Pro bono publico II

      В слизеринской гостиной царила тишина, нарушаемая лишь негромким потрескиванием поленьев в камине и скрипом пера. Старинные напольные часы, стоявшие в углу, показывали начало второго ночи.       Гарри сидел на своем любимом диване и задумчиво рисовал каракули на обрывке пергамента. Каракули, правда, чем дальше — тем больше смахивали на свернувшихся кольцами змеек. Таинственные коридоры и запертые двери никак не шли из головы, хоть он и пытался полностью сосредоточиться на учебе.       А тут еще эта история с Миртл…       Неужели Тео прав, и смертоносные желтые глаза за раковиной действительно могли принадлежать василиску? Это объяснило бы странный рассказ привидения о внезапной смерти, но породило бы массу других вопросов. Кто был тот мальчик, открывший проход? Почему он не погиб вместе с Миртл, увидев василиска? Какое отношение ко всему этому имеет лесник Хагрид?       И как, черт возьми, открываются все эти запертые проходы? Ну не отмычкой же, в конце концов! Перо с силой заскрипело по пергаменту, раздраженно заштриховывая очередную змейку.       — Какое глубокомысленное занятие, — раздавшийся невесть откуда презрительный голос заставил Гарри дернуться от неожиданности.       Он резко обернулся к источнику звука, но никого не обнаружил. Гостиная была по прежнему пуста. И только услышав хриплый смешок, Гарри догадался поднять голову вверх, да так и замер с открытым ртом. На извечно пустующем портрете над камином появился человек.       Это был статный, широкоплечий мужчина лет шестидесяти, но назвать его стариком язык не поворачивался. Длинные черные с проседью волосы, спускающиеся на плечи, темно-зеленая, почти черная мантия на сверкающих изумрудных застежках, густые брови и поразительно неприятный, какой-то колючий взгляд темных глаз.       Мужчина выглядел отталкивающе, почти пугающе, но отчего-то Гарри, будто завороженный, не мог отвести от него взгляда. Было в нем что-то… Наверное, именно это «что-то» называют отрицательным обаянием.       А между тем человек на портрете поморщился.       — Деградация и регресс. Во всем. Стоило тратить столько сил и времени, чтобы потом веками смотреть, как все катится в бездну…       Голос у него был холодный и скрипучий, будто ледяное крошево, а шипящие и свистящие согласные звучали резко, отчетливо выделяясь на фоне основной речи.       — Вы Слизерин, — неожиданно для самого себя прошептал Гарри, прервав его презрительное ворчание. — Салазар Слизерин, Основатель, да?       Густая бровь чуть дернулась вверх. В темных глазах на краткий миг мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее интерес.       — Значит, это правда, — ответил сам себе Гарри. — А я думал, всего лишь школьная байка… Почему вы так редко появляетесь?       — А что мне здесь делать? — скривился Слизерин. — На таких, как ты, малолетних неучей любоваться?       — А зачем вы тогда оставили здесь свой портрет?       Основатель фыркнул.       — Я? Мне, по-твоему, заняться больше нечем было — картинки вешать? Это мой кретин-внук решил, что наблюдать за подрастающими поколениями — предел моих мечтаний!       — У вас был внук? — искренне удивился Поттер.       Слизерин посмотрел на него, как на идиота.       — А, ну да, — смутился Гарри. — Гонты же…       — Не произноси при мне этой фамилии! — неожиданно зло прошипел Салазар. — Опустившиеся ничтожества, опозорившие своих предков! Да лучше бы мой род вовсе пресекся, чем медленно вырождался, превращаясь в это жалкое подобие!       — Простите, — Гарри уже пожалел, что затронул эту тему.       Но Слизерин неожиданно успокоился и как-то обреченно махнул рукой.       — А, к Мордреду. Что было — быльем поросло, — он чуть наклонил голову, разглядывая Гарри с каким-то научным интересом. — Однако, давненько в стенах Хогвартса не было змееустов. Лет пятьдесят, если мне память не изменяет… Да, пожалуй, ты первый за добрых полвека.       — О чем вы? — не понял Гарри. — Я не владею змеиным языком…       Основатель посмотрел на него с некоторым недоумением, а затем вдруг хрипло расхохотался.       — Что смешного? — окончательно растерялся Поттер.       — Что смешного! — ядовито передразнил Слизерин. — Впрочем, ты прав, смешного тут мало. Да будет тебе известно, неуч, я уже много веков не разговариваю ни на каком другом языке.       Гарри на некоторое время впал в ступор, осмысливая услышанное под насмешливым взглядом темных глаз.       — То есть, — наконец медленно произнес он, сам не веря своим словами, — вы хотите сказать…       — Да, — издевательски фыркнул Салазар. — Все это время мы разговаривали на парселтанге.       И ушел, оставив Поттера в состоянии глубокого шока.

