Дьяволица

Остров Тенрю — священная колыбель и заповедная земля гильдии «Хвост Феи», надежно укрытая от посторонних глаз непроницаемым магическим барьером, — лежал посреди бескрайнего моря. Мираджейн стояла на его изумрудных просторах, обрамленных неприступными скалами, и всем существом ощущала странную, почти мистическую гармонию с этой дикой природой. В самом центре острова, среди непроходимых джунглей, где вековые деревья тянулись к солнцу, величественно возвышалось Великое Древо Тенрю. Его исполинские, узловатые корни прорезали землю и уходили ввысь, а густая вершина терялась где-то в пушистых облаках. В этом году правила были предельно просты: экзаменуемым надлежало за строго отведенное время добраться до главной арены, где каждому предстояло столкнуться в поединке с одним из волшебников. Победа открывала путь к следующему этапу — схватке с так называемым боссом, магом S-класса: Эрзой, Лаксусом, Эшем или Гилдартсом. Мираджейн внимательно скользила взглядом по собравшимся конкурентам, прикидывая: способен ли хоть кто-то из них доставить ей затруднения? «Неужели ты и впрямь всерьез опасаешься этих жалких неудачников?» — раздался ехидный голос в голове, и Мираджейн скрипнула зубами. Демон никогда не спал, всегда оставался рядом, наблюдал из глубины ее сознания и время от времени осыпал ее колкими, полными злобы замечаниями. Она и без него прекрасно понимала, что Кана, Стив и Аника, как бы жестко это ни прозвучало, ей не ровня. Единственным соперником, которого действительно стоило опасаться, оставался Гилдартс. Хотя и Эш с Лаксусом вряд ли позволили бы ей расслабиться, потому девушка надеялась, что судьба будет благосклонна и выдаст ей шанс размазать по земле эту самодовольную выскочку Скарлет. Одной лишь мысли об этом хватало, чтобы по телу разлилось горячее возбуждение, кровь заиграла, а сердце забилось чаще, жаждая скорейшего перехода к настоящему испытанию. -… Удачи! Мираджейн благополучно пропустила мимо ушей всю вычурную, заранее заготовленную речь мастера и опомнилась лишь в тот миг, когда в небо взметнулись огненные всполохи — вспышки магии, возвещающие одно: экзамен начался. Девушка сорвалась с места, бросилась вперед, устремившись следом за стремительно удаляющимися спинами соперников. Каменные плиты пола гулко отзывались на каждый ее шаг, когда она вбежала в узкий, сырой туннель, стены которого были покрыты мхом и лишайником. Проход постепенно расширялся, вдалеке угадывался слабый дневной свет, и оставалось преодолеть всего несколько шагов, чтобы вырваться на свежий воздух, но из темноты внезапно вынырнула когтистая лапа, сомкнулась на ее лодыжке и с силой дернула назад. Мираджейн рухнула на холодный камень, с размаху ударившись подбородком, и острая боль пронзила челюсть. Из темных углов пещеры начали выползать существа — костлявые, уродливые силуэты с алыми, налитыми кровью глазами. Они не напоминали ни людей, ни зверей, ни даже тех монстров, с которыми ей доводилось сталкиваться раньше. Их тела дрожали и переливались вязкой чернотой, словно сотканной из самой тьмы. Не теряя ни секунды, Мираджейн позволила магии вырваться наружу — поток силы пробежал по венам, каждая клетка наполнилась напряжением. В тот же миг за спиной вырос хвост, и одним резким ударом он рассек воздух, обрушив сокрушительный удар на тварь, что вцепилась когтями в ее икру. Боль отпустила, хватка ослабла, и она вновь обрела свободу. Но времени на передышку не было. Среди мракобесного шороха и глухих звуков из глубин раздался низкий, звериный рев. Тени сгущались и разрастались, прямо на глазах рождая новые уродливые формы, готовые обрушиться на нее всей своей проголодавшейся