Бывший лучший друг

четыре года спустя Руми двадцать два года Белоснежные волосы с отблеском дымчато-карамельного цвета развиваются на теплом ветру. На улице по-летнему тепло, слышно пение птиц, а на душе полное спокойствие. Лучи солнца падают на белый мрамор, будто освещая могилу. Девушка, простояв с минуту, медленно ложет букет белых лилий на светлую плитку. — Здравствуй, Морро, — улыбается Руми, смотря на инициалы на камне. — Прости, что не приезжала за все эти четыре года. У меня, правда, были на это причины. Всё это время я жила в Италии. В Милане волшебно, тебе бы понравилось, — губ трогает легкая улыбка, а солнечные лучи стали ярче освещать, из-за чего приходилось щуриться. — Да, взяла и бросила университет в Ниндзяго и уехала. Знаю, дурочка. Но зато в Милане я открыла свой Дом Моды. Теперь я дизайнер. Не знаю, как я к такому вообще пришла, но мне нравится, — пожимает плечами девушка, взглядываясь в голубое небо. — В Ниндзяго я приехала по работе: у каких-то богачей намечается свадьба, и невеста желает дизайнерское платье. Нет, моя работа мне только в радость, просто у богачей слишком странные условия и предпочтения. Всё прекрасно, — кивает девушка, прикрывая рукой глаза от палящего солнца. На последок посмотрев на камень, Руми в сотый раз перечитала инициалы. — Обещаю, я приду ещё. Пока, Морро. Ветер начал крепчать, и девушка, поежавшись, поспешила пойти к ждущей ее черной мазерати леванте. Если в Италии солнечно и безветренно, что можно гулять и в легкой шелковой блузе, как Руми, то в Ниндзяго всё же есть ветерок, несмотря на солнце. Ждавший у пассажирской дверцы, водитель, по совместительству секретарь, любезно накидывает на продрогшие плечи замшевое двубортное пальто цвета марсала и открывает дверцу авто, дабы девушка села. Руми, улыбнувшись, садится, сразу доставая смартфон, дабы проверить на наличие новых сообщений и писем в почте. Мазерати плавно выезжает из парковки и, набирая скорость, мчится обратно в город. — Сейчас куда? — интересуется водитель, сосредоточенно смотря на дорогу. — Вот смотрю, — задумчиво тянет та, что-то печатая на смартфоне. Телефон пиликает, оповещая о новом сообщении, и девушкам недовольно хмурится. — Сэм, ты знаешь где это? — Руми, передав телефон водителю, в ожидании ответа посмотрела на мужчину. — Да, знаю, пятнадцать минут от центра, — кивает Сэм, осторожно передавая телефон обратно девушке. — Вас там будет ждать клиент? — Ага, — кивает та, листая новостную ленту. — Кстати, можешь, пожалуйста, снять мне номер в отеле, — девушка, не отрываясь от телефона, что-то увлеченно читает. — Я оставлю кредитку. — Вы разве не будете у родителей? — в удивлении вскидывает бровь мужчина, временами поглядывая через зеркало на девушку. — Вы не будете задерживаться в Ниндзяго? — Не планирую, — отрицательно качает головой Руми, отрываясь от телефона. — У родителей не буду оставаться, потому что я уже предчувствую, что они будут ругаться, якобы я поздно ложусь спать. Не дай Бог комендантский час устроят. А если уж и задержусь, то.. — К родителям, — понимающе кивает Сэм, отчего та морщит носик. — Снимешь мне квартиру, — исправляет девушка, переводя взгляд в окно. Они уже подъезжали к городу, встречая по пути милые маленькие загородные домики, окошки которых прикрыты шторками. Такие домики в Италии не встретишь: таких милых и уютных. По большей части там особняки с широкими балконами и большими верандами в саду, увешанные какими-нибудь цветами. Вдруг мысли прерывает звонок телефона, и девушка, взглянув на загоревшийся дисплей, который светит единственным контактом в телефоне на букву «Л», улыбается и спешит взять трубку. — Да, любимый? — щебечет Руми, начиная рассматривать свой маникюр. Мастер не прогадала: маникюр винного цвета смотрелся на ногтях просто обворожительно. — Привет, милая, чего не звонила? Ты обещала позвонить, как только прилетишь, — точно хмурится по ту сторону парень, отчего девушка, прикрывая веки, закусывает губу. Забыла. — Прости, Луан, я так замоталась за весь день. С утра пораньше поехала к родителям, потом на кладбище, сейчас еду к клиенту. А я даже не пообедала, — будничным голосом рассказывает та и вслушивается в тишину в трубке. — Обещаю, вечерком позвоню тебе. — Сам позвоню тебе, — меняется в тоне парень, на что девушка невольно морщится. — Ладно, удачи с клиентом. Целую. — И я тебя, — отвечает та, отключая телефон. Дальше дорога проходит в тишине. Сэм молчит, лишь плавно объезжая медленные