Голова раскалывалась от хронического недосыпа, а мешки под глазами «дополнение» ко внешности, к которому пора бы давно уже привыкнуть. У меня нет желания спать, я просто не могу, блядь, как же это мучительно, это поражает каждую клеточку мооего тела.
Вообще, мне не столько все равно, сколько я просто уже устала надеяться на что-то, что никогда не произойдёт. Окей, жизнь — поразительно непредсказуемая штука, а значит, впереди ещё столько всего может произойти. Ох, нет, я сейчас не имею в виду конкретно Эрика. Кроме того, что этот выродок испортил мне жизнь, надо мной к тому же основательно поиздевалась учеба. Я уже дважды не сдала тест по истории Америки, что со мной не так, черт его побери, легкий же предмет, а я сидела в том кабинете как дура, не знала ответа ни на один вопрос.
Я подумала:
«Так, все, с меня хватит. На этот раз я точно сдам этот тест» но, во второй раз все было ровным счётом точно также, как и в первый.
Звонок в дверь.
Дома никого, семья уехала по каким-то «важным» делам, а я была полна вдохновения учить историю.
Сначала думала проигнорировать звонок и сосредоточиться на учебнике, но звонки стали только настойчивее.
Я украдкой подошла к двери и заглянула в глазок: за ней стоял Дилан.
— Привет, — произнёс он, когда я наконец открыла дверь. — Я тебя разбудил?
— Я не спала, — пролепетала уставшая я, — ты ведь знаешь.
— Эрик говорил, что ты как-то неважно выглядишь в последнее время, поэтому просил, чтобы я принёс тебе это. — Клиболд протянул мне небольшую красную коробочку.
— Спасибо.
Эрик говоришь?
Черт возьми, зачем, ЗАЧЕМ эта наигранность, Харрис?
Тебе же наплевать, так зачем ты обманываешь и меня, и себя?
Я конечно люблю имбирное печенье, но не так сильно, как… В общем, просто не делай вид, что ты заботишься, понял? У тебя не получается. Ты хороший актёр, ты хорошо умеешь лгать, но я твою неискренность способна рассекретить сразу. Просто иди к черту!
О боже, с кем я говорю? Эрика ведь тут нет.
— Кейлин?
— Да, я слушаю, — взглянула я на Дилана, имитируя заинтересованность.
Ну и что, что я ничего не слышала?
Там все равно ничего интересного сказано не было.
— Ты всё запомнила?
— Конечно! — «С воодушевлением» вскрикнула. — Дил, ты прости, но мне надо учить историю. Я не хочу облажаться в третий раз.
— Без проблем. Увидимся, — Заключил Клиболд, и приятно улыбнувшись, вернулся к своему автомобилю.
— Передай Харрису большое спасибо. — Напоследок отозвалась я, Дилан ответил немногословное «Окей» и уселся обратно в машину.
Когда зашла в дом, последовал звук двигателя, Дилан на прощание посигналил пару раз и тут же уехал.
Первое желание, которое появилось у меня, едва я успела переступить порог дома, это — позвонить Эрику и сказать ему все, что я думаю. А второе — быстрее съесть коробку этого невообразимо вкусного печенья.
Решилась я только на второй вариант.
***
В нашем тесном доме, который родители купили около двух лет назад, моим любимым местом был чердак, на котором я собственно и живу. Отец был против, чтобы я поселилась там, говорил, что там холодно, и вообще, что чердак — место для мусора и ненужных вещей, но никак не для постоянного проживания. Я убедила семью, что превращу это сырое, некомфортное помещение в место, откуда не захочется вылазить.
Получилось почти так, как я и хотела. Меня обрадовало больше то, что Эрик одобрил эту идею, и даже подарил несколько постеров с рок-группой и какой-то компьютерной игрой, конечно, это не совсем по моим интересам, но подарок я приняла и мне было приятно, что ему хотелось внести свой вклад в преображение чердака и превращение его в мою комнату.
Я повесила постеры на стене у кровати, и каждый раз, когда я открываю глаза, вижу их, и на ум сразу приходит эта чёртова физиономия. Зря я приняла этот подарок, теперь жить нормально не могу.
Я помню, как Эрик притворился, что он мой парень, чтобы тот надоедливый придурок из школы оставил меня в покое. У меня не выходит из головы день, когда в честь моего пятнадцатого дня рождения, Эрик пригласил меня к себе, и мы втроём, вместе с Диланом, отлично провели время.
Я в жизни не забуду помощь, которую мне оказывал Эрик с домашней работой или объяснением тем, которых я не понимала.
Он ведь может быть более чутким ко мне. Я никогда не узнаю, о чем он думает, было это лишь притворство, или искреннее желание помочь, сделать меня счастливой. В нашей дружбе все же были хорошие моменты, и они так дороги мне, что я готова все отдать, лишь пережить их снова.
И что, что каждую ночь я ревела, узнав о новых отношениях Эрика?
А какая разница, что у меня начиналась истерика, когда мне говорили, что Эрик пошёл гулять с девчонкой со школы?
А не плевать ли на то, что я была готова убить себя тогда, когда мои подруги рассказывали, как часто им звонит Эрик?
Не плевать.
***
— Привет. — Передо мной стоял Эрик Харрис собственной персоной, когда на следующий вечер он позвонил мне и попросил выйти на улицу.
— Здравствуй, — ответила я, напрочь стараясь игнорировать своё тело, которое всяческими способами старалось показать КАК ЖЕ ТЫ МНЕ НЕБЕЗРАЗЛИЧЕН, ЭРИК ХАРРИС!
