Духи карт и их заклинатель

Восстановление заняло всего месяц, а если говорить по честному, то две недели. Но Александр наблюдал за их состояние ещё две, дабы не было рецидива. Источники и вправду помогли, даже лучше, чем предполагал Маор. Если для него они были обычным отдыхом, то вот Пик набирался сил, словно семечко подсолнуха в солнечную погоду. Правда, трогать после ледяного источника его не стоило: тело было таким холодным, что становилось страшно. Король же кажется вообще не ощущал этого холода. Он бы точно мог находится в подобной воде по нескольку часов. Хорошо, что время рассчитано именно на человека, а не духа. Хотя, под конец их пребывания, даже Маор смог закалиться. Благодаря наблюдению Мелисы и сопутствующим тренировкам, их связь улучшилась и стала ещё крепче. Теперь человек мог отделять оттенки эмоций своего духа, да и интуитивное поведение тоже. До этого он и так замечал некоторые привычки короля, но сейчас же новые не казались чем-то неизвестным, а даже наоборот. Гильдия услужливо поддерживала его связь с внешним миром, рассказывая о новых происшествиях, или особо успешных делах. Феодосия звонила больше всех. Не удивительно, с другими согильдийцами она почти не общалась. Поэтому пока Пик тренировался на улице, Маор разговаривал с девушкой. Это было даже очень познавательно. Но всему приходит конец, даже такому приятному времяпровождению. Лечение окончилось и им нужно возвращаться к своим делам. Как только они вернулись в гильдию, сразу получили вести о последствиях той вспышки. До города она не дошла, но в лес был отправлен целый отряд заклинателей-исследований. Благо ничего, определяющего их личность и вид духа, они не нашли. Светлая энергия пускай и навредила им, но в тоже время отлично подчистила следы. Также есть информация о том, что их противник кажется лежит в цитадели под присмотром нескольких врачей. Эта информация была неточной, но Маор не стал просить Пика проверять. Тот всё равно был отчуждён по какой-то своей причине. Адамасто дал им отпуск, объясняясь рекомендациями лекаря и нежеланием светиться. Но тёмный заклинатель понимал, что наверняка это дух подговорил их. Они много беседовали с Мелиссой во время процедур. В любом случае это было им лишь на руку. Пик не свойственно пылал энергией, и на вопросы об этом отвечал, что полностью восполнил свой объём. Похоже после явления новому заклинателю он никогда не вбирал энергию до конца. Возможно, именно из-за их общего развития, он решил попробовать подобное. Почему-то Маор охотно ему верит, ощущая себя таким же бодрым. Общая радость была обусловлена и тем, что они наконец-то приступают к основному действу. Заполучив достаточно силы, крышу и отведя от себя ненужное внимание, дуэт уже потирает руки от восторга.