машины, а Руми, смотря в окно, наблюдает за пейзажем по ту сторону. Мазерати, остановившись у высоких ворот, дожидается, пока откроют вход, и после заезжает во двор огромного особняка. Руми, взяв с собой лишь сумку, скидывает с плеч пальто и выпархивает из авто. Во дворе ее встречает прислуга и, поклонившись в знак уважения к гостье, просит идти за ней. Дом шикарен: обставлено всё изысканно и со вкусом, видна работа не одних дизайнеров. Внутри особняка светло и просторно, девушка даже гадает, смотря на обставленный дом в стиле модерн, что в доме живет точно молодая пара. Прислуга, проводив ту до гостиной, спешит удалиться, а Руми, высунув голову, встречает хозяев, что-то бурно обсуждающих про камин. — Здравствуйте, — улыбаясь, проходит та и замечает, как оборачиваются оба. — Здравствуй, — миловидная девушка, обворожительно улыбнувшись, тут же подходит к дивану, приглашая присесть и гостье тоже. Парень, до этого стоявший у камина, плюхнулся на близстоящее кресло. — Я Скайлор, а он мой жених Кай. — Очень приятно, Харуми, — пожимает протянутую руку девушка, присаживаясь на мягкий диван. — Я очень много о тебе слышала, в лучшем свете, конечно, и знаю то, что богачи платят тебе миллионы, чтобы ты сшила им одежду. Я очень благодарна, за то, что ты проделала такой путь. И да, если что можно сразу на «ты», — подмигивает та, на что Руми, улыбнувшись, кивает. — Мы планируем свадьбу в начале июля, до этого времени есть месяц. Ты сможешь управиться за этот период? — вскинула бровь Скайлор, на что Руми хотела было ответить, как та вновь перебивает. — Знаешь, я хочу что-нибудь незамысловатое, но в то же время интересное, чтобы платье было лёгким и запомнилось всем. И не хочу, чтобы платье слишком оголяло тело, а то этот, — девушка, не глядя, кивает на вскинувшего бровь парня. — Съест всех гостей, так что что-нибудь прикрытое, но в меру. — Я поняла, — коротко кивает девушка, доставая из сумки свою записную книжку и ручку. — Вы же ещё не купили ткань? — интересуется та, на что оба отрицательно качают головой. — Хорошо. Тогда мы можем вместе купить, а я вам подскажу какой лучше. Когда будет удобней? — Да хоть сейчас, — загорается Скайлор, но тут же остаётся замеревшей от строгого взгляда парня. — У нас сегодня ужин при свечах, я зря готовился? — хмурится Кай, на что Скайлор, тихо хихикнув, извиняется. — Как насчёт завтра? — Да, завтра можно, — соглашается Скайлор и, улыбаясь, смотрит на что-то пишущую Руми. — Давай я напишу тебе где-нибудь в час? — Хорошо, тогда буду ждать сообщения, — кивает девушка и закрывает записную книжку. — На счет платья примерно через недельку управлюсь. Значит завтра посмотрим ткани и всё приготовим. — Отлично, — ярче солнца светится Скайлор и, ойкнув, беспокойно смотрит на гостью. — Я даже тебе не предложила ничего. Может чай, кофе? — А, нет, спасибо, — мягко отказывает та, убирая блокнот с ручкой в сумку. — Я ещё не заехала в отель. Поболтав ещё минут пять о том о сем и разобрав все тонкости торжества, Руми всё же прощается с парой и уходит. Девушка остаётся довольной общению с девушкой и парнем: простые, добрые и жуть какие милые. Руми, про себя улыбнувшись двум голубкам, садится в подъехавший мазерати. Машина, плавно выезжая из двора особняка, тут же уносится вдаль. Отель, который выбрал Сэм, потрясающий: шикарная обстановка, милый персонал, ничего лишнего, а в воздухе витает один восторг. Номер-люкс, заказанный на имя Руми, тоже, должно быть, в стиле девушки, думает та, когда Сэм говорит, что номер на последнем этаже. Руми, окрыленная, с грацией кошки выходит из просторного лифта отеля и сразу направляется в сторону номера, вертя в руке карту-ключ. Сейчас невыносимо хочется ванны, бутылки вина и конфет. На самом деле, девушке кажется, что поездка в Ниндзяго не такая уж и плохая, к тому же, учитывая сколько работы осталось в Милане с бесконечными бумагами и контрактами, то это просто отпуск. В Италии, будь кто на месте Руми, не каждый день бы смог принимать ванночки с мягкой пенкой, мазаться увлажнающими масочками, или вдыхать ароматические свечи. Каждый ее день проходил строго по плану, составленный ею самой, и невыполнение какого-либо пункта грозил девушке убылью. Одним словом, каждый день был тот самый день «сурка». Руми, мысленно грустно улыбнувшись от мысли, что неделя в Ниндзяго пройдет мимолетно и настанут опять дни «сурка», вздыхает и с характерным пиликаньем открывает дверь. Девушка, кинув в сторону низкой тумбы свою сумку, тут