стаей. Девушка берегла силы для куда более опасного врага, и потому, раскрыв за спиной крылья, взмыла в воздух с такой мощью, что по пещере пронесся яростный вихрь, сбивая тварей с ног и швыряя их в стены. Казалось, пространство очистилось, но едва в душе мелькнуло чувство мнимой безопасности, сверху обрушился тяжелый удар. Свист в ушах, неуправляемое падение… земля приняла ее тело с беспощадной силой. Позвонки хрустнули, из груди вырвался сдавленный хрип, и мерзкий вкус крови осел на языке. На миг зрение заволокло ослепляющей вспышкой. Тряся головой и лихорадочно моргая, она сумела различить под самыми сводами пещеры новые силуэты — летающие чудовища с кривыми, ломаными крыльями и искаженными, полными ненависти мордами. — Да чтоб вас… Красные глаза существ вспыхнули огнем, и тени скопом ринулись на нее с космической скоростью. Мираджейн инстинктивно закрыло лицо, скрестив руки на предплечьях — кожа моментально покрылась чешуей, и девушка с силой развела когтистые лапы, как если бы хотела оттолкнуть от себя нечто невероятно тяжелое. Энергия, подобная ослепительной фиолетовой вспышке молнии, на миг осветила каждый потаенный уголок пещеры и ударила в самую сердцевину клубящейся массы. Воздух разорвал истошный визг, стены задрожали, несколько мерзких силуэтов рассыпались в серую пыль, других же швырнуло в стороны, и их тела оставили на скалах глубокие зазубрины. Она не успела даже сделать полноценный вдох, как сбоку метнулось новое порождение тьмы. Лишь мгновенная реакция спасла ее: вовремя уловив движение, волшебница перехватила скользкую тушу в воздухе и оттолкнула ногой. Поднявшись на одно колено, она напряглась, настороженно оглядываясь на продолжающих лезть, как из чрева матери, монстров. Тратить силы на эту бессмысленную бойню было верхом глупости — их число не иссякало, а ее магические резервы имели вполне конкретный предел. Когда очередной враг бросился на нее, Мираджейн вцепилась в его странные, напоминающие выступы плечи и с размахом метнула его в толпу, сгрудившуюся у выхода. Этого хватило, чтобы она оттолкнулась от земли, и ноги понесли ее вперед с неистовством бури. Чудовища прыгали, клацая зубами в миллиметре от ее лица, когти рассекали воздух, намереваясь задеть плоть, но Мираджейн изящно ускользала. Твари все больше запутывались в ее извилистых маневрах, не успевали предсказывать траекторию этой бестии, сбивались в кучу, мешая друг другу и окончательно теряя дьяволицу из виду. А она, трансформируя то лапы, то хвост, безжалостно раскидывала их в стороны. Влево, вправо, кувырок меж ног очередного исполина — и наконец лицо обдало долгожданным свежим воздухом, а яркий свет полоснул по глазам, лишив их на секунду ясности. Но торжество было недолгим: из пасти пещеры донесся многоголосый вой. Вся эта орда выплеснулась наружу, не собираясь отпускать добычу. Макаров что, издевается? Сколько ей так бежать?! Кто додумался до этого проклятого испытания?! Садист?! Не сбавляя темпа, готовая выхаркать легкие, продолжала мчаться, чувствуя, как забиваются и горят мышцы ног. Девушка стиснула зубы. Пробежит столько, сколько нужно. Никто и ничто не встанет у нее на пути. Она действительно верила в это, но внезапное появление Эша перечеркнуло все ее планы. Мираджейн не успела затормозить, сбила его с ног, и в падении руки парня, словно по инерции, сомкнулись на ее тонкой талии. Земля приняла их грубым ударом, затылок Эша встретился с камнем, и лицо перекосила гримаса боли. — Какого черта?! — завопила, вскакивая на ноги. Она обернулась к пещере, готовясь к новому бою, но… монстров уже не было. — Мастер… — Эш зашипел, с усилием принимая сидячее положение и хватаясь