Талантливое наказание

"Последняя", — Рамуда, громко выдохнув, поставил тяжёлую коробку с вещами возле двери квартиры, в которую он собирался заселиться. Парень решил переехать рано утром, потому что днём слишком жарко, да и в ранние часы его мало кто увидит, разве что те, кто идёт на работу. Когда он разогнулся, то увидел открывающуюся соседнюю дверь, из которой вышел тот, кого он больше всего не хотел видеть — Джакурай Джингуджи. Милое и доброе личико Амемуры вмиг помрачнело, а недовольный взгляд устремился на мужчину. — Ты ещё что тут забыл? Парень специально нашёл новое жильё поближе к работе, и, естественно, раз он не будет тратить так много времени на дорогу, то он потратит это время на личные дела, но Рамуда никак не ожидал, что увидит тут "его". Настроение стремительно упало до отметки "отвратительно". Чертов Джакурай, неужели, он преследует его? Джингуджи обычно не обращал особого внимания на осуждающие возгласы в свою сторону, но не ответить своему заклятому "врагу" он не мог: — Я тут живу, вообще-то, — мужчина заметил стоящие рядом коробки. — С новосельем, — не дождавшись ответа, отрывисто бросил он. Пулей пролетел мимо растерянного парня и быстро зашёл в лифт, с силой нажимая на кнопку. — Отлично, мы ещё и соседи, — Рамуда решил забыть эту дурацкую встречу и продолжить переезд. Но в душе что-то противно зашевелилось, так же, как раньше, когда они не были в ссоре.

***

Спустя почти весь день, его новоиспечённое жильё было готово: небольшая, но достаточно просторная квартирка в светлых тонах, с одной спальней и гостиной. Рамуда очень любил разноцветные предметы, поэтому яркие цвета украсили почти всё помещение. Улыбнувшись и оглядев свою квартиру ещё раз, Амемура отправился в магазин, ведь через два часа должны были прийти гости, чтобы отметить новоселье, а у него пустота в холодильнике. Непорядок. Рядом с домом как раз находился круглосуточный магазин, что не могло не радовать парня, теперь ему нет необходимости далеко ходить. Набрав различных закусок и море алкоголя, он вернулся домой. На улице уже начало темнеть, хотя только наступил вечер. "Осень..." — грустно вздохнул парень, растерянно смотря по сторонам. Он любил осень за её яркие листья, плавно падающие с деревьев и кружащиеся в небольшом вихре, который мягко вздымал распущенные волосы каких-нибудь красоток. Но он также и ненавидел эту пору, ведь все становились одинаковыми: одни и те же песочного или телесного цвета свитера и кофты, тёмные брюки и лишь яркие шарфы на людях радовали глаз парня.