***

      Немногочисленные обитатели Малфой-мэнора развлекались с самого утра.       Если конкретнее: с семи тридцати. Именно в это время их почтила своим визитом чрезмерно активная и невероятно возбужденная Беллатрикс, которая и в более-менее спокойном состоянии была похожа на сжатую пружину, а после новости о возвращении на родину драгоценного начальства и вовсе стала напоминать локальное торнадо.       — Как? Как такое могло произойти? Почему вы не сказали мне, что Лорд возвращается? Как вы посмели скрыть это от меня?!       Нарцисса и Люциус, пьющие утренний кофе на застекленной террасе, почти синхронно поморщились. От переизбытка эмоций и без того звонкий голос Беллы начинал уходить почти в ультразвук.       — Что? Что вы носы воротите? — она гневно потрясла уже изрядно помятым выпуском Пророка, нависая над сестрой, как разъяренная орлица. — Думали, я не узнаю, что он присылал записку? Из-за вас я все пропустила!       — Белла, Мерлина ради! — не выдержала Нарцисса, у которой уже начинало звенеть в ушах. — Пропустила ты все не из-за нас, а из-за своей дурной привычки плевать на все традиции и приличия, а про записку мы тебе не сказали, чтобы не нервировать раньше времени. И потом, ничего особенно важного на том приеме не произошло. Лорд весь вечер мило улыбался гостям, перекинулся парой фраз с главой Отдела Тайн и уехал вместе со своим сопровождением.       — Куда? — тут же требовательно спросила Белла. — И почему он до сих пор не появился здесь? Уже два дня прошло!       — Дорогая, ну откуда же я знаю? — закатила глаза Нарцисса. — И вообще, почему ты мучаешь именно нас? На том приеме было полно народа!       Люциус, сидевший напротив, иронично хмыкнул.       — Очевидно, потому что мы единственные до сих пор не закрыли от нее камин.       — Люц, — Нарцисса бросила на мужа укоризненный взгляд.       — А что? — тот невозмутимо пожал плечами. — Чистая правда, между прочим. А все почему? Потому что: ах, дорогой, она все-таки моя сестра, а родственников не выбирают!       — Я не понимаю! — простонала тем временем Беллатрикс, казалось, даже не обратившая внимания на их короткую перепалку. — Если он вернулся несколько дней назад, то почему до сих пор не связался со мной?       — Мое предположение может показаться тебе кощунственным, но ты не думала, что у него могут быть другие дела, кроме несомненно приятного времяпрепровождения в твоем обществе? — все так же невозмутимо поинтересовался Люциус.       Нарцисса не сдержавшись, издала короткий смешок, который, впрочем, тут же успешно замаскировала под кашель. А Белла, казалось, искренне изумилась.       — Другие? — она моргнула. — Какие? Ты что-то знаешь о его планах?       — Не имею ни малейшего представления, — честно открестился Люциус. — Но уверен, что когда он решит поделиться ими с нами, ты узнаешь об этом одной из первых. А пока, не сочти за грубость, но не могла бы ты осчастливить своим вниманием кого-нибудь другого? У тебя, кажется, муж был?       Белла открыла было рот, но в этот момент за дверьми, ведущими на террасу, послышались чьи-то шаги, а затем створки распахнулись и на пороге появился какой-то взъерошенный и явно не выспавшийся Регулус.       — Вот вы где! Ну что? Есть какие-нибудь новости?       Люциус выразительно изогнул левую бровь и посмотрел на жену.       — Меня не покидает ощущение, дорогая, что твои родственники упорно путают мой дом с редакцией Ежедневного Пророка, — светским тоном произнес он и сделал аккуратный глоток кофе.       — Новостей нет, — перевела его пассаж Нарцисса, окинув критическим взглядом непрезентабельный внешний вид кузена, и, предупреждая дальнейшие расспросы, добавила: — И нет, Лорд не писал нам, никого не присылал, не появлялся и вообще на связь не выходил. И о его планах мы тоже не в курсе. И да, разумеется, мы сообщим тебе, как только появится какая-то информация. Кофе?       Регулус захлопнул рот и посмотрел на Беллу. Та только фыркнула, скрестив руки на груди и демонстративно отвернувшись. Блэк вздохнул и слегка закатил глаза, словно говоря: о, эти женщины!       Наблюдавшие за этой великолепной пантомимой Малфои переглянулись, а затем Люциус, коротко покачав головой, поднялся с плетеного кресла.       — Прошу прощения, господа, но меня ждут дела, — с явным намеком произнес он и, поцеловав жену в щеку, покинул террасу.       Нарцисса вздохнула и посмотрела на не в меру активных гостей.       — Ну, действительно, вам что, заняться нечем? Рег, что там с Люпином? Есть какие-то новости?       Блэк, плюхнувшийся в освободившееся кресло, развел руками.       — Он обещал подумать. Не уверен, что мне удалось полностью убедить его, но по крайней мере он меня выслушал и даже ни разу не попытался заавадить.       — Забавно, — хмыкнула Нарцисса. — Уж кто кто, а Люпин мне всегда казался законченным идеалистом и преданным фанатом Дамблдора. Честно говоря, я думала, он закончит свои дни в какой-нибудь дыре, в обнимку с бутылкой.       — Сам в шоке, — Регулус пожал плечами. — Но выглядит он очень прилично и рассуждает вполне здраво.       — Люпин? — неожиданно отмерла Белла, слушавшая их диалог с открытым ртом. — Мне кто-нибудь наконец объяснит, что у вас здесь происходит, и почему я ничерта не знаю?!