же стягивает с шеи шелковый шарфик и вешает пальто на вешалку. Жаль, что рассматривать декор номера сил нет, думается Руми и хотела было пройти к кухне, дабы выпить воды, как тут же с ужасом замечает маленькое, но всё же заметное багровое пятно на стене. Девушка, сглотнув, прислушалась и, ступая мелкой постопью по паркету, юркнула на кухню. Что за чертовщина? Откуда у нее в номере на стене кровь? Руми, уже потянувшись к телефону, дабы нажаловаться на всё это, тут же краем уха ловит тихое шипение, доносящиеся с гостиной. Девушка, с минуту простояв, тут же начинает искать что-нибудь, что бы подошло к предмету самозащиты, и берёт из подставки на кухонном гарнитуре хлебный нож, осторожно начиная двигаться в сторону гостиной. Шипение внезапно прекратилось, из-за чего на девушку наплыли бредовые мысли с фантастических сюжетов ужастиков. Руми, сглотнув, примостилась у входа и начала ждать первый шаг от незванного гостя. Пальцы, что крепко сжимали рукоять ножа, начали предательски дрожать, а дыхание участилось. Вдруг шипение вновь началось, и Руми, нахмурившись, попыталась прислушаться. Похоже не на шипение монстра, а на сдерживающий крик мычание. Руми, опустив нож, выходит из своеобразного укрытия. — Что здесь происходит? — девушка свела бровки и, наблюдая за согнутым вдвое официантом, положила ножик на столик у дивана. — Эй, парень, что с тобой? — Руми, присев около мальчишки, хотела убрать его ладонь, которую он плотно прижал к животу, как вдруг видит кровь. — О Господи, у тебя кровь. Стой здесь, сейчас я позову кого-нибудь. — Стой, — шипит парень, хватая запястье девушки. — Можешь мне просто дать пластырь и перекись? Аптечка в ванной комнате. Руми хотела было возразить, как вновь услышав шипение, тут же побежала в ванную. Перевернув почти всю тумбочку, та всё же находит аптечку и быстрым шагом направляется к лежащему на полу парню в гостиной. — Господи, как угораздило то тебя, — шепчет девушка, помогая полулечь незнакомцу на диван и передавая тому аптечку. Парень, одной рукой придерживая кровоточащий бок, другой рукой всё пытался открыть аптечку, как вдруг ее под напором женских ручек ловко открывают. — Давай я сама, — бурчит Руми и, выудив из коробочки пластыри и перекись, выкладывает всё на низкий столик. Присев около парня, девушка аккуратно убрала его руку с бока и задрала чужую футболку. На чуть смугловатой коже виднеется рана, так неаккуратно обмотанная уже насквозь пропитанной кровью бинтом. Руми, взяв ножницы с аптечки, отрезала марлю, хмурясь. Крови слишком много, а парень, как партизан, молчит, даже не удосужившись оправдаться. — Жди, принесу салфеток, — девушка, положив ножницы обратно в аптечку, побежала в ванную за салфетками. Парень, шипя, хотел было посмотреть на рану, но тут же обратно откидывается на спинку дивана: при малейшем движении рана раскрывалась, принося ещё больше боли. Через минуту Руми с салфетками садится около паренька и, аккуратно дуя на рану, вытирала кровь. — Как тебя зовут? — девушка, поглядывая на шипящего парня, пыталась обрабатывать рану как можно аккуратней. Пареньку на вид восемнадцать, если не меньше. Что он делает в отеле? — Коул, — хрипит тот, закусывая ладонь. Парень знает, что девушке эта информация вообще не нужна, но отвечает, дабы отвлечь себя. — Тебя? — Харуми, — улыбается девушка и тянется за пластырем. — Ну, Коул, и что ты делал в моем номере? Откуда рана? — Не твое дело, — огрызается тот и хотел уже было встать, как Руми чуть надавливает на его грудь, и тот, шипя, всё же возвращается на место. — Я помогла тебе с раной, и, кстати, тебе напомнить в чьем мы номере? — вскидывает бровь девушка и, демонстративно охая, смотрит на нахмуренного парня. — Точно, в моем. Так что считай, что я одна из тех, кто печется о своей безопасности. В противном случае я могла бы вызвать охрану, но вместо этого я помогла тебе. Думаю, я должна знать правду. — Ещё вчера я упал с байка, — бурчит Коул, поглядывая на дверь. — А когда резко нагнулся, рана ещё больше раскрылась. Довольна? — Прям не нарадуюсь, — безэмоционально кидает та. — Раз уже пришёл в себя, то убери кровавые бинты и вытри кровь с коридора, спасибо, — Руми, пролепетав, залетает в ванную, тут же запирая на ключ. — Богатая стерва, — прошипел Коул и, вздохнув, прикрыл рубашкой оголенный пояс, кое-как вставая с дивана. Парень, превозмогая боль в боку, подобрал окровавленные бинты и аптечку и направился ко входу за тряпками, дабы убрать после себя кровь.

