Талантливое наказание

Яркие лучи февральского солнца пробивались сквозь прозрачно-белые шторы в комнату, обрамляя золотым светом расслабленное лицо спящего Амемуры. Из-за того, что он лежал на животе, розовая прядь его растрёпанных волос мягко упала на лицо. Чуть ниже, на спине и шее, красовались уже привычные для парня засосы: свежие и почти зажившие. Эти отметины стали частью его, когда почти каждую ночь в порыве страсти Джакурай начал ласкать его нежную кожу языком и губами, делая Рамуду полностью своим, присваивая и помечая. Эти идиллия продолжалась бы ещё пару часов, если бы за окном не послышались звонкие и радостные девичьи голоса. От внезапных криков парень открыл глаза и хотел было посмотреть на источник шума, но окно было далеко, а встать не было сил. Он машинально перевернулся на спину и рукой пошарил рядом с собой, ожидая почувствовать тепло чужого тела, но там было пусто, простыни были холодными, словно на них никто и не спал вообще. Парень резко открыл глаза и проверил — действительно, никого. "Неужели он ушёл?" — грустно пронеслось в голове, но все сомнения сразу же улетучились, когда нос почуял запах чего-то сладкого и вкусного. Рамуда поднялся с кровати и стал искать что-то, во что можно было одеться, ведь идти к возлюбленному абсолютно голым было, во-первых, неприлично, а во-вторых, опасно для собственной задницы. Очень опасно. Найдя полотенце и повязав его на бёдрах, парень отправился на кухню, где увидел Джакурая. Освещенное мягким золотым светом накаченное тело, одетое только в обтягивающие плавки, склонилось над столом. Рамуда закусил нижнюю губу, оглядывая это великолепие. — Рамуда, ты проснулся, — сказал Джингуджи, прервав поток грязных мыслишек парня, и улыбнулся. — С Днём Рождения! Я приготовил тебе праздничный завтрак. На лице Амемуры появилось недоумение, которое быстро сменилось улыбкой: отношения и другие дела поглотили его настолько, что он забыл об этом дне. Парень подбежал к любимому и нежно поцеловал того в губы. Джакурай положил руки на талию Рамуды и крепко прижал к себе, не давая парню прервать поцелуй. Языки касались друг друга, жарко сплетались вместе, задевали нёба. Руки Джингуджи заскользили по спине возлюбленного, проникли под полотенце и остановились на ягодицах. — Я уже проголодался, — Рамуда улыбнулся и вывернулся из объятий, обламывая дальнейший секс, на который рассчитывал Джакурай. На столе стояла тарелка с панкейками, на которых кремом была написана поздравительная надпись. Также их украшали ягоды и различные фигурки из сахара, смотрелось все это великолепие очень красиво и аппетитно. — Скромно, но это всё, что я умею, — Джакурай стеснительно покраснел, отводя взгляд в сторону. — Шутишь? Я уверен, что это будут самые лучшие панкейки, что я когда-либо пробовал, — Рамуда улыбнулся и ласково погладил мужчину по руке.

