Глава 7
30 июня 2019 г., 20:48
Великая Небожительница сидела на полу, поджав ноги под себя, и около получаса смотрела на котел. Ее руки обхватили лицо, а пальцы стучали по вискам. Роскошный подол божественного одеяния воздушным облаком лежал на полу, скрывая согнутые колени Небожительницы. Она не могла подняться на ноги, чтобы вновь заглянуть в котел, потому что боялась, что вновь всколыхнет священную воду, ставшую уязвимой. Небожительнице оставалось сидеть на полу и в страхе шептать:
— Неужели судьба одного из наследных принцев должна измениться?
Линь Ксу обежал весь дворец в поисках Небожительницы, но каждый раз встречал ее слуг, которые отправляли его в разные комнаты. Дойдя до комнаты, в центре которой стоял котел, он улыбнулся, увидев золотое сияние, окутавшее Небожительницу. Но зрачки Линь Ксу вмиг сузились от страха, когда он увидел саму Небожительницу, сидящую на полу.
— Великая Небожительница! — выкрикнул Линь Ксу и со всех ног пустился к Небожительнице. Упав перед ней на колени, он осторожно взял ее за запястье и потянул вниз согнутую руку.
Небожительница вздрогнула от внезапного прикосновения. Ее сознание начало проясняться. Медленно повернув лицо к Линь Ксу, она потянулась пальцами к его лицу, но тут же опустила руку. Ее ладонь с легким хлопком упала на согнутое колено, а из глаза выкатилась хрустальная слеза.
— Я ничтожна! — выпалила Небожительница, а затем уткнулась в грудь Линь Ксу.
Место на груди Линь Ксу вмиг стало мокрым от слез Небожительницы. Линь Ксу неуверенно приподнял руки, чтобы положить ладони на ее спину, тем самым успокоив, но все же опустил, боясь, что сделает только хуже. Он впервые видел, как Небожительница не скрывает своих слез, а выплескивает наружу накопившиеся эмоции. Линь Ксу было стыдно за то, что он стал свидетелем печального события.
Небожительница постепенно отстранилась от груди Линь Ксу и теперь сидела на полу, как это было несколько минут назад, и утирала нос рукавом одеяния. Она была похожа на маленького ребенка, которому не дали обещанных сладостей. Такие дети льют слезы и пытаются найти причину, по которой их не наградили вкусностями. Если представить Небожительницу в образе маленькой девочки, а сладостями в происходящей сцене была священная вода, по какой-то причине ставшая уязвимой, то все сходилось в одной точке, а именно:
— Я ничтожна! Я даже не могу понять причину, по которой вода стала настолько уязвимой, что ты с легкостью мог проникнуть в Царство Смертных!
Линь Ксу в испуге посмотрел на Небожительницу, которая осторожно поднялась на ноги и, поддерживая двумя руками длинный подол одеяния, направилась к котлу. Она посмотрела на священную воду и грустно улыбнулась, увидя появившегося на ее глади молодого человека.
— Я не проникал в Царство Смертных, — сказал Линь Ксу, замерший за спиной Небожительницы. — Я смог увидеть двоих молодых людей и, заинтересовавшись одним из них, кончиками пальцев провел по его лицу. Я даже не подозревал, что капли воды, стекающие с моих пальцев, коснутся его в мире смертных.
Небожительница резко обернулась к нему и в гневе нахмурила брови. Ее изящные пальцы сжались в два кулака, а глаза, всегда с нежностью смотрящие на Линь Ксу, посерели от переполнявших Небожительницу эмоций. Она прошла мимо Линь Ксу, гордо задрав кончик носа к потолку, а после упала на колени, спрятав лицо в ладони. Ее звание Великой Небожительницы было готово рассыпаться в прах, поэтому она так страдала.
— Я ничтожна! — вновь повторила она, утирая слезы длинным рукавом.
Внезапно Небожительница ахнула от мысли, пришедшей в ее голову. Она поднялась на ноги и пробежала мимо Линь Ксу, в удивлении глядящего на нее, а затем, добравшись до котла, одной рукой вцепилась в его ободок, а другой дотронулась до лица молодого человека, который все это время отражался на водной глади. Всколыхнув изображение, Небожительница прижала мокрую ладонь к груди и произнесла:
— Кто-то хочет изменить судьбу наследного принца Южного государства!
— Изменить судьбу наследного принца Южного государства? — повторил Линь Ксу. Он подошел к Небожительнице и положил ладонь на ее кисть, продолжавшую сжимать ободок котла. — Великая Небожительница хочет сказать, что наследный принц где-то рядом?
