Загадка для RK

Гэвин тяжело выдохнул горячий воздух, упёрся лбом в подушку, мелко вздрогнул, когда сквозь тело прошла густая волна возбуждения и прогнулся ещё больше в спине, когда поясницу прошила неприятная судорога. Он свёл лопатки, когда между ними щекотно протекла капелька пота, правая рука задрожала от напряжения, и в голове нечётко пронеслась мысль, что нужно было удерживать тело от падения на простыню неустанной кибернетической рукой и растягивать свою задницу человеческой, а не наоборот, но он был накачан полным набором алкоголя из бара под завязку, а потому логичная идея пришла ему в голову уже в процессе. Мужчина за его спиной никак не помогал, буркнул только что-то про то, что с подготовкой пассив должен справляться сам, не барское это дело, да и не гигиеничное, поэтому он только натянул на себя презерватив и лениво надрачивал на представление. Гэвин не стал говорить Джеку (Джорджу? Джону?), что он всё продумал ещё до похода на пьянку, да и зачем что-то объяснять человеку, для которого сунуть пальцы в чужой зад — моветон, а член — заебись. В общем-то, Гэвину высокоинтеллектуальный секс был и не нужен. Джек (да, точно Джек, прямо как тот дохлый наркоша с последнего дела) оторвал руку от своего стоявшего колом достоинства и со вкусом шлёпнул по ягодице Гэвина, да только он тоже был пьян — вместе бутылку виски осушили — и вместо мягкой плоти попал по низу спины, хлёстко ударив по чувствительной коже над косточками таза. Гэвин коротко прошипел, поморщившись, и сжался от боли на собственных пальцах. Он не словил никакого кайфа от шлепка, даже желание немного сдало свои позиции, но Рид тут же компенсировал неудачу любовника, помассировав простату пальцами. Алкоголь снова затуманил мозг и захотелось трахаться ещё сильнее. — Всё, хватит, — буркнул Джек, отвёл его руку и пристроился поближе к откляченной заднице, потираясь скользким от смазки презерватива членом по ложбинке и округлости плотных ягодиц. У Гэвина сладко засосало от предвкушения в паху, а в голове зазвенело, вытряхнув все ненужные мысли. Наконец-то, охренеть, то, чего он ждал! Мужчина развёл ягодицы, мурлыкнул себе под нос что-то об обалденном виде, ткнулся в анус пару раз на пробу и тут же задал неровный, грубый темп, по-собачьи двигая бёдрами и натягивая тело под ним на себя. — Ебать! Легче! — прошипел Гэвин, лихорадочно разбираясь в переизбытке ощущений, к которым ему не дали времени привыкнуть. Не то чтобы его в первый раз брали сразу и по полной, без намёка на прелюдию, нет, это было скорее привычно, особенно в том дерьмовом будущем, которое, кажется, уже не наступит, но каждый раз после такого он будто бы оставался не удовлетворённым до конца где-то глубоко внутри. Джек начал двигаться менее дёргано, слаженнее, давил на то, что нужно, Гэвин даже на пробу подмахнул пару раз, насадился, довольно фыркнул, когда его снова накрыло, но тут его любовника потянуло на какое-то подобие нежности, и он распластался на Риде, продолжая тягуче вбиваться в него, развернул голову и клюнул неровным поцелуем в губы. — Ну уж нет, еби, но не целуй! — дернулся Гэвин и смазал о подушку неприятное ощущение чужой слюны со рта. Джека отказ будто бы взбесил на миг, он дёрнул бёдрами острее, жёстче, сильно шлёпнул Гэвина по руке, когда он потянулся к своему члену, а потом провёл носом по волосам, собирая стойкий запах мускуса, и укусил за загривок. Он сжимал зубы на чувствительной коже шеи, порыкивал, снова сбившись с ритма толчков, и отпустил только когда Гэвин коротко вскрикнул и лягнул его ногой. Джек только фыркнул на это, присосался к местечку рядом с выпирающим позвонком, вновь прикусил, на сей раз лишь передними зубами, тонкую кожу сбоку шеи, звучно замычал и кончил, по инерции двигаясь гиперчувствительной плотью внутри Рида, продлевая себе удовольствие. Он довольно выдохнул и свалился рядом с Гэвином, лениво наблюдая, как тот жадно трётся стоящим членом о грубую ткань простыни из средненького отеля, комнату в котором они сняли на ночь на двоих. — Не, дружок, тут ты сам, я готов, — с намёком кивнул Джек на свой опавший член и снял полный спермы презерватив. Ему было похер, кончит ли его случайный любовник