Немного кот или жизнь у Рейха

POV CCCP Проснулся я в одиночестве, немца уже не было рядом. Сегодня я даже не слышал, как он делал зарядку, хотя очень сомневаюсь, что он вообще что-либо делал. Взяв с кресла свои аккуратно сложенные штаны и надев их, я отправился на поиски этого перфекциониста, он, как и всегда, в это время готовил завтрак: на этот раз были бутерброды, поджаренные на сковородке, когда я вернулся из ванной, он уже сервировал стол. — Присядешь? — я с вызовом посмотрел на него, в ответ лишь краткое «nein». — А я говорил тебе вчера, что добром это не кончится, — я начал причитать, но меня наглым образом перебили. — Оно стоило того, — он оценивающе осмотрел мой оголённый торс. — Однозначно... — тут и до меня дошло. — РЕЙХ, ТВОЮ Ж МАТЬ!!! — я был весь в укусах и царапинах, не пострадали только лицо и кисти, как я умудрился этого не заметить? Фриц демонстративно стянул с себя футболку. — Один, один, — в свою очередь он был усеян засосами и синяками, которые я оставил случайно, а иногда и не случайно. Когда он, наконец-то, налюбовался всем этим передо мной, Рейх соизволил надеть футболку обратно. — Я однозначно отлично поработал... — он аккуратно присел ко мне на колени и начал изучать руками каждый укус и особо глубокие царапины. Вдруг у него зазвонил телефон, на экране высветилось «Russland», я не был удивлён, что у Росса мог быть номер нациста, но то, что они поддерживали связь, было странным. — Guten Morgen, — спокойно поздоровался Рейх. [— Guten Morgen Vater. Mein Handy ist leer. Wie geht‘s?](Доброе утро, отец. Мой телефон сел. Как дела?) — донеслось из трубки — Gut, und du?(Хорошо, а ты?) — немец был всегда таким серьезным и сдержанным в разговоре, даже с собственным сыном. Возможно, я бы поверил в эту маску, если бы он сейчас не сидел у меня на коленях и не жался к моей груди спиной. Я бы так и ел бутерброды, никому не мешая, но в разговор вдруг вклинился хозяин телефона. [— Рейх, а мой батя случаем не у вас? А то я до него дозвониться не могу.] — Росс говорил это даже не пытаясь сдержать смешки. Тут-то меня черт и дернул. — Ни минуты покоя, — проговорил я максимально будничным тоном, откусывая очередной кусочек от бутерброда. Секунда молчания.. [— БАААААААТЬ! ТЫ ЧТО ТАМ ДЕЛАЕШЬ?] — Завтракаю, — видимо, мне было мало имеющейся суматохи. Я выхватил телефон у немца, и пока он пытался его у меня забрать, сделал «селфи» — вроде так оно называется, — и отправил его России. — Совок! Ты придурок! — раздалось по кухне, а с той стороны телефонной линии доносилась идеальная тишина. А потом приглушённые маты вперемешку с кашлем. — Что случилось? [— Р-Россия п-подавился чаем.] — от удивления Германия начал запинаться и всё же он отнесся к ситуации более лояльно, и через пол минуты нашему взору предстало селфи Германа на фоне матерящегося и давящегося чаем Росса. — [Россия, чего ты так бурно реагируешь? Никогда не видел, как страны дурачатся? Вы с Украиной, когда беситесь, чуть ли не на голову садитесь друг другу..] [— Ты ещё раз на фото посмотри! На отца моего посмотри! Они там точно не так «дурачатся»!] — тут похоже и до Германии начало доходить. [— Scheisse...] — последнее, что мы услышали перед тем, как звонок был скинут. — Ты сломал детям психику! — возмутился немец. — Да эти «дети» сами детей делать могут, — я пытался пошутить, но голос все равно выдавал сомнения и опасение, я шёл на риск, не скрывая от фрица собственных эмоций, но и он был вполне искренним при мне. — Was ist passiert?(Что случилось?) — нацист очень пристально смотрел на меня, давая понять, что без внятного ответа он не отстанет — он всегда привык добиваться своего. — Это прозвучит эгоистично, но что подумают мои дети? Насчёт ориентации, нашей пары да и в принципе. Не пойми меня не правильно, но они тоже не последние в моей жизни, семья как ни как... — Рейх внимательно меня слушал, я не сомневался, что он и сам прекрасно понимал, что далеко не белый и пушистый да и не пытался таким стать. — Но и... сейчас это прозвучит как в сопливых мелодрамах, но без тебя я не могу. Вторую такую грандиозную попойку, с предшествующей ей двух недельной бессонницей, мой организм не переживёт. — Фриц никогда не умел успокаивать или произносить поддерживающие речи кому-то лично, поэтому сейчас на его лице отразился сложный мыслительный процесс, что выглядело по-своему забавно. — Не задумывался об этом с такой стороны, честно говоря, я даже не знаю, как к этому отнёсся Герман, но что-то мне подсказывает, что он не будет особо против, в твоём случае все сложнее. — он немного приобнял меня. — Оставайся сегодня тоже. В остальном, день прошёл спокойно: пока я готовил обед, Рейх разбирался с документами сына, чтобы помочь ему. В один момент, когда я варил суп, он зашёл на кухню. — Я смотрю, ты уже тут освоился, не знал, что ты умеешь готовить. — У меня 15 детей, я умею все, буквально. Вот решил тебе еды наготовить, а то перебежками вечно питаешься и не перечь, я с тобой больше двух недель жил и за все это время ты ел суп всего два раза! — возмущался я. — Ой, ну спасибо, женушка, — немец ехидно улыбнулся. — Если б я был женушкой, то у тебя бы сегодня жопа не болела, — в эту игру могут играть оба. За это я почти сразу получил тычек по рёбрам.

