Winter

      Стив стоял, облокотившись на перила старого моста, и смотрел вниз, на мерцающие отблески городских огней, танцующие на черной поверхности воды, словно осколки звезд. Услышав приближение Тора, он встал и попытался быстро вытереть слезы, струящиеся по его красивому лицу.       Он открыл рот, чтобы поздороваться, но Тор подошел прямо к нему и обнял сильными руками, заключая в сокрушительные объятия. Маскирующее заклинание исчезло, и его запах омыл Стива. Теплый, мужественный, бесконечно успокаивающий и такой же знакомый, как и его собственный. Стив уступил объятиям, зарылся лицом в широкую грудь Тора и дал волю слезам.       Тор крепко держал его в своих невероятно сильных руках и позволял ему плакать, нежно покачивая его и целуя в светлую макушку.       — Пожалуйста, прости меня, братишка, — хрипло сказал он. — Ты так молод, чтобы столько вынести в одиночестве. Я должен был быть рядом с тобой после их смерти. Я хотел. Но я не мог найти тебя.       — Это не… это не твоя вина, — всхлипнул Стив, отстраняясь, чтобы посмотреть на него. — Как ты узнал, что они умерли?       — Каждый из моих спутников почувствовал это, когда нить их связи оборвалась. Они покинули этот мир почти одновременно. Мы оплакивали их как воинов и вверяли их души Валгалле.       Стив повернулся и тяжело оперся на перила.       — Приятно знать, что хоть кто-то это сделал. Они были героями войны, но даже их собственная страна не признала этого.       — Они ими были, — подтвердил Тор, опираясь на перила рядом с ним. — Их потеря была для нас большим горем. Мне оставалось только гадать, что стало с моим двойником. Наша связь угасла и остыла, но я никогда не чувствовал, что она прервалась, и поэтому я сохранил надежду. Много лет я звал тебя и не получал ответа. И однажды, наконец, я почувствовал, что ты проснулся на мой зов. Я не знал, где ты и даже кто ты, но я знал, что ты вышел из своего сна и снова ходишь по земле, поэтому я начал искать тебя.       — Значит, это был ты. Ты меня разбудил. Я даже не помню, как выкапывался. Я только проснулся в поле в Швейцарии, понятия не имея, сколько времени прошло и почему я вернулся. Но… это было четыре года назад. Ты искал меня все это время?       — Да, искал. Мне жаль, что я не нашел тебя раньше, но тебя оказалось очень трудно найти. Я не мог бесконечно находиться вдали от дома, но я тратил каждую минуту на поиски любых слухов или следов о тебе. Наконец, я уловил слабый след твоего запаха в Германии. Я следил за тобой по всей Европе, пока след не остыл в Лондоне. Но твой запах привел меня к дому бывшего агента Секретной Разведывательной Службы, которая знала Эрскина и работала с ним и этими волками. Она сказала, что если ты и жив, то можешь находиться только в Нью-Йорке. Больше она мне ничего не сказала, даже твоего имени. Вооружившись твоим запахом и этой информацией, я пришел сюда.       — Пегги сдала меня, да? — рассмеялся Стив. — Думаю, я у нее в долгу. Снова.       — Кем она была для тебя? Кажется, она очень в тебя верила.       — Другом. Она помогала обучать меня и мое подразделение и поддерживала нас в полевых миссиях. Однажды я даже пригласил ее на свидание. Я на самом деле не хотел, но все продолжали давить на меня, чтобы я сделал это. Она сказала, что с удовольствием пойдет, но она не думала, что она в моем вкусе. Это был ее мягкий способ сообщить мне, что она знала, кем я был.       — И кем ты был?       — Я был влюблен в мужчину. Не знаю, как она догадалась, но она всегда видела меня насквозь. Она лучшая женщина, которую я когда-либо знал. Я отправился на её поиски после того, как проснулся. К счастью, она она сохранила дом своей семьи, иначе я до сих пор искал бы ее. Она взяла меня к себе и позволила побыть с ней, пока я не сориентируюсь.       — Похоже, она была хорошим другом.       — Была. И есть. Это помогло мне увидеть ее снова. Узнать, что у нее была хорошая жизнь. Муж, дети, карьера, которую она построила для себя. Я сказал ей, что мне жаль, что я был слишком слаб, чтобы продолжать бороться. Что я сожалею, что подвел ее. Она засмеялась и сказала, что я всегда был слишком драматичным, но никогда не подводил ее. Она сказала мне, что я должен вернуться домой и присоединиться к Щ.