***

      В неверном свете луны, проникавшем сквозь высокое окно, змейка казалась почти живой. Тускло поблескивали крошечные чешуйки, холод металла под пальцами заставлял кожу покрыться мурашками.       Гарри вглядывался в гравировку до рези в глазах, сам толком не понимая, что делает. В голове эхом звучали далекие голоса.       «Если предположить, что эти ходы были предназначены не для людей»…       «Слизерин редко появляется на портрете… последний раз он заговорил с учеником лет пятьдесят назад»…       «Давненько в стенах Хогвартса не было змееустов… пожалуй, ты первый за последние полвека»…       «Это был какой-то мальчик… он говорил что-то такое непонятное… а потом я увидела два больших желтых глаза»…       Глаза заслезились от напряжения. Изображение поплыло, и сквозь эту неясную пелену Гарри вдруг показалось, что змейка на кране едва уловимо дрогнула. На краткий миг он даже услышал тихое шипение.       — Откройссся, — по какому-то наитию прошептал он, не отводя от нее взгляда.       Несколько томительных мгновений ничего не происходило, а затем… Гарри невольно отшатнулся, внезапно осознав, что один из шести умывальников пришел в движение.       Раздался глухой скрежет, прозвучавший в ночной тишине почти оглушительно. Раковина медленно, будто нехотя, опустилась вниз, исчезнув из вида, а за ней показался широкий круглый тоннель, ведущий куда-то вниз.       И снова стало тихо.       Только сердце гулко колотилось где-то в горле.

