Сичэнь лишь покачал головой. — Хорошо, конечно, — обрадовался мужчина, — располагайтесь пока, я скоро все принесу, — и скрылся в кухне. Троица прошла в небольшой зал, в котором всего было пять столов. Они расположились в углу: Лань Хуань и Цзян Чэн сели рядом, а Генсис Сюин — напротив. — Ты не можешь быть с ней помягче? — шепнул Сичэнь на ухо Ваньиню. — Нам очень нужно ее расположение и помощь. — Я сама мягкость! — шикнул Цзян Чэн. Заметив, что собеседник не поверил его словам, он добавил: — Я не виноват, что у нее такой крутой нрав! Скажи спасибо, что я вообще ее терплю! Она невыносима! — горячо шептал он. Лань Сичэнь отодвинулся от заклинателя в фиолетовом и внимательно посмотрел на него, прищурившись. При этом взгляд Лань Хуаня выглядел потухшим, словно что-то внутри него погасло. — Что такое? — спросил Цзян Чэн, удивляясь настроениям Сичэня. Но Лань Хуань не стал отвечать и, поджав губы, отвернулся. — Прошу, — владелец поставил на стол зеленый чай, сосуды с вином и чашечки. — Еда будет чуть позже. — Благодарю, — улыбнулся Лань Хуань. Цзян Чэн тем временем принялся разливать напитки: Сичэню — чай, а себе и девушке — вино. — Ну что, давайте выпьем за выздоровление Нефрита клана Лань! — предложил тост Ваньинь. — Спасибо, что нашли для него снадобье, — он слегка поклонился лекарю. Девушка, и без того чувствовавшая себя не в своей тарелке, теперь и вовсе смутилась. — Но ведь… Лань Хуань резко поднял на Генсис Сюин взгляд. Он отодвинулся немного назад, так, чтобы Цзян Чэн не мог видеть его из-за спины, и покачал головой, давая девушке знать, что не хочет открывать Ваньиню правду. Девушка оборвала себя на полуслове и замолкла. — Что? — Цзян Чэн переводил взгляд с Сичэня на Генсис Сюин и обратно. — Я чего-то не знаю? — Ты не знаешь, когда не стоит лишний раз открывать свой рот, — дерзко бросила девушка, сбивая Ваньиня с мысли. — Ох, ну за что мне все это… — он мотнул головой и опрокинул в себя содержимое чашечки. Девушка тоже опустошила свою, но сделала это в несколько маленьких глотков. Она вытерла рот рукавом, словно дикарка, и посмотрела на Лань Хуаня: — Этот, — она не глядя кивнула в сторону Ваньиня, — назвал вас «Нефритом»? Что это значит? — Ты уверена, что вылезла из горной пещеры? Может тебя в лесу волки растили? — Цзян Чэн закатил глаза. Кем надо быть, чтобы не знать о Двух Нефритах? — Цзян Ваньинь! — с нескрываемым упреком цокнул Лань Сичэнь. — Будь, пожалуйста, немного учтивее! — Ой, да я не обижаюсь, — отмахнулась она, — на идиотов не обижаются, — спокойно заметила она. Цзян Ваньинь призвал остатки своего самообладания и прикусил язык. Все-таки Сичэнь прав — пока Генсис Сюин не вытащит иглы из груди Лань Ванцзи, им в любом случае придется терпеть ее присутствие. Чтобы отвлечься, он разлил еще вина по чашечкам. — Два сапога пара… — тихо сказал себе под нос Лань Хуань. Цзян Чэн выпил немного вина и принялся рассказывать: — Орден Гусу Лань — чье сердце расположено в Облачных Глубинах, куда мы и направляемся — всегда славился красивыми мужчинами, но однажды лет тридцать с хвостиком назад, — он с доброй усмешкой глянул на Сичэня, — в главной наследной ветке клана Лань на свет появился вот этот господин, — в его глазах можно было разглядеть восхищение, — а пару-тройку лет спустя, родился его младший брат. Когда братья подросли, то по другим орденам стали распространяться слухи об их невиданной красоте, сообразительности и умениях. За свою идеальность их стали называть Двумя Нефритами. Но тут, как говорится, не увидишь — не поверишь. В юности я проходил обучение в Облачных Глубинах и смог лично удостовериться в их феноменальных способностях. Более того, вот этот, — он снова глянул на Лань Сичэня, на скулах которого проступила легкая краснота, — считается самым красивым молодым господином среди заклинателей*. Но я согласен, разве можно не находить его красивым? — серьезно сказал он. Лань Хуань уже был готов сквозь землю провалиться от стыда. Конечно, он не впервые слышал обо всем этом, но все-таки было в словах и уверенной интонации Цзян Чэна что-то смущающее. — Брось, я уже давно не занимаю первое место. Более того, я не так уж молод… — Ага, ты еще меня в старички запиши! У нас с тобой всего несколько лет разницы — сколько тебе повторять?! — недовольно сказал Цзян Чэн, делая несколько глотков вина. — Забавно… — проговорила Генсис Сюин. — Значит, поэтому вы так близки? Потому что учились вместе? — Э-м, не совсем… — неуверенно протянул Цзян Чэн. Он почувствовал себя неловко. Никто прежде не говорил