***

Молодой человек лет двадцати пяти судорожно пытался от кого-то сбежать. Его красивая одежда: чёрный жакет, белая рубашка с длинными рукавами, классические брюки и чёрные кожаные туфли, была испачкана грязью, какой-то травой. Видимо он бежал через кустарники, которыми усеян этот район. Дорога была плохо освещена, для обновлённых улиц. Это был «Рабочий» квартал, что лет десять назад полностью обновился. Изначально он назывался по-другому, когда ещё королевства-города не так ладили и между ними были междоусобицы. Эта название считается оскорбительным, так что называть его не нужно. Просто знайте, что раньше там жили не граждане, а люди недостойные этого звания. По крайней мере при великом объединении он изменился вместе со всем городом, хотя обновили его совсем недавно. Кстати, это единственный многоуровневый район. Он был создан в огромной яме, так что дома стоят будто книги на полочке. Они также были весьма узкими, и не выше пяти этажей. Многие квартиры были двухъярусными, так что беспокоится за проживающих там не стоит. После обновления фасады окрасились почти во все цвета радуги, но освещение всё также не додумали. Именно поэтому наш неудачливый парень успел упасть везде, где только можно. Его одежда не подходила жителям этого места, из чего ясно, что он приехал к кому-то в гости. Запыхавшись он сбавляет скорость и в итоге отчаянно призывает своего духа, что скрывался в часах на цепочке, убранных в карман жакета. — Мирелла! — Кричит он хриплым от пробежки голосом. За ним, перед неизвестным преследователем, появилась девушка, а может и женщина. Путаницу создавало длинное костлявое тело, без каких-то границ уходящее в платье с длинным подолом и белыми волосами, заканчивающиеся кажется около лодыжек. В какой-то степени они и скрывали осунувшееся, обтянутое кожей лицо. У неё были неестественно длинные руки с острыми пальцами, глубокие дыры глаз и самое главное, она была полупрозрачной цвета сонной синевы. Такая же полупрозрачная диадема, что плыла по воздуху над её головой засверкала, улавливая тусклый свет звёзд и ближайшего фонаря. Подчинённые приказу откуда-то взметнулись птицы, всей стаей они с криками кинулись на силуэт в темноте. Теперь уже было не различить, где был преследователь, а где птица. Они словно круговорот летали вокруг него, клюя, и не давая пройти дальше. Парень посчитал, что этого достаточно и начал восстанавливать дыхание. — Хватит, — прозвучал рассерженный голос из пучины хаоса, и в тот же момент птиц будто откинуло в разные стороны. Так что их трупы были разбросаны по всему газону в радиусе пяти метров. Из тени наконец-то показался знакомый нам капюшон, а потом и его хозяин. Мирелла вздрогнула и пропарила к своему хозяину, чего-то опасаясь. — Что тебе от меня надо! — Завопил парень, беря слишком высокие ноты, от чего голос под конец фразы резко пропал. — Не переживай, — с насмешкой начал незнакомец, снимая капюшон, — всего лишь забрать твою душу, Ричард. Взгляд чисто синих глаз нервно пробежался по белым волосам и аристократической внешности. — — Беловласый? — Задаёт он кому-то вопрос. Усмешка спадает с губ Маора, а глаза щурятся, извергая потоки энергии. — Это больше не моё имя, — с омерзением, будто попробовал странный деликатес, отвечает он, а потом за ним появляется ореол из фиолетового цвета. Красные глаза духа буквально смеются, хотя лицо остаётся безучастным. Духи сцепляются взглядами, и девушка сдаётся первой. Она обнимает себя длинными руками, опуская взгляд в пол. Пик будто резко возвысился над ней. — Откуда ты знаешь моё имя?! — Снова истерично орёт парень, а потом резко дёргается, замирая. Его глаза почти что выкатываются из своих орбит, пока рот, не подчиняясь, остаётся открытым. Конечности так сильно прижимаются к телу, что стремятся сломаться. Единственное, что может двигаться, это глаза, наполненные страхом. — Не кричи, — Маор прижимает к своим губам указательный палец, — мы же не хотим разбудить людей. Он кивает, и духа за его спиной двигается. Он плавной, но напряжённой походкой обходит своего человека и двигается к жертве. Его можно сравнить с пантерой, что подбирается к будущему обеду. Только кошка не движется в лоб. Но тени, лёгшие на его лицо, выделили горящие глаза, привлекая всё внимание к ним. За три шага слышится мычание парня, пытающегося не сдаваться под гипноз. Но призрачный дух стоит на месте, не смея мешать королю. Когда же Пик доходит до человека, то резко скашивает на неё взгляд, вызывая мурашки по духовной коже. Дух погибели смягчается и потом так аккуратно и трепетно протягивает ей руку, что и не узнаешь с первого взгляда тот ли это жестокий дух. Люди внимательно наблюдают за ними, хотя последний всё же пытается сопротивляться. И девушка протягивает свою опасную когтистую руку, с таким же трепетом и неловкостью. Как только ладони соприкасаются, дух меняется. Она будто молодеет и под конец становится совсем юной девочкой в лёгкой, словно морской бриз, тунике, приталенной чёрным поясом с металлическими звёздочками. Ребёнок крепче берёт мужчину за руку, а тот отворачивается к жертве, сразу же меняясь. Его взгляд готов был резать воздух, сокрушать горы, лишь бы человек перед ним умер в мучениях. Когтистой свободной рукой он тянется к горлу, запугивая, а потом резко выдёргивает часы из кармана. Те сразу же пропадают, как и девочка. Ещё живого человека ослепляет свет красных глаз, и он глухо стонет, пытаясь закрыть глаза. И только после этого Пик толкает его тело одним лишь указательным пальцем. Оно с грохотом падает, но ночных мстителей это больше не волнует. Их окружают тени, и они исчезают. Завтра утром, как только уборщики выйдут подметать улицы, они найдут бездыханное тело, застывшее перед самой медленной и мучительной смертью.