за ушибленное место. — Он велел найти вас. Экзамен… отменяется. Мираджейн побледнела, будто вся опора под ногами в одно мгновение обратилась в пустоту. Что, простите? Она отказалась верить услышанному. Это бред, бессмыслица, над ней просто издеваются. Эш явно не в себе, несет какую-то ересь. Столько стараний, усердий, изнурительных тренировок и синяков… А теперь что же это, получается, все зря? — Как это — отменяется? — голос был холодным, сдержанным, но внутри все клокотало от нарастающей паники. — Что значит «отменяется»? Что произошло?! — Нужно срочно уходить с острова. Здесь небезопасно, — он поднялся, взял Мираджейн за плечо и потянул вперед, намереваясь увести прочь, но она осталась стоять, пригвожденная к месту с мертвенно-бледным лицом. Сердце пропустило удар. Проклятье! Мираджейн пыталась собрать рассыпающиеся мысли, но те упорно разлетались, не давая ей фокусироваться на чем-то конкретном. В голове все казалось безнадежно запутанным, но одна мысль, холодная и отчаянная, прорезала все остальное: «Если мастер отменил экзамен, значит, что-то пошло не так. Очень не так». Эш настойчиво подтолкнул ее, и на этот раз Мираджейн, не осознавая, что делает, пошла за ним, словно пребывая в полусне. Голова пульсировала от напряжения, а грудь сжимала невыносимая тяжесть. Она ведь так старалась, торопилась… Время еще точно не вышло, и… Стоп! Резко остановившись, она вскинула голову и, сузив глаза, уставилась на Эша с прищуром. — Испытание ведь не закончилось. Я права? — Мира! — рыкнул он, сильнее сжимая пальцы, но девушка выдернула руку. — Боже! Ты это серьезно?! Завязывай со своей магией! — она сжала челюсти, и глаза засверкали злобой. Эш молчал. Некоторое время он лишь смотрел на нее, тяжело дыша, затем медленно выдохнул, и на его лице появилась тень слабой улыбки. Однако с каждым мгновением высокая фигура начинала терять очертания, расплываться, растворяясь в воздухе. Пейзаж вокруг тускнел, лишался красок, превращался в зыбкие силуэты. Все звуки стихли, и пространство вокруг разрушалось, затягивалось тонкой дымкой. Эш, теперь больше напоминавший призрака, растекался по воздуху. Его лицо побледнело и стало полупрозрачным, пока вовсе не исчезло, оставив лишь мерцающий след. Сознание поглотила темнота. Когда Мираджейн снова открыла глаза, она обнаружила себя в той же сырой пещере. «Надо было догадаться раньше», — пронеслась мысль, и горечь от неосмотрительности пронзила душу. Сколько сил и драгоценного времени было потрачено впустую на борьбу с фантомами! Интересно, сколько претендентов уже успели завершить первый этап? С усилием поднявшись на ноги, девушка отряхнула ладони от земли, глубоко вдохнула и рванула с места в сторону тусклого света в конце тоннеля, стремительно преодолевая расстояние и уже резво перебирая ногами, мчавшими ее мимо леса. Тропинка вилась перед ней сумасшедшей змеей: то резко взмывала вверх, то круто сползала вниз, запутываясь в колючих кустах и теряя направление. Внезапно носок ботинка зацепился за торчащий корень. Визг вырвался из груди, и Мираджейн, не в силах удержать равновесие, полетела вперед, инстинктивно выставив руки. Ударившись локтями о землю, перевернулась на спину, приземляясь на бок, вновь подскочила и, крутанувшись в воздухе, кубарем покатилась вниз, сбивая на пути камни, кусты, ветки. Девушка чертыхнулась, когда в рот попали насекомое и ошметки грязи, и, трансформировав руку, вонзила когти в землю, наконец останавливаясь. Мираджейн медленно поднялась, перед глазами все плыло, но, стиснув зубы, она решительно тряхнула головой, прогоняя головокружение, и заставила себя двигаться вперед. Наконец, раздвинув ветви густого