Небожительница тяжело вздохнула, глядя на воду.
— Больше нет смысла скрывать все от тебя, — тихим голосом ответила она. — Тот, до чьего лица ты дотронулся, и есть потерянный принц Южного государства.
Челюсть Линь Ксу была готова упасть на пол. Он в страхе схватился за ободок котла и заглянул внутрь, чтобы еще раз посмотреть на изображение. Тряхнув головой, Линь Ксу еще сильнее наклонился к воде, и теперь его волосы касались лица наследного принца Южного государства.
— Не смей! — закричала Небожительница и схватила Линь Ксу за локоть. Она раскрыла рот, увидев, как отразившийся на водной глади наследный принц Южного государства начал утирать лицо, когда на него вновь капнуло несколько капель, стекающих с волос Линь Ксу.
Линь Ксу упал на колени перед Небожительницей и стиснул в руках край подола ее одеяния. Небожительница пугливо посмотрела на него и спросила шепотом:
— Что ты делаешь?
Линь Ксу хотел попросить у нее прощения за совершенные в порыве наглости поступки, но резко перевел взгляд на открывшуюся дверь. Небожительница тоже направила на нее все свое внимание.
В комнату вошла женщина в красных одеждах. Ее красные туфельки поблескивали в свете фонарей, свисающих с потолка комнаты. Женщина поддерживала длинный подол прекрасного платья, чтобы ни в коем случае не наступить на его роскошную ткань. Увидев Линь Ксу, стоящего на коленях перед Небожительницей, женщина приставила одну ногу и расплылась в улыбке. Цокнув языком, она произнесла:
— Сестра, ты говорила, что не терпишь, когда твои слуги стоят перед тобой на коленях. Почему же сейчас ты не просишь его подняться?
— Повелительница Брачных Уз! — в восхищении сказала Небожительница. Она помогла Линь Ксу подняться на ноги и попросила оставить ее наедине с прибывшей.
Когда Линь Ксу вышел из комнаты, Небожительница отвернулась от Повелительницы Брачных Уз и постучала подушечками пальцев по раскрасневшемуся от слез лицу. Из-под пальцев появилось золотое сияние, которое привело ее кожу в порядок. Убедившись, что выглядит лучше прежнего, Небожительница вновь повернулась к прибывшей Повелительнице Брачных Уз и подарила ей самую лучшую улыбку, которая могла бы озарить весь мир.
— Что привело тебя ко мне во дворец, сестра? — спросила Небожительница, заключая Повелительницу Брачных Уз в теплые объятия.
— Разве мне нельзя навестить родную сестру? — ответила Повелительница Брачных Уз, отстраняясь от Небожительницы и оглядывая ее лицо. — Все такая же красавица, какую еще стоит поискать в Небесном Царстве.
Небожительница хмыкнула, вспоминая, как в прошлую встречу Повелительница Брачных Уз говорила именно эти слова, и важной походкой обошла вокруг своей гостьи. Оглядев ее с ног до головы, она сказала:
— Ты краше меня.
— Не льсти мне, — пискнула Повелительница Брачных Уз и раскраснелась, как маковый бутон. Она отмахнулась от Небожительницы, словно не хотела принимать ее слов, но Небожительница продолжала осыпать ее комплиментами.
Повелительница Брачных Уз была из тех небожителей, которые, услышав хоть одно доброе слово в свой адрес, подозревали о том, что тому, чьи уста рождали поистине прекрасные комплименты, что-то требуется взамен. Она следила за выражением лица Небожительницы и надула щеки, заметив, что ее глаза были холодны, когда слова согревали сердце той, кому они были адресованы. Повелительница Брачных Уз выставила ладонь вперед, а сама отвернула лицо от Небожительницы.
— Что ты хочешь? — спросила она.
Небожительница тяжело вздохнула и подошла к колодцу. На водной глади появилась девушка, влюбленными глазами смотрящая на молодого человека, который, по словам Небожительницы, являлся потерянным принцем Южного государства. Небожительница свела брови на переносице и грубо ударила ладонью по воде. Изображение вмиг исчезло. Повелительница Брачных Уз в удивлении посмотрела на Небожительницу, подошедшую к ней. Заметив, какими жалобными стали ее глаза, Повелительница Брачных Уз приложила ладонь к груди, а другую положила на плечо Небожительницы и спросила:
— Сестра, что же тебя тревожит?