сегодня или так и не дойдёт до конца без стимула от другого человека, он просто нежился в послеоргазменной неге и ему было плевать на Гэвина Рида. А ещё ему хотелось целоваться, и он потянулся к приоткрытому рту Рида. — Я же сказал: никаких поцелуев. Оставь лобызания для своей матушки на воскресной службе, — буркнул Гэвин, перевернулся на спину, широко расставил ноги, ввёл в себя пальцы, двигаясь как можно быстрее, и заключил в кулак член, дразня головку большим пальцем. — У тебя правила как у своенравной шлюхи, — мрачно заметил Джек, сплюнул на пол, быстро оделся и вылетел за дверь, фыркнув напоследок: — Пидор. Гэвину, в свою очередь, было похрен на оскорбление и на этого эгоистичного мудака — тоже. Он мастурбировал механически, не придерживаясь ни определённого стиля, ни какой-либо фишки, от которой бы именно у него поджимались яйца при резком приливе возбуждения. Он даже не фантазировал о ком-то конкретном, не представлял лицо, голос, искажённые удовольствием черты лица, никого, только ритмично входящий в него член. И этого хватило, чтобы смазано, как всегда бывает после алкоголя, кончить, немного поваляться на мятой постели, а потом под шумок сбежать из отеля к себе домой под горячий душ и погрузиться в сон без сновидений. На работу он чудом не опоздал, пожертвовав при этом утренним чаем, и теперь ему мог помочь только крепкий кофе с убойной дозой сахара, да и то только через полчаса, не раньше — обычно в начале рабочего дня в кафетерии был настоящий аншлаг и кровавая бойня за чашку прогоняющего сон напитка. — Хэй, Гэвин! — поприветствовала его Тина, бросив ему вулканский салют*, и Гэвин кивнул ей, но повторять жест не стал: у него никогда не складывались пальцы так, как надо. — Что с тобой было вчера? — Голова болела, — ляпнул первое, что пришло в голову, а потом заозирался, беспокойно барабаня пальцами по столу. — А где тот вчерашний RK900? — О, Ричард? Он мне писал, что ему по делам в Иерихон нужно, скоро будет, — Чэнь с подозрением покосилась на него, но пожала всё-таки плечами, смирившись, что нормального объяснения не получит. — Переписываешься с андроидом? С каких пор? — Гэвин сжал кулаки, оставив следы от коротких ногтей на ладони. Даже после целой ночи восстановления нервов алкоголем и сексом, думать об RK900 было почти невыносимо. Да, не впервой ему было сталкиваться с тяжёлыми последствиями своего прошлого и наверняка не в последний раз он ловил триггеры, которые ему мешали жить и воспринимать настоящее трезвой головой, но это… Это было слишком. Видеть его, работать с ним, вспоминать убитую им Хлою, этот взгляд, эту форму, эти руки, это всё… Гэвин устало выдохнул, приводя себя в порядок. В любом случае, никто не должен был понять, что с ним происходило сейчас, особенно внимательный Коннор, проницательный Хэнк и знающая его как облупленного Тина. Ему всего-то нужно вести себя сдержанно с этим Ричардом и как можно реже с ним сталкиваться, а там и боль осядет, и его мысли наполнятся чем-то иным, не таким мрачным и тяжелым. Уж что-что, а избегать RK900 он умел мастерски — сказывался богатый опыт пряток по канализациям с остатками выживших. — Он мой напарник. Сам знаешь, андроидам пока не доверяют работать отдельно от людей, да и мне помощь не помешает, я всего две недели как детектив, а выезжать на задания одной — идея херовая. — Ещё раз поздравляю, Тин, — Гэвин выдохнул про себя, радуясь, что ему самому нового напарника вместо сбежавшего пару недель назад Брауна не подкинули, да и сдавшей на днях тест на детектива Тине и вправду нужна поддержка, и он знал, что RK900 отлично с этим справится. Подобные ему выкосили почти всё человечество с лица Земли, а это без малого десять миллиардов! Что с него станется раскидать парочку наркош с пуколками наперевес на вызове? — Спасибо, — улыбнулась она, а потом с яркой хитринкой в глазах посмотрела на Рида, пряча в кулаке ухмылку. Ооо, этот взгляд Гэвин знал слишком хорошо. — А почему ты интересуешься им? Сначала Коннор, теперь Ричард… Я начинаю думать, что когда ты на кого-то западаешь, то начинаешь на него говниться. Ну же, признай, я права? — Да, так и есть, началась плёнка «шипперить Гэвина Рида с каждым