По договору с Дьяволом

      К полуночи Виллоу снова сидела на своей кровати в компании Святоши, который, как обычно, читал, сидя в кресле. Шатенка была измотана предыдущей ночью, но спать было просто необходимо, а не то и окочуриться можно. Найдя удобное положение (на что потребовалось немало времени), она закрыла глаза и уснула, слыша рыки, стоны и шепот.       

***

      Девушка знала, что не проснулась, но и на сон это не было похоже.       Огромный зал, высоченные потолки и колонны. Все вокруг из красивого мрамора. Было очень светло, но Виллоу не понимала, откуда лились лучи света — не было видно ни солнца, ни ламп, ни люстр, ни даже свеч. Атмосфера спокойствия и легкой радости была в зале. Эхо шагов босых ног было приятно уху, но и помимо него были звуки.       Хор. Церковное или какое-то другое пение слышалось отовсюду. Но никого, кроме шатенки, в зале не было. Она шла дальше, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь, и увидела вдалеке силуэт. Виллоу побежала к нему. Приближаясь, она опознала маленькую девочку лет пяти. Светлые длинные локоны волос, сиреневые глаза, под одним из которых была родника, светлое платьице и полный восторга взгляд, как у любого счастливого ребенка. Увидев перед собой девушку в ночной длинной рубашке, она ничуть не испугалась и, казалось, стала еще восторженнее.       — Здравствуйте! — прокричала она милым голоском.       — Здравствуй, — ответила Виллоу, недоумевая.       — Меня зовут Аделаида, а Вас как?       — В-Виллоу.       — Никогда не слышала подобного имени. Вы неместная?       — Да, именно, неместная. Слушай, Аделаида, а где мы вообще? Ты знаешь, ведь так?       — Конечно. Это мой дом. Но здесь так много живущих, и они все такие веселые и добрые!       — А где они все?       — Идемте со мной, я покажу, — девочка взяла девушку за руку и повела еще глубже в зал.       Свет ослеплял и становился только ярче, поэтому Виллоу шла за девчушкой с закрытыми глазами. Вскоре даже сквозь закрытые веки стало очень сильно жечь глаза.       — Слушай, Аделаида, когда мы уже придем?       — Уже все. Можете открывать глаза.       Виллоу идея не понравилась, в конце концов свет все еще палил, но она все-таки сделала так, как сказали. Удивительно, но все снова пришло в норму. В норму…       По всему залу стояли статуи из мрамора. В каждой из них шатенка узнавала тех, кто жил в особняке. Скелеты, бесы, утопленница и горничная — все были здесь. Статуи были неподвижны, как им и положено.       — Малышка, ты же говорила, что они веселые и добрые.       — Да, они именно такие.       — Но они же… Не двигаются.       — Почему не двигаются? Еще как двигаются, даже бегают!       Девочка радостно прыгала в своих маленьких туфельках, цокая каблучками по полу. Пожалуй, именно это и заставило прийти статуи в движение. Вот только в отличие от Аделаиды, они живыми не стали.       Монстры. Тени. Бесы. Демоны. Мертвые…       Их было так много и стольких разных видов. Девочка оторвалась от девушки и стала бегать между ними. Виллоу видела, как каждая тварь была готова сожрать малышку, лишь раз щелкнув пастью. Шатенка еле-еле подобрала девчушку и, взяв ее на руки, отбежала к свету вдалеке. Туда никто из «хищников» не направился.       — Почему Вы забрали меня? Мы же так весело играли…       — Не похоже это на веселую игру, — пробормотала девушка, тяжело дыша после пробежки.       — Ах, тогда давайте играть с Вами!       Девчушка вырвалась из рук Виллоу и побежала к яркому свету. Шатенка, жмурясь от яркости и пытаясь поспевать за малышкой, бежала следом.       Снова тот же зал, или другой, но идентичный. Статуй больше не было, были лишь три гроба, у которых стояла девочка. У нее на лице были синяки, на руках кровоподтеки и следы от веревок или чего-то подобного. Но лицо у нее по-прежнему выражало радость.       — Это мамочка, — показала она на левый гроб. — Это папочка, а это он, — показала она на два оставшихся гроба.       — Он?       — Мой муж.       Виллоу поразила эта новость. Аделаида еще была ребенком, а все остальное… Было нынешним. Из последнего гроба раздавались сначала глухие постукивания, сейчас же он трясся от таких мощных импульсов от ударов.       — Это любимый бьется! — кричала девочка. — Поможем ему выйти?       Вспоминая рассказы о «любимом», шатенка решила, что идея неудачная. Она отвела малышку в сторону.       — Слушай, Аделаида, — начала она. — Твой муж… Не самый хороший человек. Пусть он останется на своем месте.       — А, ну, хорошо. Куда теперь пойдем?       — Даже не знаю…       — А я знаю!       Ребенок снова подпрыгнул и побежал к свету, и Виллоу это начало надоедать. Она со всей прытью рванула за девочкой, но не могла ее догнать, даже отставала.       Снова яркий свет и пустой зал.       — Ну и что теперь?! — уже с недовольством крикнула девушка.       Осмотревшись, она поняла, что ребенок стоит у одной из колонн. Подойдя к девочке, шатенка заметила, что теперь у той на лице нет бурной радости, даже какое-то безразличие читалось в нем.       — Что-то не так, малышка?       — Нет, все в порядке, — ответила девочка. — Просто этот дядя не дает мне покоя.       — Какой дядя?       — Этот, — она показала ручкой за спину Виллоу.       Девушка обернулась и увидела лишь черное облако. Чернота плотная, лишь по краям расходились нити дыма. Постепенно облако принимало какую-то форму.       — Это же…       Силуэт девушки. Силуэт Аделаиды. Силуэт дьяволицы.       Он был несколько метров в высоту, но до потолка все еще не доставал. Еще через несколько мгновений, силуэт преобразился. Это было нечто, похожее на мужчину. Он делал несколько шагов в сторону и обратно, оставляя за собой горящие алым пламенем следы. Ни глаз, ни рта, ничего нельзя было различить.       — Значит, Виллоу, мы встретились здесь, — прозвучал низкий голос, отражавшийся эхом.       — Кто ты такой?       — Тот, кто начал эту игру.       — Какую еще игру?       — Ты ведь подписала договор с моей девочкой.       — С твоей? Постой… Дьявол!       — Именно.       — Какого черта ты забыл в моей голове? Мои сны только забивать не хватало.       — Хм, а ты остра на язык. Что ж, неплохо. Ты наверняка понимаешь, что я не просто так пришел.       — Естественно. Так и что тебе нужно?       — Я просто решил посмотреть, что за новую жертву себе подыскала эта глупая девушка.       — Не сказала бы, что она глупая. И вообще, почему это я жертва? Он сказала, что…       — Позаботится. Сбережет. Убьет любого, кто попытается навредить. Я это слышал уже не раз, ты же не первая у нее. Да и неужели нельзя понять, что выжить не получится?       — Почему я должна тебя слушать? Разве Дьявол не может лгать? Так почему я должна верить твоим словам?       — Да, ты точно чего-то стоишь, Виллоу. Но все равно трясешься. Можешь не отнекиваться, я все чувствую. Сердце так и вырывается от страха.       Вот на черном теле прорезались огни глаз и много других, связанных тонкой ниткой света, то и дело отливающего алым цветом огня. Рта так и не появилось.       — А знаешь, что делают с трусами? Из-за своей непригодности их нужно уничтожать.       Шатенка смотрела на Дьявола с широко раскрытыми глазами. Молчание прервали звуки чьих-то шажков. Маленькая Аделаида шла к Дьяволу мимо девушки. Та попробовала ее остановить, но обожглась о ледяную кожу. Когда малышка подошла к черному телу, оно дотронулось до ее головы и положило на нее огромную руку. Секунда, и тело девчушки было раздавлено. Виллоу видела кровь, кашу органов и оставшееся платьишко и туфельки. Под мощной черной рукой была лужа бордового цвета.       — Так что, Виллоу, — снова проговорил Дьявол. — Тебя тоже нужно уничтожить. Но делать своими руками я этого не буду, в этом нет необходимости. Раз уж ты так доверяешь моей девочке, пусть она тебя и размажет по тому же полу.       Черная рука оторвалась от пола, и за ней поднималась тень из той кровавой каши. Знакомый силуэт под два метра или чуть выше. На шатенку повернулась Аделаида в виде дьяволицы.       — Ну что ты, детка, — прозвучал низкий голос, отдающий диким эхом. — Поиграем?       Виллоу не знала, что делать. Рядом со своим хозяином стояла мрачно улыбающаяся тень, готовая кинуться на шатенку по первому приказу.       — Аделаида, — прозвучал голос темного тела, нитка света на котором стала гореть огнем. — Убей ее.       Дьяволица, ни секунды не раздумывая, рванула на свою подопечную. Девушка же, не долго думая, побежала прочь. Пол становился горячим, с каждой секундой грозясь стать раскаленным. А девчонка бежала босиком, стараясь сделать только одно…       Выжить. Ей обещали заботу или защиту, в итоге убить было попроще, чем сдержать обещание. Ужас накрывал шатенку с головой, но поддаться страху сейчас было равносильно смерти.       