IV — Уберите руки, негодники! Я снова все забыл
5 августа 2019 г., 21:21
***
Новый день — новые испытания. Шэнь Цинцю с трудом разлепляет глаза. В последнее время кошмары настолько выматывают, что с самого утра нет никаких сил. Шэнь Цинцю поднимается и приводит себя в порядок. Бамбуковый дом пуст; около кровати заботливо накрыт маленький стол. Шэнь Цинцю пробует теплую конги, явно недавно приготовленную, вкус отдает на языке чем-то непривычным. Он совсем не чувствует голода, но все-таки ковыряет кашу. Спустя время, за которое Шэнь Цинцю едва ли что-то съедает, в домик заходит Лю Цингэ. Сильно раздраженный. — Шисюн, ты почему так плохо ешь? — несмотря на почтительное обращение, тон Лю Цингэ требователен. Шэнь Цинцю не сразу находится с ответом. Его апатия чуть отступает под внимательным и жестким взглядом Цингэ. Он отодвигает кашу и наконец, спрашивает: — Шиди Лю, позволь узнать, что ты здесь делаешь? — Ты забыл? — в глазах Лю Цингэ читается недоверие. — Сегодня годовщина. Последняя фраза что-то ломает внутри Шэнь Цинцю, и он, пока не осознавая всего масштаба катастрофы, смотрит на Лю Цингэ, ожидая приговора. — Годовщина со дня смерти чжанмэнь шисюна Юэ Цинъюаня. Хотел узнать, будешь ли ты присутствовать? Сердце Шэнь Цинцю ухает куда-то вниз. — Шиди, у этого шисюна, похоже, провалы в памяти. Не мог бы ты рассказать, как это произошло? — тон Шэнь Цинцю слишком спокойный. Лю Цингэ хмурится, но отвечает, будто не удивлен такому вопросу: — Во время битвы с лордом демонов чжанмэнь шисюн использовал свой меч, и тот поглотил всю его жизненную силу. Ты тоже там присутствовал. — Лордом демонов? — Предыдущим лордом, Тяньлан Цзюнем. Шэнь Цинцю силится вспомнить хоть что-нибудь. Увы, память его подводит. В голове Шэнь Цинцю нет ничего о смерти чжанмэнь шисюна. Зачем Лю Цингэ обманывает его? Происходящее так злит Шэнь Цинцю, что его искусственное спокойствие мгновенно дает трещину. — Что ты несешь? Не было такого. Не могло быть! — Шэнь Цинцю трясет. — Я бы не смог такое забыть! Зачем ты здесь? Пришел поиздеваться? Что ты сделал с моим веером? Почему на нем кровь? Лицо Лю Цингэ темнеет, будто он еле сдерживается, чтобы не накричать в ответ. Из его рукава волшебным образом появляется сложенный веер, который летит в лицо Шэнь Цинцю. — Забирай! — резко говорит он. Шэнь Цинцю вовремя ловит его и раскрывает. Веер, как веер, ни пятнышка грязи на белоснежном шелке. — Ты что специально их крадешь? Я говорил не про этот, а тот, что ты отдал Бинхэ, с камелиями. — Да когда это вообще было?! — лимит терпения Лю Цингэ исчерпан, оба горных лорда уже кричат друг на друга. — Что значит когда? Хватит нести чушь! Что тут, в конце концов, происходит? Ночуешь в моем доме, а потом говоришь, что проходил мимо, чтобы позвать на похороны?! Какого дьявола? — Какого дьявола?! Это тебя надо спросить, шисюн! Посмотри на себя, посмотри, кем ты стал! От громких криков у Шэнь Цинцю начинает болеть голова. Он силится сказать что-то в ответ, но с ужасом понимает, что если откроет рот, то его язык может вывалиться. Шэнь Цинцю сжимает веер до хруста, на глаза наворачиваются слезы. Лю Цингэ делает шаг навстречу, насильно притягивает к себе: — Хватит, успокойся, шисюн. — Успокойся, шицзунь, все хорошо, незачем так волноваться, — Ло Бинхэ возникает из ниоткуда и обнимает Шэнь Цинцю со спины. — Шиди Лю просто неудачно пошутил. А насчет крови, мы же выяснили, что тебе померещилось. — Да хватит меня успокаивать! Уберите руки! Лю Цингэ злобно таращится и только сильнее сжимает. Ло Бинхэ же не перестает давить со спины. — Отпустите! Оба! Немедленно! — Шицзунь, разве на самом деле ты этого хочешь? — Ло Бинхэ шепчет ему в шею. Шэнь Цинцю понимая, что сопротивляться двоим сразу он не может, предпринимает обратную тактику и замирает на месте, закрыв глаза, будто погружаясь в транс. И тут же ощущает, как чужие губы касаются его рта. Он инстинктивно поддается поцелую, впуская грубый язык внутрь. И через секунду до него доходит, что это Лю Цингэ. Шэнь Цинцю в негодовании разрывает поцелуй, и ему тут же закрывают рот рукой. Ло Бинхэ медленно протягивает: — Шицзунь, пожалуйста, не кричи, ты же не хочешь, чтобы нас услышали посторонние. К нам пришли гости. Шэнь Цинцю не успевает опомниться, как слышит снаружи бамбукового дома женский голос. — Шишу, гэгэ, вы здесь? Я войду? Ло Бинхэ выпускает учителя из рук. — Я пойду, позабочусь о старшей сестрице.***
