young forever

Несмотря на то, что Намджун сам же назначил время, он снова опаздывает. Меньше всего ему хотелось делать это сегодня. Однако, подходя к месту встречи, он вздыхает с облегчением, ведь Чимин приветствует его как всегда — самой светлой улыбкой на свете. У старшего на душе становится чуточку теплее и спокойнее. — Привет, хён. — Привет. Извини, что снова опоздал, — он чешет рукой затылок и стыдливо отводит взгляд в сторону. — Всё в порядке, мне не привыкать, — младший по-доброму усмехается. Он совсем не выглядит обиженным или раздосадованным из-за опоздания своего друга. Напротив, весь искрится и словно бы светится изнутри. — Да и ждал я тебя не так уж и долго, так что не переживай, — улыбается шире. — Ну, пойдём? — Да, пойдём, — кивает старший, и они направляются в сторону клуба с игровыми автоматами. Идея поиграть в бильярд пришла Намджуну совершенно случайно. Изначально он не планировал сегодня вообще выходить из дома. С утра он с трудом разлепил глаза, несмотря на то, что проспал около двенадцати часов. Голова у него после похмелья была чугунная, в висках болело так, будто по ним с двух сторон стучали молотками. Не самое приятное начало дня. Особенно если всё это подкреплено чувством вины. Своего рода вишенка на торте, мучившая его с самого пробуждения. Намджун надеялся, что сможет провести этот день спокойно, в гордом одиночестве. Расчёт был на то, что за ночь он сбросит с себя стыд за произошедшее и проснётся чистым от пережитых эмоций. Но не тут-то было. Стоило ему встать с кровати, как в глаза бросился кошелёк, оставленный им вчерашним вечером на столе. В голове тут же возникла сцена, как Хосок вернул ему пропажу и при каких обстоятельствах он вообще оставил её в щиктане. Казалось, всё словно шло против него: хлопья, которые он съел на завтрак, оказались невкусными; фильм, за которым он хотел скоротать время — скучным. А совесть тем временем продолжала грызть его изнутри. Намджун всё прекрасно понимал. Понимал, что не он один был виноват. Ребята тоже внесли свою лепту во всё это, заставили огонь внутри него вспыхнуть. Он смотрел на ситуацию весьма трезво, но от этого легче не становилось. Черту перешёл именно он. Необязательно было срываться на крик и сбегать сразу же после этого, будто малый ребёнок. Намджун поступил неправильно, и с этим нужно было что-то делать. Что именно — он не знал. Однако он понял, что в одиночку сегодня не справится. Ему было необходимо чьё-то общество. И Чимин отлично подошёл на роль того, кто скрасил бы его одиночество. Признаться честно, поначалу Ким боялся этой встречи. Ему было стыдно даже смотреть в глаза своему другу. Так обычно бывает: сперва ты наделаешь глупостей, а потом тебе становится за них стыдно. В пылу гнева всё вокруг тебя перестаёт существовать. А вот когда приходишь в себя и оглядываешься по сторонам, понимаешь, каких дел натворил. И вот сейчас Намджун чувствовал себя также. Он словно бы очнулся после долгого забвения и осознал, что произошло. Но он старался не подавать и виду, притворяясь, будто всё в порядке и вчера не произошло ничего страшного. А Чимин это прекрасно понял. Он не задавал глупых вопросов, да и в общем всю дорогу они шли молча, за что Намджун молча благодарил его. Чимин всегда был понятливым: ты можешь ничего не говорить, а он всё равно будет знать, как лучше поступить и что сделать. Он словно бы умел читать людей по их лицам и был невероятно проницательным. Пак молчал, когда требовалось, и говорил, когда в этом нуждались. Именно поэтому Киму было необходимо именно его общество сегодня. К тому же, в последнее время они совсем перестали играть в бильярд. То времени на