***

Девушка сидела на лавочке в парке, под самым фонарём. Ветер этой ночью был не сильным. Он раз в несколько минут теребил листву на деревьях, бросающие рваные тени на и так тёмный асфальт. Закрытые цветы в длинных каменных клубах, что стояли посередине дороги, манили к себе ночных бабочек и прочих насекомых. Так что несмотря на поздний час в парке можно было услышать множество звуков. Возможно именно этим девушка с каштановыми волосами и наслаждалась, иногда перелистывая страницы книги. — Что такая красивая девушка забыла здесь в поздний час? — Слышится шепот у неё за спиной. — Я читаю, — без промедления с улыбкой отвечает она, а когда осознаёт, что это не её мысли дёргается, но лезвие ножа уже приставлено к её шее. Она охает, вытягиваясь, дабы не пораниться. Нож упирается ей прямо по середине, правда лишь давит, пока, не стремясь окончить её жизнь. — У меня нет ничего ценного! — Задушено говорит она. Её голос дрожит, а губы поджимаются. Вот-вот из зелёных глаз польются слёзы, испортив прелестный макияж. Незнакомец не отвечает и нож от шеи не отнимает, от чего жертва начинает судорожно дышать, непонятно как удерживая себя на одном месте. Если бы девчонка была глупее, дёрнулась бы уже давно, чтобы убежать, и сама бы напоролась на нож. Так они стоят ещё несколько мгновений, пока свет на дорожке не начинает затухать. Один за одним фонари гаснут, позволяя тьме окружить пару. Лишь один остаётся, дабы осветить всё это действо. Девушка не выдерживает и плачет. Кажется, это становится сигналом, и застывшая за ней тень начинает говорить. — Конечно же есть, — всё-таки отвечает парень, переходя на интимный шепот. А потом хватает жертву за хвост, оттягивает голову назад и проводит ножом по горлу. Хватка не ослабевает, пока девушка хрипит и задыхается. Фонтан крови пачкает одежду и страницы книги. Голова медленно опускается вперёд, закрывая разрез. Кровь всё ещё обильно вытекает, но убийцу это больше не волнует. В темноте ночи загораются красные глаза с кошачьим зрачком. Свет фонаря начинает нервно моргать, пока дух подходит к убитой. И как только носок ботинка вступает в освещённый круг, кровь темнеет и устремляется к нему. Она жадно поглощается, пока земля возле лавочки не станет чистой.

