Лед

***

      Моя занятость по поводу мероприятияй, в которые затянули меня совершенно спонтанно, началась и забирала практически все свободное время. Сначала уроки, потом много времени в арт-классе, где шла подготовка по костюму, маленькие репетиции с Беллой из группы поддержки нашей школы, которая помогала мне готовиться к сцене, а вечером — репетиции весеннего бала, на которые было обязательно ходить. Это все выматывало меня, и я как-то выпала из внешнего мира, живя от будильника по утрам до вечернего душа. Папа был счастлив, видя то, как я работаю и тружусь, пытаясь добиться успеха, который мне действительно важен. Он говорил, что дедушка бы обязательно гордился моей упорностью и выносливостью, подбадривая, а вот от мамы не было ни одного сообщения. Мы созвонились всего раз, и то, разговор был довольно сухим. В моей голове было все больше волнительных мыслей по поводу того, как у них там и в порядке ли все.       Марк. Именно с ним я пойду на весенний бал уже через два дня, и именно с ним мы так хорошо сблизились за все это время. Находиться в паре с ним на репетициях для меня было довольно приятно и я ждала каждой нашей встречи со всеми ребятами в большом спортивном зале. Гилберт частенько звал меня гулять, и я соглашалась, выкраивая из своего и без того плотного графика, в связи с последними событиями, пару часов для него. Видясь, мы могли разговаривать без остановки, смеяться, шутить, у нас появилось множество совместных фотографий в телефонах и воспоминаний. Рядом с ним я чувствовала себя как-то особенно, что ли, и, как сказала Пеппер, когда я поделилась с ней этим, я начинаю постепенно влюбляться в этого шатена с симпатичной улыбкой. Паркер стал каким-то странным. На репетициях бала он не появлялся, и именно поэтому Мари стояла с другим парнем из параллели, и они, кажется, спелись. Если Паркер не появится на балу, она определенно пойдет с этим блондином. Я редко видела Питера в школе, он был каким-то закрытым, а на лице его я частенько видела синяки или ссадины, которые он, вероятнее всего, получал на заданиях, как Человек-Паук. Отец постоянно говорил, буквально кричал Паркеру, чтобы тот не лез на рожон, чтобы сидел смирно, ведь для того, чтобы разбираться со сложными и опасными делами, есть «взрослые дяди». Но Питер никого не слушал, снова и снова натягивая маску костюма на лицо и отправляясь патрулировать город.       Каждый раз, когда я не видела его утром на уроках или у своего шкафчика, я очень волновалась, а если его не было больше пары дней — еще больше. Я не понимала, что со мной происходит, почему я так беспокоюсь, когда его нет или мы пересекаемся взглядами в столовой или в коридоре. Я начинаю все больше запутываться.       Сегодня мы с ЭмДжей договорились отправиться за платьем, которое я заказала через Поттс. Женщина посоветовала мне очень симпатичное место, где я могу выбрать нежный наряд на бал. И я не стала терять шанс, выбрав красивое шелковое нежно-розовое платье с открытой спиной на тонких бретелях. Выглядело оно безумно легким, как облачко, но с другой стороны сидело, как влитое. Перед походом мы сидели в арт-классе, заканчивая последние приготовления моего наряда, который был почти готов. Сегодня мне предстоит примерить его, именно поэтому на мне слитный телесный купальник, а сверху надето то самое платье.       Верх был ажурным, как у принцесс, и я бы не сказала, что сделано оно из бумаги, картона и прочих продуктов целлюлозно-бумажного комбината. А юбка была довольно пышной, похожей на настоящую, от бального платья с множеством подъюбников. Надев платье в мастерской, мы решили выйти в длинный коридор, потому как там уже давно никого нет, и я могла бы пройтись, как по настоящему подиуму, по которому мне нужно будет пройтись на следующей неделе.       Я очень волновалась, когда выходила из класса, ведь я боялась испортить ту кропотливую работу, которую проделали девочки-художницы, но они уверили меня, что все держится крепко и я могу не волноваться, а вместе с тем вести себя более естественно. Мы вышли в коридор, и я, набравшись смелости, пошла прямо, в сторону шкафчиков, в то время как девочки остались сзади, рассматривая платье. Поворачиваюсь, точно как учила Белла, встаю по точкам, которые помню все с тех же уроков с танцовщицей, не переставая улыбаться, как и советовали. Не представляю, каково мне будет на подиуме, ведь если я уже сейчас начинаю немного волноваться.       — Ого, что за диснеевская принцесса у нас в коридоре? — за спиной послышался знакомый голос, а я, обернувшись, увидела Марка и его лучшего друга, с которым мне так и не довелось познакомиться. Все, что я о нем знала — он учится в двенадцатом классе и скоро станет полноценным студентом, пойдя в институт.       — Привет, — я улыбнулась, подойдя к Марку ближе, а затем, придержав подол платья, поцеловала его в щеку в знак приветствия, что сделал и он. — Правда нравится?       — Ты однозначно возьмешь первое место на этом конкурсе, я и не сомневаюсь, — Гилберт продолжил осматривать мое платье, улыбаясь. — Скоро домой? Я хотел тебя проводить.       — Прости, не сегодня. Мы с ЭмДжей идем забирать мое платье для бала, — я пожала плечами, мысленно облегченно вздыхая, потому что у меня уже в который раз получается отшить Марка, который все пытается проводить меня до дома. Ему не нужно знать, что я живу в башне Старка, а домой я пока возвращаться не могу. Скорее бы родители вернулись…       — Я надеюсь, ты покажешь мне его? — Марк подходит ближе, обнимая меня теплой рукой за талию. Я отрицательно покачала головой, на что парень состроил огорченную мордашку. — Ну хотя бы фотографию скинешь?       — Не-е-ет, Гилберт, уймись, увидишь только послезавтра на балу. Прости.       — Прямо как на свадьбе! — рассмеялся Гилберт, поправив рюкзак на своем плече. Тем временем девочки, стоящие у арт-класса, вошли в кабинет, поняв, что меня ждать бесполезно. — Тогда пойдем, я провожу тебя хотя бы до кабинета.