это не было, то настроения, а теперь вот подготовка к экзаменам. А ведь раньше они частенько зависали за бильярдным столом вдвоём — остальные ребята не разделяли их страсти к этой игре. Намджун подумал, что сегодняшним днём он сможет убить двух зайцев разом — наверстать упущенное и забыть на какое-то время о самом страшном. Когда ребята вошли в здание, они тут же направились к кассе. Это место было для них весьма знакомым. Когда-то они изведали его вдоль и поперёк. — Я заплачу, ладно? — Намджун улыбнулся Чимину, протягивая свою карту персоналу. И когда младший собирался возразить, продолжил, не дав ему этого сделать: — Если бы не я, то ты бы, наверное, спокойно готовился сейчас к экзаменам. У тебя каждый день на счету, я знаю это. Поэтому, раз я тебя вытащил сюда, то я и плачу, хорошо? — он слегка приподнимает брови в знак вопроса. — Хорошо, — младший кивает, неловко улыбаясь, — спасибо. — Пустяки. Чимин действительно собирался провести сегодняшний день за зубрёжкой. Но ради Намджуна он сделал исключение. На самом деле, Пак был даже рад этой встрече. Не сказать, что ему легко давалось держаться молодцом, ведь он тоже чувствовал вину за произошедшее. Быть может, если бы Чимин не пытался переубедить Юнги, то эта тема быстро закрылась и ничего не случилось. Он сразу понял, в чём дело, когда Ким только позвонил ему. Младший мог бы отказаться, ссылаясь за занятость. И не соврал бы, ведь у него действительно много дел. Но есть вещи поважнее, чем подготовка к экзаменам. Какой он друг, если бросил бы Намджуна в беде, заставляя мучиться один на один со своими мыслями? Да и предложение поиграть в бильярд оказалось для него весьма заманчивым. Он уже и соскучился по атмосфере этих игровых клубов, по азарту и по их с Джуном разговорам за игрой. На удивление, народу было не так много, несмотря на то, что это место пользовалось популярностью среди местной молодёжи. Но такое стечение обстоятельств было друзьям на руку, поскольку почти все столы были не заняты. Оплатив свой визит, парни направились к одному из свободных. Чтобы подготовиться к розыгрышу первоначального удара, они расположились по разные стороны от продольной линии стола, предварительно взяв в руки кий. Прицелившись, парни одновременно производят удар, направляя свои битки к заднему борту. Оба шара, отразившись от него, летят к переднему борту. Однако намджунов останавливается ближе к нему. Первый удар остаётся за Кимом. С помощью треугольника ребята расставляют шары, и Намджун готовится к удару. Он встаёт в стойку, в положении которой не выносит корпус за продолжение внешней стороны длинного борта. Ким целится и ударяет по битку наклейкой кия, тем самым вводя его в игру. Один шар попадает в лузу. Юноша шумно выдыхает. Его руки отчего-то дрожат. То, что шар попал в лузу, можно считать чистой удачей, поскольку Намджун на это совсем не рассчитывал. — Хороший удар, хён, — тем временем хвалит его Чимин. — Да, наверное, — Ким лишь нервно кивает и отходит от стола на шаг. Теперь очередь Пака. Намджун внимательно наблюдает за его движениями и сосредоточенным лицом. По нему видно, что младший сконцентрировал своё внимание на игре и она — единственное, что заботит его сейчас. Хотел бы Ким вести себя сейчас так же непринужденно и получать настоящее удовольствие от игры, а не возвращаться к тревожным мыслям. После того, как Чимин сделал удар, Намджун снова встаёт в нужную стойку. Он подмечает, что Паку не удалось забить ни одного мяча. Ким сжимает в руках кий, пытаясь прицелиться. Но отчего-то смотрит он вовсе не на шар, который ему необходимо забить в лузу, а на Чимина. Младший стоит, бедром облокотившись на