Небожительница грустно улыбнулась, услышав долгожданный вопрос, но внутри нее взорвался фейерверк счастья. Она схватила Повелительницу Брачных Уз за плечи и легко потрясла.
— Сестра, ты же можешь свести двоих людей, которые предназначены друг другу самой судьбой? — спросила Небожительница, не переставая трясти Повелительницу Брачных Уз.
— Отпусти же меня! — по слогам вымолвила Повелительница Брачных Уз и смахнула ребром ладони появившиеся на лбу капли пота, когда Небожительница, извинившись, выполнила ее просьбу.
— Так что насчет сводничества? — не отставала Небожительница. Она сцепила пальцы в замок и приложила к своей груди. Уголки ее губ поползли вверх, а в глазах читалась мольба.
Повелительница Брачных Уз вытащила из рукава веер и раскрыла его. Пряча за ним свою улыбку, она ответила:
— Если бы я не умела сводить людей, то могла ли я называть себя Повелительницей Брачных Уз? Каким же способом ты хочешь свести их?
Небожительница согнула одну руку в локте, а другую поставила на нее. Она постучала подушечкой указательного пальца по виску, задумавшись. В голову не могло прийти ни одной нужной мысли, ведь Небожительница не знала, какими способами пользовалась Повелительница Брачных Уз.
— А какие способы существуют? — наконец спросила она, переводя взгляд на Повелительницу Брачных Уз.
— Существует несколько способов, — начала Повелительница Брачных Уз, ходя вокруг Небожительницы. — Они бывают как безопасными, так и опасными. Какой ты выберешь?
— Безопасный, конечно же! — ответила Небожительница, в возмущении замахнувшись на Повелительницу Брачных Уз, но, поразмыслив несколько секунд, опустила руку.
Повелительница Брачных Уз улыбнулась уголком рта, складывая веер и кладя его в рукав, а после продолжила:
— Безопасных способов не так много и все они касаются того, кто способен принять на себя весь удар любви.
— В смысле? — не поняла Небожительница.
— Не перебивай! — Повелительница Брачных Уз взмахнула рукой. — Я имею в виду того, кто в выбранной нами паре является слабее. Не в плане физической силы, а в плане... — Она покраснела, потому что никак не могла подобрать приличных слов, чтобы описать то, о чем именно она хотела сказать. — Ты же знаешь, что брак заключают для того, чтобы продолжить род?
Небожительница кивнула.
— Поэтому я хочу сказать о том, что удар любви принимает на себя та, в чьем животе должен распуститься бутон, в котором будет находиться продолжатель рода, — сказала Повелительница Брачных Уз и облегченно вздохнула, гордясь тем, что смогла донести нужную информацию, не используя неприличное описание.
Небожительница вздрогнула. На ее щеках появился розоватый румянец, который не был заметен под слоем нанесенной пудры. Повелительница Брачных Уз намекнула ей о том, что способы, о которых далее пойдет речь, предназначены для девушки, но ей было стыдно сообщить о том, что ее дело касалось двоих молодых людей мужского пола, и один из них должен сделать первый шаг.
— Итак, первый способ заключается в том, что в тело девушки проникает крошечное семя любовного цветка, который распускается тогда, когда она видит своего возлюбленного. Его пыльца при поцелуе проникает в рот возлюбленного, и в нем тоже распускается цветок.
— Не нужно мне цветов! — закричала Небожительница и тряхнула плечами, прогоняя дрожь. — Еще распустятся в их груди, и потом не вытащишь.
— Это же образно! — возмутилась Повелительница Брачных Уз. — Если не нравится этот вариант, то слушай другой. Второй способ намного проще, чем первый. Когда девушка будет спать, ее рот слегка приоткроется. Нужно влить в ее рот каплю любовного зелья, и тогда ей начнут сниться приятные сны о том, кто предназначен ей судьбой. А после она встретит его и... все закрепится поцелуем. — Она хитро улыбнулась. — Но это безопасный вариант развития событий.
— А что в случае опасности?
— Все зависит от нежности души девушки. Если душа похожа на легкое облачко, готовое взлететь вверх, то после сновидения в груди девушки разольется боль, если она встретит того, кто приснился ей. Чем грубее душа, тем безопасней результат.
— Есть еще способы? — спросила Небожительница, положив ладонь на плечо Повелительницы Брачных Уз. Увидев, как та грустно покачала головой, она вздохнула. — Тогда я выбираю второй способ.
