Спустя столетие

Вчерашний вечер не останется позабытыми ни Колей, ни Яковым. У парка, мужчины ещё долго простояли в обнимку и домой поехали только тогда, когда Гоголь начал засыпать на крепком плече. К слову, домой они поехали к Якову, где по дороге Коля успел ненадолго заснуть, а следователь любовался им ещё какое-то время, когда подъехал к дому, не спеша будить теперь уже своего писателя. Тем вечером они поужинали и до самой ночи разговаривали обо всём, о чём только можно и нельзя. После мужчины улеглись спать, не выпуская друг друга из объятий. Воскресное утро было тёплым и доброжелательным. Светило солнце, на улице стояла прекрасная погода, которая будто радовалась за новоиспечённую пару, даря ей тепло и уют. Яков проснулся первым, но не желал вставать с кровати и уходить от своего голубоглазого чуда. Это воскресенье было последним днем отпуска следователя, которое он твердо решил провести вместе с Гоголем, в свою очередь, мирно посапывающим в кровати. Его чёрные волосы растрепались и лежали на бледном лице. Гуро нежно улыбнулся, заправляя, наверняка щекочущие пряди за ухо юноши, а сам наконец поднялся. Поправив на Коле одеяло, он отправился в ванную, прикрыв за собой дверь спальни. Гуро быстро сделал все ванные процедуры: помылся, побрился, уложил волосы, как обычно, назад. Сегодня мужчина за долгое время выспался, проснулся в отличном настроении и чувствовал себя так, будто помолодел лет на двадцать. После он отправился готовить завтрак, на который решил сделать что-то вкусное и лёгкое. Выбор пал на гренки, поверх которых лежала колбаса и сыр, что расплавился от жара сковородки и чуть стекал с хлеба. В какой-то момент Яков задумался о чем-то незначительном. Взгляд был направлен в одну точку, а мозг отключен от реального времени, так что Гуро даже не слышал сонных, шаркающих о пол, шагов. Следователь «очнулся» только тогда, когда чьи-то тонкие руки обвили талию, а к спине прижалась тёплая грудь. Само собой это был Коля, проснувшийся от вкусного запаха, который протянулся из кухни в спальню. Желудок почуял его и дал о себе знать, разбудив юношу. — Доброе утро, — хрипло произнес Гоголь, сам ещё толком не проснувшийся, опустив свою голову на плечо следователя. — Добрейшее, Коленька, — мужчина развернулся, обнимая парня в ответ. Улыбка тут же появилась на лице, без какого-либо желания уходить, а губы поцеловали бледный лоб. — Как спалось? — Лучше всех, а тебе? — Аналогично. Иди умывайся и за стол. Гоголь нехотя разомкнул объятия, смущенно чмокнул хозяина квартиры и устремился в ванную. Не прошло и пяти минут, как из-за двери вылезла черная макушка, а пара голубых глаз пялилась на следователя Третьего отделения. — Яша-а-а, — протянул парень, явно стесняясь вопроса. Он не успел привыкнуть к тому факту, что теперь они вместе и стыдиться нечего. — А у тебя есть бритва? — Бритва? — одна бровь стремительно поползла вверх, а сам Гуро поднялся с дивана и подошел к парню, открывая зеркало, за которым скрывалась небольшая тумбочка. Оттуда мужчина достал и бритву, а если быть точнее, то новый станок. — А тебе зачем она вообще? — Увидишь, — Коля хитро улыбнулся и, поцеловав Якова, вытолкал его из ванной и закрыл дверь. — Спасибо. Спустя несколько минут шум воды закончился, а из-за двери вышел Коля, с футболкой на плече. Парень скромно прошел на кухню и Якову понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что изменилось помимо прически. Волосы Гоголь собрал в хвост черной резинкой, которая сливалась с темными прядями. Проморгавшись пару раз и собрав в голове пазл, Яков улыбнулся. Парень перед ним стоял с совершенно гладким, как «попка младенца», лицом. Писатель сбрил свои усы и недельную щетину, отчего стал выглядеть еще моложе. Улыбка не сходила с лица следователя, вследствие чего гоголевские