кустарника, вынырнула на арену. Просторная площадка, где должно было начаться второе испытание, зияла пустотой, без малейших признаков жизни или движения. Вдруг стало легче, спешка утратила смысл. Девушка опустилась на камень, вытянула гудящие ноги и запрокинула голову, позволяя слабому ветерку ласковыми движениями успокоить раскрасневшиеся щеки. И пусть противник мог появиться в любую секунду, сейчас, в эту крошечную минуту, Мираджейн позволила себе роскошь передышки. Волшебница не знала, сколько времени оставалось до завершения первого испытания, как и не могла определить, сколько минут уже провела в этом ожидании. Но когда над головой раздался звон, а в небе вспыхнула мерцающая магическая табличка, губы ее расползлись в злобной усмешке. Огромные фиолетовые буквы возвещали: «ПУТЬ ОТКРЫТ». Значит, Эш все же сумел кого-то вывести из игры. Прекрасно. Магический барьер растворился, открывая два пути. Вот теперь-то все и решится. Главное — не ошибиться с выбором. Мираджейн остановилась в самом центре площадки, задумчиво вглядываясь в каждую предложенную дорогу. Что ж, будь что будет. Даже если попадется Гилдартс, достаточно будет продержаться тридцать минут, чтобы сдать этот чертов экзамен. Да, именно так. И потому, шагнув вперед с расслабленной уверенностью, она уже успела успокоиться. Магическая энергия восстанавливалась, настроение крепло, и казалось, ничто больше не способно поколебать ее решительный решмость. — Нет… — прошептала она, когда вдалеке начали вырисовываться до боли знакомые очертания. — Нет, нет, нет, только не это… Я не могу быть такой неудачницей… Мираджейн развернулась, намереваясь изменить свой выбор, но прямо перед лицом вспыхнул барьер, перекрывший путь к отступлению. С языка слетело красноречивое описание сложившейся ситуации, насыщенное такими выражениями, что лицо Гилдартса вытянулось в чистом изумлении. Рот его приоткрылся, и он на мгновение застыл, впав в оцепенение, словно пытаясь переварить весь спектр услышанного и осознать богатство словарного запаса юной волшебницы. — Вау… — только и выдохнул он. Над их головами вспыхнули цифры обратного отсчета. Испытание началось. Не тратя ни единой секунды, Мираджейн сжала кулаки, и тело начало меняться. Кости с хрустом перестроились, мышцы натянулись, и в мгновение ока человеческая форма исчезла, уступив место демоническому созданию, покрытому сеткой темной чешуи. Она рванула вперед; гигантская лапа взвилась над землей и стремительно обрушилась на Гилдартса. Удар был молниеносным и мощным, но мужчина увернулся, скользнув в сторону, и когти Мираджейн с грохотом врезались в землю, высекая глубокую борозду и поднимая тучу пыли. Не давая ему передышки, она тут же замахнулась для повторной атаки, но Гилдартс предугадал движение: отклонившись, перехватил ее запястье и с нечеловеческой силой метнул в сторону. Прежде чем она успела сгруппироваться, он оказался рядом и врезал кулаком точно в диафрагму. Весь кислород мгновенно вышибло из легких; мир на мгновение перекосился, ослепив вспышкой белого шума, а в горле застрял рваный, бессильный хрип, когда тело рефлекторно попыталось сделать невозможный вдох. Но Мираджейн лишь на миг ослабила хватку. В следующую секунду она мощным рывком оттолкнула противника, и Гилдартс, проскользив несколько метров на согнутых ногах, сумел удержать равновесие. — Как неприлично, — прохрипела, сплевывая кровь. — И часто ты так бьешь девчонок? Гилдартс только усмехнулся. Он играет с ней, не используя и половины своей мощи. Пытается вымотать? Не выйдет. Мираджейн издала низкий, животный рык и снова бросилась на него, сверкая алыми глазами. Вторая волна атаки стала куда