Например, сейчас у меня снова вспотели ладони, а щеки горят так, будто я сама из ада к вам пожаловала.
— Выглядишь сонной, — Эрик поправляет рубашку и я замечаю интересную деталь: две первых пуговицы расстегнуты, обнажая шею.
— Да-аа. Я. — Язык заплетается, в голове отсутствуют мысли, сказать что-либо — вообще никак не получается.
— Я не выспалась. Да. Именно! — Вскрикнула, как только хоть что-то появилось в моем крошечном мозгу и собралось в единственное несчастное предложение.
— Слышал ты готовишься к тесту?
— Ага, — Кусаю пылающие щеки изнутри, — Дилан передал тебе благодарность за коробку печенья?
— Да, — Неряшливо поправляет кепку, — Я был уверен, что тебе понравится.
— Ты не ошибся, — Перебираю молнию на кармане джинс от сильной нервозности.
У меня вопрос к самой себе:
Кейлин, ты когда-нибудь, в коем то веке будешь реагировать на появление Эрика НОРМАЛЬНО?
Иногда мне кажется, что я неизлечимо больна, и веду себя, как эпилептик на последней стадии.
— Ну тогда, может пригласишь войти?
— Ты пришёл в достаточно позднее время, — Сглотнула вязкую слюну, уставившись на Харриса как полная дура. Я ощущала себя сейчас так мерзко, и как избавиться от этого щемящего чувства собственной беспомощности перед ним?
— Это проблема?
— Нет, — Внутренний голос наконец решил вмешаться и в буквальном смысле заорал «ХВАТИТ ПЯЛИТЬСЯ НА НЕГО, АДАМС!», глаза тут же опустились на пол, и теперь не отрывались от земли, а выглядело это опять же глупо, словно я оценивающе разглядываю его обувь.
А есть какие-то справочники, как вести себя адекватно, но при этом не выглядеть умственно отсталой идиоткой?
— Проходи, — Я в конце концов додумалась отойти в сторону и позволить Эрику не мерзнуть на улице, а войти в моё скромное жилище.
***
Оба заходим в мою комнату.
Я с усталостью плюхнулась на кровать; смотрю, а Эрик неторопливо подходит, садится рядом.
— Я обидел тебя тогда?
— Не понимаю, о чем ты.
Он сейчас серьёзно это спрашивает? Ибо мне вдруг показалось, что ему не все равно.
А нет,
показалось.
— Когда мы сидели у меня.
— Неет, ты чтооо, — Я взмахнула рукой, показывая, что это был лишь «пустяк», однако, на самом деле, это здоровски задело меня тогда.
— Это было недоразумение. — Произнесла я и затихла, наблюдая за Харрисом, который сидел напротив меня с расстоянием всего-то тридцать жалких сантиметров.
Невысокий торшер освещал лишь противоположный угол моей спальни, и на лице Эрика тусклый свет отдавал легким отблеском.
Я всегда мечтала о такой вещи, ибо мне казалось, что торшер наделяет комнату особой атмосферой и каким-то уютом, что-ли.
— Хорошо, что ты не в обиде, — Пристально разглядывая комнату, взгляд Эрика в конечном итоге остановился на подаренных им постерах.
— Ты повесила их?
— Конечно, — неуверенно пролепетала себе под нос я, не отрывая от парня глаз.
— Это странно, — Эрик внезапно рассмеялся и я стукнула его кулачком в плечо, спросив:
— Почему ты смеёшься?
— Твоя комната такая милая, но у тебя висят постеры с «Rammstein» и «Doom».
— Нуу, — задумалась, перебирая в своей голове всевозможные варианты ответа, но только не «Потому что я хочу, чтобы хоть какая-то частичка тебя была рядом со мной», который я отбросила почти сразу же.
— Это же подарок. Тем более, это отличный способ подчеркнуть мою многогранность!
С умным видом я продолжила впаривать Эрику что-то про оригинальность, в общем, просто брала рандомные мысли, что приходили в голову. Хоть импровизировать научилась.
Я не понимаю, как Эрик слушал мой бесконечный словарный понос, что лился из меня непрерывно, я просто перестала контролировать себя и говорила, говорила, без конца и края.
Он сначала меня слушал, а затем с улыбкой сказал:
— Держу пари, ты не знаешь ни одной песни «Rammstein» и не имеешь понятия, что такое «Doom».
О да, ты охереть как прав, чувак.
— Да какая разница, — Я старалась уйти от этой темы, и как можно быстрее и незаметнее.
— Окей, ну, мне все равно, у всех свои интересы. И ещё, твоя комната стала намного уютнее чем тогда, когда я был здесь в последний раз.
— Думаю, так и есть. Учитывая то, что ты не был у меня довольно долгое время.
Эрик промолчал на этот своеобразный скрытый упрёк и обиду.
— Я пойду, у меня ещё есть незаконченные дела.
— Окей, заходи как-нибудь, как появится свободное время.
— Не обещаю, сейчас его катастрофически мало. — Харрис взглянул на меня, и не спеша ушёл, а я даже не крикнула ему вслед «Пока», или «Спокойной ночи».
Я кричу внутри себя, и невыносимо хочу побежать со всех ног и остановить тебя, впечататься в твоё тело и обнимать тебя, крепко-крепко, до разлома костей.
Но ты снова уходишь.
Как всегда, Эрик.
Ты снова заставишь меня скучать, скучать,
скучать.