***

      — Ну? И что еще интересного мы должны тут увидеть? — недовольно протянул Драко, раздраженный и уставший после очередной отработки, оглядывая туалет. — Вроде, за неделю тут ничего не изменилось.       — Меня вот больше интересует, почему это надо было обязательно делать после отбоя? — Даф выразительно подняла брови. — Вы понимаете, что если нас поймают еще раз, то так легко мы уже не отделаемся?       — Ой, ну ладно вам, — закатил глаза Блейз. — Правильные все такие! Давай, Поттер, показывай уже свое открытие века! Что, нашел очередную рептилию на бачке унитаза?       — Почти, — негромко хмыкнул Гарри, как-то загадочно улыбнувшись, и подошел к раковине.       Ребята, с некоторым недоумением наблюдавшие, как он гладит пальцами кран и всматривается в него так, будто собирается прожечь взглядом насквозь, переглянулись. Блейз уже открыл было рот, чтобы отпустить очередную шутку, но в этот момент с губ Гарри неожиданно сорвалось свистящее шипение, утонувшее в механическом скрежете.       — Ахренеть! — вырвалось у Забини. — Ты открыл ход!       — Как? — Дафна моргнула. — Как ты…       — Какого Мордреда! Это сейчас был парселтанг?! — Драко, пожалуй, меньше бы удивился, появись у Поттера рога и хвост.       Гарри помотал головой, мол, сам в шоке, и вкратце пересказал друзьям события вчерашнего вечера.       — Бред какой-то! — пробормотал ошарашенный Малфой, выслушав его рассказ. — Парселтанг — родовой дар, передающийся по наследству. Редкий дар! Откуда он мог взяться у Поттеров?       — Понятия не имею, — искренне заверил его Гарри.       — Слушайте, ну бывают же «спящие» дары, — неуверенно предположила Дафна. — Я читала. Они могут не проявляться на протяжении многих поколений, а потом возрождаться. Кто знает, может, у Поттеров он когда-то и был, просто так давно, что об этом все забыли?       — Настолько давно, что не осталось даже никаких упоминаний? — поднял брови Малфой.       — Может, они не афишировали! — Дафна округлила глаза. — Дар-то темный. Ну, так считается по-крайней мере…       — Дар, дар, — неожиданно подал голос Нотт. — Никому не интересно, куда этот ход ведет?       Ребята обернулись и, обнаружив его у самого края трубы, подошли ближе.       — Там ничего не видно, — сказал Гарри, поднимая палочку с зажженным Люмосом. — Но, судя по всему, куда-то очень глубоко вниз.       — Насколько глубоко? — Тео с интересом заглянул в темный провал хода. — Глубже, чем та дверь со змеей?       — Хочешь проверить? Могу подтолкнуть! — тут же предложил Блейз.       — Очень смешно, — Дафна с некоторой опаской заглянула через его плечо. — Мне вот почему-то кажется, что лучше нам туда не лезть…       — Как? — Забини выглядел пораженным до глубины души. — А как же сумочка из кожи василиска? Уже не актуальна?       — Даф, успокойся, конечно, мы туда не полезем, — заверил ее Гарри. — Но, по крайней мере, теперь мы точно знаем, что Миртл говорила правду про глаза за раковиной, и, возможно, та дверь внизу…       — Ага! Попались! — внезапно раздавшийся где-то совсем рядом звонкий голос заглушил окончание его фразы.       А в следующую секунду произошло сразу несколько вещей. Блейз, инстинктивно шарахнувшийся от появившейся прямо перед ним Миртл, случайно толкнул Нотта, стоявшего ближе всех к открытому проходу. Тот от неожиданности оступился и, неловко взмахнув руками, с пронзительным воплем рухнул в трубу.       Ребята в первую секунду замерли, тупо глядя на то место, где он только что стоял, а затем с ужасом переглянулись. Гарри сглотнул и осторожно заглянул в трубу.       — Тео? — его голос гулким эхом отразился от железных стенок.       Несколько секунд из непроглядной темноты не доносилось ни звука, но потом послышался какой-то приглушенный шум.       — Эй, Тео, слышишь нас? — подал голос Малфой. — Ты там живой?       Шум повторился. А затем из трубы донесся очень далекий голос Нотта:       — А-а… вроде да-а…       — Мерлинова борода! — с невероятным облегчением выдохнул Блейз. — Я уж думал — все!       Миртл протяжно вздохнула.       — Какая жалость…       — Заткнись! — хором рявкнули Дафна и Блейз.       — Это ты во всем виновата!       — Ничего подобного! — завопила в ответ Миртл. — Сами вы во всем виноваты! Сами-сами-сами! — и она, надувшись, исчезла куда-то.       Впрочем, ребятам сейчас было не до нее.       — Тео, ты там ничего себе не сломал? — крикнул Гарри, тщетно пытаясь хоть что-то разглядеть в глубине хода.       — Нет, труба к концу загибается! — послышалось в ответ. — Но здесь сыро, темно и чертовски грязно!       Гарри выпрямился и посмотрел на друзей.       — Судя по звуку, он очень и очень глубоко…       — И как нам теперь его оттуда вытащить? — Малфой выглядел обескураженным. — Кто-нибудь знает хоть одно подходящее заклинание?       — Может, Левиосой попробовать? — Блейз почесал в затылке.       Драко посмотрел на него, как на идиота.       — Какая к дракклам Левиоса? Мы его даже не видим!       — О, ну давай, предложи что-нибудь сам! — огрызнулся Забини.       — Прекратите! — одернула их Дафна. — Вы что не понимаете? Если василиск и правда все еще там, внизу, Тео может погибнуть! Нужно позвать на помощь! — и она, резко развернувшись, выбежала из туалета.       Мальчишки глянули друг на друга и, не сговариваясь, рванули за ней.