***

      Вечером, забрав платье, я наконец приехала домой и уже валилась с ног. Дикая усталость накрыла с головой, но она была весьма приятной, ведь я работаю для общего блага, прекрасно зная, что результат будет бомбический. Приняв душ, я устроилась на кровати. Уложив на колени ноутбук, я пыталась набрать маме и Роберту в скайпе, и мне наконец ответили. Моей радости просто не было предела, когда я увидела их лица.       — Привет! Вы меня напугали, когда не выходили на связь четыре дня подряд! У вас все хорошо? — поинтересовалась я, взяв с тумбочки бутылку с водой, а затем, чуть выйдя из поля зрения камеры, воспользовалась синими лучами. Они податливо окутали бутылку, снизив температуру жидкости в ней, и вода стала чуть холоднее, чем была до этого. Открутив крышку, я сделала пару глотков, ожидая ответа от мамы или отчима.       — Привет, дорогая! Прости, но с этой выставкой столько проблем прибавилось, времени практически нет, хочется обойти все, сама понимаешь, — ответила мама, улыбнувшись мне. Я так хочу, чтобы она улыбалась мне не с экрана компьютера, а живьем, сидя напротив. Надеюсь, что мое желание скоро сбудется.       — Обещаем больше не пропадать! — добавил Роберт, улыбнувшись, и они с мамой засмеялись.       — А вообще, у нас очень хорошие новости для тебя и для Криса, — мама заинтриговала меня, переглянувшись с Робертом. Я села поудобнее, подложив под поясницу пушистую подушку с кровати, и приготовилась слушать, надеясь, что это не новости о том, что они переезжают во Флориду. — В общем, у вас с Крисом будет братик!       — Или сестренка, — снова добавил Роберт, а мои глаза расширились, а на лице появилась счастливая улыбка. Может быть, у нас с отчимом были не такие уж и гладкие, семейные отношения, но он провел со мной довольно значительную часть детства, пытаясь завоевать доверие, пускай это было очень сложно. Чем старше я становлюсь, тем более теплыми становятся мои отношения с Робертом, и я понимаю, что этот человек — лучшее, что могло случиться с мамой. Ну, после папы, конечно.       Я действительно счастлива, что у них получилось то, о чем они буквально грезили все эти года, живя в браке.       — Ничего себе! Вот это новости! — я была безумно счастлива, ведь они давно хотели ребенка, ну, а мне хотелось тоже побыть старшей сестрой, в то время как я была младшей, по крайней мере для сводного брата. — А Крис уже в курсе?       — Пока нет, мы планируем завтра ему сообщить, — ответила мама, продолжая улыбаться. — А вторая новость заключается в том, что мы привезем с собой невероятной красоты картину! Послезавтра аукцион, на котором мы ее и возьмем. Повесим в гостиной, я думаю, на восточной стене. Как тебе?       — Ма, ты же знаешь, что я скептически отношусь к живописи, — я пожала плечами, а затем сделала еще один глоток воды из бутылки. Слишком много новостей за сегодняшний день. Не к добру это все! — Кстати, Тони сказал, что будет не против, если вы привезете хотя бы открыточку с этой выставки. Ну, а мне главное, чтобы вы вернулись поскорее.       — Мы пока не знаем, сколько займет оформление этой картины по документам, чтобы мы могли перевезти ее, но надеемся, что к концу недели точно будем, — отчим приобнял маму за плечи. — Мы соскучились по тебе, если честно, и сами уже хотим домой!       — И передай Тони, что будет ему открытка, хоть десять!       — Я очень, очень вас жду! Мы проговорили еще немного, а мое настроение было где-то на горе Эверест, потому что я была дико счастлива. Счастлива, что у меня наконец будет мелкий сожитель, о котором я мечтала давно, будучи одной в семье Старков. Распластавшись на кровати, я долго смотрела в потолок, улыбаясь, как дурочка, и не заметила, как заснула, а Пятница услужливо выключила свет.

