Фото на память

Сжимая в кулаке ворот моей кофты, парень прижимал меня к стене, едва оторвав от пола. Глядя мне в лицо, он медлил, будто раздумывая как получше со мной расквитаться. — Не знаю, что делает тебя имбецилом, — выдал он, наконец, сквозь зубы, — но это, мать твою, действительно работает. — Спасибо, — натянуто улыбаюсь, пытаясь всё же достать пальцами ног до пола. — Что ты наплёл своей матери вчера, алкаш ты пропитый? Почему она убеждает меня, что спать с парнями — это плохо? — Но… — приподнимаю палец, чуть пригрозив, — это же действительно плохо… Братец любезно даёт моей спине возможность прочувствовать всю твердость кирпича, из которого выстроен наш дом. — Что, если я скажу твоей матери, где ты вчера бухал? — заглядывает он в мои глаза, брызгая слюной. — Что, если скажу с кем? Кто покупал вам алкоголь? Где вы сидели до самого утра? Кирилл чуть усмехнулся и немного отпрянул. — Что молчишь? Язык в гландах запутался? Я глянул на парня с максимальным раздражением, которое мог из себя сотворить. С нами были парни постарше, примерно возраста Кирилла, так что я не удивлюсь, если какая-то падла слила меня ему. Ну у него есть неплохой компромат теперь, окей. Уел. Кирилл резко отпустил меня, из-за чего я едва ли не упал, но смог удержаться на ногах. Опираясь о стену одной рукой, я смотрел на парня снизу вверх. Тот всё еще дико злился на какие-то нелепые слова, сказанные мной в пьяном бреду. И что так злиться на это? Разве только это не оказалось бы правдой… — Жаль я не могу утопить тебя, — не унимался тот. — Ну да, — выпрямляюсь, отряхивая кофту, — сколько там сейчас дают за убийство? Пятнадцать лет? — Меня не пугает срок, я бы отсидел, — хмыкнул он. — Пустота в твоей голове сработает как поплавок. Это единственное препятствие. Парень явно чувствует себя победителем, в очередной раз сделав попытку унизить меня. — Какая острая шутка, — морщусь презрительно, — смотри не порежься. Кир замахивается, но очень своевременно мама решила любезно напомнить Кириллу, что у него прослушивание через полчаса, крикнув ему это через дверь. Парень щурился, оглядывая меня, будто представляя как вешает меня или всё-таки топит, и вышел, конечно же толкнув меня плечом. Банально. Очень на него похоже. Кирилл. Музыка через наушники проникала в мою голову, обволакивала всего меня, раскачивая под свой темп. Времени распеться было достаточно, но я всё равно слегка волнуюсь, стоя здесь, перед третьей за два месяца комиссией. Надеюсь, в этот раз найдётся человек, который оценит мой голос и чувство ритма. Открываю глаза, стоя перед микрофоном, и оглядываю комиссию за стеклом: какой-то упитанный мужичок, рядом с ним женщина с бордовым пучком волос на затылке, после неё маленькая блондиночка, оценивающе изучавшая меня из-под тоненькой оправы, и после неё ещё один мужчина в солидном синем костюме. А за ним мальчишка — блондин, одет как-то по-простому, будто в домашнюю одежду. Сжимает в руках папку с моими данными и заинтересованно оглядывает меня. Мой бит заиграл по-новой, что означало начало выступления. Собрав всю свою самоуверенность в кулак, я прочувствовал музыку, пропустив её через себя в виде мурашек, и начал выступление.