И.Т.у, потому что они могли бы использовать мою помощь больше, чем когда-либо. И я пошел домой. Я не знал, как их найти, но думал, что они найдут меня. Так они и сделали.       — И после всех этих лет и всего, что ты потерял, ты решил снова служить. Быть защитником.       — Думаю, да, — сказал Стив с застенчивой улыбкой. — Ни в чем другом я не силен.       — Ты не представляешь, какой ты необыкновенный человек, Стив Роджерс. Я долго жил в этом мире. Я видел бесчисленное множество людей, которые рождались, старели и переходили в следующую жизнь. Я не встречал никого похожего на тебя.       — Я необыкновенный только благодаря тебе и Эрскину. В противном случае я был бы… Я, вероятно, был бы уже мертв, но я бы остался тощим, болезненным маленьким слабаком на всю свою жизнь.       — Но не волк сделал тебя тем, кто ты есть. Он только увеличил то, что уже было. Эрскин и я помогли тебе выполнить то, что было тебе предназначено. Ты был рожден, чтобы стать тем, кто ты есть. Героем и защитником человечества.       — Я никогда не хотел быть героем, — вздохнул Стив. — Все, чего я хотел, — это поступать правильно. Не знаю, получается ли у меня это, но я стараюсь.       — Это все, что ты можешь сделать. Это все, что каждый из нас может сделать.       Они долго молчали, глядя на реку.       — Расскажи мне о своей паре-вампире, — сказал Тор. — Как вы с ним познакомились?       — Вообще-то я встретил его прямо здесь, — сказал Стив. — Мне было двенадцать лет. У меня случился приступ астмы и я упал в реку. Я чуть не утонул, но он спас меня. Потом долгие годы у нас была своего рода… молчаливая дружба. Мы никогда не разговаривали, но я часто его видел. Он улыбался и подсовывал мне комикс или шоколадку. Глупые мелочи, но это была роскошь, на которую я никогда не смог бы потратить деньги, особенно после того, как моя мама заболела. Даже когда у меня ничего не было, у меня был он. Я не думаю, что он даже сейчас знает, как много он значил для меня.       — Это замечательно! Но почему он не знал, что значит для тебя? Что случилось?       — Я был влюблен в него, но я был ребенком, а он — взрослым мужчиной. Логично, что он хотел держаться на расстоянии. Как я уже сказал, мы даже не разговаривали. Но однажды он просто исчез. Я не знал, что он вампир, и решил, что он ушел на войну, как все остальные. Я заботился о своей маме, пока она не умерла, потом я пошел в армию, случилось все это, и я ушел. Когда я вернулся сюда семьдесят лет спустя, я снова нашел его. Вне всякой надежды и шанса я нашел его.       — И ты обнаружил, что он тебя тоже любит?       — Да, — улыбнулся Стив. — Это заняло некоторое время, но в конце концов я сказал ему, что люблю его и хочу, чтобы он стал моей парой. Он согласился.       — Он понял, что это значит? Что для нас выбор пары это пожизненная связь?       — Я убедился, что он понял. Он сказал, что тоже этого хочет, и с тех пор мы вместе.       — Я счастлив за тебя, маленький брат, — сказал Тор, хлопнув его по плечу. — Такая любовь редка и драгоценна. Береги его со всем, что у вас есть.       — Я знаю это. Я буду, — сказал Стив, затем сделал паузу. — Знаешь, нам придется поговорить о Локи. Надеюсь, ты понимаешь, почему я не могу позволить тебе убить его.       Тор моргнул, застигнутый врасплох.       — Убить его? Я не собирался его убивать. Это он так вам сказал?       — Вообще-то… если подумать, он никогда прямо не заявлял, что вы хотите его убить. Он только сказал, что боится тебя и что ты охотишься за ним. Обычно это подразумевает убийство, поэтому нас нельзя обвинить в подобном предположении.       — Нет конечно, особенно потому, что это он заставил тебя думать так, — горячо сказал Тор. — Он очень умен в словах. Редко можно поймать его на откровенной лжи, даже когда его намерение обмануть очевидно. Лжец он или нет, но он предатель доверия и клятвопреступник.       — Звучит серьезно, — нахмурился Стив. — Что именно он сделал?