Повелительница Брачных Уз кивнула, а затем взмахнула рукой. Через секунду ее рука сжимала маленькую склянку с голубой жидкостью. Повелительница Брачных Уз протянула ее Небожительнице со словами:
— Спустишься на землю и вольешь это в рот той, что должна принять на себя тяжелый удар любви.
Небожительница улыбнулась, оглядывая склянку, но резко оторвалась от занятия, когда Повелительница Брачных Уз произнесла последние слова.
— Я должна сама влить это в рот нужному мне человеку? — спросила Небожительница. В ее голосе прослеживались нотки возмущения.
— Думаешь, я сама должна сделать это? — Повелительница Брачных Уз отвернулась от Небожительницы и скрестила руки на груди. — Если Небесный Император узнает о том, что я спускалась на землю, то лишит меня звания Повелительницы Брачных Уз, как лишил тебя своего!
Небожительница вздрогнула, вспоминая, как Небесный Император наказал ее за преступление, которое она совершила по своей неопытности. Наказанием для Небожительницы был тот самый спуск в Царство Смертных, где она служила императорским семьям и предсказывала судьбы новорожденных. Небожительница пропускала через себя всю боль младенцев, которую она могла увидеть с помощью священной воды. И котел, что она таскала за собой, тоже был частью наказания.
— Потуши свое сияние и спустись в Царство Смертных, — нарушила затянувшееся молчание Повелительница Брачных Уз. — Ты же хочешь, чтобы те, кого желаешь свести, были вместе?
Их разговор затянулся на долгое время. Небожительница вновь склонилась над водой и заметила, что та потемнела по причине того, что в Царстве Смертных наступила ночь. Небожительница спрятала склянку под верхние одежды и взмахнула рукавом, призывая золотое облако. Когда облако приземлилось у ее ног, она встала на него и исчезла.
Повелительница Брачных Уз покачала головой, увидев на месте Небожительницы лишь пустоту, и подошла к котлу. Оперев локти на его ободок, она произнесла:
— Ничему тебя жизнь не учит.
***
Стоило солнцу скрыться за горизонтом, а луне занять ночной трон, как Се Лянь почувствовал усталость. Проходя мимо конюшни, он прибавил шаг и мысленно помолился за то, чтобы ее ворота не открылись. Оказавшись около родного дома, Се Лянь приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. Его родители дремали на хлюпкой кровати, а циновка, на которой он спал, одиноко лежала на полу. Се Лянь опустился на нее и лег на спину, закрывая глаза. Его рот слегка приоткрылся, выпуская воздух. Комната на миг озарилась ярким светом: это Небожительница спустилась на землю. Она взмахнула рукавом, заставляя его потухнуть. Золотое облако сузилось до крошечных размеров и влетело в рукав Небожительницы, скрываясь от посторонних глаз. Небожительница вызволила из-под одежды ту самую склянку, которую отдала ей Повелительница Брачных Уз, и вздохнула, оглядываясь по сторонам. Увидев нужный дом, она уверенно направилась к нему. Распахнув незапертую дверь, Небожительница вошла внутрь. Легкими шагами, которым могла позавидовать любая мышь, пытающаяся скрыться от хищника, она подошла к циновке, на которой спал Се Лянь. Небожительница опустилась на колени и положила ладонь на его лоб. — Ваше Высочество, — прошептала она, влажными глазами глядя на Се Ляня, — простите меня за то, что я сделала с вами. Небожительница сняла колпачок и поднесла горлышко склянки к губам Се Ляня. Влив в рот нужную каплю, она спрятала склянку под одежду и накрыла себя рукавом. Золотое облако вмиг появилось под ее ногами и унесло в Небесное Царство. Сердце Се Ляня забилось чаще, когда капля любовного зелья проникла в его тело. Се Лянь положил ладонь на грудь и сжал одежды. Казалось, что его голова вот-вот взорвется от переносимых ощущений. Тело словно бросало в огонь, а по лбу пробегали холодные мурашки. Се Лянь закусил нижнюю губу и тихо простонал, увидев во сне лицо того, кто был предназначен ему судьбой. В сновидении черноволосый мужчина в красных одеждах притянул к себе Се Ляня и ждал, когда тот коснется губами его губ. Словно