***

Духовный мир снова преображается. Туман резко улавливает поток света, от чего проносит его волной до самого тёмного уголка. Хозяина, гордо вступившего на свою территорию, встречает дух с платиновыми волосами. Он склоняется в поклоне, от чего они рекой перекрывают его лицо. — Как дела Ход? — Спрашивает Пик, кивая на приветствие. Они двигаются дальше, исчезая в тумане. А потом выходят уже в совершенно другом месте. Эта библиотека, с лепниной на толстых серых колоннах. В промежутках между ними стояли дубовые шкафы с книгами. По середине же стоит широкий каменный постамент, выступающий столом. По нему была растянута кожа быка, на которой лежало несколько раскрытых книг. За одной такой книгой как раз сидела девочка, что светилась сама по себе, хотя тут было несколько матовых источников света. — Она успешно освоилась, и её заинтересовали детские книжки, — тихо отвечает дух, улыбаясь кончиками губ. Ему пополнения в их мире только на пользу. Есть с кем пообщаться, пока хозяин занят. Дальше они не двигаются, дабы не мешать их новой гостье читать. Мирелла не обращает на них никакого внимания, увлечённая книгами. Она столько потеряла, пока была в подчинение человека. Пик смотрит на неё нежнее, чем должно. Он кажется расслабленным и довольным. — Как скоро ты собирался сказать мне о том, что продолжаешь следить за Николасом? — Вдруг говорит он, не смотря на духа тумана. Тот дёргается будто от пощёчины и сглатывает вставший в горле ком. Ему строго говорили, чтобы он забыл о своём человеке, но у него никак это не получается. — Прости… — Я говорил тебе извиняться? — Теперь старший переводит на него взгляд красных глаз, — я лишь хочу знать причину. Ход сжимает пальцы, отводя взгляд. Он не знал, как его ответ может повлиять на их отношения. — Мне сложно сдерживаться, я к нему привязался, — быстро отвечает он, дабы его не перебили. Под конец затаивает дыхание, ожидая удара или наказания. В ответ слышится тихий, хриплый смех. Это становится такой неожиданностью, что дух тумана поднимает глаза. — Не думал, что ты не разлюбишь чудовище, в которое он превратился, — поясняет Пик, прижав ладонь к своему рту, чтобы успокоиться. Находить это смешным странно, но его разум устроен совсем уж по-другому. Ход толком и не может разобраться, как же думает его господин. — Он перестал много болтать и такой тактильный сейчас, — объясняется дух, пытаясь полностью описать причину. И вправду, после того, как погибель полностью перестроила не только его тело, но и сознание, человек стал другим. У него проявилась мускулатура, пропала потребность в очках. А выступающие клыки с боков делали его милым. Николас превратился в ласкового тигра, что готов был подставлять морду хозяину, при этом подчиняться строгой руке их общего господина. С ним стало легко общаться, не переходя на человеческий язык, пускай он сам ничего не говорил. Активно слушал и отвечал действиями. Пик, как бы он ненавидел людей, выделил ему не просто какую-то клетку, а целую комнату. Она была каменной, как и всё здесь, с удобной односпальной кроватью, укрытая шкурами и различными вещами, чтобы чудище не заскучало. Потребности в еде у них не было, так что туалет и ванна им не нужны. Все, кто сюда попадают застывают во времени. Поэтому Ход иногда приходил к своему человеку в прошлом. Сначала побаивался, так как считал, что тот неадекватен, но увидев этот миловидный побаивающийся взгляд, понял, что должен был прийти раньше. Его разум деградировал, так что в основном тот играл во всякие игрушки, но постоянно находится в тишине темноты было пугающе даже для него. — Я хочу использовать его, — говорит Пик, кажется оставляя последнюю фразу подчинённого без внимания, за что тот ему очень благодарен, — ты позволишь мне? Дух тумана вновь удивляется, раскрыв глаза так широко, как только мог. То, что его хозяин спрашивает о таком, хотя Николас ему больше не принадлежит, не просто сбивает с толку, а как-то даже выбивает весь воздух из его лёгких. Это так успокаивает, что он и забывает об ответе. Благо некий кашель возвращает его в реальность. — Да, конечно, — он мямлит, комкая концы рукавов своей одежды, — ты бы мог не спрашивать меня. Король приподнимает бровь и немного наклоняет голову. Он смотрит на него несколько мгновений, пока не поджимает губы не удовлетворённый ответом. — Я уважаю и считаюсь с твоим мнением, — поясняет дух, отводя взгляд, и начиная своё движение к новенькой, — подготовь его, пожалуйста. Ход убирает волосы, попавшие ему на глаза, прежде чем склонившись в поклоне, уйти из комнаты. Это взаимодействие короля со своими подчинённым сбивает с толку. Ему не приказывают, а просто просят. Так будто, не он подарил ему новую силу и цель. Он удивляется этому каждый раз. Дух погибели был жестоким, серьёзным и холодным, но в то же время справедливым и внимательным. Совсем не похожим на своих представителей. Пик подходит к столу, переманивая всё внимание призрачного духа на себя. Девчонка его толком не боится, даже по наглее стала. Он считает, что это даже в плюс. Призрачные духи, как и психические, настрадались от людей в начале своей истории. Они также причислялись к тёмной силе проклятия. В какой-то степени их различают лишь спецификации и физические оболочки. Давно он не встречал их представителей, хотя по родовым корням стоит к ним намного ближе, чем к своим карточным братьям. — Мне сказали, ты увлеклась чтением, Мирелла, — начал он издалека, садясь на стул напротив, — хотя я не думал, что это будут детские книжки. — А я не думала, что ты всерьёз соберёшься убивать людей, Пиковый король, — дерзко отвечает она, хмуря глаза в подозрении. Старший дух никак на это не реагирует. Подобное его нисколько не задевает, даже смешит немного. — Ты в любой момент можешь уйти, — он кивает головой на часы, что забрал у убитого человека, — я отдал тебе твой призывной предмет. Девчонка оттаивает от недоверия и забирает в свои хрупкие руки часы. Она сжимает на них пальцы, прижимая к своей небольшой груди. В этом жесте видно, как они дороги ей. — Не знаю почему, но я благодарна тебе за это, Пиковый король. Он наблюдает за тем, как Мирелла кладёт старинный предмет обратно на стол. Попутно вспоминая его историю. Пускай этот дух не так часто появлялся рядом с ним. Пик отводит взгляд и чуть наклоняет голову вправо, прислушиваясь к чему-то, что другие не могут различить. — Уже познакомилась с Майором? — Интересуется он, возвращаясь к разговору. — Я пока видела только этого человека, — она показывает на свою щеку, намекая на выставленные напоказ зубы, — и он показался мне милым; ты сбережёшь его, Пиковый король? Пик чуть хмурится, а потом закатывает глаза. Он ещё понимает привязанность Хода к Николасу, но вот смысл её интереса оставался загадкой. Если уж по честному, этот эксперимент должен был быть заранее неудачным. Но человек смог как-то породнится с погибелью и полностью перестроится на её лад. Теперь же он должен следить ещё и за его состоянием. — Почему ты волнуешься о людях? — Спрашивает он, не желая отвечать на вопрос. — А почему ты убиваешь их? — В отместку неудобно интересуется она, от чего между ними повисает напряжённое молчание. Мирелла и вправду отлично здесь устроилась. — Я не смогу тебе это объяснить… — Потому что я ребёнок?! — Потому что это может нанести сильный вред твоему естеству. И показав, что разговор окончен, король поднимает из-за стола. Он помнит её ещё несколько веков назад, но она его нет. И заставлять духа вспоминать все те жизни, что она прожила, дух погибели не собирается. Он сам пережил подобное очень болезненно, да и то при помощи погибели. — Надеюсь, ты не будешь здесь скучать, — произнёс он напоследок, пока туман не скрыл его, перемещая в другое место.