***

Руми, где-то час полежав в теплой ванне с лепестками роз, решила выйти, дабы тело не опухло. Минут пятнадцать простояв под холодным душем, девушка освеженная выходит из душевой кабинки и накидывает на голое тело белый халат. Ещё раз посмотрев на себя в зеркало, Руми выходит из ванной и с удивлением подмечает, что в номере прибрано. Она была уверена, что этот чем-то обозленный зеленый пацан наплюнет на всё, проявит свою гордость и уйдёт восвояси, но он удивил. Руми, кинув взгляд на поднос со свежими фруктами, который принес тот самый Коул, плюхнулась на диван. Вдруг что-то острое натыкалось на поясницу, и девушка, поежавшись, вытаскивает бейджик, на который та нечаянно села. Бейджик, поблескивая на свету именованием отеля, светил черным по белому «Коул Баккет». — Вот мудила, даже бейджик забыл, — закатывает глаза девушка и кидает его на низкий столик. В голове всё ещё прокручивает его имя, а рука медленно тянется к телефону, сразу набирая номер Сэма. Гудки идут, и Руми, кусая губу, всё поглядывает на бейджик. — Слушаю. — Пробей мне информацию на счёт работника Коула Баккета из отеля, — деловито перекидывает ногу на ногу девушка и рассматривает свои пальцы. — И все соц сети тоже кинь. — Понял, — слышится ответ по ту сторону, и Руми, кивнув, ложет трубку. Не стоило пацану разбрасываться вещами. Девушка, ухмыльнувшись про себя, цепляет пальцами крупную виноградинку с подноса и отправляет в рот.

***

— Ты что мне тут клиентов распугиваешь? — женщина лет сорока хмуро свела брови, отчитывая своего подчиненного. — Почему форма в крови? И где твой грёбаный бейдж? Совсем мозги растерял? — женщина, чуть ли не набрасываясь на паренька, зло сминала в руке листовку. — Вычту из зарплаты! — женщина, в последний раз фыркнув, удаляется, а парень в кой-то веки вздыхает. — Ведьма, — бурчит Коул и, забежав в раздевалку для персонала, начал рыться в шкафах в поиске рабочих рубашек. Как назло по пути встретилась Мегера, бейджик потерян к чёрту, а рубашка вся в крови, которая, по словам женщины, распугивает всё и всех. Парень, быстренько переодевшись, кидает грязную униформу в корзину для белья и выходит, на ходу заправляясь. Где-то вдали светит Мегера, что так яростно пытается убить глазами брюнета, попутно улыбается вошедшим гостям, а Коул, мысленно радуясь, что Ведьме сейчас не до него, сразу направляется к лестницам, дабы найти свой потерянный бейджик. В голове всплывает недавний инцидент в номере-люкс, и парень, остановившись, тут же тихо стонет. Сейчас бы этого не хватало: подниматься по бесконечным лестницам и встретить богатую стерву. Парень, всё же вздохнув, начал подниматься по лесенкам. Коул, за всё время, что работает здесь, а работает он здесь от силы неделю, успел возненавидеть весь персонал отеля и его постояльцев. Клиентов за то, что такие гордые, строющие из себя королей, а рабочий персонал за то, что кланяются им, чуть ли носом не касаясь пола. Этого в договоре работы не было, а если бы и было, Коул собственноручно засунул бы в глотку Мегеры чертов листок и помахал бы на прощание ручкой. А эти зазнавшиеся богачи, у которых растёт уже как четвертый подбородок, всё цену себе набивают и смотрят так сверху вниз, как на букашек. Все богачи такие: гордые, злые, двуличные, эгоистичные твари, которые по утрам обязательно запивают легким вином, стоимость которого равна двум зарплатам Коула. Так почему же и та богатая стерва не такая же как и все другие? Такая же. Это у них у всех на лбах написано, клеймом выбито и выдрать бы им их лица, но работа дороже. Коул, грустно улыбнувшись, поднялся на последнюю ступеньку и направился к номеру, в который принёс фрукты. Парень хотел было незаметно проскочить и взять свой бейдж, но тут же ужасается, когда дверь номера открывается. — О, Коул, это ты? — низкая девушка, улыбнувшись, протягивает ему бейдж. — Я когда убиралась в номере нашла твой бейджик. Что ты там делал? — щурится та, пытаясь раскусить коллегу. — Я туда фрукты приносил, вот и обронил, — бурчит Баккет, выхватывая из дивичих рук свою вещь. — А ты иди давай! Уже обронить ничего нельзя. — Ну ладно, — девушка, задорно улыбнувшись, пожала плечами и, взяв пылесос с пола, направилась к следующему номеру.