***

— Ты выглядел здорово там, — семенил рядом мальчик с моими документами в руках. В ответ получил от меня только довольный смешок. — А почему твои родители не пришли поддержать тебя? У остальных с ними кто-то был… Родители? Не верят в меня уже давно. Отец не хотел отпускать меня на это прослушивание, потому что уверен: я снова его опозорю. А мачехе своих дел хватает. Особенно дел, связанных с её отпрыском. Я оглядел блондина. — А ты всегда одет так? Как ни увижу тебя, ты постоянно в этом клетчатом синем свитере. Купить тебе одежды с моего первого гонорара? — Кирилл, — улыбается мальчик. — Ты такой… — Кирилл Евгеньевич, — отвлёк меня грубоватый мужской голос, и я повернул голову на звук. Там стоял мужчина в синем костюме. — Простите, не помню вашего отчества, — делаю шаг назад и киваю головой в знак приветствия. — Зовите просто Михаил. Думаю, вы ищите продюсера, — оценивающе оглядывает меня. Киваю в ответ, глядя в глаза. — Считайте, вы его нашли. Чуть хмурюсь. — Простите?.. — Прощаю, — ухмыльнулся мужчина. — Пройдёмте со мной, обговорим детали. Мужчина разворачивается и идёт вдоль по коридору, не дожидаясь моего ответа. Меня тянут за руку вниз, отвлекая от происходящего. Перевожу взгляд на блондина, который широко улыбается. — Поздравляю, Кир, — сдавленно крикнул он, — это же круто, у тебя будет продюсер! Улыбнись! В ответ согласно мычу, снова глядя на спину уходящего будущего продюсера. Помотав головой, будто прихожу в себя, начинаю осознавать, что мне сказали только что, и улыбаюсь как дурак. Мальчик тянет меня в сторону за угол, робко целует меня в щёку и отпускает, толкая в сторону Михаила. Оглядываюсь на блондина, который теперь смущённо прикрывался папкой, глядя на меня, однако его румянец всё равно был заметен. Помедлив, мальчик разворачивается и собирается уходить, но замирает, услышав мой голос: — Встретимся вечером, Саш? Вновь медлит, кивает и быстрым шагом убегает. Усмехнувшись его реакции, иду за Михаилом вдоль длинных коридоров. Выхожу на лестницу и вижу мужчину, который медленно спускается по ней вниз, сунув руки в карманы брюк. Догоняю его и шагаю следом. — Сколько вам лет, Кирилл? — глухо доносится до меня. — Девятнадцать. — Отлично. Проблем с согласием родителей не будет, — смотрит на меня через плечо с улыбкой, — оно не нужно. Поджимаю губы в улыбке и киваю. — Это ваше первое прослушивание? — Нет, — честно признаюсь. — Что мешало на прежних? — Ну знаете… Не всем дано видеть таланты, — самодовольно? Да. Мужчина по-доброму смеется, прикрыв рот кулаком. — Что ж, ты мне нравишься, Кирилл. Может выпьем? — Нет, спасибо, — мотаю головой, — сегодня ещё есть планы. Но, как только подпишем договор, обязательно. Михаил улыбается, довольно кивая, будто этого ответа и хотел, после чего протягивает мне свою визитку. Беру маленькую бумажку в руки и изучаю информацию на ней. Меня отвлекают слова Михаила: — Храни у себя. Сейчас съездим в мой офис, идёт? — открывает передо мной дверь, но я останавливаюсь, пропуская того вперед. — Да, без проблем. Дима. Возвращаясь из школы, проклинаю всё на свете. Мало того, что с самого утра похмелье, которое раззадорил братец своими угрозами, так ещё и нудные тесты в качестве подготовки к ЕГЭ. И для чего это всё, если экзамены только через полгода? Радует хотя бы свежий воздух после дождя на осенней улице. Деревья ещё не все стали цветными, всего лишь октябрь на дворе. Но выглядит это всё равно неплохо. Иду по аллее в сторону парка, в котором часто зависаю с фотоаппаратом, и достаю как раз сей инструмент из портфеля. Надев его на шею, поправляю рюкзак, повесив на оба плеча, и останавливаюсь, чтобы настроить фотоаппарат и сделать очередной кадр. Я занимаюсь фотографией почти три года, множество раз мои работы побеждали на выставках района и дистрикта, печатались в журналах, использовались в школьных статьях. Собственно, со статей в школе всё и началось, а после учительница по краеведению уговорила отнести свои фото в местный городской журнал о природе и благосостоянии города. А там пошло, поползло, поехало. Делаю новый кадр, убеждаюсь, что в нём нет ничего лишнего, что портило бы вид, и топаю дальше, оглядываясь по сторонам. Люблю фотографировать именно после дождя — с каплями можно сделать неплохие фото. Например, можно поставить друг напротив друга двух людей, отойти подальше к деревьям, найдя листок с капелькой дождя на нем, и вот тебе фотография — грустная девушка, которая четко видна на фото, потеряла любимого, который размазан из-за того, что стоит прямо напротив капли, и каждый дождливый день напоминает ей о нём. Грустная романтика — то, что цепляет мою творческую душонку. Вздохнув, оглядываю прохожих. Людей тоже люблю фотографировать, но только если в их банальном образе есть какая-то выделяющаяся деталь. Например, радужный шарф на фоне серого пальто. Есть множество историй, как я получал по мозгам от прохожих, до которых люблю докопаться ради одного фото. А потом еду в клинику сдавать кровь… Мда. Поднимаю фотоаппарат, стараясь запечатлеть на фоне голых веток деревьев красный улетевший шарик, но замираю на долю секунды, увидев в небольшой толпе знакомое лицо. Фотографирую толпу, опускаю фотоаппарат и смотрю на получившийся кадр. Медлю, приближая… Действительно, Кирилл… А что у него в руке… Другая рука… А чья… Что?.. Поднимаю голову от фотоаппарата, пытаясь взглядом найти брата и парня, которого он крепко держит за руку, и натыкаюсь на эту парочку в паре метров от себя. Кирилл улыбается, глядя на своего спутника, после поворачивает голову, замечает меня: его улыбка сходит на нет, в то время как мои губы готовы порваться, растягиваясь от уха до уха. — Дима? — немного удивлённый и растерянный голос братца. — Дима?.. — мальчик Кира оглядывает меня и смотрит на него. — Твой брат? Хмыкаю довольно и киваю на свой фотоаппарат. — Теперь у меня тоже есть компромат, — кусаю нижнюю губу, — любимый братик.