Поттер-сирота? Нонсенс...

Северусу не работалось. Был уже поздний вечер, время давно перевалило за то, которое Михаил Андреевич указал как безопасное. Кажется, был уже двенадцатый час, а из головы все никак не шли русские — черт бы их побрал. Одной головной болью стал Андрэ Болконский. Мальчик смотрел как-то ну очень похоже, и спокойствия не добавляла фраза напившегося от безмерной тоски Люциуса: «Не знал бы о твоей... решил бы, что ты где-то у русских нагулял себе сына». Нет, за это Северус не беспокоился, то мальчишка все равно никак не шел из головы, навязчиво преследуя и мешая сосредоточиться. То, как он справился со своим заданием... Было великолепно. Северус не умел признавать чужих заслуг на своем (своем!) поприще. Зелья он считал исключительно своей прерогативой и совершенно по-детски ревновал каждого встречного Мастера Зелий. А уж когда блистать начинали дети... становилось совсем невмоготу. К счастью, дети часто допускали совершенно глупые ошибки, за которые их можно было распекать со всей, свойственной ему желчностью... все дети, за исключением, наверное, Драко и еще нескольких ребят, которые с детства постигали эту тонкую науку. Правда, такие дети совершали другие ошибки, но это уже другая тема. Болконский же... был так похож на него в те же годы, что до зубовного скрежета хотелось ему то ли помочь, то ли уничтожить. Он совершенно не представлял, что делать со всеми теми ингредиентами и о, тот взгляд, который он бросил на учителей поняв всю сложность задачи, показал, что не настолько мальчишка и тих, как показалось вначале. В этом взгляде было все: непокорный вызов, почти профессиональная гордость и тако-ой скепсис, что и не поверилось, что этот же мальчишка приструнивал Поттера с его дружком. А потом он просто начал творить совершеннейшую, на первый взгляд, нелепицу. Никаких инструкций он не пытался даже написать, он просто начал действовать, полностью нырнув в свои мысли. Но тем не менее, Северус с первого же момента понял, что у него все получится. Андрэ явно понимал законы Зелий на том уровне, который необходим для создания собственных рецептов. Ему не нужны были инструкции или подсказки, он будто бы видел правильный ответ перед собой и просто списывал его, повинуясь велению интуиции. Северусу было прекрасно знакомо это чувство, когда работа и идея поглощают с головой и хоть трава не расти, а ты_видишь_магию, которая сама ведет тебя к нужному результату. Именно поэтому Зельям нельзя научиться. С даром видеть магию в растениях, материалах, драгоценных металлах нужно родиться. Представив, что получится из такого ученика, Северус еще острее начинал чувствовать собственную неудачливость — он вынужден учить абсолютных бездарностей, когда где-то есть настоящий алмаз. Хотя, конечно, мысль предложить русскому студенту Ученичество перебивалась тем, что, во-первых: - переезжать из Англии Северус не планировал. Точнее не мог планировать, даже с учетом увольнения. Снова обеты, на этот раз перед Министерством; - во-вторых, он настолько устал кого-то учить, что даже на одного-единственного ученика вряд ли нервов хватит; - в-третьих, Мастерство обязывает обучить Ученика всему, что знает Мастер. В буквальном смысле. А делиться теми наработками, которые у него есть и которых нет больше ни у кого, Северус не собирался. Вот вам и первая головная боль. Второй являлся Поттер. Да, Поттер теперь относился к категории русских, так как даже называть его англичанином Северус не хотел — подчеркнуть дистанцию, которая теперь разделяла сынка Джеймса от его нервов было просто жизненно необходимо. Однако мальчишка отчего-то постоянно напоминал о себе. Маячил перед глазами, как британский флаг и раздражал своим сходством с папашей. Ну и напоминал о том, что он, вообще-то, и сын Лили тоже. Вот от этого ни разу не становилось легче и хотелось напиться так же, как и Малфой. Но если Люциусу позволяло положение, плюс он напился в компании кого-то из русских представителей, и это на полном основании могло считаться налаживанием международных связей, то ему такое непростительно. Третьей неприятностью стал тот факт, что он-таки снова оказался не в том месте не в то время и невольно (опять!) подслушал разговор касающийся напрямую его (снова!). А в