***

— Мм, интересно, — Руми, листая папку, надкусывает сочный нектарин. Дело Коула ей недавно занёс сам Сэм, и девушка, уже прочитав многое, чуть ли не валится от усталости на подушки. Коул год назад закончил школу, но так и не поступил в университет и даже в колледж. Родители его давным давно разведены, и тот остался с матерью в Ниндзяго. Живут те бедно, судя по прочитанному в папке. Мать его болеет, из-за чего не может работать. Паззл начал складываться, и Руми, оторвавшись, задумалась. Вот из-за чего Коул не продолжает учиться, как все дети, на это не хватает денег и он работает. Девушка, поджав губы, вновь начала читать, как вдруг дыхание спирает, а рот раскрывается в идеальную «о». — Морро брат Коула? — чуть ли не падает с дивана девушка и, всё же поудобней сев, начала вчитываться в листовки. В папке больше ничего не написано, кроме как имя брата, и то, что он мёртв. Руми, похлопав себя по щечкам, попыталась придти в себя. Надо будет разобраться, но потом. Например, завтра. Девушка, кивая самой себе, что обязательно разберется, на трясущихся ногах встаёт и, открыв тумбочку, прячет в нее папку. Руми, вздохнув, поднимается и, всё так же прибывая в шоке от прочитанного, взглядывается в ночную темноту в окне.