в реальности ощущая нежное прикосновение, Се Лянь приоткрыл губы и обнял воздух. Для него происходящее в голове не было сном: все выглядело настолько реалистично, что, казалось, никогда не закончится. Но первая песня петуха разрушила грезы Се Ляня. Се Лянь вскочил с циновки и положил ладонь на разгоряченный лоб. Стоило вспомнить о сновидении, как он почувствовал, что его снова бросает в жар. Теперь Се Лянь сидел на циновке, спрятав лицо в ладони, и старался восстановить сбившееся дыхание. Прошло несколько минут, прежде чем Се Лянь поднялся с пола и подошел к окну. Увидев рассвет, он улыбнулся началу нового дня и вышел из дома. Его взгляд упал на большую бочку, стоящую у стен дома. Оттащив ее к конюшне, Се Лянь взял два ведра и отправился за водой. Пролетело около часа, прежде чем бочка наполнилась до нужной отметки. Уставший Се Лянь бросил пустые ведра и сел на траву, прислонившись спиной к бочке. Обмахивая лицо ладонями, он проводил заслуженный отдых. Сердце продолжало гулко биться в его груди, а краснота румянца заливала щеки, когда Се Лянь вспоминал о сне, приснившимся прошлой ночью. Он поднялся на ноги и склонился над водой, чтобы умыть лицо. Поставив ладони лодочкой и зачерпнув немного воды, Се Лянь отправил ее на лицо и закашлялся, когда краем глаза заметил человека, стоящего у бочки. Хуа Чэн вскинул брови, увидев, как Се Лянь сидит около бочки, и стал наблюдать за ним, чтобы узнать, что произойдет дальше. Когда Се Лянь наклонился к воде, Хуа Чэн вышел из конюшни и подошел к бочке. Теперь, когда Се Лянь заметил его, ничто не могло нарушить радости, распирающей грудь Хуа Чэна. — Ты в порядке? — спросил Хуа Чэн, приобнимая кашлявшего Се Ляня за плечи. Откашлявшись, Се Лянь ответил: — Да. Се Лянь поднял глаза на Хуа Чэна и слегка улыбнулся, но внезапная боль, пронзившая грудь, заставила его вскрикнуть. Сжав двумя руками одежды на груди, Се Лянь согнулся, пытаясь перетерпеть боль или же скрыть ее, но Хуа Чэн понял, что с ним что-то не так. Се Лянь вдохнул через нос побольше воздуха и медленно выдохнул через рот. Боль постепенно стихала, пока совсем не исчезла. — Я в порядке, — прошептал Се Лянь, глядя в глаза Хуа Чэна. — Наверное, перетрудился, таская ведра. — Зачем эта бочка? — спросил Хуа Чэн, указывая пальцем в сторону бочки. — Ты же говорил, что хочешь искупаться, — ответил Се Лянь, склоняясь за ведрами, лежащими на траве. — Когда вода нагреется, можешь забраться в бочку. Се Лянь хмыкнул, увидев, в каком удивлении пребывает Хуа Чэн, и кончиком пальца дотронулся до его носа, заставляя удивиться еще больше. Хуа Чэн осторожно, словно то было сделано из хрупкого стекла, взял его за запястье. — Ты поможешь мне искупаться? — тихо спросил он, глядя в глаза Се Ляня. Се Лянь подумал несколько секунд, а затем кивнул: — Помогу. Прошло еще несколько часов, прежде чем холодная вода в бочке нагрелась под лучами жаркого солнца и стала теплой. Хуа Чэн сидел в бочке и улыбался, наблюдая за тем, как Се Лянь разглядывает его плечо и хмурит брови. — Я знал, что эта мазь способна творить чудеса, — говорил Се Лянь, водя по месту, на котором должен был остаться рубец, — но не думал, что рана исчезнет без следа. — Ты просто не веришь в свои лекарские способности, — буркнул Хуа Чэн, бросая в Се Ляня горсть воды. Се Лянь прикрылся рукой, чтобы вода не попала на лицо, и вновь нахмурился, почувствовав слабую боль в груди. Он положил ладонь на грудь, а другой рукой поднял с земли деревянный ковш, в котором была вода. Вылив ее часть на волосы Хуа Чэна, он слегка улыбнулся. — Хочешь еще раз вымыть мне волосы? — спросил Хуа Чэн, утирая ладонью капли, стекающие с лица. — Вообще-то я смываю остатки рисовой кашицы, застрявшей в твоих волосах, — сказал Се Лянь, а затем вылил остатки воды на голову Хуа Чэна. Когда волосы были вымыты, Се Лянь сел на корточки и довольно посмотрел на Хуа Чэна. Заметив, что его повязка слегка съехала, он потянулся к ней пальцами, но Хуа Чэн успел ее поправить. Кашлянув в кулак, Хуа Чэн