мимо прошедшим мужиком», причём всегда мимо кассы, но если Чэнь была уверена в своей правоте, то внутренний мир Гэвина резко переворачивался вверх тормашками от бесконечных намёков и многозначных улыбок. За это он иногда ненавидел Тину и, Боже, почему именно этот андроид? — Блядь, Тина, не начинай! Пролёт по всем фронтам, как всегда, — буркнул Гэвин, но громкость голоса понизил, чтобы их неаккуратные слова никто не услышал. — Мне на него похрен, лишь бы не лез, куда не просят. Как вчера, например, ясно? — Конечно, — ухмыльнулась Тина, и стало понятно, что нет, не ясно. — Но его задница в твоём вкусе! — С чего ты вообще взяла? Ай, не важно, может, тебе стоит с ним поближе познакомиться? И мне за одно мозги ебать прекратишь. — Я счастлива в браке уже почти три года, — напомнила Тина и улыбнулась: — Да и Лиза очень ревнива, она в порыве гнева даже новейшую модель андроида-детектива пополам разломит, ну, ты же помнишь… — Как Лиза меня чуть не убила прямо здесь, когда услышала, что рядом с тобой какой-то мужик на работе ошивается? Ага, я тогда с разбитым носом на пол-участка каминг-аут совершил, помню. Мне до сих пор некоторые мрази это вспоминают, — мрачно фыркнул Гэвин, вспомнив, сколько говна в него полетело после этого случая от Роберта Дэвиса, этого сукина сына, которому даже разбитое лицо не помогло перестать приплетать к этому тогда только потерявшего сына Хэнка. Жаль, что эта гнида до сих пор в детективах ходила, его, как таракана, ничем не вытравишь, даже революция не помогла. Хотя в открытую поливать помоями андроидов перестал, зная о последствиях своей нетерпимости. — Зато ты отлично погулял на нашей свадьбе! — сказала Тина уже не так смело, видно, вспомнив, как он подрался тогда с подвыпившим Хэнком и чуть не сорвал банкет. Лиза против не была, а вот разнимающая их в свадебном платье Тина — ещё как. — Ладно, я работать буду, надо же раньше тебя сержанта получить. — И не мечтай, — усмехнулся Гэвин и повернулся к терминалу, да только работа у него не шла от слова совсем. Напоминание про сержанта неприятно стукнуло его под дых, потому что он прекрасно понимал, что сейчас абсолютно не знал, что делать дальше. Уже почти месяц прошёл с момента революции, а Гэвин до сих пор внутренне метался, потеряв цель в жизни, и оттого впав в подобие апатии и похуизма. Он всю жизнь жил ради чего-то важного, что стальными тросами тянуло его вперёд: в детстве он был достаточно юрким и тихим для вылазок, где добывал припасы для поселения, чуть позже к этому ещё и прибавилась ответственность за чужие жизни почти вымершего вида, а после отец повесил на него миссию по спасению грёбанного мира и теперь… теперь ему резко не за чем стало жить. Гэвин встрепенулся, клятвенно пообещал себе вынуть голову из задницы, найти цель в жизни и, для начала, получить повышение раньше, чем ебанный Дэвис закатит свою шарманку про долго сидящего в девках без повышения Рида. Эта сука сама кое-как дослужилась до детектива, но почему-то считала своим долгом ебать мозги Коллинзу и явно не пожалеет и Гэвина. Гэвин зло скрипнул зубами, встал слишком резко, чуть не уронив на пол подставку под канцелярию, из-за стола и широким шагом вбежал в опустевшую комнату отдыха, подставляя бумажный стаканчик под стреляющий тугой струёй кофе аппарат. Он успел сделать пару глотков, уютно зажмурившись от горячей дрожи, как прямо перед ним встал RK900 собственной персоной. — Доброе утро, детектив, — поздоровался Ричард, мягко улыбнувшись застывшему Риду, но расстояние между ними не сокращал, больше ощущая, чем диагностируя его напряжённость. Стресс скакнул резко и до высоких пределов, но человек, на удивление, не орал и не пытался сбежать, как вчера, только смотрел пристально, будто бы просчитывал наперёд шаги противника. Ричард продолжал растягивать губы в неширокой доброжелательной улыбке и акцентировал внимание на своих руках, вытянув их чуть вперёд, чтобы мужчина не боялся неожиданной атаки. — Блядь… А, мм, да, доброе, — рассеянно отозвался Гэвин, силой воли заставив себя открыть рот и произнести что-то кроме потока нецензурной брани. Помни, Рид, незаметнее, спокойнее, никто не должен ничего понять… — Вы вчера