***

Сэм, держа в руке важные документы, быстрым шагом идёт по коридору к самой последней двери. На циферблате часов, что на его запястье, виднеется уже одиннадцать часов дня, а на дорогах уже пробки. Мужчина, дойдя, вежливо два раза постучал по двери, но, поняв, что ему никто не откроет, достаёт из кармана запасную карту-ключ, прикладывает к замку и плавно открывает дверь. — Харуми, ты че до сих пор спишь? — Сэм, нахмурившись тишине, закрыл за собой дверь и прошёл в спальню, чуть не наступая на валяющуюся бутылку из-под виски. В спальне творится полный хаос: по всей спальне разбросаны пустые бутылки виски, а на широкой кровати в самом центре расположен мирно спящий комочек. — Доброе утро, Госпожа. — Какого черта ты делаешь в моей спальне, — что-то бормочет девушка под одеялом, ворочаясь. — Уматывай, пока я не убила тебя. — Из-за разных часовых поясов Вы похоже проспали, из-за этого я зашел, чтобы напомнить. У Вас остается ровно три часа до встречи с клиентом, — любезно напоминает мужчина, опираясь о косяк двери. — Попросить накрыть стол? — Твою налево, уматывай, я спать хочу, — девушка, высунув голову из одеяла, уставилась на Сэма, вздохнув. Этот деловой индюк так и не уйдёт, пока не получит свое. — Проси, — Руми, всё же скинув с себя теплое одеяло, тут же недовольно завыла. — Бесишь. Девушка, встав, приняла ванну и, проснувшись под струей холодной воды, нанесла на кожу гель со вкусом манго и кориандра, простояв ещё пятнадцать минут. По выходу из ванной комнаты Руми останавливает выбор на полукомбинезоне пюсового цвета и добавляет образ колье из белого золота, подкрасив глаза черным лайнером. После, нанеся на губы тинт цвета шато, укладывает длинные волосы в творческий беспорядок. Девушка, ещё раз окинув взглядом образ в зеркале, подхватывает клатч и телефон и выходит. По пути обворожительно улыбаясь навстречу идущему обслуживающему персоналу, Руми спускается на лифте на первый этаж, в котором имеется ресторан. Есть в номере девушка посчитала скучным, и, улыбаясь, выходит. Сэм каким-то волшебным образом исчез, из-за чего настроение Руми возвысилось до небес. Сэм иногда бывает таким надоедливым, что иной раз хочется надеть на голову кастрюлю и биться головой о стенку, дабы не слышить эти наставления. Но с одной стороны девушка благодарна ему за «волшебные» пинки, коих никто не сможет сделать для нее, за исключением Сэма. В первый же день когда он пришел, девушка поставила перед ним ультиматум, говоря что, если он не будет гнать ее по утрам, то уволит. Вальяжно сев за столик у окна, Руми взяла из рук молоденькой девушки меню, как вдруг на глаза попадается знакомая шоколадная макушка. Девушка, сощурившись, проследила за парнем, как он подозрительно кружился над утренним кофе, которое несли какой-то шишке. — Что будете заказывать? — учтиво спрашивает официантка и, держа в руках блокнотик, проследила за взглядом госпожи. — Мне, пожалуйста, два черных кофе и стейков, — Руми, улыбнувшись, отложила меню и подозвала пальчиком девушку, дабы та склонилась ближе. — И позовите к моему столу того брюнета. — Как скажете, — официантка, растерявшись, кивнула и поспешила удалиться. Руми, проверив телефон на наличие новых сообщений и писем на почте, ответила парочкам и, дабы не перенагружать мозг с утра пораньше ненужной информацией, отложила смартфон на столик и перевела взгляд на панорамное окно. Она так и не позвонила Луану и хоть и видела его сообщение, так и не ответила. Руми решает ответить ему после всех важных дел и прикрывает веки. — Что-то желаете? — вдруг голос над ухом заставляет обернуться, и взгляд падает на парня, который фальшиво улыбаясь до ушей, держал в руке блокнотик с ручкой. — Я уже заказала, присядь, — Руми, пронаблюдав за внутренней борьбой Коула, не смогла скрыть легкую улыбку, когда тот всё же сел напротив. — Как рана? — Нормально, — щурится парень, откидываясь на спинку сидения. — Что, Ваше Величество не пожелало завтракать одной? — язвит тот, откладывая блокнотик с ручкой на столик. — Захлопнись, — лукаво улыбается Руми. — У меня сегодня шикарнейшее настроение, и его не сможет испортить никто, даже такой жук, как ты. Так что, пожалуйста, прояви свою любезность. — девушка, тихо поблагодарив официантку, которая положила перед ними заказ, возвращает внимание на такого же хмурого парня. — Угощайся, — кивает на свежеприготовленный стейк и кофе Руми, замечая голодный взгляд напротив. Парень, косо посмотрев на тарелку, перевел внимательный взгляд на все так же улыбающуюся девушку и медленно взял в руки вилку. — Я думала в это время ученики учатся. Прогуливаешь? — У меня вторая смена, — тихо бурчит Коул и, отправляя в рот нежнейшее мясо в соусе бешамель, с удовольствием пережевывает. — Интересно, а как только я приду со встречи, я увижу тебя? Или ты будешь от меня прятаться, а? — вскидывает бровь девушка и замечает замешательство на лице напротив. — Попался, который кусался, — победно улыбается Руми и сразу тянется к чашке кофе. — Ну и зачем скрыл? — У меня мама болеет, нужно семью прокормить, — сухо отвечает Баккет, отправляя в рот самый сочный кусок мяса. — Если раньше было проще, то сейчас приходится на двух работах пахать, — парень, поняв, что сболтнул лишнего, тут же прикусывает язык, а девушка ловко замечает мешканье напротив. — Понятно, — кивает Руми, щурясь. — А что было раньше, что сейчас на двух работах «пахаешь»? — Брат помогал, — пожимает плечами парень и сразу тянется к кофе. — Но Морро умер. То есть мой брат. И вообще зачем тебе это знать? — Я знаю его, — девушка, отложив кофе, откидывается на мягкую спинку сидения и улыбается, подошедшей официантке, которая хотела было открыть рот, чтобы спросить нужно ли ещё что-нибудь, как Руми перебивает. — Мне, пожалуйста, ещё одну порцию стейков. — Я больше не буду, — парень, хмуро отодвинув от себя пустую тарелку, склонился к кофе. — А я себе, — подмигивает девушка и делает заказ. Как только официантка написала в блокнот заказ и ушла, Коул переводит взгляд на собеседницу. — Позвала меня, чтобы разузнать про брата, — щурится Баккет, поджимая губы. — А я то думал такая великодушная, уже хотел присмотреться, проверить нимба ли точно нет. — язвит парень, но вторую порцию всё же тянет к себе. — А ты думал я тебя позвала кофе пить, да стейков есть? — улыбается Руми, поглядывая на вновь хмурого парня. — Мы с Морро друзья. Были ими когда-то, — тише добавляет та, вновь беря в руки чашку недопитого ободряющего напитка. — Он мне никогда не говорил о тебе. — Он был скрытным, — хмыкает Коул, пережевывая во рту стейк. — А вообще мы единокровные: у нас общий отец и разные матери. Но не смотря на это, он мне помогал, за что я ему искренне благодарен. Если он высылал денег нам каждый месяц, когда я ещё учился в школе, то отец просто сбежал, а наши мамы начали подпольную войну, — парень, остановившись, отпил немного кофе. — Его маму я искренне ненавидел: она была той ещё дурой, постоянно вставляла нам палки в колёса. Только из-за того, что она там какая-то шишка, запрещала нам с Морро видеться, якобы я семья не того статуса. Она считала, что братья Морро должны были одеваться лишь в брендовые одежды, видите-ли ее не устраивала моя футболка с секондхэнда. Но я никогда не держал зла на Морро. Он не виноват в том, что у него не мать, а сварливая ехида. — Морро оказывается многое умалкивал, — задумчиво отвечает та, кусая губы. — Но тебе нужно продолжить учебу, а то ты не сможешь найти работу лучше. Придётся всю жизнь жить от зарплаты до зарплаты, - задумывается девушка и, хитро пришурившись, смотрит на парня напротив. — У меня есть к тебе предложение. Я помогу тебе поступить в любой университет, который ты хочешь, оплачу учёбу и лечение матери, — парень уже хотел было возвразить, как девушка перебивает. — Ты прав, у меня нет нимба над головой, но Морро мой друг. Многое осталось несказанным, а сказанные так и не вернуть. Я хочу вернуть хоть так выпросить прощение у Морро. Я знаю, ты умный парень. Подумай хорошенько: для меня это не сложно, а для тебя только в плюс. — Ага, классно, только вот мне подачки не нужны, — хмурится Коул, откидываясь на спинку стула. — Как-то же я выживал все эти четыре года, дальше и продолжу. Я и моя семья в помощи не нуждаемся. — Я всё сказала, — вздыхает Руми и, встав со стула, вкладывает нужную сумму в меню и достаёт из сумки свою визитку. — Я знаю, ты мне позвонишь. А ты знай, что я всегда возьму трубку. — девушка, в последний раз посмотрев на паренька, направилась к выходу.