***

В городе, где время сезонов было урезано и снег лежал семь месяцев из двенадцати. В то время, когда в Центральном во всю играло лето, начиналась весна. Снег сошёл день назад, но прогалины всё ещё виднелись. Потому жители не сменили своей тёплой одежды. Но вот один непонятный гражданин пугал всех в округе. У него были короткие белоснежные волосы, в противоположность с тёмной кожей, испорченной какой-то болезнью. Да и четыре клыка на каждой стороне лица сверху и снизу не внушали доверия. По началу его никто не замечал, будто он скрыть сумерками утра. Но потом неподходяще одетый по сезону человек стал привлекать внимание. Он передвигался в полусогнутом положении, качаясь из стороны в сторону. Его безвольные руки то сжимались, грозясь повредить длинными ногтями тонкую кожу, то разжимались. А дыхание было надрывным и свистящим, словно в его лёгких была лишь одна вода. — Сэр, с вами всё нормально? — Спросил какой-то парень, коснувшись плеча незнакомца. Это стало сигналом, потому что чудище взревело, выгибаясь в конвульсиях. Рёв пролетел по улице, словно поток сильного ветра, а потом в сторону отлетел уже парень, побеспокоивший монстра. Тело скатилось по стене, а крики людей лишь ещё больше бесили его. В итоге утро в Приречном городе началось с хаоса на рыночной площади. Прилавки разносились в щепки, машины слетали с места благодаря непонятным отростками из фиолетово-чёрного. Люди прятались где могли или же бежали в переулки, подальше от разбушевавшегося чудовища. Первая цитадель среагировала должным образом. В город отправили сразу же десять высших заклинателей. — Держите укрепление! — Раздавал указания главный группы, — не дайте ему уйти с площади! Три охранных заклинателя возвели магические стены в самых широких проходах, что позволяло держать неприятеля внутри области. — Уводите гражданских! — Кричал его помощник, при этом атакуя монстра огнём. Он ранил его, оставляя ожоги на коже, но они тут же заживали, поглощаемые погибелью. В ответ на такую наглость по площади разлетелся туман. Главные заклинатели среагировали быстрее, закрыв своё лицо магической энергией, не дав спорам погибели проникнуть внутрь. Один из защитников же сделал это с опозданием, потому свалился на землю захлёбываясь кровью и желчью. От чего одна из стен пала. Монстр воспользовался этим, проносясь в открывшийся проход. Сильным ударом молота в голову он был откинут назад. Дух державший молот представлял из себя человека на большом колесе. Он воткнул рукоять в землю, создав щит больший, чем остальные заклинатели. — Унесите его в ближайшую больницу, мы справимся, — прокричала девушка с лысой головой, с композицией татуировок на ней. Она и была хозяйкой этого духа. Заклинатели, что стали не нужны, кивнули и собравшись понесли умирающего друга. — Откуда тут восставший мертвец! — Спросил ещё один заклинатель, держась на проводах электропередач. Его дух с лука отстреливал монстра взрывающимися стрелами, пока оставшиеся гражданские покидали площадь. — Не знаю, но нам нужно как можно скорее убить его! — Вновь заговорил главный, помогая оставшимся заклинателям уносить людей, что не смогли идти самостоятельно. Маленькая девочка забралась под столик, рядом со входом в кафе. Она плакала, но прижимала к себе соломенную куклу с фиолетовой ленточкой на шее. Мать потеряла её в толпе, а из-за страха она не знала, что делать, кроме как спрятаться где-то. Жаль, но мертвец её заметил. Он проревел, плюясь пузырящейся слюной, и ринулся на неё. Со стороны раздалось проклятие, и магическая атака. Ледяные пики ударились в землю, стремясь попасть в человека, заражённого погибелью. Наконец это получилось. Три сосульки пробили его спину, но он уже успел схватить в свои объятия девчонку. Потому и её тело было повреждено атакой одного из заклинателей, зато её смерть была быстрой.

