Сказ о Тумане Хибари-сан

Любопытное дельце! Слава Хибари Кёи летела впереди него. Почему нет? Поразительно правильные черты лица, атлетическое сложение, аналитический ум — все предпосылки стать первым парнем на деревне. Характер, конечно, дрянной, но, пока молчит, не заметно. И всё же Кёю боялись. Стоит заметить, обосновано! Однажды Кагура застала расправу над учениками средней школы: их закатали в асфальт, словно жвачку. При этом, группа хулиганов в два раза превосходила братца габаритами. Силён, стервец, не по годам. Тем не менее, много ли ума надо, чтобы найти управу на малолетнего хулигана? Звонок родителям решил бы как минимум половину проблем. Но никто не взывал к помощи! И если взывали, почему нет отклика? А ещё мучала фраза Ами: «Ты же Хибари». Будто это решало все проблемы. Перед отъездом в летний лагерь, Кагура всё-таки подошла к братцу со своим вопросом: — Не яйца красят человека, а человек яйца! — или правильнее сказать, зашла с далека. — Застегивать ширинку надо медленно и осторожно. — Отойди от туалета, исчадье Ада. Хватит позорить фамилию. Пока краска не сошла с волос братца, Кагура предпочитала не приближаться к нему. По крайней мере, не попадаться в зону доступности. Для этого она специально выбрала момент наивысшей беззащитности человека. — Не брыкайся, Кё-кун, я подготовилась к этой встрече. Высчитала! Если ты понимаешь о чём я, — самодовольно улыбнулась девочка. — К слову о фамилии, в энциклопедиях о криминальных связях жаворонков* не пишут. *Хибари переводиться, как жаворонок. Туалет затих, будто обдумывая вступать в диалог или не стоит. — Травоядное, родители не ведут грязных дел, — его голос пронизывал упрёк, что отнюдь не добивало Кагуре веры: — Мама учила не доверять ничему до слова «но». — Но Хибари не только мы, — заключил братец. Кагура помедлила, закусила внутреннюю сторону щеки. То-то нервная ходила — хохолком чувствовала, что не может ей так повезти. Не успела она заслужить богатых родственников, которые к тому же не слишком знакомы с характером племянницы. Понадеялась на Фортуну! Только она та ещё штучка! Если даёт, то с возвратом и под проценты. Кагура отпрянула от стены. Походная сумка упёрлась в плечо. Пока не случилось ничего плохого, её ждёт летний лагерь. Когда Ами своевольно записала подругу в драмкружок, никто не представлял масштаб катастрофы. Сама Кагура тоже приятно удивилась, обнаружив поразительный талант создавать бардак из ничего. Её бы назвали чистым гением, будь такая номинация в отрицательном ключе. Вы не подумайте, девочка честно выполняла оговоренную часть работы. Уже на обед она кормила товарищей заграничным блюдом из пареного риса и мяса. Стоит заметить, снедь вышла довольно вкусной и пришлась заказчику по душе. Правда, на полдник, ужин и весь следующий день рацион не изменился. Ибо навыки повара заканчивались одним единственным блюдом. Ребята хотели было поставить мисс Катастрофу на уборку, как выяснилось, что у неё аллергия на моющие средства. Новость стала неожиданностью даже для самой Кагуры. Дома она не придавала значения незнакомым этикеткам на упаковках, принимая за иномирных производителей, но теперь стало понятно, что родители Хибари проявили ответственность за здоровье племянницы. Либо аллергия — болезнь семейная. Кагура склонялась к последнему варианту. Однажды её пригласили поучаствовать в занятиях актёрским мастерством. Девочку невзлюбили в коллективе, поэтому сценарий спрятали, мол, должна уметь импровизировать. Импровизировать Кагура умела и не преминула показать. Забавное зрелище: актёр играет пафосного персонажа, а смущается аки младенец, ибо Кагура обожает двусмысленности. Что удивительно, президент клуба похвалил. Во-первых, за сообразительность, а во-вторых за наглядный пример выражения «держать лицо». На сцене всякое случается, и падают, и текст забывают, поэтому очень важно уметь делать вид, что всё идет по плану. Утром третьего дня база отдыха встречала пополнение. Кагура вместе со всеми ушла на рыбалку. Солнце пригревало, каменистый берег массажировал нежные детские пяточки, непуганая рыба плескалась прям на берегу. Кто-то пристроился с удочкой, а остальные по большей части просто развлекались. Девочки надели купальники, красуясь перед мальчишками. Те носились вокруг костра, мало заинтересованные прыщиками одногодок. Да и сами ещё не вошли в нужный возраст. Кагура развлекалась. Она сплела