***

Как только Рамуда зашёл в лифт, то сразу же за ним проскользнул в кабину вернувшийся, видимо, с работы Джакурай. Парень почувствовал, как волна раздражения поднимается в нем, грозя вылиться в безосновательные обвинения, и хотел было выйти и прогуляться пешком, во избежание склоки, но Джингуджи нажал кнопку лифта со словами: — Ты такой ребёнок. Парень злобно взглянул на него и открыл было рот, чтобы резко ответить, но двери быстренько закрылись, отрезая Амемуре все пути отступления. "Ха~, всего пару секунд в одном помещении. Это не так уж и много", — пытался успокоить парня его внутренний голос, отвечающий за здравомыслие. Они ехали в полной тишине, лишь гулкий звук поднимающегося лифта нарушал её. Каждый пялился в одну точку перед собой и витал мыслями где-то очень далеко. Раньше Рамуда и минуты не мог просидеть, не поговорив с кем-нибудь и не рассказав ему шутку. Но с недавних пор, а именно с этого дня, рот открывать вообще не хотелось. Проехав седьмой этаж, лифт неожиданно остановился, а свет погас. В кабине наступила жуткая тишина, прерываемая странным скрежетом снаружи лифта, видимо, эти звуки издавал стальной трос. — Что случилось? — Рамуда нажал на кнопку диспетчера, где им сообщили, что произошли технические неполадки и механики приедут примерно через тридцать-сорок минут. — Отлично, я с тобой ещё и в лифте застрял, — Амемура, прислонившись к стене спиной, сел на холодный пол и попытался разглядеть в кромешной темноте друга по несчастью. — Видимо, сама судьба хочет свести нас, — слева, совсем близко, послышался голос мужчины. Кажется, они сидели рядом друг с другом, но никто пододвинуться не собирался. — Пфф... Просидев около пятнадцати минут в тишине, Рамуда полностью отчаялся и потому достал из пакета бутылку вина и штопор. — Что ты делаешь? — Джакурай подал голос, когда услышал сбоку шарканье. — Угадай с трёх раз, — через несколько секунд послышался звук вытаскиваемой пробки, и мужчина сразу понял, в чём дело. Следующие минуты гулкую тишину нарушали только звуки глотков и переливания жидкости в бутылке. — Будешь? — Рамуда слишком резко протянул руку с бутылкой влево, поэтому малая его часть вылилась на Джакурая. — Ой, прости, прости. Мужчина характерно выдохнул, но даже не пошевелился. Делать что-то после тяжёлой работы совсем не хотелось, а тем более ругаться. Амемура достал телефон из кармана и посветил им на Джингуджи — довольно крупное темно-красное влажное пятно образовалось в области паха. — Я... мне так жаль, — тихо пробормотал Рамуда, не находя слов, он недолюбливал своего бывшего друга, но в таких ситуациях, конечно же, извинялся. — Я могу как-то это исправить? — Слизывай, — прозвучало как приказ, так же коротко и всё таким же холодным тоном Джакурая. — Что... — от такого предложения глаза Амемуры округлились, а свет от экрана телефона погас, снова погружая их во мрак. — Ты испортил мне брюки, а так как я не могу их сейчас застирать, то ты можешь хотя бы слизать частично то, что не впиталось, — лицо мужчины озарила ухмылка, но в темноте этого, конечно же, было не видно. — Тем более, ты сказал, что хочешь исправить то, что натворил. Разум уже немного затуманился от выпитого алкоголя, поэтому парень, не мешкая, нащупал в темноте Джакурая, сел на колени между его слегка разведёнными ногами и медленно наклонился, шаря руками по телу мужчины. Определив, наконец, где бёдра, он наклонился и, ориентируясь по приятному пряному запаху, дотронулся языком до сладкого пятна. Рамуда стал лизать грубую ткань, словно кот, смакуя пролившееся вино. От таких движений старший возбудился, а пах, который так усердно вылизывал Рамуда, напрягся и член стал набухать и твердеть, образуя характерную выпуклость на брюках. Почувствовав под языком эрегированный член, щёки парня запылали, и он стал захватывать губами ткань брюк и посасывать её, тем самым массируя и лаская орган мужчины ещё больше. Сверху послышались прерывистые вздохи, от которых Амемура и сам возбудился. Одна из рук скользнула с бедра Джакурая к собственным брюкам, но мужчина молниеносно перехватил её. — К себе прикасаться нельзя. Рамуда обречённо выдохнул и продолжил свои действия ртом. Когда он осторожно прикусил член, низкий стон вырвался из горла старшего, и тот невольно подался бёдрами вперёд, намекая на большее. Ткань брюк Джакурая уже обильно намокла от слюней текущих снаружи и от истекающего смазкой члена изнутри; от нараставшего возбуждения Амемура тихо постанывал, напряжение в его паху всё возрастало, казалось, вся его суть сосредоточилась внизу. Не в силах больше сдерживаться, он остановился и уселся на колени мужчины, проезжаясь своей задницей по его члену. Они оба почти синхронно простонали. Рамуда обхватил шею Джингуджи и стал тереться попой о его возбуждение, на что тот обнял младшего в ответ и притянул ближе к себе. Их тела мягко, но плотно касались друг друга, и только одежда служила им преградой. Такие тягучие прикосновения очень сильно будоражили сознания обоих. Трение становилось всё быстрее и интенсивнее, а дыхание горячее, вот-вот должна наступить такая сладкая разрядка. — Эй, вы тут? Мы вас вытащим! — неожиданно раздался голос сверху. Похоже, это был механик. Рамуда пришёл в себя и быстро встал, прикрывая пакетом стояк. То же самое сделал и Джакурай, только прикрылся он рабочим халатом. Через несколько секунд включился свет и лифт снова поехал. Когда они вышли из него, то их встретили два хмурых механика, которые дежурно спросили, нужна ли им помощь. — Н-нет, спасибо, — Джакурай вежливо отказался и покраснел. Даже не посмотрев на Амемуру, он быстро забежал в свою квартиру, громко хлопнув дверью. Осознание произошедшего камнем легло ему на душу.

