Немного кот или жизнь у Рейха

POV СССР Окончательно отойдя от шока, я ещё раз оглянулся на кровать, точнее, на часы на прикроватной тумбе. 6:00 утра. Дети должны были уже встать. Я вышел в коридор, благо, дверь в комнату осталась открытой ещё со вчерашнего вечера. На лестнице я встретил Беларусь. — Ой, котик, а что ты тут делаешь? — она хотела сказать что-то ещё, но ей помешал резкий приступ чихов и слезящиеся глаза. Вот черт! Я же совсем забыл, что у неё аллергия на шерсть, а я сейчас просто гигантский шерстяной ком. На звук среагировали парни и направились в нашу сторону. — Эй, что случилось!? — ещё только подходя, начал Укроп. — Ты в порядке? О, а что тут это кот делает? Ты что ли притащила? Тебе ж нельзя! — начал причитать он. — Да не я это! — объясняла она между чихами — Я отца шла будить, а тут это чудо мне на встречу! Через окно, наверное, залез, папа всегда на ночь оставляет форточку открытой, особенно, учитывая, что скоро лето. И вообще, сейчас его разбудим и все вместе решим, что с животинкой делать. Ну попробуйте, найдите меня. Что же они там нарешают. В комнате, ожидаемо, никого не было, сразу же началась суета, переросшая в панику: — Где отец?! Вы его нашли? — нервничал запыхавшийся Россия. — Я оббегал третий и четвёртый этажи. — На улице тоже! — сообщила Белка. — Может, он куда-то уехал? — Ага, конечно! Учитывая, что мы с полшестого на ногах — я узнаю этот тон – у Рашки начинается истерика. — Рейха навестить к четырём утра небось собирался, сейчас, правда, только начало июня! Да вот только нас забыл предупредить! И все его вещи на месте, все! И обувь! А про ушанку я вообще молчу! — он сделал пару глубоких вдохов и выдохов, пытаясь выровнять дыхание. — Ладно, простите. Идеи? Предложения? — Так, давайте смотреть правде в глаза: наш отец непредсказуем. И да, вы лучше всех знаете, что он может исчезнуть без предупреждения на пару дней, а потом объявиться со словами, типа «Знаете, я тут в поход с ночевкой на двое суток собрался, а вас забыл предупредить» — н-да, был случай, как стану страной, обязательно извинюсь. Если стану...— Так что давайте подождем дня три. А вещи? Ну, он не обязан отчитываться о каждом новом приобретении, может, там, где он сейчас, нужна совсем другая одежда? — Да тут я, придурки! — вместо слов, я, ожидаемо, начал всего лишь мяукать. Хотя, кто в здравом уме и доброй памяти решил, что страны могут превращаться в котов. Да уж... паршивы мои дела. — А с котом что? — уточнил Росс — Мы уже на работу опаздываем! Давайте за дверь его, и поехали. — Я против! Он же тоже живой! А тут глушь. Псы бродячие порвут же. Может, он пришёл к нам как раз за помощью? А-а-пчих! — Взвыла Беларусь. Эх, девичья её доброта! А ведь мне это на руку. В городе побезопасней, и к другим странам поближе. — Ладно, ладно, я возьму его сейчас к себе, потому что у Росса даже кактус засох, а у тебя аллергия. И после работы отнесу его в приют. Довольна? — дождавшись одобрительного кивка, он продолжил. — Тогда собирайтесь, через полчаса выезжаем. Меня, как и пару сумок, погрузили на заднее сидение автомобиля. Россия закрыл дом, хорошо, что я дал ему запасной комплект ключей, на всякий случай. 40 минут пути прошли относительно спокойно, не считая аллергию Белки. Я даже смог немного поспать на коленях России.