венок из одуванчиков и ромашек, покидала камни в воду, пробуя сделать лягушку. Затем вернулась к семпаям и присоединилась к рыбалке. К полудню стало совсем жарко. Тогда-то драмкружок и заметил гостей. Пока малочисленная, но оттого не менее грозная, шайка дисциплинарного комитета выбралась на природу. Ничего необычного. Но кого девочка точно не ожидала встретить, так это любимого старшего брата. — Как же так получилось, что самый аморальный человек Намимори возглавил дисциплинарный комитет? Вытянувшись на диване в холле, Кагура определённо молилась на кондиционер. Кёя опустился на соседнее кресло, морща нос. — Я отправился на охоту. Сначала ко мне присоединилась собака. Я попытался забить её до смерти, но она осталась. И потом травоядные расплодились. — А собака — это твой заместитель, как я понимаю. Кажется, я его где-то видела, — девочка покрутила прядь волос на пальце, силясь вспомнить. — Точно! Преследователь! Ты его тогда чуть не убил по дороге в школу. Как его звать? — Кусакабе Тецуя. — Ну-фу-фу-фу, занятно. Иногда Кагура задумывалась, почему она не трепещет в страхе перед грозным хищником Намимори? Как уже неоднократно сказано, предпосылки имеются. Но разве можно бояться человека, который так умилительно нежно гладит котейку, думая, что никто не видит? Кёя в розовом фартучке у плиты, Кёя, с упоением сметающий со стола рубленные бифштексы, Кёя, забывший переключить канал с любимой комедийной передачи. За недостижимыми идеалами мы часто не замечаем обычного человека со своими чувствами, эмоциями и тараканами в голове. Оттого Кагура искренне радовалась, что её братца кто-то разглядел. Однако не всё было так гладко в летнем лагере. Сгущались краски и тени закрадывались по углам гостиницы. Ночью третьего дня небо пролило слёзы. Пасторальная картина города смылась водой. Ночь — обитель беззаконья. Ночью мир живёт по правилам дикой природы. И только стражи порядка в синей униформе охраняли блаженное незнание жителей. Прогремел гром. Ами пискнула в подушку. Сверкнула молния, словно трещина в свинцовых тучах, на мгновение растворяя мрак спальни. С лёгкой подачи Кагуры в комнате собралась узкая компания знакомых. Девочка рассказывала историю об убиенных животных, души которых до сих пор бродят здесь по ночам. Она прочитала её, когда готовилась к лагерю. Оказывается, на месте гостиницы, тридцатью годами ранее, стояла скотобойня. По словам нескольких постояльцев, ночью совсем близко, над ухом, можно услышать визг свиней или крики лошадей. Хибари зевнул, устроившись на кровати Кагуры. Свет фонарика подсвечивал её лицо снизу, придавая мрачного антуража. Девочка зловещим голосом изображала звуки животных, заставляя Ами трястись от страха. Кусакабе сглотнул, ожидая продолжения. Рассказчица внезапно схватилась за сердце. Её глаза расширились в ужасе. Дрожащая рука медленно поднялась, указывая за спины детей. «Они здесь!» — хриплым голосом выдала она. Ами завизжала, прикрывая рот ладошкой. Вновь сверкнула молния. По комнате разнёсся смех. Кагура упала на пол, лупя себя по коленкам. Ей вторил Ямагути Джун — глава драмкружка, даря рассказчице аплодисменты. — Я твой поклонник, — отсмеявшись, сказал парень и взлохматил русые волосы. — Джун-семпай! И Вы туда же? — Ами обиженно надула губки. — Между прочим, про скотобойню чистая правда! — бодро выдала Кагура, — Кё-кун, ты же со мной читал. Мальчик пожал плечами, давя весёлую улыбку. — Фу, скучные вы! Пойду наберу ещё закусок. А то пока я тут распиналась, все вкусняшки съели. Жмоты! Кагура вышла, направляясь на кухню. Во всей гостинице царил мрак. Откровенно говоря, маленькое собрание ребят было не санкционировано учителями, что придавало особую атмосферу. Запретный плод сладок. Но одними рассказами не наешься. Воровать еду Кагуре тоже нравилось. Продвигаясь на ощупь, она собрала в мешок помидоры, хлеб с банкой консервов и несколько недоеденных початков кукурузы. Девочка хотела было добраться до солонки, как перед ней звонко грохнулась пустая кастрюля. Кагура сжалась, молясь, чтобы на шум не слетелся весь дисциплинарный комитет. Открыла один глаз. Затем другой. Сглотнула, осознав, что кастрюля упала не по её вине. Позади кто-то шаркнул ногой, заставляя девочку побледнеть от страха. Резко развернувшись, она узрела жирную свиную морду. Крик застрял в горле, а свинья, не будь дурой, замахнулась и одним ударом в челюсть вырубила школьницу.