***

      День бала начался у меня отлично. Во-первых, мы были освобождены от занятий, в школе велись последние приготовления, на которые я приехала, ведь во мне было столько энтузиазма и энергии, что я боялась не потратить ее всю на балу. Украшения школы всегда проходят весело, какой бы праздник это ни был, поэтому я, собрав платье и все нужные мне вещи, отправилась в школу. Мишель предложила потом пойти к ней, где можно окончательно собраться на бал. Джонс сегодня не танцует, пусть она и посещала все репетиции, но ее никто не пригласил, а навязываться она не любит, поэтому сказала, что придет просто посмотреть на меня и Марка, который все хотел увидеть, какой я буду вечером.       Во-вторых, эйфория от осознания того, что скоро мы с мамой и отчимом будем снова вместе, так еще и в количестве +1, все не проходила и давала мне безумный заряд позитива, которым я хотела делиться со всеми. Мишель в шутку сказала, что меня подменили, или дали каких-нибудь таблеток.       Приехав в школу, я расположила свое платье в кладовой арт-класса, а затем вышла ко всем помогать. Мы должны были украсить спортивный зал, куда все и стекались по мере прихода. Мистер Клинтон уже был там, руководя процессом, как и Марк, увидеть которого я совершенно не ожидала.       — Привет! Вот тебя здесь увидеть я точно не ожидала, — улыбнулась я, когда Марк подошел ко мне, увидев на другом конце зала. Обыденный поцелуй в щеку и объятия.       — Привет, решил помочь и заработать плюсик в карму, почему нет? — Гилберт подмигнул мне. — Пойдем, поможешь повесить буквы. Страховать тебя от падения гораздо приятнее, чем того пухленького скалолаза.       — О, нет, прости, я не вышла ростом, поэтому я вряд ли достану, — рассмеялась я, пожав плечами. Я взяла с одного из стульев гирлянду из розовых объемных цветов, в надежде подать парню, стоящему на стремянке и пытающемуся прикрепить начало этой гирлянды на стену под баскетбольным кольцом.       — Да брось! Я подниму тебя, будешь даже выше этого малого на стремянке! — усмехнулся Марк, забрав из моих рук гирлянду, а затем, переплетя пальцы с моими, потащил в другой конец зала.       Придя к месту, я примерно поняла, что мне нужно будет сделать, но я боялась, что просто-напросто не достану. Пускай Марк и высокий сам по себе, но меня поднять так высоко он не сможет, а остальные стремянки заняты. Что делать — понятия не имею, но будем придумывать что-то. Гилберт неожиданно присел, похлопав себя по плечам и прося меня располагаться именно на них. Было страшно, безумно, потому что в моей жизни такого опыта еще никогда не было, но это должно было когда-то случиться. Придерживаясь рукой за стену, а второй за руку, протянутую шатеном, я аккуратно располагаюсь на плечах Гилберта, боясь лишний раз дернуться, и он постепенно поднимается, выпрямляясь, а я оказываюсь все дальше от земли.       — Высоты боишься? — спросил Марк, подняв голову на меня и увидев вцепившуюся в ровную стену буквально ногтями девчонку. — Я держу тебя и никогда не уроню, можешь не беспокоиться, Лис.       — Хорошо, тогда давай скорее начнем и ты наконец меня спустишь? — предложила я, снимая с шеи надетую на нее ранее гирлянду с буквами, которую нам нужно повесить как можно скорее, ведь находиться так высоко мне не очень нравится. Да, может быть, я живу довольно высоко в башне Тони, но, когда я за стеклом, мне не так страшно, как сейчас. Одно неверное движение Марка и я полечу вниз. Так, спокойнее, ты просто накручиваешь себя.       Так как у меня была мотивация поскорее доделать и спуститься, закончили мы быстро, а все остальное время дурачились, бегая по залу с остальными, смеясь и слушая музыку, которую включил диджей в качестве проверки аппаратуры.       — Лис, сходи, пожалуйста, в класс, там остался еще рулон скотча, — попросила Атлантис, главная за сегодняшнее украшение. Эта девочка — из школьного актива, выпускница двенадцатого класса и просто приятная по натуре, притягивает к себе своей простотой, которой и отличалась от других выпускников.       — Без проблем, Тис, — я кивнула, положив один из шариков. — Марк, не составишь мне компанию?       — Боишься, что тебя захотят похитить вместе со скотчем? — рассмеялся парень, но потом все-таки пошел за мной.       Мы пришли в арт-класс, и я принялась искать скотч, который, вроде бы, должен был лежать на видном месте, но я его не находила. Открывала шкафы, смотрела в кладовке на полках, в то время Гилберт сидел на одной из парт, наблюдая за мной и смеясь с того, как я бегаю в поисках липкой ленты. В один момент парень зовет меня, а затем из-за спины достает рулон скотча, который я так искала.       — Ты сейчас серьезно? Отдай! — прошу я, когда уже начинаю немного злиться, ведь он водил меня за нос все это время и смеялся. Гилберт же поднимает руку над головой, располагая скотч еще выше, до куда я однозначно не достану, и я, надув губы, отворачиваюсь и складываю руки на груди в обиженном жесте.       — Ну, эй, ты обиделась? — Марк смотрит на меня, переставая смеяться. Он спрыгивает с парты, подходя ко мне сзади и приобнимая, упираясь подбородком в плечо. Передо мной появляется скотч, который он держит на раскрытой ладони, передавая мне. — Лис, прекрати, я же пошутил.       — У тебя отстойные шутки, Гилберт, ты в курсе? — я вздохнула, а затем забрала из рук парня скотч, повернувшись к нему лицом.       — В курсе, ты постоянно говоришь мне об этом, — он пожал плечами, обнимая меня за талию. Друзья так явно не делают, и я давно понимаю, что наша дружба переступила на планку выше, и он это понимает, определенно. Парень прижимает меня к себе, смотря сверху вниз, а между нами затягивается тишина, в которой мы просто смотрим друг на друга. — Лис, я хочу пойти сегодня на бал со своей девушкой. Ты не против примерить это звание?       — Что? Ты серьезно? — я улыбнулась уголками губ, мои щеки уже покрылись румянцем, а парень кивнул, улыбнувшись мне в ответ. А я думаю, согласиться или нет? С какой-то стороны, все шло к этому, и медлить смысла нет. Я приподнимаюсь на носочках, обвивая шею Марка руками, а затем нежно целую. Парень отвечает на поцелуй, обнимая крепче. — Я согласна, мне нравится, как это звучит. А теперь пойдем, нас уже заждались.