***

Квартира Укропа была небольшая, но уютная. На кухне он поставил мне два блюдца: с водой и вчерашним борщом. Также, в туалете он постелил пару газет, сделав импровизированный лоток. Перед уходом на работу Украина пару раз потыкал меня носом в эти газеты, приговаривая: «Это твой туалет. Это твой туалет». Я старался максимально показать, что я понял, где моё место. Ох, как унизительно.. После его ухода я ещё раз обошёл квартиру и начал думать, как мне быть. Поскольку в приют я не хочу, да и вообще, в теле кота оставаться не намерен, мне нужно было выбраться из этой квартиры. Перед этим, всё-таки, надо было поесть. Я не то что не завтракал, с утра даже глотка воды не сделал! Борщ оказался очень вкусным, правда, с картошкой пришлось повозиться, у кошек, оказывается, такая странная челюсть. Опустошив обе миски, я вспомнил про единственную закрытую дверь в доме — спальню. Из под неё тянуло приятной прохладой. После пары неудачных прыжков мне удалось открыть её. А я хорош! И в правду, окно было открыто почти нараспашку. Это мой шанс! Единственный минус состоял в том, что Укроп жил на третьем этаже! Тут не спрыгнешь. Пройдя по карнизу метра четыре, я оказался напротив дерева, которое было в метрах двух. Была не была! Прыжок, секунда, и я уже на дереве. Спуск был не из приятных, такое чувство, что я содрал себе пол-брюха. И все же, как приятно чувствовать твёрдую землю под ногами... лапами... ну, в общем, конечностями! Теперь мне стало понятно, как плохо кошкам в городе: кругом мерзкие, едкие запахи, страшные, звенящие, жужжащие звуки, просто до чёртиков пугали с непривычки. А ещё всё было таким большим, по сравнению со мной! Честно говоря, на том, чтобы сбежать из квартиры, мой план заканчивался. И что дальше? К кому идти? Кто достаточно псих, чтобы признать в красном коте Союз Советских Социалистических Республик?! Просто вселенский проёб, а не план! Молодец, Совок! Браво! Я плёлся по улице, моей целью было здание собраний, и попутно место работы большинства стран. Можно было свернуть через переулок, и значительно сократить свой путь, а в теле кота, мое передвижение спокойным шагом значительно замедлилось. Я почти вышел на другую улицу, как меня пнула чья-то нога. Я рефлекторно зашипел и прижал уши к голове. Ну, как я? Тело скорее... (*прим. автора: Тут есть города, ок?) — Смотри, куда прешь, сволочь. — Сицилия и Гватемала, мне пиздец..! — Какие мы смелые! — схватив за шкирку, Сицилия кинул меня в стену. Гватемала же стоял в стороне и ждал момента, чтобы спустить на меня своего пса неизвестной породы. Последнее, что я видел перед тем, как зажмуриться, это то, как пёс с пеной у рта бежит на меня, а эти уёбки ржут. Вот и всё. Я прожил неплохую жизнь, дети уже выросли. Жаль, что они так и не узнают, куда я пропал. Конец POV СССР POV Рейх Я шёл от здания собраний, очередная неудача, Германия меня даже видеть не хочет. А о том, чтобы поговорить, я могу только мечтать. Он стал для стран козлом отпущения за мои грехи. Эти лицемерные твари гнобят его только тогда, когда СССР не присутствует, боятся, и вправду думают, что он стал бы защищать Гера? Германия, конечно, огрызался пару раз про то, что даже Россия пытается его защитить, а не родной отец. Но чем я могу помочь? При мне другие страны либо молчат и дышат через раз, либо те, кто по сильнее и старше, переключаются на меня, да и от русского толку ноль на массу, его не воспринимают достаточно серьёзно, его не боятся. Эх... Меня отвлекли жалобные кошачьи крики, рычание собаки, и два неистовых смеха из подворотни. Чисто из любопытства, я заглянул за угол. Пёс пытался разорвать отчаянно прижавшегося к асфальту кота, пока Сицилия и Гватемала ржали, наблюдая за этой картиной. Конец POV Рейх POV CCCP Было бесполезно защищаться, меня неплохо приложили о стену, от чего голова шла кругом, в это же время, собака вцепилась в мою правую руку-лапу. Мне оставалось ждать и надеяться, что смерть придёт скоро. Как вдруг, до ужаса знакомый голос прервал смех городов: — Was zum Teufel ist hier los?! (Какого черта тут происходит?!) — Теперь, моя смерть точно не будет быстрой. Эта сволочь наверняка не упустит шанса поиздеваться над чем-нибудь живым. — М-мы т-тут.. — начали города, но увидев почти животный оскал фрица, решили просто броситься бежать. И вот, в тишине переулка раздаются только топот тяжёлых маршевых сапог, направляющихся ко мне. Собрав последние силы, я решил встретить смерть хоть сколько-то достойно. Смотря в глаза врагу. Вопреки моим ожиданиям, Рейх присел возле меня на корточки и аккуратно начал гладить по голове. Мой мозг отказывается в это верить! Он меня спас?! Рейх кого-то спас! Скажи мне кто-нибудь такое пару дней назад, я бы окрестил его безумцем. — Ну, как ты? — заговорил тихонько немец — Идти можешь? — я даже из собственного интереса попытался подняться, но первый же шаг на больную лапу отозвался ужасной болью, и я свалился обратно на асфальт. — Эх ты, ну хоть живой. — он встал, и у меня появилась надежда, что он просто уйдёт. Я прикрыл глаза. Руша все мои догадки, через секунду руки в тонких, белых перчатках начали поднимать меня и укладывать в сумку через плечо. — Пошли домой, боец.