***

Этим же вечером Рамуда решил устроить вечеринку в одном из местных клубах. Так как парень скрывал свои отношения, то приглашать только своих товарищей по дивизиону и Джакурая было бы довольно странно, поэтому он решил пригласить абсолютно всех знакомых, чтобы совершенно безопасно общаться с любимым. — Саматоки-кун! Это самый лучший подарок! — уже подвыпивший виновник торжества запрыгнул на спину к другу. — Рамуда, это всего лишь воздушный шар и конверт с деньгами. И слезь с меня! — Саматоки быстрым движением скинул Амемуру на диван. — Это самый лучший воздушный шар в моей жизни! Ну же, иди и повеселись! Все гости уже прибыли и развлекались: танцевали, клеили девчонок, ну и, конечно же, пили. Куда без этого-то? Джакурай, незаметно от остальных, подошёл к Рамуде и наклонился, пытаясь перекричать музыку: — Рамуда, поехали домой. — Но ведь тут мои гости... или тебе уже не терпится? — парень игриво усмехнулся и обвил руками шею любимого. — Тут есть туалет, у нас полно времени. Как тебе идея, мм? — У меня есть для тебя подарок, который находится дома. Услышав о подарке, Рамуда не утерпел и сказал остальным о том, что у него болит голова, чтобы быстро улизнуть вместе с Джакураем. — Ну, что за подарок? — нетерпеливо поинтересовался он, когда они спешно раздевались в спальне Джингуджи, приближаясь к кровати. — Не так быстро, ты должен выиграть его у меня в карты, а если выиграю я, то ты выполнишь моё желание, — мужчина положил колоду между ними и с вызовом посмотрел на партнёра. Видя его не очень воодушевлённый вид, он добавил. — Подарок — это не что-то пошлое, но точно то, что ты любишь. В голове Амемуры сразу же загорелась воображаемая надпись "Сладости", а глаза лихорадочно заблестели, как будто он уже принял дозу чего-нибудь сладкого. И это неудивительно, ведь сладости парень любил больше всего, неважно какие, главное побольше и послаще. — Хорошо, я согласен. Первым одержал победу Джакурай. Он был абсолютно безжалостен и пресекал любые пути к победе возлюбленного. — Ты это специально, — Рамуда демонстративно надул губы и скрестил руки на груди. — Вовсе нет, — мужчина улыбнулся и достал из шкафа красиво украшенную коробку. —Зайди в другую комнату и догадайся что с этим делать. Тот с сомнением взял в руки подарок и вышел, немного громко хлопнув дверью, словно показывая свое неудовольствие. Спустя десять минут Амемура вернулся раздетый: на нём были только чёрные женские кружевные трусики и такого же цвета чулки с подтяжками, тугой чокер на шее, а на голове ободок с лисьими ушками. — Почему-то я другого от тебя и не ждал, — парень улыбнулся и встал в дверном проёме, показывая себя во всей красе. Джакурай, сглотнув, начал жадно оглядывать стройное и миниатюрное тело парня. Изящные ноги, тонкая талия, кое-где виднелись следы от укусов и засосов, добавляющиеся каждую ночь. — Это ещё не всё, — мужчина достал из шкафа анальную пробку с лисьим хвостом и вернулся обратно к кровати, — подойди сюда. Рамуда послушно подошёл и понятливо встал на четвереньки, развернувшись к любимому задом. Вся эта покорность вкупе с шальной игривостью так будоражила кровь, что сил себя сдерживать у мужчины почти не было. Хоть они с Джакураем и любили жёсткие игры, но обычно дальше укусов и шлепков не заходило. Джингуджи стянул с парня нижнее бельё и, смазав игрушку смазкой, осторожно вставил, отчего крохотное тельце издало сладкий протяжный стон. Внутри всё запульсировало. Игрушка не двигалась, плотно сжатая стенками прямой кишки, и дразнила, поэтому сдерживаться было невыносимо больно. — Вот теперь ты точно лисёнок. Обещаешь выполнять всё, что я скажу? — промурлыкал Джакурай и развернул Амемуру к себе, чтобы, пройдясь пальцем по мягкой губе парня, проникнуть им ему в рот. — Обещаю, — Рамуда начал облизывать и посасывать палец, развратно смотря при этом в глаза партнёра. — Тогда залезай на кровать и вставай на четвереньки. Когда парень был уже готов к продолжению, Джингуджи снял с него нижнее бельё и привязал к члену маленький вибратор, после чего устроился сзади. — Постарайся не кончить за пятнадцать минут, а за каждый произнесённый звук я буду бить тебя