***

Машина плавно останавливается у высотки, и Руми, хмурясь, перепроверяет адрес у Сэма. До встречи имеется ещё минут двадцать, и девушка, расслабившись, прикрывает веки. Думать ни о чём не хочется, и не смотря даже на долгий сон аж до одиннадцати дня, всё равно хочется спать. Руми, мысленно ухмыльнувшись, взглядывается в окно. На парковке у здания много машин, что ничего не разглядишь извне. Вдруг девушка, сощурившись, замечает ребенка у дороги. На парковке время от времени ездят машины туда сюда, что и не угадаешь с какой стороны подлетит, а эти занятые бизнесмены до того невнимательны, что могут задавить кого угодно. Руми, нахмурившись, берет клатч и выходит из машины, сразу направляясь к ребенку. — Хей, малышка, а ты чего здесь одна делаешь, — девушка, присев около девочки, взглядывается в красивые глазки напротив. На вид девочке лет четыре. — Здесь опасно, машины ездят. Где твои родители? — девочка, с минуту подумав, пожимает плечами и хотела уже убежать дальше играть, как Руми останавливает ее. — Как тебя зовут? — Ева, — отвечает та, разглядывая незнакомку напротив. — А меня Руми, — улыбается девушка и берет девочку на руки, поднимаясь. — И сейчас мы найдём твоих родителей. Как только найдем твою маму, пообещай мне, что больше не будешь бродить одна, хорошо, крошка? — А у меня нет мамы, — хлопает глазками Ева, удивленно смотря на девушку. — У меня только папуля есть. А ещё няня, — Руми, не найдя слов, дабы ответить ребенку, просто грустно улыбнулась и направилась ко входу здания. — А вот и моя няня! — задорно щебечет Ева и, спрыгнув с рук девушки, тут же подбежала к испуганной женщине, которая, как только увидела девочку, подбежала к ней. — Значит, Вы ее няня? — вскидывает бровь Руми, смотря на обнимающую девочку женщину, и, дождавшись положительного кивка, продолжает. — Вам следовало бы получше следить за ребенком. Если бы не я, то девочка выбежала бы на парковку. Будьте добры справляться со своей работой. — Спасибо большое, — часто закивала женщина и, чуть не плача, крепче обнимает Еву, которая, уже найдя что-то более интересней, порывалась вырваться из обьятий няни. Девушка, развернувшись, уже хотела уйти, как вдруг чувствует вибрацию телефона, оповещающее новое сообщение. Руми, разблокировав, вчитывается. Skylor'y Кабинет ***. Зайдешь? 'harumi Окей. Девушка, положив телефон обратно в клатч, развернулась и под взгляд Евы направилась к лифту. По пути спросив о кабинете, Руми заходит в лифт, нажимая на кнопку самого последнего этажа. Здание похоже на какую-то компанию, где суетятся офисные планктоны, туда-сюда бегая с листовками. Девушка, убежденная в том, что Кай или Скайлор безусловно главные здесь, не заметила, как быстро поднялся лифт и раскрыл двери. Девушка, вальяжной походкой выйдя из лифта, вскинула белоснежные локоны за спину и направилась к нужному кабинету. Подойдя, Руми собралась с мыслями и, взяв клатч крепче, учтиво постучалась в дверь. Дождавшись приглушенного «входите», девушка открывает дверь и, поздоровавшись со всеми присутствующими, входит в помещение.