***

      Я ждала этого вечера, как никогда. Мы сидели у ЭмДжей, которая заканчивала завивать мне волосы в локоны, и с которой мы болтали просто не замолкая. Я рассказала ей о том, что иду на весенний бал совершенно с другим титулом, и для меня это очень ново, я волнуюсь. Подруга порадовалась, конечно, и не упустила возможности пошутить, что была бы рада больше, если бы я начала встречаться с Паркером, от которого, кстати, до сих пор ни весточки. На днях Питер пропал, его никто не видел, даже тетя Мэй звонила Тони, спрашивая, на какую стажировку Старк его послал, что Пит так часто не появляется дома. Папа выкрутился, сказав что-то типа он скоро вернется, а также сгенерировав голос Паучка с помощью Пятницы, убедил тетушку, что с племянником все в порядке и он очень хочет финиковых кексов.       Когда мы обе были собраны — я надела свое платье и туфли, а ЭмДжей надела парадную белую рубашку, черные джинсы и объемный свитер сверху — мы отправились в школу, и я уже была в предвкушении сегодняшнего вечера. Как только мы подошли к зданию, я увидела знакомый силуэт Паркера в костюме и, сказав Мишель, что сейчас вернусь, отвела Питера в сторону, бесцеремонно украв у Неда. Я крепко вцепилась в его руку выше локтя и оттащила от входа, у которого они стояли.       — Лис, я понимаю, что ты скучала, но не настолько же, — усмехнулся Питер, как только мы отошли.       — Ты обалдел? Ты где пропадаешь? Нам с отцом надоело прикрывать твою задницу в красно-синем трико, когда ты геройствуешь, — выпалила я, стараясь не превышать тон, боясь быть услышанной, а затем ударила парня по плечу.       — Я не просил вас ее прикрывать, — Паучок нахмурился, посмотрев на меня. Он скрещивает руки на груди, а манжеты его белой рубашки чуть приподнимаются, демонстрируя паутинометы. Заметив это, кареглазый сразу же опускает руки, а затем одергивает рукава пиджака. — У меня все под контролем, я здесь, и с моим лицом и задницей все в порядке.       — Я тебе сейчас вмажу, Паркер, — я сделала глубокий вдох, прикрыв глаза и попытавшись успокоиться. Питер когда-нибудь доведет меня до нервного срыва и я точно вмажу ему, или заморожу прямо на месте. — Значит так, ты после бала отправляешься домой, к тете, а не гулять по ночному Нью-Йорку, ты понял? Отцу я скажу, что ты нашелся живой-здоровый. И не смей мне сказать что-то против, не забывай, что у меня тоже есть некоторые способности.       — Хорошо-хорошо, я тебя понял, Лис, понял, — он кивнул. — Пойдем, скоро уже бал начнется. Кстати, ты отлично выглядишь.       — Спасибо, ты тоже ничего, — ответила я, осмотрев Питера, которому чертовски идет этот костюм.