бильярдный стол. Он смотрит на своего хёна с улыбкой, и Киму кажется, что она натянута. Глупо винить своего друга в напускных эмоциях, но Намджуна это отчасти задевает. Ещё минуту назад он завидовал его непоколебимости, а теперь вдруг ему кажется, что даже она ненастоящая. Словно каждая их фраза, слово и эмоция — шаблонные декорации. Джун напрягается сильнее, переводя взгляд с улыбающегося Чимина на злополучный шар. Одна секунда, и он со всей силы ударяет по нему кием, даже не прицелившись. Мяч с грохотом врезается в противоположную стенку стола и отскакивает от него. Намджун небрежно бросает кий, шумно выдыхая. Он отходит на шаг от стола, зачёсывает волосы пятернёй и прикрывает на мгновение глаза. — Я не могу так больше, Чимин, — пожимает плечами Ким и машет головой, повторяя: — Не могу. Чимин смотрит на него с недопониманием. Намджун боится увидеть в его глазах испуг, прочитать на лице страх. Он снова срывается, снова делает вещи, которых делать не должен. Он боится, что Пак отвернётся от него. Боится отвращения со стороны друга к себе.  — Я не могу больше делать вид, что всё в порядке, — он продолжает свою мысль, надеясь, что Чимин правильно поймёт его. — Я чувствую дурацкое напряжение между нами и это отвратительно. Хуже, чем что либо на свете. Вчерашний день для меня словно кошмар наяву. Я знаю, что не должен был отчитывать вас и кричать. Чёрт, да мне многое не стоило делать, — Намджун трёт ладонью лоб. Из-за всех этих мыслей у него разболелась голова. Он открывает было рот, чтобы вновь что-то сказать, но теряет мысль, смотря Чимину в лицо. — Я понимаю тебя, — младший ловит момент и берёт ситуацию в свои руки. К огромному облегчению Кима, в глазах его друга нет ни испуга, ни отвращения. Взгляд Пака стал лишь чуточку серьёзнее. — Я ведь и не прошу тебя делать, вид, что всё хорошо. Мы с тобой оба не дураки и просто сделать вид будто ничего не было — не выход. Я старался тебе подыграть, потому что знал, что тебе сейчас нелегко. Я знал, что тебе было стыдно даже смотреть мне в глаза, и ты испытываешь вину за случившееся, — на этом моменте Намджун прикусывает губу. Чимин останавливается на мгновение, переводя дух, а после говорит чуть тише: — Потому что чувствую то же самое, — он грустно улыбается своему другу. У Намджуна слегка округляются глаза. «Причём тут вообще Чимин, и с чего вдруг он чувствует вину и стыд, если он ни в чём не виноват?» — думается ему. — Но почему? Ты же ничего не сделал, за что тебе можно было бы краснеть и винить себя, — озвучивает свои мысли вслух. — Ну, сам подумай, — младший пожимает плечами, — если бы я не влез в разговор с Юнги и не начал его переубеждать, то ничего и не случилось бы. Хосок также не вмешался, а ты не напрягся бы из-за наших тщетных попыток что-то доказать друг другу, — Чимин стоит, скрестив руки на груди. Он выглядит гораздо расслабленнее Намджуна. Будто бы говорят они сейчас вовсе не о ссоре и проблемах в их дружбе, а о чём-то менее беспокойном. — Но согласись, что это не идёт в сравнении с тем, что сделал я. Не думаю, что если бы ты накричал на ребят, то был так спокоен сейчас. — Не могу не согласиться с тобой, — Пак вздыхает. — Но, а что ты предлагаешь делать в такой ситуации? Намджун внимательно смотрит Чимину в глаза. Какое-то время они держат зрительный контакт, пока он сам же его не разрывает, отводя взгляд. Ким заламывает пальцы, размышляя над вопросом своего друга. — Я не знаю, — в конечном итоге он сдаётся. — Я тоже не могу сказать, что уверен в своих действиях, — подхватывает Чимин. — Но одно я знаю наверняка: если ты и дальше будешь корить себя за случившееся, ничего не изменится. В лучшую