***
Не успело семейство зайти домой, как в дверь позвонили. — Чонгук? — парень стоит на лестничной клетке с большущей сумкой в руке, нервно переминаясь с ноги на ногу. — Можно мне остаться у вас ночевать? Нам с Чимином на конкурс завтра ехать. — Конкурс? — и вытирая мокрые руки полотенцем, Тэхён поворачивает голову в сторону подошедшего Чимина. — Он не только боксом занимается, но ещё и танцами. И у нас действительно завтра конкурс по хип-хопу. — Хм… — намеренно делая задумчивое лицо, чтобы понервировать в наказание за сегодняшний выкидон. — Перцы ешь? — Чонгук кивает, а Тэхён делает шаг назад, пропуская гостя. — Иди располагайся, потом приходи за стол есть. Альфа уважительно кланяется, в две секунды снимает кроссовки и направляется в комнату Чимина чуть ли не бегом. Чонгук уже столько раз здесь был, что сопровождение не нужно, поэтому Тэхён дёргает сына ближе и шепчет на ушко волнующий вопрос: — Ты ему нравишься? — Чимин с выражением возмущения на лице вроде как начинает махать руками, но потом впадает в ступор. — Одобряю. Он хороший. Херовый из Тэхёна папа, если не затолкает свои немного странные и возникающие не к месту желания куда подальше и не поможет Чонгуку, вероятно, испытывающему симпатию к сыну. Может, Чимин морозится просто, а Чонгук такую блокаду планирует, что в итоге тот не устоит и влюбится? Альфа, конечно, любопытный, но воспитанный порядочным и значение слова «нельзя» понимает, поэтому Тэхён спокоен, когда они тусят вместе и ходят в клубы. Чонгук черту без разрешения не перейдёт, защитит, если нужно будет, а ещё всегда придёт на помощь, как небезызвестный Супермен. Так почему бы и нет?.. Чимин серьёзно задумывается над этим вопросом и решает вывести Чона на чистую воду. Чонгук ведь действительно чаще других бывает в этой квартире, однако никаких поползновений в свою сторону он не замечал, но, может, просто глаза на жопе, или тот хорошо шифруется. Он, немного робея, заходит в свою комнату. Альфа лежит на футоне и роется в интернете, читая описания к фильмам и пытаясь выбрать интереснейшее. — Чонгук-а, я ни на что не намекаю, но… ты частенько зависаешь у меня с ночёвками в общаге, а теперь и тут остаёшься, и… ну… — переминаясь и почёсывая затылок. — Оу, я... — Чонгук теряется и привстаёт с нагретого места. — Чёрт, ты прав. Эм… Наверное, мне не стоит так часто, или… Точно. Вам некомфортно, да? — Погоди, я не против, но... — Чимин делает глубокий вдох, стаскивает ноутбук с чужих коленей и садится рядом. Смотрит пронзительно, немного боязливо, нервно сминая пальцами одеяло. — Короче, ты ничего не хочешь мне сказать? Чонгук округляет глаза, шумно вздыхает, пару секунд нормализует своё состояние и всё же решается: — Мне нравится твой папа. — Ох, это да, — улыбается. — Он самый шикарный папа в мире, хоть и непростая ситуация с отцом… — Ты не так понял, — альфа смотрит серьёзно. Чимин сглатывает, напрягаясь. — Я влюблён в него. Туше.Глава 5. Часть 2
4 ноября 2019 г., 09:42
Вот знал же, что эти придурки натворят что-то. Дало же в голову одному засранцу с шилом в жопе и вставшему около четырёх утра разбудить остальных, чтобы поехать дальше отжигать.
Теперь в который раз невыспавшийся Тэхён едет в участок, потому что кто-то пролез в запрещённую зону, попался на железнодорожных путях за распитием алкоголя, побежал от полицейских, кинул бутылку и разбил лобовое, сбежал от преследования на чьей-то тачке и не разбился, и после всего всё равно, сука, умудрился попасться. Только уже за курением травки в (хер пойми, где они откопали её, блять) телефонной будке.
Омегу вашу, Тэхён чертовски зол.
— У меня не настолько большой кошелёк, чтобы каждый раз вызволять задницы всех четверых, — с порога соколиным взглядом быстро находя нужную камеру, которая представляет собой просто глубокую нишу в стене, забранную решёткой от пола до потолка, и начиная проповедь. — Хоть представляете, сколько мне нужно отгрохать сейчас?! И не смейте думать, что это безвозмездно. Я обязательно выставлю вам счёт.
Дяденька оказывается понимающим. Правда, после двух тэхёновых зарплат, но понимающим и благосклонным. Отдаёт приказ освободить квартет и уходит в свой кабинет. Как только к решётке подходит сотрудник в форме и начинает перебирать связку ключей, альфы тут же приходят в себя и вскакивают, типа, незаметно прикрывая омегу, пряча за свои спины. Однако Тэхён сразу улавливает неладное.
— Разошлись.
Против такого тона не попрёшь, поэтому два недозащитника опускают головы, чуя неминуемый разнос, и опасливо расходятся в стороны.
А у сыночка глазки-то стеклянные, сыночек на стадии возвращения на планету Земля.
Злость бушует, льётся через край. Тэхён хватает сына за руку и тащит в направлении туалета, чтобы засунуть розовую башку, пляшущую дабку на его нервах, под струи ледяной воды. Чимин вздрагивает от холода и вцепляется в руку на затылке, пытаясь вывернуться и вынырнуть из раковины, но разгневанный Тэхён держит крепко и ждёт, когда тот отойдёт.
— Всё! Всё! — громко, чётко, с оттенком признания вины и раскаяния. Тэхён отпускает, приступая к словесной промывке мозгов.
— Знаешь, зайчик мой, я спокойно отношусь к тусовкам и прочему — это твоя молодость и всё такое. Но не к наркоте. Второе наше с тобой правило. Ты можешь подсесть, и это серьёзно!
— Я знаю, пап. Это… это просто… — машет руками, дёргает мокрой головой и безрезультатно пытается оправдаться.
— Ни черта не просто, Чимин! Знаешь, почему ещё я против? Потому что в один прекрасный день, когда я так же думал: «А чё такого-то? Попробую немного?», я накурился, потерял бдительность, забыл про блокаторы, а через девять месяцев родился ты. Заебись была ночка, хочу сказать. А сейчас это чудо, — взмахивая руками и пиля яростным взглядом скукожившегося от холода и вины сына, — опасно ходит по краю и, видимо, хочет частично повторить мою историю. К тому же тебе скоро девятнадцать, и ты можешь сесть за подобную хуеверть!
— Прости меня, пап, — Чимин не выдерживает напора, закрывает лицо ладошками и всхлипывает.
— Дурень, блять, — Тэхён смахивает собственные слёзы и крепко прижимает сына к себе. — Даже спрашивать не буду, почему именно телефонная будка.