том, что это так, он не сомневался ни на долю секунды (хотя, конечно, стоило). О том, что Василиса Алексеевна говорила о нем и Лили, он понял сразу на уровне интуиции. Поэтому связать услышанное не составило труда, точно также как и понять, что его снова хотят во что-то впутать. Аргх... — Кхм-кхм, — кто-то постучал по столу, и он мигом смахнул с себя околосонную дрему. Перед его столом стояли Василиса Алексеевна (утомленно-недовольная) и рыжая женщина, которую он видел в преподавательском составе. Рыжая улыбнулась, по-лисьи хитро и протянула руку для знакомства, тихо промурлыкав: — Алиса Александровна, мистер Снейп. Он хмуро ответил на рукопожатие, поднимаясь и традиционно приветствуя дам. Те расселись и слово снова взяла Алиса, положив перед ним лист бумаги. — Прочитайте, мистер Снейп, не беспокойтесь, стандартный договор о неразглашении, никаких обетов сверх того, можете проверить, — и до того насмешливо блеснула в полутьме глазами, что захотелось назло ничего не проверять. Но он упрямо подтянул лист и, вчитавшись в строки, проверил почти семью разными способами на скрытые чары. Не найдя в стандартных формах ничего, его не устраивающего, посмотрел на дам. — И зачем? Алиса Александровна широко улыбнулась. А Северус только в тот момент заметил спрятавшиеся в пушистой шевелюре лисьи уши. — Огонь может потухнуть, мистер Снейп, но кому, как не вам знать о том, что его в любой момент можно разжечь снова? — при этих словах она задула единственно оставшуюся в библиотеке свечу, погружая их в ночной полумрак. — Инсендио, — холодно отозвался Снейп, а когда свеча снова зажглась, он размашисто расписался, вслед за этим резко откидываясь на спинку кресла. — Слушаю вас, и если это то, о чем я подумал, то вам следует подготовить доказательства. — Ответьте на пару вопросов, мистер, — в ответ только хмыкнула Алиса. — На чьей вы стороне? Альбус Дамблдор? Лорд... как там его звали? Или, может быть, вы на стороне Министерства? Северус глубоко вдохнул, выдохнул и подался вперед. — А вы тоже листочек-то подпишите, чтобы вопросы задавать, мисс. Алиса Александровна тихо хмыкнула, невинно улыбнулась и, достав будто из-за пазухи два других, уже подписанных листка, передала их Северусу. Но он понял, что все сделал правильно, поступи он иначе, и его снова сделали бы марионеткой. Наверное. Внимательно сравнив экземпляры, повторил весь набор чар и только удостоверившись в "чистоте" дела, все-таки ответил. — Говоря откровенно, ни на чьей, мисс, от всех вышеперечисленных сторон меня воротит. Дамы переглянулись. — Тогда, что планируете делать, когда уволитесь из Хогвартса? — Какое это имеет отношение?.. Будто скрестились в пробном поединке шпаги. Первой сдалась Алиса, перебросившись с Василисой вопросительными взглядами, она снова улыбнулась и невинно посмотрела ему в глаза. — Мой брат, Сергей, взял Гарри Поттера в Ученики. Но мистер Альбус Дамблдор, очевидно, не желает оставлять Гарри в покое. Это... здорово мешает моему брату его обучать. Сережу постоянно дергают на совет директоров, загружают работой по олимпиаде, а ведь он замдиректора, на нем около двух тысяч студентов и почти три десятка преподавателей. Отчеты каждого нужно проверить и сдать директору, нужно следить за учениками, ведь он к тому же, декан и учитель Боевой Магии. Тут не всегда до своего факультета бывает дело, а ведь Гарри нуждается в почти родительском внимании и опеке, — Алиса Александровна озабоченно вздохнула. — А мистер Дамблдор только добавляет брату хлопот, знаете, как это неприятно? — И вы хотите дать моему директору щелчок по носу моими руками? — начал терять терпение Северус, которого будто поманили заветной мечтой, как конфеткой и снова бросили. — Говорите точнее. — Выражаясь вашими словами... — скрестила руки Алиса Александровна, — да. Я хочу добавить директору столько хлопот, чтобы он и думать забыл о Гарри Поттере. Знаете ли, хорошую идею подкинула мне парочка моих студентов. Но вы, поверьте, останетесь почти ни при чем. — И чего же вы хотите? — Разве вас не интересует, что я могу вам предложить? — снова улыбнулась эта невозможная женщина. — Допустим, — процедил Снейп. — Но я хочу знать свою роль в вашем спектакле. — Я плохо знаю историю Англии, простите, — продолжала плести