сторону уж точно. Может, только в худшую. Но всё уже случилось, понимаешь, хён? А машины времени, увы, не существует. Иначе многие бы давно уже сделали свою жизнь идеальной, лишив себя всяких сожалений. — Её существование точно облегчило бы мне жизнь, — Намджун горько усмехается. Он никогда не задумывался об этом ранее. Все свои ошибки он действительно принимал как должное и само собой разумеющееся. Однако когда дело перестало касаться только его одного, относиться к этому как к чему-то обыденному стало сложно. Он бы даже сказал, что невозможно. — Но разве это интересно? — развевает его мечты Чимин. — Разве вся наша жизнь не стоит из каких-то ошибок и проб, путём которых мы и понимаем, что же нам на самом деле нужно, что действительно хорошо и куда следует идти? Разве весь сок жизни не в том, чтобы искать правильный путь? И разве вкус успеха не становится слаще после сотни неудач? Если бы всё было так легко и доступно, то кому оно вообще нужно? Кому нужна дружба или отношения, если в них всё идеально? Ведь это скучно, не находишь? Намджун совсем запутался. Ещё минуту назад они говорили про вину, а теперь Чимин зачем-то приплёл интерес и вкус жизни. Однако его слова начинают потихоньку действовать на Кима. Он хватается за ту самую ниточку, которую бросает ему Пак, чтобы помочь найти ответ на самый главный вопрос. — Но как это связано с нашей ссорой? — Очень тесно связано, Намджун. Выходов из ситуаций на самом деле много, и только тебе решать, какой из них выбрать. Я просто не хочу, чтобы ты загонял себя в угол сожалением и чувством вины. Как я уже сказал, этим ничего хорошего не добиться. Ты можешь хоть сотню раз пожалеть о сделанном, но время назад не отмотаешь. Так не легче ли сконцентрировать своё внимание на настоящем? Если это случилось, то, наверное, есть над чем работать, не так ли? Намджун неуверенно кивает. — Тебе просто нужно разобраться в себе. Понять, что ты действительно чувствуешь, — Чимин шумно выдыхает. Теперь он обхватывает своими ладонями плечи, будто бы обнимая самого себя. — Если тебя так гложет чувство вины, то просто извинись перед ребятами. Хоть я думаю, что нам всем нужно отдохнуть друг от друга какое-то время. Но извинения лишними всё равно не будут. Простое сообщение — и твоя совесть чиста, — он щёлкает пальцами, демонстрируя, мол, как легко должен упасть груз с плеч Намджуна. — Ты не подумай, я не выпрашиваю у тебя извинений. Ты передо мной не виноват. Напротив, это, может, даже я должен извиняться, — Ким хочет возразить, но Чимин не даёт ему такого шанса. — Однако если я сейчас это сделаю, то между нами развяжется очередной спор о том, кто же всё-таки «по-настоящему» виноват. А это уже глупости какие-то. Поэтому я лучше промолчу на этот счёт. Но, повторюсь, от извинений тебе может стать легче. Уверен, что остальные ребята также не держат на тебя зла и обиды. И если они напишут, мол, всё в порядке, хён, то ты сможешь вздохнуть спокойно, не думаешь? — Наверное, — Ким пожимает плечами. — Я уверен, что сможешь. Ты же из-за того только и переживаешь, что они обижены и злятся на тебя, — Чимин видит Намджуна насквозь. А всё потому, что его чувства действительно знакомы ему. Он просто не даёт им волю и прячет подальше в себе. Ведь если он сейчас будет в таком же духе, то кто же тогда спасёт его непутёвого друга? Обычно старший вечно пытался заверить Пака, что поводов для беспокойств никаких нет. А Чимин ведь всё равно их находил. И продолжает находить. Вот только теперь его очередь успокаивать Намджуна, давать советы и пытаться спасти ситуацию. Ему самому сейчас не время раскисать. Он должен вытащить их обоих из пучины