точнее: когти проносились в миллиметрах от лица мага. Гилдартс парировал и уворачивался, но впервые его взгляд стал более сосредоточенным. Арена под их ногами вздрагивала: каждый удар и блок отдавались гулкими толчками, похожими на маленькие землетрясения. Однако мужчина все равно был на шаг впереди. Стоило ей сменить тактику, как Гилдартс поймал ее за хвост, крутанул и впечатал в землю. Она попыталась ударить в ответ, но он снова оказался безупречен: короткий выпад коленом в бок отбросил ее назад на несколько метров. От резкой боли девушка застыла, но сдаваться не собиралась. Она поднялась, стиснув зубы и исказив морду в агрессивной гримасе. Гилдартс же сохранял холодную решимость. Его движения оставались четкими, он маневрировал с легкостью, нанося удары исключительно в уязвимые точки. В какой-то миг удача качнулась в сторону Дьяволицы. Мираджейн совершила ложный выпад, и когти задели ткань его плаща, прорезав ее и оставив на коже глубокий след. Вкус победы обжег язык, в груди разгорелось пламя уверенности. Она подалась вперед, занося лапу прямо перед его лицом; пальцы затрепетали, напитываясь фиолетовыми всполохами энергии, готовой обрушиться на противника. Земля взметнулась фонтаном пыли и каменного крошева — Гилдартс, предвосхитив выпад, не просто парировал его — он встретил атаку всей мощью своего тела, неукротимой силой разрушительной магии. На Мираджейн обрушилось такое давление, что ен тело впечаталось в почву, которая с глухим ревом разошлась глубокими трещинами. Камень крошился, клочьями разлетаясь в стороны и превращаясь в серую пыль, разъедающую легкие. Вокруг распростерлось зияющее углубление, словно от падения метеорита. Мираджейн ощутила, как последние капли воздуха срываются с губ, а перед глазами сгущается тьма. Но это было лишь прологом к настоящему кошмару: кости захрустели, мышцы, казалось, рвались под чудовищным давлением, а каменная крошка вместе с землей впивалась под чешую, глубоко вгрызаясь в плоть. Боль была всепоглощающей. Каждая клетка тела вопила от агонии, но демон внутри яростно сопротивлялся, отказываясь принимать поражение. Неужели это все? Неужели ее просто раздавят здесь, как насекомое? Силы были на исходе. Сердце колотилось в груди так сильно, что каждый удар отзывался оглушающим гулом в ушах. Грудная клетка трещала, грозя вот-вот разлететься обломками. Горячая кровь тонкими ручейками потекла из носа, коснулась губ, оставляя солоноватый привкус поражения. — Ну что, готова сдаться? — прогремел голос над головой, и новая ударная волна вбила ее еще глубже в почву. Сдаться? Это… конец? Нет… Нет, нет, нет. Она не может. Как этот мерзкий старикашка вообще смеет предлагать ей такое?! Мираджейн задышала часто и мелко, чувствуя, как внутренний демон жадно откликается на гнев, готовый слиться с сознанием воедино, вступить в игру; древняя, первобытная сила безудержным током промчалась по жилам. Гилдартс почувствовал резкое колебание магического фона и изумленно выгнул бровь. Это было интересно. Очень интересно. Со звериным рычанием, будто сама земля кричала с ней, Мираджейн вцепилась когтями в край разлома, подтягивая себя. Каждое движение стоило неимоверных мук, но она не сдавалась. Пальцы обхватили мужскую голень, пронзая ткань и едва не добираясь до кости. Магия рванула наружу, накрывая их фигуры плотным темным куполом. Воздух завибрировал — вот-вот должно было рвануть, и Гилдартс уже замахнулся, чтобы обрушить на нее последний удар, но таймер, все это время висевший в небе, замер, а после взорвался ослепительным каскадом искр. Вот только Мираджейн было уже не остановить — обезумевшую от ярости дьяволицу все же пришлось вырубить.

