Клетка души. Чужие желания

Ран: «В понедельник Крис уже не выглядел таким подавленным, как раньше. Он иногда улыбался, но всё равно не так, как раньше. То, что я узнал вчера о его прошлом и о его отношениях с Сатаной, заставило меня с другой стороны взглянуть на моего друга. Я обязан Джулу и той блондинке гораздо больше, чем можно было предположить. Только они сумели сохранить Криса таким, каким я его люблю. Иногда мне кажется, что за те годы, что он провел с „Хозяином“ и Джулом, он сильно повзрослел, не физически, а морально. Как бы я не ненавидел Сатану, я не могу не признать, что он, только ему ведомым образом, помогает Крису забыть о двух тяжелейших потерях его жизни. Когда я смотрю на губы Криса, я вспоминаю то, что сказал Сатана об их отношениях. Неужели Крис и правда способен на такое? Возможно, что „новый“ Крис способен на что угодно» Рил: „Четвертое февраля, воскресенье. Мы приехали на кладбище. Ехали в полной тишине. Крис молчал и смотрел вперед. Я знал, что если он скажет хоть слово, то возможно расплачется. Он держал на коленях две красные розы. Я остановил машину. Он вышел и направился к могиле, странно, но там уже лежали две красные розы. Я стоял за его спиной. Он сначала стоял и смотрел на памятник. Джулиан Романо, судя по фотографии, он был очень красивым. Крис упал на колени и, положив цветы, уперся руками в землю. Он что-то сказал, но очень неразборчиво и видимо на итальянском. Я заметил, как его плечи сотрясаются от беззвучных рыданий. Я никогда не видел его таким, неделю назад он тоже плакал, но не так. Он всегда, когда плачет, скулит, но сейчас он скулил, как собака, которая потеряла хозяина. Я прикрыл глаза, чтобы самому не расплакаться. Я мысленно пообещал этому человеку, что буду заботиться о Крисе настолько, насколько он мне позволит и столько времени, сколько он захочет меня видеть. Он плакал уже минут десять и всё никак не успокаивался. Но я не мог его прервать. Я останусь тут с ним столько, сколько ему потребуется. Я прекрасно понимал Криса. Я ведь тоже потерял очень близкого человека, маму. У меня появилось странное чувство, что кто-то стоит за моей спиной. Я подумал сначала, что это игра моего воображения. Но, помучавшись ещё минут пять, я обернулся. Я чуть не закричал. На меня смотрел человек, что был как две капли воды похож на человека с фотографии на памятнике. Я тогда подумал, уж не Джулиан Романо ли восстал из мертвых? Но потом до меня дошло, что это Александро. Я никогда не видел его где-то вне клуба, поэтому из-за освещения там, я никогда не мог его хорошо разглядеть. А сейчас я очень четко видел, что он брат-близнец Джулиана. Я заметил, что он смотрит куда-то за меня, на Криса. В глазах Александро видно глубочайшее раскаяние, отчаяние и нежность. Крис перестал скулить. Я подошел к нему ближе. Он посмотрел на меня, по его щекам текли слезы. Я понял, что сам он не в силах подняться. Я взял его на руки и отнес в машину, уложил на заднее сидение, он закрыл глаза. Я завел машину и поехал к дому Криса.  — Она была здесь, — тихо сказал Крис.  — Кто она? — спросил я, но он не ответил“ Крис: «Вот и воскресенье. Я не могу ни о чем думать, кроме как о Джулиане. Я не мог ни о чем говорить, потому что чувствовал, что если начну о чем-то говорить, заплачу. Рил наверно понимал, я был ему за это благодарен. Когда я оказался у могилы, я заметил там две красные розы. Я знаю, кто их положил. Здесь ещё ощущался едва уловимый, еле ощутимый след запаха Кэйтрин. Я даже не надеялся, что она приедет в Россию сегодня. Она наверно так же как и я не может забыть человека, который оставил самые глубокие следы в наших сердцах. Я стоял и смотрел на его фотографию. Он на ней был таким же, какой и остался в моей памяти. Его глаза казалось смотрят на меня с тем же теплом, что и раньше. Мне так хотелось вернуться в то время, где мы были вместе, где он был. Я почувствовал, как снова появляется зияющая дыра в груди на месте сердца. С Рилом я забыл это чувство, но сейчас я снова почувствовал это, хочется обнять себя, попытаться скрепить обратно грудную клетку, вернуть сердце обратно… Но я не могу…  — Non posso e non voglio vivere senza di te! (Я не могу и не хочу без тебя жить!)  — прошептал я, на большее меня не хватило. Я упал на колени и, положив розы рядом с розами Кэйтрин, заплакал. Хотелось умереть, только больше никогда не чувствовать этой боли, никогда не ощущать его так близко и в тоже время так несоизмеримо далеко. Один взгляд на даты „11.03.1976 -04.02.2006“ и захлестывает волна боли. Я не знаю, сколько времени я провел здесь. Но когда слёз у меня больше не осталось, Рил подошел ко мне, взял на руки и отнес к машине.  — Она была здесь, — сказал я, надеясь, что он поймёт и без объяснений» Крис: (пишу следующим, потому что с последнего события прошло достаточно времени) “ Это было в конце февраля. Я сказал Рилу, что я приду позже, чем обычно. Он имел свободный доступ к моей квартире, я ещё в начале декабря отдал ему ключи. Он заслужил этого, как и мою любовь. Но сегодня я решил помочь Рану, ведь он мой лучший друг. Мы вместе шли к нему домой. С нами шла ещё и его сестра. Он шел чуть впереди меня. Я вижу боковым зрением, что-то движется к нему с большой скоростью, я не успел подумать, я оттолкнул его и почувствовал боль» Ран: „Это была последняя пятница февраля. Я, Крис и Оля вместе шли к нам домой. Мне периодически требуется участие Криса в таком нелегком деле, как понимание алгебры. Я мог бы попросить кого-нибудь ещё, но зачем, если есть такой умный и сексуальный лучший друг? Мы переходили перекресток, две полосы в одну сторону, две в другую, на зеленый свет, я шел чуть впереди, Крис чуть позади меня и за ним уже Оля. Мы шли, переговаривались и шутили. Я уж перешел больше середины дороги и обернулся на Криса, отвечая. - Ран! — крикнул он и оттолкнул меня в сторону. Я не ожидал этого и поэтому упал. Я поднял глаза, и всё в этом мире вдруг показалось мне неважным… Крис с закрытыми глазами лежал на асфальте, и рядом растекалась лужица его крови. Рядом стояла машина, водитель, девушка, стояла около Криса на коленях.  — Вызывайте скорую! — крикнул кто-то. Я поднялся и подбежал к Крису. На какое-то мгновение мне показалось, что я потерял его навсегда… Его сердце не стучало… Совсем недавно на уроках ОБЖ нам что-то говорили об этом. Я расстегнул куртку Криса. Начал делать ему искусственное дыхание. Но тут уже подъехала скорая. Поскольку у меня на лице тоже была кровь, меня забрали вместе с ним. В больнице его тут же увезли в реанимацию. Я ничего не понимал, у меня было осознания лишь того, что Крис может исчезнуть. Если он исчезнет смогу ли я жить, жить, осознавая, что он отдал свою жизнь за меня? Мысли лихорадочно неслись в моей голове. Это были воспоминания, они проносились как в калейдоскопе, все они касались Криса. В моих воспоминаниях он чаше всего улыбался. Но сейчас я был бессилен. Я лишь ждал, что скажут врачи. Они обработали мои ссадины. Я нашел в сумке Криса телефон. Я не знаю зачем, но я почувствовал, что должен был позвонить тому, кого я больше всего ненавидел. Я нашел его номер. - Да, Крис, — ответил мне Сатана после второго гудка.  — Это не Крис, это Ран. Крис в больнице, приезжай, — сказал я.  — В какой больнице? — его голос был так встревожен, что мне невольно захотелось его утешить. Через пятнадцать минут он оказался рядом со мной“ Рил: „Я был в пяти минутах езды от дома Криса, но тут у меня зазвонил телефон. Это был Крис, но ответил мне Ран. Я чуть не потерял управление… Крис в больнице. Я помчался туда. Я поднялся на этаж, там сидел Ран. На левой скуле у него был пластырь, я подумал, что Крис ранен не сильнее.  — Что случилось? — я был не на шутку встревожен. Он поднял на меня глаза и рассказал мне, как Крис оттолкнул его, и поэтому машина сбила Криса, как сердце, дороже стука которого нет ничего, не стучало, и что теперь мой любимый в реанимации. Я был в отчаянии и ярости одновременно. Как Крис вообще решил, что жизнь этого мальчишки может быть дороже, чем его собственная? Я понимаю, что нехорошо так думать, но я не мог иначе в тот момент. Врач вышел из кабинета и подошел к нам, мы встали.  — Мы сделали всё, что могли, — как-то устало произнес он. — Он жив, но он в коме“