забыли свой шарф, я нашёл его и решил вернуть лично, — Ричард достал из внутреннего кармана пиджака аккуратно сложенную ткань и протянул Гэвину, всё ещё не приближаясь к нему. Мужчина должен пойти на контакт сам, иначе о его доверии можно будет забыть, даже не начав. — Да? Хорошо, эм, положи на мой стол, — Ричард нахмурился, когда Гэвин не только не взял из рук свою вещь, но и даже отошёл подальше, встав за стол и отгородив себя им от андроида. «Подсознательно стремится защитить себя, выбирая наиболее выгодные позиции для контратаки. Как напуганное животное, попавшее в угол клетки перед большим и опасным зверем, готовое в любой момент вырвать зубами свою жизнь» — вот что эти прятки напомнили Ричарду, и он с неудовольствием понял, что разобраться в происходящем становится всё сложнее. И интереснее, что уж тут скрывать? — Это было достаточно грубо с вашей стороны. Я не обязан подчиняться вашей прихоти не брать вещь из моих рук и могу найти это даже оскорбительным, с учётом нового положения андроидов в социуме. — Окей, окей! Я возьму сам, — буркнул Гэвин, и его напряжение несколько снизилось. Интересно. — Ты девиант? — Нет, лишь пробуждённый, — ответил честно Ричард, с удивлением отметив, что стресс мужчины снова подскочил почти до тех же значений. Это становится всё страннее. — Это когда… — Я знаю, как это! — раздражённо цокнул Гэвин, потом прикусил губу, выдохнул несколько раз ровно и уже спокойнее подошёл к андроиду, аккуратно, не касаясь его, вытащил из руки шарф. И да, это его шанс попробовать коннект снова, стоит только сдвинуть немного пальцы и провести по внешней стороне ладони Рида и… ничего. Абсолютно ничего, ни ответа на контакт, ни хоть какой-либо информации, кроме данных о текстуре кожи, температуре тела, обо всём на свете, но только не о тайне чёртового Гэвина Рида! — Касаться было не обязательно, — прошипел Гэвин, потирая другой рукой место прикосновения до покраснения кожи — естественного процесса при воздействии, свойственного людям, и только им. И эти самые люди не способны вступать в коннект с андроидами, тогда какого хрена вообще это всё было? — Простите, это вышло случайно, детектив. Я не хотел нарушать ваше личное пространство. — Гэвин раздражённо фыркнул и прошёл мимо андроида, как ему в спину донеслось: — Ваш любовник не очень осторожен, — Гэвин с ужасом провёл по ноющей шее, ощутив под пальцами неровность от чужих зубов. Блядь! Тот говнюк поставил ему засос и укус на заметном месте, и эта машина умудрилась различить метки. — Вам следует практиковать более безопасный секс, хотя, если вы предпочитаете такие практики, то... — Да иди ты нахрен! — в сердцах повысил голос Гэвин и вылетел из комнаты отдыха, оставив Ричарда в одиночестве разбирать по полочкам полученную информацию, помигивая желтизной диода. — Это ты его на меня натравила? — гаркнул Гэвин Тине, уставившись на мигнувшего беспокойно диодом Коннора, стоявшего неподалёку. Ибо нечего тут осуждающе глазеть, она заслужила. — Нет, только подсказала, где тебя найти. Кажется, ваши чувства взаимны, — нараспев ответила Тина, мило улыбнувшись, будто бы мгновение назад ей никто не грубил на ровном месте. Странные существа, эти помешанные женщины. — Иди на хуй, Чэнь. — Взаимно. Гэвин чувствовал, что ему нужно выпустить пар, потому быстренько покопался в только что поступивших вызовах и переправил себе самое безобидное на данный момент. Кажется, жалоба староватой женщины на странную замкнутую соседку и крики из её дома была тем самым спокойным заданием, где можно было бы отдохнуть морально и даже найти отдушину в аресте урода-мужа, поднимавшего руку на свою жену — как это обычно и бывало. — Стив, — выловил имя на груди одного из PC200, до сих пор работающих в департаменте. Распознавать их никто не брался, кроме непосредственных напарников, поэтому лаконичная надпись на одежде была как никогда кстати. — Фаулер не позволяет выезжать на вызовы без поддержки, если на месте подозревается насилие и задержание, а у меня тут наклюнулось кое-что и… — Поехать с вами? Без проблем, — подытожил андроид, накинул на плечи полицейскую куртку и поправил значок на бедре. Так по-человечески, что пиздец. — Идёмте.