нить своей паутины Алиса. — Но слышала, что в недавней войне противостояли два сообщества... некие Пожиратели Смерти и... Орден Феникса. Глядя, как Снейп вздрогнул, расплылась в невинной улыбке. — Меня тогда это заинтересовало, подскажите, знаете ли вы о том, как война обстояла на самом деле? Неужели Министерство Англии действительно взвалило ответственность за решение проблемы с террористами на третье лицо? Лицо Северуса закаменело, черты лица стали резче, и он сам помрачнел, явно не желая вспоминать дела давно прошедших дней. — Верно. — И правда ли это, что в итоге со всем разобрался не великий светлый волшебник Альбус Дамблдор, а вчерашние студенты: мистер и миссис... Поттер, верно? — Верно, — старался сохранить спокойствие Северус. — Скажите, какое участие во всем этом принимали вы? — посерьезнела Алиса. Воцарилась тишина, а спустя пару минут Северус медленно ответил. — Непосредственное. — Есть четыре стихии, четыре элемента гармонии. Огонь, ветер, земля и вода, — после еще одной паузы заговорила Алиса. — Огонь — олицетворение жизни и символ единства. Ветер — это движущий элемент, энергия и сила. Земля — это спокойствие, домашний очаг и своего рода крепость для всех остальных. А Вода — это верность, это память о прошлом и стремление сохранить то единство, которое создает Огонь. Вам это что-либо напоминает? Северус прикрыл глаза, чувствуя, как замирает сердце. Мародеры. Конечно напоминает, черт побери! — Да. — Огонь. Вы крепко были связаны с кем-то, кто являлся олицетворением этой стихии. Северус промолчал, но ответ был и так очевиден. Алиса Александровна глубоко вдохнула. — Скажите. Кем Огонь был для вас и кем он или она был в той войне? — Лили Поттер, — вдруг отрезал Снейп, стряхивая внезапное оцепенение. — Этого ответа вы от меня добиваетесь? Алиса кивнула. — Откуда вам известно, что я... был с ней... знаком? Алиса посмотрела на Василису и та, виновато посмотрев на Северуса, впервые взяла слово. — Магия Света. Магию не зря делят на Темную и Светлую, но истинное положение вещей... в корне отличается от общепринятого. Магия Света... Когда обладатель искренне кому-то сочувствует или сопереживает, или понимает, то может увидеть что-то, что коснется сердца того, к кому он испытывает эти чувства. Через подобную эмоциональную связь я и увидела ту... девушку. Огонь. Вы назвали ее Лили. — А единственная Лили, которую мы знаем, это мать Гарри Поттера, — закончила Алиса. — И чего вы хотите от меня? — Знать о том, что вы сделаете, если вдруг окажется, что один из ваших работодателей... сохранил миссис Поттер жизнь? *** Гарри, закончив переносить основную цепочку рун на их пергамент, посмотрел на уставших друзей. Айбарша занималась тем же, чем и он: перерисовкой тех рунических цепочек, которые Андрей с Мстиславом признавали полезными. А сами Андрей и Мстислав активно переругиваясь, воевали с зашифрованными посланиями Мародеров, пытаясь разобраться что за что отвечает. — Сварог, эти, — Мстислав ткнул в пергамент, — были чертовыми гениями. Мало того, что всю школу облазили, так еще и такой артефакт создали. Чертовы англичане. Уставший после экзамена Андрей душераздирающе зевнул, положив всей работе на сегодня конец, и закрыл часть с "установками", вернув карте исходный вид. — Покажете, что получилось? Они откатили свою собственную карту до рисунков, изумленно замирая. — Сварог меня подери, это действительно работает... — Мстислав восхищенно провел пальцами по движущимся точкам. — Черт, да я на этих Мародеров молиться готов. Определенно, это тот уровень мастерства в артефакторике, которого я хочу достичь минимум к концу этого года! — Фамин, — снова зевнул укладывающийся спать Андрей. — Для этого учиться надо. — Ну и буду учиться! — подхватил карту Мстислав, закружившись от радости по комнате. — О, боги, теперь только накопители закончить и собиратель энергии правильно заколдовать, и точки эти подписать и мы, черт побери, сможем перейти к нанесению закрытых зон! Гарри, довольно улыбнувшись, подтянул карту Мародеров ближе, жалея о том, что не сможет оставить наследие одного из предков себе. «Спасибо, родственник, кем бы ты ни был,» — подумал он, поглаживая совсем еще не старый пергамент. — «Без тебя мы бы точно до конца года провозились».