пробурчал: — Все так и хотят стащить ее с глаза. Се Лянь хихикнул, глядя на надутые щеки Хуа Чэна. Он поднялся на ноги и нежно коснулся их ладонью. Хуа Чэн удивленно посмотрел на Се Ляня. Ему казалось, что прежний Се Лянь предпочел бы умереть, нежели вот так дотронуться до Хуа Чэна, но нынешний... что же произошло за одну ночь? В груди вновь заболело. Се Лянь убрал ладонь от щеки Хуа Чэна и положил на грудь. Тяжело сглотнув слюну, он отвернулся от Хуа Чэна и зашагал прочь, не объяснив причину. Хуа Чэн смотрел ему вслед и нахмурил брови, когда увидел, как к Се Ляню подошла Ли Лилинг. Сначала Ли Лилинг вошла в соседский дом, чтобы поприветствовать родителей Се Ляня, а уже потом спросить об их сыне. Матушка Се Ляня пожала плечами и в надежде посмотрела на своего мужа, который каждое утро просыпается раньше нее. Отец Се Ляня махнул на нее рукой и указал на окно, напротив которого, спиной к дому, стоял Се Лянь. Поклонившись старикам, Ли Лилинг выбежала из дома и теперь стояла напротив Се Ляня, сжимающего одежды на груди. — Се Лянь, хочу поздравить тебя с Днем Рождения! — обрадованно сказала она, глядя в прикрытые глаза Се Ляня. Боль в груди вновь исчезла, возвращая Се Ляня в реальный мир. Он недоуменно посмотрел на Ли Лилинг, возникшую из ниоткуда, и спросил: — Что ты сказала? Ли Лилинг надула губки и отвернулась от Се Ляня. — Я поздравила тебя с Днем Рождения, а ты не соизволил поблагодарить меня за поздравление. За время, проведенное в заботах, Се Лянь успел позабыть то, что происходило несколько дней назад, не говоря уже о том, что произошло почти два десятка лет назад. — Но я тебя прощаю, — сказала Ли Лилинг, поворачиваясь лицом к Се Ляню и даря ему очаровательную улыбку. — Зачем дуться на именинника? — Она взяла Се Ляня за руки и опустила взгляд в землю, смущаясь. — Мои родители придут вечером, чтобы поздравить тебя с этим днем. Я тоже приду. Се Лянь, жди вечера. Ли Лилинг убежала так же быстро, как и появилась. Се Лянь почесал затылок, раздумывая, почему родители Ли Лилинг хотят лично поздравить его с днем рождения, когда раньше не делали этого. Может быть, дело не касалось именно Се Ляня, а чего-то другого? Он развернулся, чтобы вновь отправиться к Хуа Чэну, но бочка, в которой тот сидел несколько минут назад, пустовала. Се Лянь грустно вздохнул, а затем толкнул ворота конюшни, но внутри увидел только черную лошадь, дремавшую стоя. Обыскав весь двор, но не найдя Хуа Чэна, Се Лянь сел на траву и спрятал лицо в коленях. Он чувствовал себя не так, как раньше. Вспоминая прошлого себя, который старался избегать Хуа Чэна и при любой возможности не попадаться ему на глаза, Се Лянь погрустнел. — Тогда почему сейчас я хочу найти его? — прошептал он, поднимая глаза к небу. — Почему?***
Повелительница Брачных Уз ахнула, увидев перед собой Небожительницу, вернувшуюся в Небесное Царство. Приняв из ее рук склянку, она взмахнула рукой, чтобы скрыть ее в рукаве, и улыбнулась, ожидая, когда Небожительница начнет свой рассказ. Но Небожительница прошла мимо нее и склонилась над водой знаменитого котла. Увидев в нем сцену застолья, она вздрогнула, заметив, что наследный принц Южного государства сидит рядом с девушкой, которую она видела до момента спуска в Царство Смертных, а тот, кто был, по мнению Небожительницы, предназначен ему судьбой, сидел поодаль и вздыхал, глядя на молодого человека. Повелительница Брачных Уз подошла к ней и тоже наклонилась к воде. — Люблю я такие посиделки, — сказала она, переводя взгляд на Небожительницу. — Совсем скоро они перейдут к главному событию сегодняшнего вечера. — Не перейдут, — ответила Небожительница. — Почему же? Разве ты не видишь, что родители этих двоих, — Повелительница Брачных Уз указала на Се Ляня и Ли Лилинг, — собрались здесь для того, чтобы объявить об их скорой свадьбе? Небожительница отошла от котла и, заложив руки за спину, подошла к стене, украшенной резьбой. Она уткнула в нее взгляд и застыла, не смея высказать ни слова. Прошло несколько минут, прежде чем