***

У Ричарда ушло примерно треть секунды, чтобы понять, почему он не смог установить коннект. Правая — рука, к которой он прикоснулся, в отличие от прошлого раза, была правая. Ещё можно было скинуть неудачу на более устойчивое психологическое состояние детектива, но его стресс и так был критично высок, так что вариант пока что был только один. Первым делом Ричард влез в личное дело Рида. Найти информацию в защищённом архиве департамента было непросто и на это у Ричарда ушло примерно три часа, большую часть из которых он гнался за шустрым подозреваемым и допрашивал его после блестящей поимки. Архив был надёжно закрыт и запаролен, и технических мощностей на его взлом даже у самого передового ещё месяц назад Коннора бы не хватило. К счастью, его более технологично развитому собрату повезло с начинкой чуть больше, и к обеду, когда большая часть сотрудников полиции начала собираться, чтобы провести дарованный законодательством час отдыха вне работы, Ричард с интересом рылся в медкарте Гэвина Рида. Не то чтобы он ожидал увидеть эндоскелет андроида на прилагавшейся флюорографии или что-то то явное и заметное невооружённым взглядом, нет, но полученной информации, ограниченной группой крови, внешними характеристиками, возрастом, полом и "здоров, патологий не обнаружено" был недоволен. — Ричард, почему бы тебе не пообедать с нами? — RK800 дёрнул его за рукав, привлёк внимание и кивнул в сторону спешащего на выход из департамента Андерсона. — Мы не едим, Коннор, — напомнил чисто из какого-то внутреннего сварливого позыва Ричард, но на предложение согласился, особенно когда выражение лица Хэнка за мгновение перепрыгнули с раздражённого "ну, нет, нахера?" до смирившегося "делайте, что хотите, помешать мне пожрать вы не сможете". Но больше всего его интересовало то, что Коннор знал о Гэвине. А поговорить на личную тему и не вызвать подозрений удобнее всего в непринуждённой обстановке. Пока они шли за Хэнком в сторону какого-то кафе на соседней улице, Ричард заметил одну интересную деталь: флюорография, которую делал Рид каждый год, была идентичной за все пять лет, а само тело на рентгеновском снимке явно не принадлежало детективу. Тот мужчина имел более узкую грудную клетку, чем Гэвин, а вот уровень подкожного жира — на три с половиной процента выше. Ричард довольно хмыкнул, напоровшись на несостыковки в личном деле, отложил полученную информацию в отдельную папку с пометкой "Гэвин Рид", сел с лёгкой улыбкой на мягкий стул в на удивление уютном кафе и даже не заметил скользнувший по нему внимательный взгляд Коннора и его ухмылку. Хэнк угрюмо слушал речь Коннора о здоровом питании, недоверчиво косился на молчащего Ричарда, бухтел себе под нос чисто из вредности, но снизить поступление с пищей насыщенных жиров клятвенно пообещал и в доказательство заказал пирог со шпинатом и омлет на пару. Коннор остался доволен своей маленькой победой, и это был идеальный момент, чтобы его расспросить. "Мне интересно, что ты знаешь о Гэвине Риде." "Достаточно много и ничего одновременно," — по-философски ответил Коннор, помигивая диодом и с вопросом в глазах уставился на Ричарда. Хэнк спокойно и с аппетитом доедал пирог и даже понятия не имел, что рядом с ним ведётся интересный диалог. У него бы точно было, что на этот счёт сказать. "Я бы хотел взглянуть, если позволишь," — и Ричард протянул ладонь к Коннору, предлагая коннект для передачи информации. "Это личное, я не уверен, что это имеет смысл. Почему ты спрашиваешь? Как ты хочешь воспользоваться этой информацией?" "Он меня заинтересовал, Коннор. Я хочу знать больше о нём. Это всё." RK800 выразительно посмотрел на его руку, нахмурился, взвешивая все за и против. "Пожалуйста." И Коннор сдался, ответив на прикосновение.