***

Мираджейн медленно приходила в себя, как если бы разум восставал из глубокой бездны, где царили тишина и туман. Странное чувство легкости путало мысли — казалось, она парит в воздухе, не понимая, где ее руки и ноги. Звук тяжелых, уверенных шагов достиг сознания. Сначала далекий, он становился все отчетливее. Кто-то крепко держал ее, прижимая к себе и не позволяя соскользнуть вниз. Веки с трудом поддались, дрогнули и приоткрылись, и сквозь мутную пелену проступило лицо Гилдартса. Она слабо пошевелилась в его руках, обращая на себя внимание, попыталась подняться, но тут же зашипела от острой боли, пронзившей тело от макушки до кончиков пальцев. — А ты упертая, — мужчина улыбнулся краем губ — Отпусти… — Мираджейн уперлась ладонями в его грудь и жалобно пискнула, когда руки ослабли и бессильно скользнули вниз. — Какой позор… — Нормально все, — усмехнулся он. — Добро пожаловать в ряды магов S-класса. До нее не сразу дошел смысл этих слов. Она замерла, пытаясь вникнуть в сказанное. Маг S-класса… Стоп, что? Удивленно моргнула, вытаращив глаза. — Я же… я же отключилась… — Вернее, это я тебя вырубил, — хохотнул Гилдартс, отчего она недовольно поморщилась. — Но ты успела продержаться, даже оказала сопротивление. Поздравляю, — он искренне улыбался, широко так, лучисто, и внутри Мираджейн растекалось нечто, похожее на гордость. Когда они подошли к лагерю, Мираджейн почувствовала, как силы начинают медленно возвращаться. Боль уже не пронзала, но усталость по-прежнему держала тело в захвате. Она пошевелилась, стараясь сохранить остатки достоинства — ей до смерти хотелось встать на ноги самостоятельно и вернуть себе хотя бы крупицу независимости. Вот только их уже заметили. Из-за ближайших кустов, словно бесшумная тень, выскочил Эш, и Гилдартс подпрыгнул от неожиданности, а Мираджейн, воспользовавшись моментом, ловко выскользнула из его рук, шмякнувшись на землю. — Я даже не буду спрашивать, что ты там делал, — процедила она, поднимаясь и стряхивая с задницы пыль. — А ты… — метнула сердитый взгляд в сторону Гилдартса, но, оценив ситуацию, промолчала. Комментарии излишни. — А еще кто-нибудь сдал экзамен? — вновь обратилась к Эшу. — Кана сейчас бьется с Эрзой, — начал перечислять парень. — Аника довольно быстро поддалась на мои уловки в первом испытании. А Стив… ну, он сейчас немного не в себе после поражения, как он сам выразился, «этой гадалке». Мираджейн прыснула, не в силах сдержать смех. Ну надо же. А сколько было пафосных речей перед отплытием! Сколько самоуверенных взглядов и обещаний сжечь всех конкурентов на пути, вырвав победу чуть ли не зубами. Она легко представила, как Стив, стоя перед зеркалом, оттачивал пафосный тон, часами часами оттачивал победную речь, репетировал жесты и строил замысловатые стратегии, а в итоге… бедолага. Аника со своей раздутой гордостью тоже оказалась ничем не примечательной пустышкой. Ожидаемо. Вдруг воздух сотрясли мощные залпы. Сначала — лишь отголоски, смутное эхо, будто где-то за горизонтом вспыхнуло очередное сражение, но вскоре звуки стали отчетливо различимы — громкие удары магической энергии. Мираджейн вскинула голову, щурясь от яркого света. В небе вспыхнули письмена: «В БИТВЕ ОДЕРЖАЛА ПОБЕДУ ЭРЗА». Очередной неоспоримый факт. Однако… горечь отразилась в глубине взгляда. Жаль… — Ты как? — Мираджейн взвизгнула и резко обернулась. Перед ней стоял Лаксус с привычно самодовольным выражением лица, но в глазах — она готова была поклясться — мерцал теплый, едва уловимый свет. — Я что, настолько страшный? — хмыкнул он. — Мирочка, дорогая, поздравляю! — Макаров вынырнул из-за спины внука, сияя от счастья. — Достойная, поистине великая победа! — Мастер, — девушка натянуто улыбнулась, нарочито небрежно зачесывая растрепанные пряди за уши. При этом она демонстративно открыла «украшения» в виде синяков и кровоподтеков на скулах. — Объясните мне только одно: почему этот старикашка выступает в роли экзаменатора? Это же очевидный провал! — Эй, я