щеки и уши чуть порозовели, а сам он натянул футболку и уселся за стол. — Так лучше? — наконец спросил Коля, смущенно поднимая глаза. — Ты мне любым нравишься, голубчик, — усмехнулся Гуро, пододвигая к Коле кружку с чаем. — Однако так тебе тоже идёт. Гоголь лишь благодарно улыбнулся и мужчины принялись за завтрак, который успел подостыть. Весь завтрак Яков любовался новым образом писателя, а тот, в свою очередь, смущенно улыбался в ответ, стесняясь поднять взгляд и буровил глазами тарелку. После завтрака Гуро быстро помыл посуду и пришел в спальню, куда Николай практически убежал после того, как доел. — А ну-ка сидеть, — строго произнёс Яков и чуть нахмурился, когда Гоголь снова собрался куда-то идти. — Хватит бегать от меня. — Эта фраза была сказана уже куда мягче и следователь встал вплотную к парню, заглядывая в такие пленящие глаза, в которых будто плескался океан с китами и дельфинами внутри. Коля улыбнулся робко, ничуть не обижаясь на повышенный тон и набравшись смелости — поцеловал Якова, закрывая глаза от наслаждения и обвивая руки вокруг тонкой шеи. Губы следователя отдают вкусом терпкого кофе с корицей, от чего хочется целовать их ещё и ещё. Яков замурлыкал бы сейчас, будь он котом. Увы, мурчать он не умел, но зато довольно выдохнул, аккуратно укладывая длинноволосого на лопатки. Последний податливо улёгся, хитро и довольно улыбаясь сквозь поцелуй. —Сегодня ты только мой, Коленька. Так что не смей от меня бежать, —Гуро неохотно оторвался от тонких покусанных губ, давая возможность перевести дыхание и себе, и юноше. —А если побегу? —Гоголь явно был доволен всем происходящим и, честно говоря, не очень соображал, что говорит сейчас. Писатель и подумать не мог, что от простых поцелуев можно быть таким счастливым. От времяпровождения рядом с любимым человеком. На душе за долгое время было хорошо и спокойно. — Догоню, — констатировал факт Яков. — Где бы ты ни был, всегда найду и догоню. В этом я лучший. — Наверняка не только в этом, — мальчишка лукаво улыбнулся, обвивая ногами талию следователя и хитро прищурившись вовлек в ещё один поцелуй. Яков наклонился, украв ещё с десяток поцелуев, однако после нехотя отстранился. — Не торопи события, душа моя, — ещё один поцелуй куда-то в район ключицы и мужчина уселся в кровать поудобнее, перетащив на себя с тумбочки ноутбук. — Посмотрим что-нибудь? — С тобой, что угодно, — Коля покраснел пуще прежнего и улыбнулся, обняв Гуро покрепче, словно боясь, что тот куда-то испарится. Сказать, что это был лучший выходной — ничего не сказать. Причем он был лучшим сразу и у молодого литератора, и у опытного следователя. Остаток того дня гоголевское тело приятно трепетало от наслаждения, а сами мужчины пролежали в обнимку в кровати до конца дня, смотря различные фильмы и сериалы. Колина голова покоилась на горячей груди Гуро, а тот обнимал своего чудо-мальчишку, который так быстро вскружил Якову голову. Последний и сам удивлялся этому. Удивлялся, но ничуть не жалел, что его пленили нежные чувства влюбленности. Утро понедельника могло бы быть идеальным. У Якова был гибкий график и он мог проспать до полудня, а у Коли был законный выходной, в который он наконец решил не идти на работу. И правильно, никакая излюбленная работа не сравнится с лишним проведённым временем рядом с любимым человеком. Всё могло бы так и быть, если бы не противный звонок гоголевского телефона, трубку которого тот поднял почти за секунду, боясь разбудить Якова. — Алло, — хрипло произнес Гоголь, чуть прокашлявшись. Он даже не успел посмотреть, кто ему звонит, однако тут же понял по голосу. — Здравствуйте, Алексей Евгеньевич. — Коля! Ты где? — Данишевский почти прокричал это, от чего Гоголь поморщился и на секунду отстранил телефон от уха. Громкие звуки с самого утра были не очень приятным