***

Пик и Майор шли по коридору, разговаривая, пока туман духовного мира не заволновался и не перенёс их ко входу. Там лежало тело Николаса, поражённое сосульками. Он лежал на животе, держа что-то в руках, и не мог восстановиться. Ход также появился здесь, ведь туман посчитал его необходимым в данный момент. Его лицо не выражало эмоций, но было ясно, что дух сдерживается. Пиковый король сдвинулся с места, сохраняя безразличие. Повинуясь его приказу погибель аккуратно подняла тело человека. Как только это произошло из рук выпало тело девочки с тремя дырами. Она упала на пол в лужу крови и выронила соломенную куклу. Внимание духов переключилось на неё. Хозяин мира поманил её пальцами, поднимая в воздух. Пока игрушка летела, то вся кровь хлопьями опадала на пол. Попав в руку, она была сжата когтистыми пальцами. Коготь большого пальца чуть отодвинул фиолетовую ленту. Ход воспылав старыми чувствами, взглянул на тело своего человека наполняясь гневом. Если бы его не отправили туда, то с ним всё было бы в порядке. А сейчас уже мёртвое тело висит в воздухе, никого не беспокоя. Он уже собрался высказать Пику всё, что думает, но туман резко поменял его планы. Они вновь перемещаются. Теперь Николас висит над колодцем с фиолетовой водой. Сам колодец диаметром в метр, обложен обработанными серыми камнями. Эта комната явно была круглой, но нельзя было понять её высоту. Свет шёл откуда-то сверху. Пик вновь осмотрел мертвеца, а потом протянул куклу духу тумана. — Отнеси её в главный зал, погибель сама выберет ей место, — холодно говорит он, даже не смотря на подчинённого. Тот чуть скалится, но гневно подошедший Майор, вразумляет его. Ход берёт куклу и исчезает в тумане. Туман над ними расступается, открывая им вид на три большие линзы из лунных камней. Они держатся в странной связке механизмов. И как только Пик благодаря своей магии расставляет их в нужном положении, лунный свет словно лента бежит по линзам, освещая тело человека. Оно вновь меняется, вместе с слезающей погибелью, что льётся в колодец. Великан за спиной короля завороженно наблюдает за процессом, пока Пик через силу очищает естество Николаса. Под конец в воздухе на погибельных верёвках висит именно тот член гильдии, что разболтал про них Фёдору. Это лишь первый этап, дальше только сложнее. Проходит очередной час, прежде, чем Николас снова поменяется. Погибель нехотя вливается в его тело, перестраивая под себя. С лёгкой руки она преображается, добавляя человеку некоторые новые улучшения. В следующий раз его будет не так легко убить. Как только король заканчивает, свет тускнеет, а туман уносит не только тело, но и закрывает потолок. Пика резко ведёт, и он падает в бок, пока его не подхватывает твёрдая рука Майора. Дух погибели впивается когтями прямо в мясо подчинённого, а другой хватается за голову, стремясь убрать посторонний шум из головы. Мысли всех обитателей мира, Маора и даже его братьев бьют его разум, причиняя физический вред. Даже связь с погибелью резко разрывается, от чего к горлу поднимается желчь. Дух земли, терпит давление, держа короля на ногах, пока он не отойдёт от приступа. Благодаря ему он и изменился. Его загорелая кожа стала фиолетовой, а вены чёрными, глаза полностью белыми, а волосы мягкими и серебристыми. Они были убраны в косичку. Даже одежда сменилась. У него появилась чёрная куртка из кожи лошади, имеющая капюшон с фиолетовым мехом. Также его шорты заменились на домотканые чёрные штаны, а вот повязка на бёдрах осталась, пускай и изменилась окраской на фиолетово-белую. — Всё нормально, хозяин? — Звучит его вопрос после нескольких секунд ожидания. Пик перестаёт почти что лежать на нём, но он всё ещё не здесь, справляясь со своей магией. — Я могу отнести вас в покои, — добавляет дух, кладя свою большую руку на такое хрупкое плечо короля. Тот с рыком его сбрасывает и встаёт во весь рост, почти выдыхая пар. — Я достаточно силён, чтобы дойти самостоятельно, — почти гавкает он, мотнув головой. — Скажи Ходу, что он может навестить своего питомца, — говорит дух погибели, прежде чем пропасть в резких тенях. Когда он раздражался, то всегда использовал именно свою способность контроля теней, а не туман погибели. Майор хмуро смотрел на то место, где стоял его хозяин, пока смысл сказанного не дошёл до его маленького мозга. Ещё какое-то время ему пришлось размышлять о чём именно говорил дух погибели, и когда он понял туман унёс его. Дух тумана нашёлся в ещё одной комнате этого странного лабиринта. Она была сделана лично для него, тут было больше вещей, чем в комнате Николаса. Каменная кровать с хоть какой-то периной и подушкой, даже кажется одеяло было нормальным. На полу располагался серый ковёр с завитушками. Вроде бы дух считал их ветром. У него ещё был шкаф, который большую часть времени пустовал. А также стоял стол, деревянный, на нём находились магические камни, всякие амулеты и подобное. Кто бы знал, что дух туманна будет настолько стереотипным. Он сидел на своей кровати, читал какую-то книжку, пока сверху горел белый цветок. Майор не заходил в комнату, остался в дверном проходе. Он слишком плохо видел в темноте, к сожалению погибель не смогла исправить этот дефект от перевоплощения. — Господин сказал, что ты можешь пойти к мертвецу, — громогласно проговорил Майор, испугав при этом другого духа. Ход чуть было не подпрыгнул, а потом закрыв книгу, перевёл на него взгляд. — Я понял, — в добавок к своему ответу он добавил кивок. Туман снова перекрыл дверной проход, и через несколько мгновений там было пусто. Если уж и вправду разбираться в системе этого мира, что Пик создал себе за довольно продолжительный сон, то всё встанет на свои места. Комнаты для каждого и какие-то секретные были копиями из его мира у Фёдора, об этом правда никто не знает. А этот туман, лишь отголоски погибели, что живёт здесь, но с другой стороны. Весь этот мир дышал погибелью, а она в свою очередь подчинялась только Пику. Всё было под его контролем. В тоже время не стоит думать об этом в прямом смысле. Его приказы погибели, или точнее просьбы, были настолько интуитивный, что он не особо мог их отслеживать. Никому это не мешало, даже наоборот. Так никто не полезет туда, куда запрещено и при этом останется в живых. Всё-таки погибель та ещё непостоянность. Ход стоял перед железной дверью с небольшим окошком, укреплённой железными прутьями. За ней не было света, но и ему он не нужен. В этом плане он лучше перестроился к темноте ночи, чем Майор. Прислушавшись, дабы понять, стоит ли вообще заходить сейчас туда, он всё-таки открывает дверь. По ту сторону не было ни криков, ни звуков погрома. Может после восстановления Николас спит. Сам Пик просто в один момент пропал, тьма ни в какую не пускала их к нему. За дверью темно также, как и в коридоре, но дух тумана замечает сжавшийся силуэт на кровати. Он мягко ступает внутрь, закрывая за собой дверь. Слышится скулёж, и шкуры комкаются под паническими перемещениями. — Тише, тише, — начинает успокаивать его Ход, — это я, Ход. Это работает, монстр останавливается и потом вылезает из-под некой простыни. После этого можно заметить изменение во внешности. Он оставил свои габариты в росте, но по массе кажется даже меньше духа тумана. Большая часть мышц пропала, а кожа натянулась на костях. Губы нисколько не закрывали ряды выступающих зубов бритв, а глаза провалились глубже. Волосы на голове стали скорей белой шерстью, нежели той копией человеческих. Но в тоже время раны зажили, а некоторые неправильные сросшиеся кости пришли в норму. К нему тянутся тонкие руки, и Николас кладёт на них свою голову, закрывая глаза. — Всё хорошо, ты дома, — говорит дух, поглаживая человека по затылку. Его шерсть была жесткой, но утробное гудение лишь говорила о приятности прикосновений. — Ты хорошо справился, ты молодец, — продолжал успокаивать бывшего хозяина Ход, даруя ему своё тепло, так как кожа мертвеца была невероятно холодная. Он чувствует крепкую хватку на своём туловище, а потому смотрит вниз. Руки Николаса стали длиннее, как и когти на пальцах, да и строение немного изменилось. Слишком звериные, возможно теперь он может ходить на четвереньках. Это лишь малость, ведь Пик потратил на него свою магию, дабы вернуть жизнь в того, кого он презирал.