***

      Когда они приблизились к перекрестку через дорогу от «Сердца тьмы», Стив увидел, что другие волки взволнованно вскочили на ноги, как собаки, когда хозяин пришел домой. В тот же самый момент Таша и Баки вышли из кофейни, также очевидно желая их видеть.       — Вампир, — сказал Тор вполголоса. — Это твоя пара?       — Да, — ответил Стив. — Это Уинтер.       Тор поднял брови.       — Он… он… Вау!       — Я знаю, — сказал Стив, гордо улыбнувшись. — Он просто удивительный, правда?       — Действительно. Он прекрасен. Древний и могущественный. Ты молодец, братишка.       — Спасибо, я тоже так думаю, — сказал Стив. Затем он весело помахал собравшимся. — Эй, ребята!       — Стив, — ответил Баки, мрачно глядя на Тора, когда он и Стив вышли на тротуар.       — Уинтер, это Тор, — просиял Стив. — Тор, это мой парень, Уинтер.       — Тор. Одинсон, — сказал Тор, неловко улыбаясь. Он протянул руку, чтобы поздороваться с Баки, что заставило его завозиться с мячом и почти уронить его. — Рад познакомиться с вами, мистер э-э… Уинтер.       — Взаимно, — ответил Баки. — Кто-нибудь хочет сказать мне, что, черт возьми, происходит?       — Произошло какое-то… недоразумение, — объяснил Стив. — Тор и его стая здесь не для того, чтобы убить Локи.       — Какое облегчение, — сухо сказал Баки. — Думаю, тогда им пора продолжить путь.       — Все не так просто, — сказал Стив, качая головой. — С ним еще предстоит решить один вопрос. Хотя уже поздно, и нам нужно спрятать тебя на весь день, так что мы встретимся с Тором завтра вечером, чтобы поговорить об этом.       Баки посмотрел на него.       — Значит, твой план — позволить этой стае оборотней свободно разгуливать по городу до завтрашней ночи?       — О да, но Тор обещал ничего не делать, пока мы все не обсудим.       — И ты просто доверяешь ему делать то, о чем он говорит?       — Конечно, — обиженно ответил Стив. — Он дал мне слово.       Баки снова оглядел Тора с ног до головы, словно проверяя его надежность. Он, конечно, высок и исключительно красив, но еще он глупый гребаный волк, который вторгся на собственную территорию Баки, прогуливался с его парой, беспечно подбрасывая их теннисный мяч, словно он ему принадлежал. Хотя Стив ему доверял, так что пока придется довольствоваться этим.       —Хорошо, — сказал он, протянув руку, заставив теннисный мяч прыгнуть из руки Тора в его руку. — Но Локи под нашей защитой, так что не вздумай мудрить.       — Я бы и не мечтал об этом, — сказал Тор, опустив голову. Затем он повернулся к Таше. — Демон, спасибо за гостеприимство. Стив Роджерс, Уинтер, я с нетерпением жду нашей встречи завтра вечером. Спокойной ночи.       — Ладно, пока, Тор, — сказал Стив с одной из своих глупых, солнечных улыбок. — Напиши мне, если что-нибудь понадобится. Спокойной ночи!       Все члены стаи Тора вежливо поклонились, затем развернулись и ушли, быстро и бесшумно исчезнув на темной улице.       — Как все прошло, Златовласка? — спросила Таша у Стива, когда они ушли. — Ты хорошо держишься?       Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.       — Думаю, что да. Это… сложно, но я думаю, что хорошо. Я чувствую себя нормально.       — А что тут такого сложного? — потребовал Баки. — Почему, черт возьми, всегда происходит что-то, что никто мне не объясняет?       — Я все тебе расскажу, Бак, но нам нужно укрыться, пока не поздно, — сказал Стив, обняв его. — Я всё объясню всей компании у Локи. Он тоже должен знать, что происходит.       — Ладно, — вздохнул Баки. — Таша, спасибо за все. Прости, что мы привели кучу гребаных волков в твою кофейню.       — Нет проблем, — пожала плечами Таша. — Мне они вроде понравились. Я буду в курсе, если понадоблюсь снова. Держите меня в курсе.