***

Наступила ночь. На улице было очень тихо, как-будто все в один момент заснули, и ни одно живое существо не подавало голос, такая тишина даже пугала. Рамуде казалось, что не спал только он один. Парень лежал в кровати и уже несколько минут, а может и часов смотрел в белый потолок — он никак не мог забыть произошедшее сегодня в лифте. "Если так подумать, то меня заставили, нет, даже воспользовались. Я был пьян и мне нужно было загладить вину", — Амемура старался найти хоть какое-то объяснение, — "Но потом... " — в голове всплыли кадры того, как он сам и его визави тёрлись друг о друга, их тела соприкасались, а кожа мужчины была такая тёплая, что обжигала тело парня сквозь одежду. Мягкие прикосновения внизу, будоражащие кровь, такой долгожданный оргазм, которого парни так и не достигли. Щёки Рамуды запылали, а в области паха всё заныло и член приятно затвердел. Рука задрала ночную рубашку и скользнула по животу к штанам. Напряженный орган высвободился из нижнего белья и мягко коснулся одеяла, дыхание перехватило, и парень издал тихий стон. Он осторожно потёр кончиками пальцев набухшую головку, из которой уже начала выступать смазка, а потом прошёлся ладонью по всей длине ствола. Дыхание становилось глубже и громче. Парень тихо стонал, скулил и откровенно наслаждался самоудовлетворением. Рамуда раздвинул ноги пошире и начал плавно двигать рукой вверх-вниз, размазывая смазку по члену. В этот момент он представил Джакурая и то, как бы он навис над парнем в этот момент, страстно поцеловал бы в губы и, дразня, приставил бы свой напряженный член к его проходу. Как дразнил бы он его, оглаживая и лаская пальцами тугие стенки ануса. Как бы прикусил мужчина в порыве страсти его шею, оставляя на ней темное пятно и следы зубов. А после... после бы он сорвался и отметил собственническими метками все его тело, клеймя и присваивая. Рука задвигалась всё быстрее, стук сердца громко отдавался в ушах, а из горла вырывались протяжные стоны напополам со хрипами. "Ты хочешь, чтобы я вошёл в тебя?" — мужчина прошептал бы эти слова, обдавая горячим дыханием ухо и кусая мочку. — Д-да... — Рамуде казалось, будто Джакурай действительно появился в этот момент в его небольшой спальне. "Почему так неуверенно?" — Джингуджи медленно надавил бы на сморщенное колечко мышц, дразня парня и распаляя его желание ещё сильнее. — Войдите в меня, сэмпай. Быстрее! — всё лицо его запылало краской, правая рука двигалась по члену с бешеной скоростью, а левая цеплялась за край подушки, словно утопающий за спасательный круг. Амемура выгибал спину и отчаянно двигался бёдрами вперёд. Не сдерживая стонов, он судорожно глотал воздух, которого так не хватало. Ещё пару движений и он вот-вот кончит. Рука потянулась за салфеткой, пачка которых стояла на тумбочке возле кровати. Парень вытащил одну и накрыл ею член, и, спустя мгновение, бурно кончил. Рамуда еще долго не мог прийти в себя. Грудная клетка бешено вздымалась и опускалась, а в голове прокручивались горячие сцены, что подкинуло ему его больное сознание. Громко выдохнув, он произнёс: — Мне тебя так не хватает...