***

Джун перекидывался в карты с Кусакабе, поглядывая на часы. Ами наматывала круги по комнате. Подруга не появлялась уже полчаса. — Хибари-сан, Ваша сестра могла неожиданно пойти куда-то? — нервно улыбнулась девочка. Хибари скептично выгнул бровь. Они оба знают — могла. Такой она человек. Прямо, как семь пятниц на неделе. Однако Кагуре присуща осторожность и львиная доза лени, которая всегда убережёт ту от лишних неприятностей. — Так, пора её искать, — хлопнул по коленям Кусакабе. Дети поднялись, словно по сигналу. Ами попросила мальчишек подождать, пока сбегает проверить в уборной. Она находился на одном этаже с жилыми комнатами. Там подруги не нашлось, поэтому ребята дружно спустились к кухне. Джун пошарил по стене, ища выключатель. Кухню озарил свет, являя взору разбросанные продукты и кастрюли. Запасы школьной провизии оказались здорово подчищены. Оставалось только надеяться, что это устроила не Кагура. — Уже начинать паниковать? — истерично заметила Ами. Хибари напрягся, вытаскивая тонфа. Ему не нравилось происходящее. Правда, мальчик ещё не определился: неизвестность или исчезновение хохлатой сестры. — Кусакабе! Отведи травоядных в комнаты и расскажи обо всём учителям, — приказал Хибари. Кусакабе кивнул и подтолкнул членов драмкружка к выходу. Кёя прошёлся вдоль кухонных столов, очертил пальцами царапину на плите. Солонка была опрокинута на пол, а на ней отпечатался носок ботинка. Слишком широкий, чтобы быть детским. Чуть впереди лежала пуговица любимой рубашки Кагуры. Мальчик легко её узнал: пуговица в виде ананаса - запоминающаяся вещица. Проследив взглядом в том направлении, Хибари взял след.

***

Кагура очнулась под нервные переругивания мужских голосов. Окружающий мир представлял собой бетонные стены, полки с рядами засоленных грибов, винные бочки. Очевидно, она в погребе. Обратив внимание на голоса, девочка вновь едва не вскрикнула, завидев крупного хряка, отчего-то одетого в спортивный костюм. Последние события пронеслись в голове, освежая память. Неизвестные пробрались в гостиницу, чтобы похитить её! Тем временем, мужчины продолжали перепалку: — Зачем ты притащил девчонку? — вещал худощавый. — Она увидела меня! Не оставалось выбора, — взвизгнул хряк. При ближайшем рассмотрении Кагура поняла, что хряк никто иной, как человек. Она попалась на свою же страшилку. Воображение нарисовало свинью в лице похитителя. — Я тебе говорил, надо было валить охранника! Тогда бы не пришлось скрываться здесь. Уже давно бы оказались заграницей. Девку будут искать. Скоро приедут менты. — Так, мы её в плен! Заложницей. — Наложницей! — гаркнул худощавый. Более комедийной парочки преступников Кагура не встречала. Они словно сошли с любимой передачи Кёи. Однако девочка себя не обманывала — ситуация патовая. Она оказалась не в том месте, не в то время. Судя по всему, в летний лагерь забрели беглые воры, если, конечно, не зеки. Кагура успокаивала себя тем, что её не тронут до тех пор, пока она полезна в качестве заложницы. Остаётся надеяться, что ребята догадаются пойти к учителю, а не ринутся в спасатели. Хорошо бы связаться с Мичиро, но сотового телефона у девочки не водилось. Подёргав руки, она убедилась, что связана крепко. Конечности заледенели: мало того, что погреб, так ещё наверху шёл дождь. Об этом свидетельствовали монотонное отбивание капель по крышке «потолка». Тело начинало затекать от долго лежания на полу. Девочка поднапряглась, принимая сидячее положение. С места, откуда она поднялась, разбежалась кучка жуков-пожарников. Кожа покрылась мурашками. Тонкая душевная организация Кагуры дала сбой, стоило обратить внимание на детали: стены, с которыми ей довелось иметь тесный контакт, покрывал налёт плесени. Сырость — страшный сон человека, избалованного благами цивилизации. Именно в сырости обитают самые мерзкие представители насекомых. Девочка едва сдерживала слёзы от отвращения. Хотелось немедленно изолироваться в максимально стерильном помещении. Ненависть к похитителям росла в геометрической прогрессии. «Кё-кун, миленький, ради всего святого, вытащи меня отсюда. Клянусь именем Великого тролля Гинтоки-самы, я целый месяц не буду строить подлянки!» — молилась Кагура.