ему, что он близок с Лань Сичэнем… Это потому, что они перешли на ты? — Мы не обучались вместе, — спокойно ответил Лань Хуань, скрестив руки на столе, — он учился с моим братом. Просто нам волей-неволей приходилось пересекаться, вот и успели узнать друг друга, — на его лице была привычная дружелюбная улыбка. — Хм, — девушка о чем-то задумалась и выпила вина, — а кто составлял эти списки? Кто определял уровень красоты заклинателей? — Э-э… Народ?.. — неуверенно ответил Цзян Чэн, разливая вино. Никогда прежде он о подобном не задумывался. — Вообще, мне всегда было не место в этих списках, — скромно заметил Лань Сичэнь, — я уступаю младшему брату в красоте, но так как мы сильно похожи, а он обладает не самым приветливым нравом, то почему-то все стали говорить, что я красивее… — его щеки краснели все сильнее с каждой минутой. Давненько он не обсуждал ничего столь постыдного. — Что?! — на лице Цзян Чэна отразилось негодование. — Полный бред! Я вообще не понимаю тех, кто сравнивает тебя с Лань Ванцзи! Вы совсем не похожи! У тебя волосы немного светлее — особенно кончики, глаза темнее и ярче, да и фигура совсем не такая… — говорил он, разглядывая Сичэня. После его слов за столом повисла тишина. Нарушил ее владелец постоялого двора, который принес еду и расставил перед путниками пиалы с яствами. Пожелав «приятного аппетита», он снова удалился восвояси. — Что такое? — спросил Цзян Чэн, не понимая, отчего за столом воцарилась такая неловкость. — Ты так внимателен, — девушка приподняла одну бровь. — Это очевидно! — рыкнул Ваньинь. — Вот увидишь его младшего брата и сама все поймешь! — Хм… — Генсис Сюин все еще что-то беспокоило. — Все равно странно… Эти составители списков точно встречали тебя? — она улыбнулась и выпила еще вина. Ее взгляд стал немного мутным. Цзян Чэн никак не стал комментировать слова девушки, списав все на действие вина и приступил к еде. Лань Хуань тоже взял пиалу с рисом и палочки, предвкушая вкусный ужин. А вот Генсис Сюин только смотрела на блюда перед собой, но не притрагивалась к палочкам. — Что такое? Не выглядит аппетитно? — заволновался Лань Сичэнь. — Нет-нет, просто… — девушка прикусила нижнюю губу. Она опустила голову и тихо сказала: — Я не знаю, сколько это все стоит… Боюсь, у меня не хватит денег, я… — О, не волнуйтесь об этом, пожалуйста, — поспешил успокоить ее Лань Хуань. — Все расходы я беру на себя, в конце концов, именно я попросил вас сопровождать нас. Так что ешьте сколько угодно. Если будет мало — мы закажем еще, — он ободряюще улыбнулся и протянул девушке деревянные палочки. — Ну же, поешьте, пожалуйста, — настаивал он. — Вы нам нужны здоровой и сильной, — сказал он, умолчав, что пить на голодный желудок тоже было не лучшей идеей. — Хорошо, — она кивнула и взяла протянутые палочки. Стоило ей начать есть, как она с жадностью стала набивать рот едой, почти не пережевывая пищу. В считанные минуты она расправилась с супом и принялась за рис и овощи. Лань Сичэнь и Цзян Ваньинь невольно переглянулись, делясь удивлением. То, что девушка не знакома с этикетом, они поняли давно, но чтобы настолько выбиваться из общепринятых норм и устоев… Им, выросшим в известных и богатых семьях, казалось это совершенной дикостью. Даже Вэй Ин, любивший есть развалившись, по сравнению с ней казался просто воплощением приличия. — А можно еще? — неуверенно спросила она, быстро расправившись с едой. — О! Конечно, — Лань Хуань растерянно моргнул, — хотите мои овощи? Я все равно не сильно голоден, — он протянул девушке свою пиалу, в очередной раз довольствуясь лишь пустым рисом. — Спасибо, — глаза девушки снова загорелись и она накинулась на новую порцию. — Простите за нескромный вопрос… — Лань Сичэнь медлил, пытаясь найти более культурную формулировку. — Вы плохо питались, пока жили в пещере? — Угум, — ответила Генсис Сюин, даже толком не прожевав. Проглотив то, что было во рту, она щедро залила все вином, несколько раз наполнив чашечку. — Я не очень-то люблю покидать свою пещеру. Конечно, на ней установлена защита, — она сделала еще несколько больших глотков вина, — но я все равно переживаю за все те сведения, что там хранятся. Гости на Тенфей Фенг тоже редкость… Пока дедушка был жив, то к нам ходили многие. Потом дед заболел, и я стала принимать больных за него, — по ее лицу пробежала тень. — Когда он умер, я… Мне не хотелось брать незнакомых людей… Поэтому я закрыла проход в пещеру, ко мне приходили только те, кто знали меня или дедушку. Постепенно и они заглядывали все реже… — она налила себе