вообще-то все слышу! — Гилдартс прищурился и сложил на груди руки, деланно обиженно посмотрев на волшебницу. — Я знаю, — Мираджейн довольно изогнула губы и повернулась к нему лицом. — Какой вообще смысл тебе участвовать, если ты даже дрался не в полную силу? Поддавался ведь. — А тебе, значит, надо было, чтобы тебя изрубили на куски? — выгнул бровь Эш. — Ну не знаю… — Лаксус горделиво вскинул подбородок. — Мне он не поддавался. Мираджейн лишь закатила глаза. Вы только посмотрите, сколько напыщенной гордости в этом индюке… — Ну… — Гилдартс почесал затылок, несколько сконфужено отводя взгляд. — Да… — Не понял, — лицо Дреяра-младшего помрачнело. — Лаксус… — начал было Макаров, но продолжение его речи Мираджейн не услышала, обернувшись на звук приближающихся шагов. По извилистой тропинке спускалась Кана. Она выглядела раздавленной: плечи поникли, голова опущена, а на лице не осталось и следа от той яростной решимости, с которой она начинала этот день. Волосы запутались, на одежде запеклись пятна крови вперемешку с с грязью. — Кана… — голос Макарова прозвучал с тяжелой ноткой сожаления, когда он приблизился к ней. Девочка подняла на мастера пустой, потерянный взгляд. Он пытался что-то сказать, утешить ен, но слова бессильно скользили мимо, не принося ни капли облегчения. — Ты была сильной, Кана. По-настоящему сильной. Но даже великие бойцы не всегда забирают победу. Она растерянно кивнула и перевела взгляд на Мираджейн, едва слышно прошептав поздравление, но в этом коротком слове не ощущалось ни капли искренности.

***

Большой, величественный корабль разрезал носом морскую гладь. Мелкие брызги хрустальной россыпью разлетались по палубе, а у горизонта зависло налитое соком заходящее солнце, окутывая все вокруг густым алым светом. Волны, движимые собственной волей, мерно катились под судном, + — то наступая, то отступая. Ветер туго наполнял паруса, и Мираджейн с наслаждением подставляла его сильным потокам лицо, опершись руками о деревянные перила и глядя вдаль. Морской воздух — смесь соленых волн и свежести — дарил редкое чувство свободы. Эрза стояла в самом центре, сосредоточенно наблюдая за слаженной работой команды. Она проверяла снаряжение, раздавала указания и фактически единолично взяла на себя роль капитана, пока Макаров держал штурвал. Временами девушка подходила к Кане, пытаясь завязать разговор, но не настаивала, понимая, что той требуется тишина и личное пространство. Лаксус же сидел на полу в тени, скрестив ноги и руки. Он низко опустил голову, плотно сжимал губы и то и дело морщился, вздрагивая всем телом. Остальные волшебники отсыпались в каютах. Со временем синева окончательно поглотила остатки солнца, мрак опустился на корабль, обвивая его густой вуалью. Ветер стихал, становясь прохладнее; палуба опустела, и лишь редкие шаги неугомонной Эрзы по деревянным мостикам нарушали тишину, но и они вскоре исчезли. Шумное поведение подвыпивших товарищей внизу откровенно раздражало Мираджейн. Неужели нельзя было потерпеть? Она нервно дернула губой, вышла на свежий воздух и, разминая спину, потянулась, позволяя телу избавиться от накопленного напряжения. Взгляд скользнул по палубе и замер на темном силуэте. Лаксус стоял неподвижно. Его мускулистые плечи заметно подрагивали, а руки, скрещенные на груди, сжимались до белых костяшек, выдавая мучительное сопротивление какой-то невидимой силе. Он не заметил ее приближения и потому вздрогнул, когда голос Мираджейн разрезал тишину. — Неужели я такая страшная? — усмехнулась волшебница, опершись поясницей о перила. Когда он в шутку кивнул, она ударила его кулаком по плечу, скорчив недовольную гримасу. — Я хотела… м-м… поблагодарить тебя. Он слегка нахмурился, удивленно приподняв бровь, но мгновение спустя его губы растянулись в привычной самодовольной улыбке. Кто бы, собственно, сомневался! — Вот уж не ожидал. Я, кажется, и не сделал ничего особенного. — Ты тренировал меня, оказывал… ну, определенную поддержку, — она