***

Пик почти что свалился в каменное кресло после перемещения. Голова неистово гудела, а где-то в шее сжималась кожа, будто его тянут за ошейник. Такая потеря контроля над магией была редкостью для него, да и то в первое время его эволюции. Так что он и забыл, как это больно. Стоило бы задуматься о причине, но король и так её знал. Печать, что Иару поставил на него когда-то давно в том сражении почему-то сломалась, именно из-за этого светлая энергия и вырвалась, но не это сейчас важно. Его первый заклинатель до сих пор умудряется влиять на него, и это раздражает. Если такие всплески станут нормой, ему придётся навестить Драконьи руины. Выдохнув споры погибели, он открывает глаза и дёргается. Прямо на уровне его носа в пяти сантиметрах от лица в воздухе парила соломенная кукла. Кто бы мог подумать, что призывной предмет одного из древних психических духов окажется у девчонки без зачатков магии. Дух протягивает руку и берёт хрупкую куклу. Его зрачки расширяются, почти скрывая красную радужку. Замерев в этой позе, он продержался так ещё минут десять, пока резко не сжал куклу уничтожая её в погибели. Пик со стоном раздражения откинулся на спинку своего трона, не замечая боль в голове. Он растирает себе уставшие глаза ладонями, пока кожа не начнёт гореть. Столько усилий было напрасно. Он раздражённо ударяет кулаком по подлокотнику кресла, и тот разлетается на части. Туман закручивается вокруг осветлённого помещения с большей скоростью, чем до этого. От чего матовые лампы начинают скрипеть и в итоге лопаться. Окружение гибко реагирует на ярость хозяина. — Успокойся, — звучит монохромный голос, и всё постепенно восстанавливается. Сегодня Погибель решил принять облик какого-то офисного работника. Это был хлипкий парень в очках и с искривлённой осанкой. Нравится ей осваивать новые облики, хотя чаще всего она принимает вид Пика, пускай и с определёнными изменениями. Всё-таки раньше они так и существовали. Последний же скалится ненадолго, но потом выпускает воздух из лёгких и расползается по креслу. — Мы и так неплохо движемся, — поясняет клерк, приближаясь к развалившемуся парню. Он садится на его колени, упираясь своими в камень подлокотников, а руками опираясь на высокую спинку. Пока они вновь играют в гляделки, обстановка вокруг них восстанавливается. — Люди ужасны, — продолжает возмущаться Пик, но с места не сдвигается, — оставить от духа сильнейшего класса лишь отголоски магии, просто ужасно. Глаза человека в очках сверкают, и облик начинает меняться. Через мгновения на нём сидит уже воин в древних одеждах и смотрит на него пронзительным взглядом жёлтых глаз. — Иару даже после смерти туманит тебе голову, — говорит он мужским голосом, и только благодаря весу удерживает дёрнувшегося духа на месте. Король морщится будто от звонкой пощёчины, но через силу успокаивает себя. Любят они себе так нервы выносить. — Я контролирую это, — звучит от него неуверенный поток слов, за что получает ещё одну игру в гляделки. Погибель наклоняется ниже, оставляя между ними сантиметров десять, и призрачную возможность дышать. — Уверен?