еще вина, немного пролив на стол, — а потом и вовсе почти перестали… Видимо, я не очень-то приятна в общении, — она криво усмехнулась, — в основном заглядывали только те, кто были совсем при смерти, но… Разве я могла им помочь? Обычно было уже слишком поздно… — она опустошила очередную чашечку. Взгляд ее потерял всякую четкость и блуждал по лицам заклинателей перед собой без возможности сфокусироваться. — А я бы так хотела им всем помочь… — Она глянула на Лань Сичэня. — Я сделаю все, чтобы спасти вашего брата! Честно! — После этих слов она положила руки на стол и опустила на них свою голову, больше не в силах удерживать ее в вертикальном положении. Ее глаза мгновенно закрылись, и сон не заставил себя ждать. — Ого… — удивился Цзян Чэн. — Это было… интересно, — на его лице не было злорадства. Он налил себе вина и добавил, цокая языком: — Столько выпендривалась, а пить все-таки не умеет! — он покачал головой. Генсис Сюин не осилила даже сосуда. — Цзян Чэн, — одернул его Лань Хуань, понизив голос, чтобы не разбудить девушку, — прояви немного уважения. Она просто устала. Для нее это все в новинку — чужие люди, перелеты на мечах, незнакомые места… К тому же, очевидно, что она много дней нормально не ела — вот ее и разморило. — Хмф, — Цзян Чэн лишь недовольно фыркнул в ответ. Он разделался с едой и теперь медленно наслаждался вином. Оно на самом деле оказалось на удивление вкусным. — Странная она какая-то… — между делом заметил он, разглядывая сонное лицо Генсис Сюин. Черты ее лица разгладились и казались невинными — почти детскими. Заметив заинтересованный взгляд Цзян Ваньиня на девушку, Лань Хуань не сдержался и спросил: — Она тебе понравилась? — Что? — нахмурился Цзян Чэн, удивленный внезапным вопросом. — Она очень умная, у нее привлекательная внешность, — перечислял Сичэнь, — к тому же, у вас похожие характеры. Мне кажется, она бы тебе подошла. Никогда не помешает иметь под рукой столь образованного лекаря, — со странной улыбкой сказал он. Цзян Ваньинь не знал, что и ответить. — Подумайте над этим на досуге, — мягко сказал Сичэнь. — Вам давно пора найти себе достойную невесту и продлить род Цзян. Чем больше говорил Лань Хуань, тем противнее становилось Цзян Чэну. — Не нужно меня сватать, хорошо? Я никого не ищу, меня все устраивает, — холодно заметил он. — Правда? Тебе нравится проводить свои дни в одиночестве? Просыпаться одному, засыпать одному? — не отступался Лань Сичэнь. — Разве не было бы лучше, если бы был кто-то, кто бы мог заботиться о тебе? Кто бы искренне радовался твоей компании? Цзян Чэн вздохнул и прикрыл глаза. В словах Лань Хуаня точно был смысл, но… Он просто не мог представить возле себя какую-нибудь болтливую дамочку. Ему не хотелось всю жизнь жалеть о браке. — Повторюсь: меня все устраивает, — сдерживая раздражение, ответил Цзян Чэн. — А сейчас, когда мы с тобой путешествуем вот так, разве ты чувствуешь одиночество? Разве тебе хочется делить свою жизнь с какой-нибудь своенравной госпожой? Ты на самом деле хотел бы подарить какой-нибудь девушке свою фамилию? Лицо Лань Сичэня резко потеряло все краски. Его брови сошлись на переносице, а доброжелательный тон бесследно пропал. — Наше путешествие не будет длиться вечно. Очень скоро нам придется вернуться в реальную жизнь. В жизнь, где у нас есть только долги и обязательства, — он поднялся на ноги. — Поэтому мой тебе совет: получше присмотрись к госпоже Генсис, — он достал из-за пазухи мешочек, — я пойду расплачусь с хозяином. Поможешь ей добраться до комнаты? Цзян Чэн лишь недовольно кивнул. — Хорошо. Встретимся наверху, — ровным тоном сказал Сичэнь и отправился на поиски владельца постоялого двора. Ваньинь отставил чашечку с вином подальше. Еще один полный сосуд так и оставался на столе, но Цзян Чэну не хотелось пить — во рту и так стоял сильный кисло-горький привкус после слов Сичэня. Весь этот разговор… Вроде они не обсуждали ничего такого, но на душе остался неприятный осадок. В очередной раз, когда Цзян Ваньиню начинало казаться, что они становятся ближе, Лань Сичэнь словно нарочно отталкивал его, воздвигая между ними невидимую стену. Со вздохом поднявшись со своего места, он подошел к Генсис Сюин и внимательно посмотрел на нее. Уснув, она казалась еще более хрупкой и беззащитной. Цзян Чэн поднял ее на руки и понес наверх. По пути он размышлял о том, что она на самом деле довольно привлекательная: аккуратные черты лица, неплохая фигурка, да и ее нрав не оставлял его равнодушным… Но… Почему он не мог представить себя рядом с ней?