Лю Минъянь с неизменной вуалью на лице порывисто заходит внутрь, оставив Ло Бинхэ позади. Она внимательно и будто с укоризной смотрит на двух старших заклинателей. Шэнь Цинцю переводит взгляд с нее на Ло Бинхэ и обратно и, поддавшись детскому порыву неудовлетворенного любопытства, взмахивает веером, который все еще держит в руках. Под потоком ци бессмертного Мастера вуаль на секунду слетает с лица девушки. Лю Минъянь тут же ловит ее и повязывает назад, но мгновения хватило. Шэнь Цинцю еле сдерживается, чтобы не показать свое глубокое разочарование: лицо первой красавицы было и втрое не так прекрасно, как протагониста. Сплошной обман! Ло Бинхэ, все еще стоя около двери, самодовольно ухмыляется, будто он точно знает, о чем сейчас думает учитель. Лю Цингэ же заливается краской и тут же переводит злой взгляд на Шэнь Цинцю, обещая одним взглядом сломать ему и веер и руки. Лю Минъянь приветственно поклонившись невозмутимо говорит: — Доброго дня! Шэнь Цинцю, если позволите, я бы хотела пообщаться со своим братом. Лю Цингэ даже не смотрит на нее. Шэнь Цинцю кивает и уходит, оставляя их вдвоем. Ему самому сейчас надо побыть наедине. К счастью, Бинхэ не увязывается вслед. Шэнь Цинцю следует до боли знакомой тропинкой и выходит к пруду. Садится под раскидистыми платанами в позу лотоса. Все произошедшее с момента пробуждения кажется не меньшим сном, чем кошмар накануне. Система предательски молчит. Когда она в последний раз с ним говорила? Во время финальной миссии основного сюжета новеллы? Он про нее не вспоминал долгое время, но сейчас, когда было нужно ее расспросить, до нее было не докричаться. В голове было так тихо, что складывалось впечатление, будто Систему он придумал, и ее никогда не существовало. Сделав несколько дыхательных упражнений, Шэнь Цинцю с трудом возвращает самообладание и, наконец, обращает внимание на окружение. К его удивлению по воде плывут красные листья. «Как же это? Еще вчера было лето, а уже осень?» — Шэнь Цинцю смотрит на воду, будто там есть все разгадки. Мысли о временах года замещают тяжелые размышления о странных событиях последних дней, и горный лорд, наконец, расслабляется. «Конечно, это все дурной сон! То что сказал Лю Цингэ, то что он сделал…этого не могло быть на самом деле. Но если это сон, то почему он так затянулся? Будто сон и бодрствование переплелись и не отличить вовсе, когда они сменяются. Можно проверить это сон или нет: если сейчас мысленно позову Бинхэ и он окажется сразу здесь, то сон». Шэнь Цинцю закрывает глаза, повторяя про себя заветное имя. Не проходит и минуты, как сзади к нему кто-то подходит. У горного лорда покалывает сердце, все-таки сон? Не может же он и вправду все время спать? Шэнь Цинцю медленно оборачивается, но вопреки ожиданиям рядом с ним стоит Лю Минъянь. Девушка устанавливает с ним зрительный контакт и глубоко кланяется. — Прошу вас позаботиться о моем брате. Шэнь Цинцю кивает, но девушка продолжает говорить, как заведенная. — Прошу вас позаботиться о моем брате. — Прошу вас позаботиться о моем брате. Шэнь Цинцю смотрит на нее во все глаза, крепко стискивая веер, в голове всплывает фраза, которую он когда-то слышал: «все важные вещи нужно говорить трижды». Неожиданно Лю Минъянь сокращает дистанцию между ними, подмигивает и тихо говорит: — Шэнь Цинцю, осторожнее с дверями. Никогда не знаешь, что скрывается за очередной дверью. Последние слова вносят полный сумбур. Шэнь Цинцю хочет еще расспросить девушку, но пока он собирается с мыслями, Лю Минъянь уже уходит. Шэнь Цинцю вздрагивает, когда настойчивые руки ложатся ему на талию. — Шицзунь, в словах сестрицы есть смысл. И все-таки Бинхэ явился по его мысленному зову.***