Небожительница повернулась лицом к Повелительнице Брачных Уз и сказала: — Потому что наследному принцу Южного государства суждено быть с другим. Повелительница Брачных Уз побледнела, услышав упоминание о наследном принце Южного государства. Она подбежала к Небожительнице и схватила ее за огромный рукав. — Что?! — закричала Повелительница Брачных Уз. — Разве наследный принц Южного государства не мертв? Ты же говорила Небесному Императору о том, что судьба наследного принца Южного государства предрешена, и он должен умереть, не дожив до следующего утра. Ты солгала самому Небесному Императору?! — Я сделала это потому, что не успела предсказать судьбу наследного принца Южного государства, — прошептала Небожительница, а затем вырвала рукав из рук Повелительницы Брачных Уз. — Стоило мне увидеть ненависть в глазах его отца-императора, как у меня пропал дар речи. Вспомнив о том, что сам император Южного государства должен умереть от руки сына, я поняла причину его ненависти к родившемуся ребенку. Почувствовав, что вспышка ненависти перерастет в кровавую резню, я попросила императрицу принести младенца и положила его в лодку. Лодку прибило к берегу, и женщина, что вовремя подошла к ней, вызволила оттуда плачущего малыша. Именно ее наследный принц считает своей матерью. — Если Небесный Император узнает о том, что ты солгала ему, то не пощадит тебя! — закричала Повелительница Брачных Уз и упала на колени, закрывая лицо ладонями. — Разве тебе не больно предсказывать судьбы людей, которые не всегда бывают радужными? Почему ты вновь согрешила?! — Спустя несколько секунд она в ужасе подняла глаза на Небожительницу и сказала: — Только не говори, что ты вылила каплю любовного зелья в рот спасенного наследного принца. Но Небожительница предпочла промолчать. Она прошла мимо Повелительницы Брачных Уз и подошла к котлу.***
Се Лянь сидел за столом и косился на Хуа Чэна, сидящего на другом конце. Он перевел взгляд на Ли Лилинг, находящуюся рядом, и улыбнулся наигранной улыбкой, когда та искренне улыбалась ему. Родители Ли Лилинг действительно пришли, чтобы поздравить Се Ляня с днем рождения, и теперь сидели за общим столом. Матушки молодых людей общались между собой и расплывались в улыбке, когда взгляд падал на их детей, а отцы любовались своим чадом и качали головами, довольные тем, что смогли собраться одной большой семьей. Только Хуа Чэн смотрел на пустую тарелку и вздыхал, когда переводил взгляд на Се Ляня, сидящего рядом с Ли Лилинг. Внезапно отец Ли Лилинг поднялся из-за стола и кашлянул в кулак, прося внимания. Старушки-матушки вмиг навострили уши и положили ладони на колени. Отец Се Ляня посмотрел на сына и улыбнулся в ожидании речи другого мужчины. — Дорогой Се Лянь, — начал отец Ли Лилинг, — и моя любимая дочка Лилинг. — Он влюбленными глазами посмотрел на свое дитя, превратившееся в прекрасную девушку. —Этого дня мы ждали несколько лет. — Каждый день я просыпалась с мыслью о том, — подхватила мать Ли Лилинг, — что моя дочка вырастет, и придет тот самый момент, когда ей придется покинуть родной дом. Шли годы, и этот день настал. Се Лянь, заботься о ней, как заботишься о родной матери. — Будьте счастливы, дети мои! — выпалил отец Се Ляня, утирая набежавшие слезы. — На этой же неделе сыграем свадьбу! Догадавшись, к чему клонят старики, Хуа Чэн поднял на них взгляд, но до последних слов надеялся, что они не скажут о свадьбе Ли Лилинг и Се Ляня. Услышав речь, произнесенную отцом Се Ляня, он поднялся из-за стола и поклонился родителям молодых людей. — Я не совсем хорошо себя чувствую, — тихим голосом сказал Хуа Чэн, оглядывая стариков и задерживая взгляд на Се Ляне, который тоже порывался подняться из-за стола. — Хуа Чэн, — обратилась к нему матушка Се Ляня, — ты выглядишь бледным. Отдохни, а потом вновь возвращайся к нам. Хуа Чэн кивнул головой. Се Лянь, увидев, как уголки губ Хуа Чэна поползли вниз, вновь почувствовал боль в груди. Набрав полную грудь воздуха, он выпустил его через нос и поднялся из-за