***

— Джакурай-сэнсей, к вам ещё один пациент, — селектор запищал и из него послышался звонкий голос девушки. Мужчина закрыл глаза и устало потёр переносицу — он находился на работе почти весь день и ужасно устал. Мысли о вчерашнем дне, а точнее о Рамуде, никак не давали сосредоточиться и вникнуть в работу, поэтому весь день прошёл как во сне. Джакурай никак не мог простить себе то, что он сотворил. "Ведь я ему сказал сделать это. Может, я был слишком вымотанным? Или... действительно хотел этого", — такие мысли никак не давали ему покоя. — Пусть проходит, — он нажал на кнопку, наклонился, разминая затекшую спину, после чего встал и подошёл к раковине, чтобы помыть руки. Из-за спины послышался звук открывающейся двери. — Чем я могу Вам по... — Джингуджи повернулся к пациенту. Перед ним стоял его "враг" и по совместительству сосед — Рамуда Амемура. — Что тебе надо? — глаза врача вмиг потемнели. Неожиданно парень подошёл к Джакураю и толкнул того на стул. Глаза его лихорадочно блестели, как будто он принял что-то. — Я скучал по тебе, — Рамуда сел сверху и обхватил шею мужчины. Он больше не мог отрицать, что между ними явно что-то происходит. Пусть мужчина и не показывает, но та ситуация в лифте все прояснила: у того встал на парня. Такие ли они враги, а? — Что за приступы любви? Разве мы не выяснили всё ещё тогда? В голове парня возникли события прошлых лет: около пяти лет назад, когда Амемура только закончил школу, он встречался с Джакураем. Они скрывали свои отношения на протяжении трёх лет. Наверное, это было самое лучшее время в его жизни, но ничто не может длиться вечно. Кое-что произошло и пара поссорилась, после этого они и возненавидели друг друга. Но эти нежные губы мужчины, целовавшие его ночами на пролёт, тёплые объятия, шутки, понятные только им двоим. Рамуда никак не мог забыть то время. — Ты первый начал это, в лифте, — Рамуда приблизил свое лицо к ошарашенному лицу мужчины и мягко поцеловал в губы. Джакурай подумал, что тот, как и раньше, целуется, как ребёнок. Так же до дрожи в коленях сладко и невинно, посасывает губы, как леденец, не углубляя поцелуй. "Как же я скучал по тебе", — не в силах совладать с собой, мужчина проник горячим языком внутрь и углубил поцелуй. Он грубо прикусил нижнюю губу парня чуть ли не до крови, из-за чего Рамуда протяжно простонал и крепко сжал ладони в кулаки, путая пальцы в волосах мужчины. — Я на работе, — врач, тяжело дыша, отстранился. Впервые ему хотелось послать к черту Гиппократа и его клятву и разложить парня прямо тут, на кушетке, вытворяя с ним самые грязные вещи, которые так нравились ему раньше. — Я закрыл дверь, тем более я последний пациент, — затуманенным взглядом Рамуда посмотрел на него и снова прильнул к губам возлюбленного. Теперь уже целуя со всей страстью. Мужчина снял футболку с Амемуры и поцеловал ключицу, немного оттянув кожу зубами. Парень закрыл глаза и откинул голову назад, стараясь не создавать шум своими вздохами и стонами. Джакурай достал из ящика тюбик смазки. Холодные пальцы проникли внутрь Рамуды, из-за чего он покраснел и чуть вскрикнул. Мужчина начал медленно растягивать парня, скользя пальцами по нежным стеночкам прохода. — Ты выглядишь так развратно, — Джингуджи усмехнулся и начал ласкать соски парня. Проходясь поцелуями по ним, он укусил один, после чего провёл горячим языком по месту укуса. Тело Рамуды такое отзывчивое и податливое, что захватывает дух, стоит только подумать, как может тот искренне отдаваться и принимать в себя его член. Амемура обхватил ногами мужчину за поясницу и прижался к нему, его рука скользнула к брюкам Джакурая, высвобождая эрегированный член, обхватывая ладонью и начиная двигать по нему. Джингуджи шумно выдохнул и, прекратив растягивать парня, в которого уже спокойно входило три пальца, достал из кармана презерватив и надел его, раскатывая тонкий латекс по всей длине члена, пока его "пациент" снимал штаны, словно на осмотре. Мужчина усмехнулся на эту ассоциацию и, притянув к себе не сопротивляющегося парнишку, резко вошёл, выбивая из Рамуды громкий стон. Сильная, но такая долгожданная и от этого, отчасти, приятная боль прострелила его тело. Мужчина немного обождал, давая тому привыкнуть к ощущению наполненности и распирающему члену внутри, и начал двигаться, скользя по члену парня рукой и отвлекая от тянущей боли внизу. — Ах, сэнсей... так хорошо, — Амемура опёрся руками о плечи Джакурая и стал самостоятельно насаживаться на член. Джингуджи положил руки на бёдра парня, удерживая того в одном положении, и начал кусать и посасывать его кожу на шее, плечах и груди, оставляя везде бордово-красные пятна — свои метки. — Ты же так любишь это, да? — Джакурай прильнул к уху парня и томно прошептал. — Как твои сестрёнки отреагируют на то, что ты мазохист? Кстати... я слышал, как ты мастурбировал прошлой ночью. Такие пошлые стоны вырывались из твоих уст. Ты ведь представлял меня? — мужчина так любил подначивать партнера в такие моменты, он становился другим человеком, словно бы в него вселялась другая сущность, развратная и нахальная. Щёки парня запылали ещё больше от этих слов. Джингуджи повалил его на стол и, сжав в стальной хватке ноги, стал проникать в тело сильнее и глубже, входя в парня по самые яйца. — Ещё... не останавливайся... ах! — Рамуда обхватил сильные руки и с улыбкой посмотрел мужчине в глаза, в которых читалось явное наслаждение. Красное лицо и тяжёлое дыхание говорили о том, что он скоро достигнет своего предела. — Как горячо внутри... кончи в меня, сэмпай. Джакурай увеличил темп, и спустя пару глубоких толчков оба парня кончили, сотрясаясь в оглушающем по своей силе оргазме. Мужчина рухнул на парня и поцеловал в шею, оставляя мокрый след. Эта встреча все решила. — Давай возобновим наши отношения, — прозвучало тихо, но с такой мольбой. — Давай, — Рамуда улыбнулся и, обнимая одной рукой спину Джингуджи, другую вплел в его длинные пряди волос, наматывая их на пальцы.