***

      Бал проходил отлично. Мы с Марком, будучи всегда рядом, общались одной компанией, и я наконец-таки познакомилась с его лучшим другом. Мы довольно много танцевали, но во время одного из вальсов Гилберт куда-то пропал, сказав, что будет к следующему танцу, и попросил не скучать. Я уселась на один из стульев рядом с ЭмДжей, которая наблюдала за всем этим действом со стороны. Но не успела я и слова сказать подруге, как передо мной вырос Питер.       — Паучок, ты чего? — хохотнула я, но прозвище его было названо тихо, потому что никто не должен знать, где же пропадает тихоня Паркер и кто он вообще по жизни.       — Лис, могу я тебя пригласить на один танец? Ну, пока твой кавалер не видит, — интересуется Пит, протягивая мне раскрытую ладонь. — И, давай, думай скорее, потому что песня уже идет.       — Хорошо, идем, — я пожала плечами, а затем вложила свою ладонь в теплую руку Паркера и мы отправились в толпу. — Так странно, что ты здесь, ведь ты ни на одной репетиции не был.       — Я смотрел видео-уроки, — рассмеялся он, а я поддержала его порыв, улыбаясь на протяжение всего танца.       В основном мы молчали, смотря то друг на друга, то куда-то в зал, иногда проскальзывали какие-то шутки и мы даже немного смеялись. Паркер умело крутил меня под рукой, и создавалось впечатление, что Паукообразный не пропустил ни одной репетиции. Марка все не было; я часто смотрела в зал, надеясь поймать на себе взгляд своего новоиспеченного парня, о котором говорить Питеру я не собиралась. Мало ли, что ему придет в голову, и он подвесит Гилберта на паутине на Манхэттене. По окончании танца мы отошли в сторону, освобождая танц-пол, а в кармане пиджака Паучка зазвонил телефон. На экране высветилась короткая фамилия, которая являлась и моей от части.       Питер взволнованно посмотрел на меня, а затем ответил на звонок.       — Да, Мистер Старк? Да, она сейчас со мной, что случилось? Мы в школе, на балу, я не могу вывести ее! Она не согласится! — Питер красноречиво пытался доказать что-то моему отцу. — Хорошо, передаю Алису.       — Да, па? — я приложила телефон одноклассника к уху.       — Алиса, у меня для тебя не очень хорошие новости. Покажу только если вы с Паркером выйдите в какое-нибудь нелюдное место, потому что никто не должен этого видеть, — голос отца был каким-то огорченным, подавленным. Я чувствую, пятой точкой чувствую, что-то произошло, и это что-то не было радужным. Я ведь знала, что бал не закончится спокойно, и вот тому доказательство.       — Хорошо, мы выйдем. Только ты меня очень сильно пугаешь, — ответа на мое предположение не последовало, и я услышала только телефонные гудки.       Мы с Паркером переглянулись, а затем покинули спортивный зал, где продолжался бал, но уже без нас. Пройдя по пустому коридору, мы вошли в один из открытых кабинетов, прикрыв за собой дверь. Засучив рукава рубашки, Питер вывел на стену голограмму с видео, которое ему прислал мой отец на костюм. Странно, но Паркер носит с собой костюм, где бы он ни был…

«Срочные новости из Флориды. Сегодня проходил третий день выставки живописца Куинджи, который должен был завершиться одним из главных событий – аукционом, на котором желающие могли приобрести оригиналы полотен, представленных на выставке. Аукцион успешно стартовал, желающие делали ставки, но внезапно мероприятие было прервано начавшимся террористическим актом. Группа людей в масках с оружием ворвались в здание, окружив его и заняв полностью. Несколько людей ранено, опознано двое убитых, но их точное количество пока не установить, ведь террористы продолжают держать выставочный центр под своим контролем. Полиция и антитеррористические организации начали свою работу по вызволению заложников, но пока безуспешно. По последним данным известно, что велика вероятность заминирования здания. Многие надеются на помощь «Мстителей», международных героев, которые, кажется, работают только в Нью-Йорке. Ожидаем дальнейшую информацию с места событий.»

      По спине пробежался холод, а на глаза навернулись слезы. Нет, нет, нет! Не может этого быть, я просто не верю! Не долго длилась моя эйфория, как оказалось. Я до последнего хотела верить в то, что мама и Роберт не пошли на этот аукцион, все, что угодно, лишь бы их не было там. По щекам скатываются первые соленые горошины и макияж, так старательно сделанный мною пару часов назад, пошел насмарку.       — Лис, я… — Паркер только хотел поделиться словами утешения, но я не дала ему договорить, а просто подбежала, крепко обняв и прижавшись, что было сил. Расслабившись, Питер обнял меня в ответ, закрывая в коконе теплых объятий. Только вот, жаль, что это не поможет.       Внутри полное опустошение, дикий страх и волнение. Что будет дальше?