стола, когда Хуа Чэн вышел из дома. — Се Лянь, — прошептала Ли Лилинг, хватая его за руку, — куда же ты? Но Се Лянь смотрел на закрывшуюся дверь и не отвечал на вопрос девушки. — Я провожу Хуа Чэна, — сказал он родителям, сидящим напротив него, и, вырвав руку из хватки Ли Лилинг, подошел к двери. Стоило Се Ляню распахнуть дверь, как в его лицо ударил холодный ветер. Се Лянь закрыл дверь и побежал туда, куда указывала небесная стрелка, состоящая из огромного количества звезд. Звезды падали с небес, завораживая своей красотой, но Се Лянь не обращал на них внимания. Его сердце билось о грудную клетку и, если бы была возможность, давно бы выпрыгнуло из тела. Боль в груди то усиливалась, то сходила на нет. Се Лянь, запнувшись за ветку, лежащую на земле, упал на траву, но тут же поднялся и побежал дальше. Небесная стрелка продолжала указывать ему путь. Дыхание сбивалось, а боль в груди вновь начинала мучать. Се Лянь схватился за одежды и спросил сквозь стиснутые зубы: — Где же ты? Добравшись до большого дерева, Се Лянь оперся на него спиной и сполз вниз, не убирая руки от одежды, скрывающей грудь. Он тяжело дышал. Положив ладонь на похолодевший лоб, с которого скатывались капельки пота, Се Лянь выглянул из укрытия, а затем вновь вернулся в исходное положение. Его щеки залились румянцем, а сердце сильнее стукнуло в груди. Се Лянь поднялся на ноги и, несмотря на боль в ногах, побежал к тому, кто стоял недалеко от дерева. Хуа Чэн смотрел на ночное небо, по которому плыли миллиарды звезд. Казалось, стоит протянуть руку, и одна из звезд упадет на ладонь. Он улыбнулся этой мысли, ведь если попросить Великую Небожительницу подарить понравившуюся звезду, то она тут же исполнит произнесенное желание. Но улыбка тут же испарилась, когда Хуа Чэн вспомнил происходившее в доме Се Ляня. Ему было стыдно за свою слабость, так как он не сдержался и сбежал с празднества и даже не поздравил Се Ляня со скорой свадьбой. В его голову приходили мысли о возвращении, потому что матушка Се Ляня говорила ему о том, что они будут ждать его, когда тот отдохнет. Развернувшись, чтобы вернуться, он застыл, увидев за своей спиной виновника торжества. — Я не хочу жениться! — закричал Се Лянь, делая шаг к Хуа Чэну. — Родители без моего ведома договорились с семьей Ли выдать Лилинг за меня, но я до последнего надеялся, что они передумают! Хуа Чэн все еще не мог поверить, что перед ним стоит Се Лянь. Волосы Се Ляня были растрепаны, а верхние одежды казались черными от пыли. Его грудь тяжело вздымалась и опускалась, а ладонь сжимала скрывающие ее одежды. Боль в груди вновь сходила на нет. Се Лянь опустил руку и сделал последний шаг к Хуа Чэну. Когда между ними оставалось несколько сантиметров, Се Лянь поднялся на носочки и заключил лицо Хуа Чэна в свои ладони. Губы Се Ляня потянулись к пересохшим губам Хуа Чэна. Небо озарилось золотыми огнями, когда двое молодых людей слились в нежном поцелуе родившейся любви. Руки Хуа Чэна обвили талию Се Ляня, притягивая к разгоряченному телу. Се Лянь боялся открыть глаза, так как думал, что происходящее сейчас было продолжением его сна. А тем временем звезды все падали, падали... Повелительница Брачных Уз, через священную воду наблюдая за происходящим, была готова крушить все, что попадется ей под руку. Она зло посмотрела на стоящую рядом Небожительницу и закричала: — Сестра, как ты посмела сделать это?! Ему же было суждено стать мужем той девушки, а ты свела его с другим! Понимаешь ли ты, что небеса над их головами расколет черная молния, а сами они утонут в море слез?! Ты не предсказала судьбу наследного принца Южного государства и отправила его в глушь, а он даже не подозревает о том, что является сыном императора! А теперь еще и... — Она замолкла, стараясь усмирить свой пыл. Небожительница прекрасно понимала, что ждет этих двоих людей, полюбивших друг друга, но до последнего была готова защищать их. Даже если Небесный Император вынесет ей смертный приговор, она все равно не откажется от своей миссии.