бросила на него короткий взгляд, — хоть чаще и вел себя как полный… как полный придурок. Самовлюбленный, эгоистичный сноб, и… — Погоди, так ты меня благодаришь или решила оскорбить? — перебил он с усмешкой. — Ну, кто-то же должен иногда спускать такого выскочку с небес на землю. Корабль медленно качнулся. Вначале это движение было почти незаметным, но стоило мощной волне с размаху ударить в левый бок, как судно повело себя совершенно непредсказуемо. Палуба под ногами ощутимо дрогнула и ушла вниз. Корабль опасно накренился, а затем, словно в противофазе, резко ушел вправо, заставляя дерево заскрипеть. Мираджейн не успела среагировать: опора буквально выскользнула из-под ног. Ветер взметнул волосы, брызги хлестнули в лицо, и она, теряя равновесие, инстинктивной хваткой вцепилась в того, кто оказался рядом, ухватившись за ткань его футболки. Лаксус среагировал мгновенно. Его руки железным кольцом сомкнулись вокруг ее талии, притягивая к себе. Но эта хватка не была жестом защиты — он сам отчаянно пытался удержаться на ногах. Тело сжалось, и парень резко отвернул побледневшее лицо, а к его горлу подступила нестерпимая тошнота. Морская болезнь властвовала над ним. Это было непреодолимо и унизительно. Лаксус прижался к Мираджейн, пряча слабость за этой вынужденной близостью, и в глазах отражалась изнуряющая борьба с самим собой. Желудок свело мучительной судорогой. — Черт, — вырвалось сквозь зубы. Новый приступ тошноты не заставил себя долго ждать. Лаксус резко разжал руки, почти отталкивая Мираджейн, и вцепился в перила, наклонившись вперед. Голова опустилась, подбородок почти коснулся груди, а взгляд потускнел. — Смотри-ка… я снова тебе помог, — выдохнул он, постепенно, с огромным трудом обретая остатки контроля над взбунтовавшимся желудком. — Что?.. — Мираджейн озадаченно хлопнула ресницами. Сейчас ей вообще было трудно разговаривать, хотелось скорее уйти, убежать отсюда. Лаксус чуть склонил голову, бросив на нее косой, насмешливый взгляд. — Постоянно ловлю тебя, — весело ответил он, и глаза сверкнули озорством. — Хотя бы для того, чтобы ты не превратилась в утопленницу. — Придурок, — едко выплюнула и, развернувшись на пятках, стремительно зашагала прочь, тяжело дыша. Мираджейн влетела в гальюн, захлопнув за собой дверь, и прижалась спиной к ледяной стене, но это не приносило облегчения. Из груди вырвался глубокий, прерывистый вздох, пальцы скользнули в волосы, с силой потянув пряди в стороны. Она отчаянно хотела избавиться от нахлынувших чувств, но тщетно. Сердце бешено колотилось о ребра, готовое вот-вот выпрыгнуть наружу, а щеки пылали так, что, казалось, на них можно было жарить яичницу. Мираджейн зажмурилась, пытаясь сдержать внутренний натиск, но плотина рухнула. — Нет… — сдавленно пискнула, закрывая лицо ладонями и опускаясь на корточки. — Только не это, — она была готова разрыдаться. Все внутри клокотало, ком в горле мешал сделать нормальный вдох, а слезы, которых она так боялась, неумолимо подступали. Почему именно сейчас? Лаксус столько раз держал ее на руках, спасал от нелепых падений, обвивал талию, прижимал к себе — естественное проявления товарищеской заботы, часть их общей динамики. Но почему в этот раз тело отреагировало так мучительно остро? Мираджейн с ужасом осознавала постыдную правду: ей хотелось задержаться в этих руках чуть дольше. Хотелось чувствовать его тепло, вдыхать запах его парфюма, смешанный с запахом озона. Хотелось, чтобы его ладони не разжимались. «Может, это просто гормоны? — лихорадочно соображала она. — Мне шестнадцать, переходный возраст, все такое…» Да черта с два! С Гилдартсом ведь ничего подобного не происходило, хотя он тащил ее на руках пол-острова. И с Эшем, который ей всегда казался симпатичным, — тоже. Эмоции бушевали внутри, вырываясь из-под контроля, как дикая стихия, распалялись все сильнее, и Мираджейн совершенно не знала, как усмирить этого нового «демона», который оказался куда опаснее Сатаны. Что же ей теперь делать?..