Убегать было сложно. Дьяволица была выше, и ноги были у нее длиннее. Трудное детство с тренировками бега только и помогало Виллоу держаться.       В какой-то момент пол из очень обжигающего жаром, стал обжигать невыносимым холодом. Обе стопы свело судорогой, потому девушка упала. Тень нагнала ее. Успев оцарапать девчонке руку, она снова осталась позади — Виллоу быстро поднялась и, превознемогая боль, побежала дальше.       Она обводила колонны, стараясь запутать убийцу. А наблюдающий и смеющийся Дьявол делал игру еще сложнее. На полу некоторое время уже не чувствовалась температура, но появилось кое-что поопаснее. Стекло, стеклянные плиты. Они были целыми и не ломались под весом девушек, но тут была подковырка. Аделаида каблуками ломала плиты, разламывая их на мелкие осколки. Когда она заставляла Виллоу бегать по кругу, той приходилось носиться по грудам осколков и оставлять за собой кровавый след. Крича от боли, плача от страха, она продолжала бежать так быстро, как могла.       Но и стекла исчезли, давая девушке бежать по ровной поверхности мраморного пола. Кровь была помехой, ведь на ней было легко поскользнуться. Так и произошло. Виллоу проехала на ногах до какой-то колонны и только усилием воли заставила себя принять прежнее положение и бежать дальше.       Угол. Чертов угол. До этого добраться до стен зала было даже немыслимо, теперь же это был его край. Обернувшись, шатенка увидела за собой дьяволицу, которая уже ждала, когда девушка сядет и примет свою смерть достойно.       Виллоу упала на колени и, продолжая плакать, смотрела на подходящую тень. Неожиданно в голове промелькнула мысль. «Я все еще во сне, и все это происходит у меня в голове. Если я умру здесь, умру ли я в жизни? Если да, то бояться уже бессмысленно, а если нет, то начерта вообще бояться?» Шатенка встала и, утерев слезы, посмотрела сначала на Аделаиду, потом на Дьявола.       — Не боюсь… — робко произнесла она.       — Что? — спросил он будто бы удивленно.       — Я не боюсь.       — Повтори-ка, я не услышал.       — Я не боюсь! — уже прикрикнула она.       — Тут такая плохая слышимость…       — Я НЕ БОЮСЬ! — надрывая горло, крикнула она. — Аделаида — моя дьяволица! И приказываю ей я! Поэтому Аделаида… Убей его!       Что-то изменилось в тени. Она взялась руками за голову и припала на колени.       — Это вряд ли, — сказал Дьявол. — Это моя девочка, а потому приказываю ей я. Аделаида, предыдущий приказ в приоритете.       — Нет! Она не принадлежит тебе! Освободи себя и напади на того, кто заставляет тебя страдать!       Виллоу видела, что Аделаида улыбается довольно мрачно.       — Ты слишком много на себя берешь, дитя. Дьявол и его правая рука не слушают…       Не успел он договорить, как дьяволица кинулась в его сторону и стала бить черное тело. Тень увеличивалась в размерах, пока не стала такой же, как и ее хозяин. Бой был равный и очень масштабный. Колонны рушились, потолок исчез, пол уходил из-под ног. По щелчку пальцев Дьявола тень исчезла, как и следы ее существования — кровь и одежда маленькой девочки.       — Что ж, Виллоу, — прозвучал голос. — С тобой будет интересно еще поиграть. Надеюсь, ты проживешь подольше других ее подопечных. Удачи.       Дьявол растворялся в воздухе, оставляя девушку в одиночестве. Шатенка услышала позади себя шаги, но, не успев обернуться, оказалась в полной темноте из-за чьих-то ладоней на глазах.       

***

      Резко подскочив на кровати, Виллоу увидела возле себя Святошу и Аделаиду, сидящую рядом с ней.       — Тише, детка, — сказала та, и подтолкнула девушку снова лечь. — Спокойно. Все хорошо.       — Можно воды…       — Я принесу, — сказал мужчина и вышел из комнаты.       — Мне такое приснилось…       — Знаю. Я все знаю, родная. Но ничего, теперь все в порядке. Еще один день и ночь, и мы поедем куда-нибудь подальше отсюда, хорошо?       — Да.       — Вот и умница. Ты так кричала во сне, что бедному Святоше пришлось всю ночь во вред себе сидеть рядом, чтобы ты не упала с кровати.       — Это было ужасно. Там была ты и…       — Не говори. Отдыхай лучше.       Маркус принес воды и дал стакан девушке. Та, промыв горло, попросила всех оставить ее одну. Когда Аделаида и Святоша вышли, она скинула с себя одеяло.       Рука, которая была оцарапана дьяволицей во сне, и стопы, многочисленно раненные осколками, были замотаны бинтами, которые были пропитаны кровью.