ощущением. — Я… — Коля обернулся, посмотрев на Якова, который по всему видимому пытался хотя бы задремать снова. — Подождите секунду, пожалуйста. — Писатель тихо чмокнул Якова в щеку и шею в знак извинения, после чего вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. — Что-то срочное, Алексей Евгеньевич? — Коленька, прошу тебя, выйди на работу сегодня? Пушкина нет с самого утра, а дети ждут! — Как это «Пушкина нет»? — Ну нет и всё! Как сквозь землю провалился, чесслово. Ну так что, Николай Васильевич, выручите? — Да, конечно. Ко скольки подъезжать? — Чем раньше, тем лучше! — ответить Коля не успел, ректор сбросил трубку. Всё, что успел сделать Коля, это замученно прорычать. — А все так хорошо начиналось, — вздохнул парень, произнеся это самому себе, однако стал услышанным. — Какие-то проблемы, душа моя? — литератор чуть вздрогнул и обернулся на голос. В дверном проёме стоял Гуро, одним плечом оперевшись на косяк. — Я все-таки разбудил тебя? Прости, — Гоголь снова вздохнул и подошел к следователю, крепко обняв. — На работу нужно. — Помнится мне, у тебя выходной? — Яков одной рукой обнял парня в ответ, а второй зарылся в длинные волосы, зачесав их ладонью назад, после чего коснулся губами лба. — Что-то случилось? — Саша на работу не вышел. — Одни проблемы с этим Пушкиным, — проворчал следователь и расцепил объятия. — Тогда давай собираться. Только позавтракаем. — Тебе разве на работу сейчас? — Тебя отвезу и поеду. Раньше начну — раньше закончу. Гоголь с собранными волосами и гладко выбритым лицом выглядел ужасно привлекательно, о чём Яков сказал парню на пороге, перед выходом, вогнав в краску. Когда Гоголь вошёл в университет, то к нему тут же подлетел Данишевский. — Здравствуйте, Николай Васильевич. Спасибо вам большое, что приехали, да ещё и так быстро! — Гоголь лишь успел подумать о том, что когда-нибудь он за это получит либо как минимум один выходной, либо надбавку в зарплате. — Не за что, Алексей Евгеньевич. Вы так и не дозвонились до Пушкина? — Ни слова от него! — мужчина явно был очень возмущён. Он не любил таких оплошностей и редко такое прощал, так что пушкинское счастье, если его не сократят после такого, а лишь отругают. Коля пообещал начальнику узнать, что случилось и, тяжело вздохнув, вошёл в актовый зал, который гудел от разговоров одной из групп. — Утро доброе, — как только Гоголь дал о себе знать, все затихли и поздоровались в унисон. — К сожалению сегодня вместо Александра Сергеевича пару веду я, надеюсь никто не расстроен. У господина Пушкина домашние проблемы. — Коля вытянул информацию из пальца, чтобы не было лишних вопросов. Эту речь литератор говорил каждой группе и уже устал повторять снова и снова. Однако день прошёл быстро и Гоголь как на автомате рассказал всё последней группе. — И слава Богу, — послышалось шёпотом с задних рядов. Видимо это услышали все студенты, так что по помещению прошлось легкое хихиканье. Коля тоже улыбнулся, отмечая в голове тот факт, что хоть кто-то тут его любит чуть больше, чем знаменитого Пушкина. — Что же вам такого сделал господин Пушкин, что вы его так недолюбливаете? — улыбчиво поинтересовался Гоголь. Неожиданно, но отвечать стало сразу несколько человек. В целом, если собрать информацию по кусочкам, то студенты жаловались, как скучно Пушкин ведёт пары и, в большинстве случаев, только и делает, что читает свои новые стихи. Также поступили заявления о том, что Гоголь вообще один из лучших преподавателей, а как литератор вообще находка. Гоголю было приятно, однако он чуть успокоил гул голосов. — Мне очень приятно, молодые люди, но подкупить меня на пятерки не получится, — отшутился преподаватель, тут же услышав разочарованное: «Ну вот.» Снова смех и наконец занятие. Студенты делали всё продуктивно и сплоченно, с поднятым настроением, что