***

      Они прибыли в пентхаус Локи, чтобы застать его наблюдающим за Сэмом, который пытался управиться с итальянской кофе-машиной на черной гранитной кухонной стойке, и Клинтом, растянувшимся на одном из черных овчинных ковров, с Арабеллой, развалившейся на его груди и с энтузиазмом мурлыкающей.       — Мвяу, — объявила она, подняв голову и гордо моргнув Баки, когда он вошел в гостиную.       — Я вижу, — сказал он, подняв бровь. — Держу пари, это самая большая птица, которую ты когда-либо ловила.       — Я, наверное, самая большая птица, которую она когда-либо видела. Но это ее не обескуражило. Она жевала меня всю ночь, — сказал Клинт, взъерошив пушистый белый мех на ее голове. Арабелла в ответ прикусила его палец, умудрившись поймать его своими острыми зубками. — Ой! Видишь? Она думает, что я еда.       — Арабелла, дорогая, невежливо пытаться съесть гостей, — позвал ее Локи из кухни. Он принял напиток, приготовленный Сэмом, не в силах скрыть гримасу, когда сделал глоток. — Это… очень хорошая первая попытка, Сэм. Продолжай в том же духе. Уинтер, Стив, какие новости? Я почти с ума сошел от беспокойства с тех пор, как Уинтер сказал, что произошел взрыв, и умчался.       — О, это просто молот Тора ударил по моему щиту, — сказал Стив. — Он поднял огромную ударную волну и сбил нас всех с ног.       — Его молот, — выдохнул Локи. — Ты…ты дрался с ним?       — Не совсем. Он просто попробовал его на мне, и я заблокировал его. Потом пришла Таша, чтобы убедиться, что все ведут себя хорошо, и мы поговорили.       — Что из этого вышло? Он и его стая покинут город?       — Не совсем, — повторил Стив. — Тор сказал, что он открыт для переговоров, если мы встретимся с ним.       — Мы?       — Ты, я и Уинтер. Я действительно думаю, что ты должен пойти с нами, чтобы встретиться с ним.       — Но… я верил, что ты защитишь меня, — тихо сказал Локи, опустившись на стул. — Если ты отдашь меня в его руки, все надежды потеряны.       — Никто никого не отдаст в чужие руки, — вмешался Баки. — Стив говорит о переговорах. Это кажется довольно хорошей новостью, как по мне. Учитывая, что мы думали, что он здесь, чтобы убить тебя.       — Нет, он не убьет меня, — с горечью сказал Локи. — Он запрёт меня в клетку на всю оставшуюся жизнь. Для меня это будет гораздо хуже смерти, и то же самое произойдет и с тобой. Хаос, кровопролитие, война за территорию, которую я оставлю. Умоляю тебя, не делай этого. Не отдавай меня ему.       — Подожди, успокойся, — нахмурился Стив. — Мы только просим тебя прийти и послушать, что он…       — Ты сошел с ума, думая, что сможешь урезонить этого волка, — перебил Локи, волнуясь еще больше. — Он использовал твою природу против тебя и ослепил тебя очарованием своей силы. Я был дураком, думая, что это могло бы закончиться по-другому. И куда мне теперь идти? Кто защитит меня от гнева этого бога?       — Локи, перестань, — вздохнул Баки. — Он не бог, он просто могучий волк. Стив, скажи ему.       — Э-э… насчет этого, — смущенно сказал Стив. — Возможно, он как раз и есть бог.       — Это было предположение? — спросил Сэм, с сомнением глядя на него.       — Что ты хочешь сказать, Стив? — терпеливо спросил Баки. — Подумай хорошенько, прежде чем продолжить.       — Я говорю, что волк Тор — настоящий Тор из скандинавской мифологии. Он был сослан сюда, как рассказывают истории, и он жил на земле в течение полутора тысяч лет. Я знаю, это звучит безумно, но он говорит правду. Я просто знаю, что это так.       Баки сделал глубокий вдох и сцепил пальцы.       — Ладно. Слушайте. Похоже, мы говорим о реальных богах из древних легенд, приезжающих в Нью-Йорк и ошивающихся в нашем кафе по соседству. Так что, мне нужно больше, чем просто твои мысли.       — Эрскин создал меня из его крови, — сказал Стив. — Тор дал ему свое благословение и свою кровь, и они использовали ее, чтобы изменить меня. Я связан с ним и чувствую его силу. Он ограничен в силе, пока он здесь, на земле, но это… потрясающе.       — Ты был создан из его крови? — воскликнул Локи, вскочив. Его голос дрожал. — Значит я оказался между молотом бога и наковальней полубога. Я действительно погиб.       Баки неловко расмеялся.       — Стив не… полубог. Стив, ты же не полубог, верно?       — Конечно, нет, — сказал Стив, покраснев. — Я имею в виду… Что это вообще означает?       — Это означает, что кто одновременно и человек и бог, — сообщил ему Локи. — Кто-то вроде тебя. Поздравляю, Уинтер, твоя пара присоединилась к пантеону. А теперь, если вы меня извините, мне нужно заказать билет до… Не знаю. Возможно, в космос.       — Локи, пожалуйста, не убегай, — сказал Стив. — Я действительно на твоей стороне. Я просто хочу, чтобы все разрешилось так, чтобы все были счастливы.       — Я очень сомневаюсь, что у тебя большой дипломатический опыт, Стив. Если бы ты знал, что такие решения редко возможны, если вообще возможны. Одна сторона всегда проигрывает. Боюсь, на этот раз я окажусь на проигравшей стороне.       — Я не позволю, чтобы тебя куда-то увезли или удерживали против твоей воли, — решительно сказал Стив. — Даю тебе слово. Считается ли это проигрышем или победой, ты должен решить сам.       Белое лицо Локи стало еще белее.       — Что ты имеешь в виду?       — Не имеет значения, как Стив связан с этим волком, — раздраженно перебил Баки. — Он не нарушает своего слова. И мы не позволим городу погрузиться в хаос. Ты должен нам доверять. У тебя просто нет других вариантов.       — Похоже, что нет, — признал Локи с побежденным вздохом. — Отлично. Моя судьба в ваших руках.       — Хорошо, — сказал Баки. — Теперь, почему бы тебе не попробовать отдохнуть. Скоро рассвет, и нам обоим нужно укрыться.       — Возможно, мне действительно нужно отдохнуть, — рассеянно ответил Локи. — Но здесь не нужно полное укрытие.       — Какого черта ты имеешь в виду? — нахмурился Баки.       Локи удивленно посмотрел на него.       — Разве я не упоминал об этом? Я обшил все здание внешним стеклом, закаленным очень хорошим колдуном. Солнце не сможет сжечь вампира через мои окна.       — Черт возьми, я даже не знал, что такое возможно! — воскликнул Баки. — А как насчет дневной слепоты?       — Он позаботился и об этом. Я уверен, что ты заметил, что твое вечернее зрение стало лучше, чем обычно.       — Я даже не думал об этом, но теперь, когда ты это сказал, я понял, что у меня вообще нет размытых пятен перед глазами. Как думаешь, этот твой колдун захочет взглянуть на мою квартиру?       — Я в этом не сомневаюсь. Вечером я найду для тебя его визитку. Его зовут Стрендж.       — Стрендж? Это значит «странный». Он в самом деле такой? — смущенно спросил Стив.       — Абсолютно нет, — ответил Локи, покачав головой. — Я не буду играть в угадалки. Его зовут доктор Стивен Стрендж. Он мастер мистических искусств и живет здесь, в Нью-Йорке.       — Спасибо, я позвоню ему, — зевнул Баки. — Мистически закаленное стекло или нет — я серьезно увлекся. Стив, ты идешь спать?       — О, я не совсем… То есть да, — поспешно поправился Стив. — Да. Я очень устал. Совсем измучен. Всем спокойной ночи!       Локи закатил глаза, когда большой мускулистый блондин нетерпеливо побежал за своей парой-вампиром по коридору, ведущему в их гостевую комнату.       — Думаю, Уинтер торопится заполучить кусок этой божественной задницы, — рассмеялся Сэм, когда дверь за ними закрылась.       — Она не такая уж божественная, — проворчал Клинт, все еще лежа на полу и поглаживая мурлыкающую кошку.       — Ой, ты ревнуешь, детка? — усмехнулся Сэм.       Локи помассировал лоб кончиками пальцев.       — Мне действительно следовало дать им отдельные комнаты.       — Я уверен, что они не сделают ничего неподобающего, — ободряюще сказал Клинт. — Они гости в твоем доме.       — Спасибо, Клинт, но я хорошо знаю Уинтера. Его определение неправильности… Я не уверен, что оно у него есть.       — Я не могу винить его, — пожал плечами Сэм. — Стив… я имею в виду, вы все его видели.       — Полагаю, я тоже не могу их винить, — признался Локи. — Они влюблены, и их отношения еще только развиваются. Страсть делает нас всех дураками.       — Даже тебя? — спросил Клинт. — Ты не кажешься одним из тех, кто теряет голову из-за романтической чепухи.       — Я не слишком склонен к таким полетам фантазии, — сказал Локи с печальной улыбкой. — Но даже я был одурачен любовью. В конце концов, мы, вампиры, — те же люди.       — Мы тоже, — сказал Сэм. — Элиуд, я имею в виду. Это мистер Ястребиный Дух любит напоминать мне, что он выше всех моих смертных наклонностей.       — Не смешите меня, — фыркнул Клинт. — Я больше сходил с ума от любви, чем кто-либо здесь. Я ведь женился на тебе, правда?       Сэм мужественно выпятил грудь.       — Ты чертовски прав. Теперь ты мой — и я тобой обладаю.       — Да, продолжай в том же духе, осел, — ухмыльнулся Клинт. — В следующий раз вернусь к тебе уже женщиной.       — Ты не сделаешь этого! — Сэм задохнулся в наигранном ужасе.       — Испытай меня.       — Но, детка! Я не знаю, что делать с… ну, знаешь, сиськами и… женскими частями тела!       — Ну, я думаю, тогда тебе стоит вести себя лучше.       — Джентльмены, прошу меня извинить, — улыбнулся Локи, поднявшись со своего места. — Пойдем, Арабелла. Время отхода ко сну.       Кошка встала на грудь Клинта, лениво выгнула спину и побежала впереди хозяина, пожелав Клинту и Сэму веселой ночи.       Локи молча прошел по коридору и вошел в свою большую, строгую спальню, тихо закрыв за собой дверь. Арабелла запрыгнула на большую кровать и томно вытянулась на черном белье, сонно моргнув.       Он распахнул двойные дверцы гардеробной и подошел к комоду, где снял запонки, карманные часы и булавку для галстука. За ними последовали галстук, пояс и ботинки. Затем он снял черный костюм и рубашку. Костюм он положил на полку, которая укажет помощнице, что его нужно почистить. Он бросил рубашку, майку и нижнее белье в корзину для белья по пути в ванную.       Он долго стоял под роскошным швейцарским душем, позволяя горячей воде ласкать и успокаивать его тело. Не то, чтобы у него где-то болело или окоченело — его бессмертная плоть была все так же сильна и гибка, как всегда, — но ему было холодно. Всегда было холодно.       Это то, о чём вас не предупредят, делая вас вампиром. К демону взывает не только кровь, но и тепло. Тепло жизни. Он почувствовал укол зависти к Уинтеру, которого каждый день в постели согревал волк. А волки производят гораздо больше тепла, чем люди. Стив, наверное, горячий как печь.       Локи выключил душ и в каком-то оцепенении вытер тело и волосы черным полотенцем. Он был заторможен пустым, ледяным оцепенением, поглощающим его душу. Натянув шелковое белье, он напомнил себе, что жажда тепла — это слабость. Он — существо холода, и лед — его родная среда обитания.       Кроме того, холод обезболивал и успокаивал. Растопить лед — значило оставить себя открытым и беззащитным. Сырым, кровоточащим и открытым. Он перевернулся на бок и погладил кошку, задумчиво глядя куда-то вдаль.       — Что мне делать, Арабелла? — вздохнул он.       — Мррф, — подсказала Арабелла.       — Нет, моя дорогая, я имел в виду — что мне делать с волком?       — Мяу? — с надеждой произнесла Арабелла.       — Не говори глупостей. Я никогда не соглашусь на это.       — Мрряу, — посетовала Арабелла, перекатившись на спину.       — Я знаю, дорогая, но я в ловушке и не вижу выхода. В любом случае, ты будешь хорошо обеспечена. Тебе не о чем беспокоиться.       Арабелла подмигнула и замурлыкала в ответ.       — Иногда мне кажется, что ты даже не слушаешь, — проворчал Локи, поглаживая ее пушистый живот. — Я думаю, мы еще посмотрим, что принесет этот вечер.