***

— Ллойд, прошу тебя, пожалуйста, дай мне хотя бы один раз увидеть ее, — чуть ли не плачет Хейли, цепляясь за атласную рубашку парня. — Ей уже четыре года, а она даже не знает меня. Как долго ты будешь скрывать ее? Она же так и вырастет, не зная матери. Хватит рушить чужие судьбы, отодвинь гордость на второй план. — Ева никогда не увидит тебя, — шипит Ллойд и, сжав женские запястья, что схватились за его рубашку, откидывает их от себя. — Как я могу доверить тебе ребенка, скажи мне? Как я могу оставить дочь тебе хотя бы на пару минут, когда только четыре года назад ты говорила об оборте, м? Я обещаю тебе, Ева даже твоего имени не узнает. — Ты обещал быть со мной, — плачет девушка, кусая губу, дабы не взвыть. — Обещал, что будешь всегда рядом, не отпустишь, обещал красивую семью, кольцо обещал. Говорил, что любил, любишь и всегда будешь любить. — Говорил, — терпеливо кивает Ллойд, смотря прямо в глаза Хейли. — Говорил, чтобы ты не натворила глупостей. Ева родилась, все рады, к тому же я тебе дал ее увидеть после родов. Всё пришло на круги своя, видишь? Я директор компании отца, а ты и так же веди разгульный образ жизни и шляйся по клубам. А свои байки о том, что ты изменилась, и что ты уже не та Хейли, можешь рассказывать своим подружкам, а не мне. Я тот, кто сможет обеспечить Еве безбедную жизнь, учебу, блестящей карьерой. Я тот, кто сможет научить ее жизни. А чему научишь ты? Урокам соблазнения? — Ты выставил меня перед судом психически больную, — шипит обозленная девушка. — Облил грязью, украл Еву и просто свалил. Думаешь жизнь ребенка спасаешь? Она угаснет без семьи, без матери, которую она в жизни никогда не видела. И в этом будешь виноват только ты. — Да хоть сто раз виновен, — ухмыляется Ллойд словам Хейли. — Я всё сказал. Я не дам тебе разрешения видиться с Евой, — парень, помахав на прощание, скрылся в дверях, а девушка, рыкнув, опрокидывает со стола цветы.

***

— Мам, я дома, — Коул, закрыв за собой дверь, кинул ключи от квартиры на тумбу и прошёл в коридор, дабы проверить мать. Та почему-то не встречает его, даже не отвечает, и парень, нахмурившись, заходит в спальню, тут же застывая на месте. — Мам? Коул, подлетев к лежащей женщине, тут же слабо похлопал по ее впалым щекам. Она вся бледная и только губы неестественно феолетовые. Парень, проверив пульс, тут же сорвался к сумке в поиске телефона. Пальцы вовсе не слушаются, а дыхание напрочь спирает. Коулу кажется, что вся жизнь перед его носом пролетела. Всё же дозвонившись скорой помощи тот продиктовал адрес, сжимая в руке мамину холодную ладошку. Ему настолько плохо никогда ещё не было, он всё растягивал этот момент, знал, что такое может случиться, но нужных лекарств всё равно не мог покупать из-за средств. Парень, склонив голову, дыханием попытался согреть чужую ладонь, но она словно льдышка. Как он так всё мог упустить? Как в один момент всё настолько перевернулось? Коул себя винит, дураком называет и всё ещё надеется мамин теплый голос услышать. Вдруг парень замирает и, с минуту подумав, тут же тянется к сумке, в которой точно должна лежать припрятанная визитка с номером Руми. Коул, всё же найдя картонку, начал набирать номер в телефон и, перепроверив, скользнул по «вызов», приложив к уху. Гудки идут, а парень, кусая губы, всё ждёт, пока трубку возьмут. — Давай же, ты обещала трубку поднять, — зовёт ее Баккет, прикрывает веки, достучаться хочет, а в душе смятение, буря чувств сжирает лёгкие. — Ну же. — Слушаю, — трубку наконец-то поднимают, а парень, открывая и закрывая рот, всё воздух пытается набрать. — Коул, это ты? — Я принял твое предложение, — тихо ответив, часто закивал Баккет, сглатывая. — Помоги мне.