не могло не радовать. Единственный, кто был самым отстраненным — это один из самых прилежных студентов. У него в предметах идёт уклон на язык, которых он знает аж три: русский, английский и немецкий. В принципе и по остальным предметам паренёк успевал. «Способный, но зажатый» — думает Коля и улыбается, вспоминая самого себя когда-то. Прозвенел звонок с пары, и дети, попрощавшись с Колей, начали постепенно расходиться. — Серёж [1], подойди пожалуйста, — Гоголь мягко улыбнулся парню, спустившись со сцены к нему навстречу. — Что-то не так, Николай Васильевич? — Это я хотел спросить у тебя, Сергей. Ты зажатый какой-то в последнее время. Тебе может быть нужна помощь? Можем с тобой отдельно позаниматься, если хочешь, — Коля искренне хотел помочь парню. К тому же он так сильно напоминал Гоголю самого себя, что смотреть было больно. — Если вы правда не против, то я буду рад, Николай Васильевич, — студент поднял уставшие глаза и улыбнулся, казалось, из последних сил. — Тогда давай в четверг в два часа тут, договорились? — Хорошо. Спасибо, Николай Васильевич, — парнишка более оживленно зашевелился и направился к выходу. — А, ещё, Николай Васильевич, Вам очень идёт новый имидж. — Спасибо, Серёжа, — только и успел сказать Коля, написав себе заметку: «Серёжа (Хома-Брут) на четверг 14:00». Ему было приятно слышать сегодня от студентов комплименты по поводу изменений. Кто же знал, что чтобы получить столько внимания, нужно было всего лишь побриться и собрать волосы. День медленно шёл к вечеру и, выходя из универа, Коля набрал номер Пушкина. Тот не брал трубку и Гоголь собравшись духом, направился к нему домой. Коля вызвал такси и назвал адрес, который взял из пушкинского личного дела в университете. Машина ехала за центр города, ближе к окраине, где уже располагались свои дома. У одного из них, который выглядел довольно солидно, остановился автомобиль. Гоголь отдал водителю деньги и, тяжело выдохнув, постучал в дверь. На пороге стоял мужчина средних лет и вопросительно глядел на Гоголя. — Простите, я ищу Пушкина. Александра Сергеевича, — Гоголь заметно напрягся, а грозная физиономия стоящего напротив мужчины вдруг стала куда мягче. — Александр Сергеевич всю ночь в покер играл, спит он. — Как покер? — Ну, картишками, молодой человек. Вы, собственно, кем будете и откуда у вас этот адрес? — Гоголь. Николай. Мы работаем вместе, начальник попросил найти Александра Сергеевича, он на работу не вышел сегодня. Адрес был в его личном деле, — словно оправдываясь добавил он. — А, так Вы Николай Васильевич? Проходите, — мужчина пропустил Гоголя, закрыв за ним дверь. — Александр Сергеевич рассказывал про Вас. — А вы, простите, кем будете? — Кирилл я. Дворецкий, нянька, уборщица личная — как хотите называйте. — Приятно познакомиться, — Гоголь наконец спокойно выдохнул, протягивая Кириллу руку. Последний пожал её и повёл Колю за собой в гостиную, где на диване спал Пушкин. В нос тут же дал неприятный запах перегара, от чего голубоглазый шмыгнул. — Проиграл он, в покер то. Ну, и расстроился, напился, — тяжело вздохнул Кирилл, сразу отвечая на вопрос. — А мне теперь ходи, убирай за ним. Посмотрите на него! Прямо барин, — ворчал мужичок, подбирая пустые и полупустые бутылки из-под алкоголя. Николай Гоголь со школьной скамьи зачитывался произведениями Александра Пушкина, был его преданным поклонником, а сейчас стоял на месте, как вкопанный. Для Гоголя это было страшным ударом, ведь он всегда представлял своего кумира не иначе как «окруженного постоянно облаком вдохновения». Литератор быстро попрощался с Кириллом, попросив его лишь о том, чтобы Пушкин отзвонился Данишевскому. Вылетев из пушкинского дома, Коля пошёл прочь, заказав такси до дома, а пока машина была в пути, купил себе пару бутылок вина. Вечер обещал быть весёлым.