плетью, — Джакурай дьявольски улыбнулся и нажал на кнопку маленького пульта, заставляя вибратор работать. — Ах!... — от неожиданности новых ощущений Рамуда непроизвольно ахнул, после чего незамедлительно почувствовал удар по своей пятой точке, отчего снова застонал, и опять же почувствовал удар. — А тебе, я вижу, нравится, — Джакурай наклонился к уху парня и поцеловал того в мочку уха, после чего перешёл к шее, обдавая кожу горячим дыханием. Амемура прикусил нижнюю губу, стараясь снова не издать стон. Член ужасно ныл, требуя разрядки, а острых ощущений добавляли анальная пробка и горевшая от шлепков задница. Напряжение всё нарастало: губа была искусана в кровь, руки дрожали, желая согнуться в локтях, а пот ручьём стекал по раскрасневшемуся лицу парня. — Мм... — после нескольких минут такой пытки Рамуда всё же не сдержал стон, опять же получив плетью по попе и, не сдержавшись, бурно кончил на простыни. Джакурай выключил вибратор, а парень рухнул на кровать, стараясь отдышаться. — Ты не справился с испытанием, поэтому тебя ждёт следующее наказание, — мужчина коварно улыбнулся, поцеловал любимого в спину и приказал развернуться, и сесть. — Хвост придётся снять, какая жалость, — он связал всё его конечности верёвками для бандажа, при этом завязав руки за спину и ноги в коленях. Джингуджи достал из-под кровати маленькую коробочку, где находились стимуляторы для уретры. Достав один из них, он раздвинул ноги Амемуры. — Джакурай, это больно? — произнес тот слегка напугано, конечно, Рамуду возбуждала эта ситуация, но такую игрушку он видел впервые. — Сейчас и узнаем, не бойся, — мужчина наклонился и поцеловал парня в губы. — Я же обещал, что накажу тебя, — он отодвинулся и усмехнулся. Надев перчатки, Джакурай смазал смазкой катетер и медленно начал вставлять в уретру. — Ах!... это странно, — по телу Рамуды прошлась мелкая дрожь, а внизу появились странные, невиданные ранее ощущения. — Смотри, он полностью вошёл. Стимулятор коснулся простаты, принося парню неимоверное удовольствие. Джакурай начал вытаскивать катетер, но, почти дойдя до конца, начал вновь проталкивать внутрь. Амемура, готовый вот-вот кончить, застонал ещё сильнее, ведь стимулятор мешал ему сделать это. Опустив взгляд вниз, парень заметил возбуждение партнёра. Весь вечер доставляли удовольствие ему одному, а его любимый сдерживался так долго. — Джакурай... ах, трахни меня, прошу. Связанный лисёнок, дрожащий от наслаждения и скорого оргазма, раскрасневшийся и запыхавшийся, смотрящий туманным взглядом прямо в глаза. Ну как тут не выполнить его просьбу? Джингуджи вытащил стимулятор и положил обратно в коробку, после развязал Рамуду, на теле которого появились красные следы от верёвок. После он расстегнул рубашку и достал из кармана брюк презерватив. Натянув тонкий латекс на эрегированный член и смазав его, он вошёл в Амемуру с низким стоном. С самого утра он хотел побывать в этом теле, почувствовать тугие и горячие стенки, почувствовать вкус бледной кожи, поцеловать сладкие губы. Эти двое смогли вновь почувствовал друг друга, касаясь разгорячёнными телами, сплетаясь в единое целое и издавая стоны и вздохи в унисон.

***

Глубокая ночь, скоро должно было наступить утро. За окном блестел полумесяц, кое-где слышалось чириканье птиц. Двое влюблённых лежали в обнимку после жаркой ночи, вспоминая все самые лучшие моменты в их жизни: первую встречу, свидание, поцелуй, секс. — Слушай, а подарок-то какой ты мне приготовил, — Рамуда посмотрел на любимого и сильнее прижался к тёплому телу. — А что я только что делал всю ночь? Разве не дарил подарки? — тот ухмыльнулся и убрал с лица парня выбившуюся прядь волос. — Ты опять меня обманул, — Амемура снова надул свои сладкие и пухлые губки. В такие моменты для Джингуджи он становился ребёнком, такой он имел милый и невинный вид. — Тебе не понравилось? — Понравилось... правда, — парень немного помолчал и все же добавил, тихо, но уверенно, — я люблю тебя. — И я тебя, — Джакурай наклонился и поцеловал Амемуру в искусанные губы. У них вся жизнь впереди, полная и счастья и горестей, и любви и отчаяния. Полная всего. Но это неважно, ведь они есть друг у друга.