самобичевания. И лучшее средство в данной ситуации — спокойный и трезвый разговор, путём которого можно дойти до истины. Этого Чимин старательно и добивается. — Хорошо, извинюсь я, меня отпустит. А что дальше? — старший всё ещё не особо вникает в суть. — Как что? Пытаться не допустить таких ошибок вновь. Для начала стоит избавиться от стресса. Оно пройдёт само с окончанием экзаменов, я думаю. Но на их время не помешало бы обзавестись капелькой самообладания. В конце концов, тебе такие срывы на пользу тоже не идут. За последние сутки ты небось так разнервничался, что твои нервные клетки тебе «спасибо» точно не скажут, — Чимин улыбается. Следом улыбка появляется и на Намджуном лице. План Пака, видимо, начинает действовать. Младший ждёт несколько секунд, давая своему другу время, а потом добавляет: — Всё будет хорошо, вот увидишь, — он подходит ближе к Киму и, когда расстояние между ними сокращается, кладёт руку ему на плечо. — Мы же все друзья. А друзей нужно принимать такими, какие они есть. Со всеми их недостатками. Вчерашние события не имеют большого значения. Для меня, — он поправляет себя, — для всех нас ты всё ещё хороший человек. И всегда им будешь, независимо от количества совершенных ошибок. Ведь людям свойственно ошибаться. Намджуна, наконец, отпускает. Нет, переживания не исчезают разом по щелчку пальца, но все они словно становятся невесомее. Слова Чимина придали ему сил, благодаря которым он с лёгкостью теперь сможет справиться с этой ношей. — Спасибо тебе, — он с искренней улыбкой и благодарностью смотрит на своего друга. — Не за что, Намджун, — говорит Пак, а сам мысленно вздыхает с облегчением и ликует. Он счастлив и рад, что смог помочь своему другу. И сейчас, когда краем глаза он замечает разбросанные по столу шары, в его голову приходит мысль. — Может, сыграем ещё партию? А то мы так и не закончили, — он хитро улыбается, кивая в сторону стола, шаров и брошенного Намджуном кия. — С удовольствием, — старший и вовсе забыл про игру. Он был так погружен в свои мысли, так внимательно слушал Чимина, что всё вокруг будто стёрлось для него. Сейчас же, вернувшись в реальность, он замечает предложение Чимина весьма заманчивым. К Киму возвращается былая уверенность, когда он вновь берёт в руки кий, недавно отброшенный им же в сторону. Ребята решают начать игру заново. После столь долгого и увлечённого разговора счёт нынешней партии был забыт. Впрочем, их это не сильно расстроило. Они быстро закончили подготовку и вновь влились в игру. На этот раз ни у Намджуна, ни у Чимина не было проблем с погружением. Теперь глаза парней действительно горели азартом, и они играли, всеми силами стараясь победить и выжать от игры по максимуму. Вскоре их оплаченное время истекло. Продлевать юноши его не стали, поскольку у обоих были дела, которые нужно было ещё успеть сделать за сегодня. В конце концов, это не последняя их игра. Впереди их ждёт ещё сотни таких же. Когда настало время прощаться, Чимин протянул Намджуну мизинец. Они часто раньше давали друг другу такие обещания. Это был их личный дружеский жест. — Обещай мне, что этой ночью ты будешь спать спокойно, и мне не нужно больше переживать, что тебя что-то сильно тревожит, — с ухмылкой выговаривает Пак. — Обещаю, — не задумываясь отвечает старший, попутно скрещивая их мизинцы. Придя домой, Чимин обнаруживает на своём телефоне уведомление. Намджун всё-таки решился написать в общий чат и извиниться. И когда ребята начали потихоньку ему отвечать, всё случилось именно так, как Пак и предполагал. Они все отнеслись с пониманием к нему. Сегодня Намджун действительно будет спать спокойно, ведь теперь его совесть чиста.