***

Мы сидели за столом и ели борщ. Немцу он, видимо, очень понравился. — Как тебе мое сие творение? — Офень фкуфно! Фто это? — говорил он, продолжая пережёвывать, да уж, такого Третьего Рейха довелось видеть, наверное, только мне. — Борщ, национальное украинское блюдо. Ты ещё сало не пробовал!

***

Оставшийся день и вечер прошли спокойно, нацист ещё немного поработал с бумагами, а я преимущественно читал книги. Когда пришло время ложиться спать, между нами опять повисла какая-то неловкость, и всплыла вчерашняя недосказанность. Мы легли на края кровати, надо было расставить все точки над «i», но слова застряли в горле. — Мы, получается, теперь пара? — он заговорил первым. — Всё зависит от тебя, это был разовый порыв? — я смотрел в потолок, всё-таки решать вопросы личной жизни намного труднее, чем какие-либо другие, чувства не дают здраво мыслить. — Nein! Конечно нет. — поспешно заверил он. — Рейх, — я собрал всю волю в кулак и посмотрел ему в глаза, — если ты в очередной раз не предашь меня, то я буду с тобой до конца, — он молчал, меня резко охватила обида, и я отвернулся на другой бок, что же со мной творят эмоции. — Danke, — он тихо пододвинулся ближе ко мне и обнял. — За доверие, больше я тебя не подведу. — я повернулся к нему лицом, мы сдвинулись на центр кровати и Рейх чуть ли не целиком забрался на мою грудь, впрочем, это не сильно мешало. Мы лежали так минут двадцать, наслаждаясь тишиной и спокойствием, после фриц уже привычно перебрался под руку и уснул. POV Рейх После того дня прошло два месяца, жизнь окончательно наладилась, мы с Союзом пока что не жили вместе, но созванивались и иногда ходили друг к другу в гости, с ночёвкой в том числе. Коммунист больше не страдал бессонницей, Россия и Гера приняли эту новость вполне адекватно, но не без шуток. Собственно Германия и рассказывал обо всём, что происходит в городе и, естественно, о том как другие страны отреагировали на наши отношения он тоже поведал. Конечно, не СССР и уж тем более не я об этом во всеуслышанье не объявляли, но новости все равно расходятся, да и Союз со слов сына никогда не отрицал этого. Он же и пресекал всевозможные шутки и издевки в мою сторону, а-ля «ну и каково это: выебать нациста», коммунист даже один раз чуть по зубам не заехал за такой подкол. Впрочем, при мне лично никто тоже не осмеливался поднимать эту тему, так бы мы и жили, пока в один день, когда я был в гостях у Совка, случайно не прочитал только что пришедшее сообщение от Украины: «Последний раз повторяю, папа, одумайся! Он рано или поздно предаст тебя. Если ты не хочешь понимать этого сам, то выбирай: либо мы, твои дети, либо этот уже предававший тебя нацист!» Это сообщение больно кольнуло меня где-то в груди, ведь с одной стороны они имели право не доверять мне, но ставить коммуниста перед выбором – это было жестко. С другой стороны это объясняло, почему Совет был таким дёрганным последнюю неделю и снова плохо спал, они ставили ультиматум именно сейчас, потому что пару дней назад в командировку в Шанхай улетели Герман с Россией, а последний в свою очередь, наверное, и отстаивал право наших с Союзом отношений у других родственников, теперь мне надо было что-либо предпринять. Я в очередной раз поступил как трус и удалил сообщение, пока СССР не было рядом. Если бы он выбрал детей, что собственно, и произошло бы, то я не выдержал бы этой новости озвученной мне в лицо. С другой стороны, выбери он меня, то ему бы пришлось отвернуться от четырнадцати собственных детей, я бы был последней сволочью, хотя оно так и есть. Совет в этой жизни сделал для меня достаточно: не убил, когда надо было, и не дал сделать это другим, адекватно относился и относится, я не мог разрушить его жизнь, хоть это и будет стоить моей. Я решил просто исчезнуть из его жизни, снова бежать, снова прятаться. Какой же я мерзкий и жалкий... POV CCCP Дни протекали нормально, можно было бы сказать даже замечательно, но дети были категорически против наших с Рейхом каких-либо отношений, давя на то, что он не исправится и слово не сдержит. Это, конечно, было не правдой, мы прекрасно взаимодействовали, он вёл себя значительно по-другому, чем на публике, но в целом оставался собой; жизнь потихоньку налаживалась, я всё ещё надеялся разрешить этот конфликт и примирить детей с фрицем, сам же он не знал об этой ситуации, и я не собирался ему рассказывать. Так было, пока в один день я не нашёл у порога конверт, развернув который, я увидел плотную гербовую бумагу с орлом и свастикой, текст был рукописный, но записанный идеально каллиграфическим почерком, внизу листа была подпись самого таки нациста. От содержания «весточки» мне впервые за долгие годы стало поистине плохо и я осел прям на порог, оно гласило:

Liebe USSR Auf wiedersehen für immer. Я снова бегу и бросаю тебя вопреки обещанию, Из-за причины, которую даже не могу назвать. Не ищи меня, у тебя не получится. В этот раз я достаточно подготовился. Но это всё только во твоё благо, Забудь меня, если так будет проще, И всё же... Возможно, это прозвучит как в сопливых мелодрамах, но Ich liebe dich, mein USSR...