***

Маор просыпается резко, и сразу же садиться на кровати. В комнате темно, но от того не спокойно. Где-то на периферии своего зрения он скорее ощущает, чем видит, силуэт. Нужно несколько секунд прежде, чем до сознания дойдёт, кто именно там стоит. — Нам нужно поговорить, — тихо говорит Пик, не сдвигаясь с места. — Это не могло подождать до утра? — Не довольствуется человек, потирая заспанные глаза. Им нужно установить некоторые правила, а то у духа это войдёт в привычку. — Нет, — отрезает король, — завтра Адамасто поведёт тебя на одну важную для него встречу. — И что в этом такого? — Маор не успевает продолжить фразу, так как его за плечи сзади обнимают холодные, но когтистые руки. Они точно не его духа, от чего страх зарождается где-то в глубине. — То, что у нас завтра другие план, — буквально поют ему на ухо, коверкая некоторые слова, — если человек не послушаться, сильно поплатиться. В другой ситуации детская лексика бы его только рассмешила, но от чего-то этот монохромный слишком певучий голос и такие жёсткие объятия, намекают на опасность всей ситуации. А потом человека посещает озарение, с ним говорит Погибель. Подобного никогда не было. — Хорошо, — быстро соглашается он, сглатывая ненужный ком в горле, — с утра мы… — Сейчас, — слышится рык ему в ухо, так что приходится подчинится. Если уж сама погибель подключилась к их разговору, Пику и вправду это нужно. Они почти что сбегают через несколько минут, оставляя Феодосии записку и заметку на подарок за её неудобства. Маор точно купит ей упаковку конфет за оправдания перед главой гильдии. Их путь лежал до заповедника, где и располагались Драконьи Руины. Они вернулись в город всего две недели назад и вновь должны отправляться так далеко. Проделывали они этот великий путь не на транспорте, а по теням. От чего по конечному переходу заклинатель хотел избавиться от всех органов в своём теле. Кто бы мог подумать, что путешествовать на такие расстояния благодаря способностям духа так болезненно. В чаще леса они были уже под утро, так что верхушки деревьев постепенно окрашивались в свой яркий природный цвет. В отместку не было не точно звуков сверчков, но и даже маленьких птиц. Этот лес был таким непривычно тихим, что напрягал даже тихий звук сломанной ветки. Им пришлось сделать перерыв, так Маор не мог двигаться. Двое из их троицы не торопили его, понимая, что для человека это сильный стресс. Сам Пик когда-то и десяти метров не мог пройти в тенях, что говорить о нескольких километрах. Благо чистый воздух с примесью чего-то сладкого помогал восстанавливаться. После они двигались не быстро, кажется боясь пропустить что-то важное. Сам Маор, как бы он не был начитан и образован, не мог понять смысл такого путешествия. Но если король позволил себе так резко сорваться с места, это должно было быть что-то очень важное. Постепенно утро входило в свои права, так что лес наполнялся новыми красками, хотя животных всё также не было. В таком заповеднике они должны быть, так что их либо что-то напугало, либо их количество преувеличено в справочниках. Неожиданностью стал комплекс из композиционных постаревших от времени колон, несмотря на это сохранивших свою монументальность. Часть арки, через которую группа и прошла, обвалилась. Зато всё это чудо архитектуры обросло знакомыми ночными цветами, что сейчас казались завялыми. Стоит понимать, что они открываются и светятся лишь ночью, так что это не удивительно. Они спустились вниз по широкой кварцевой лестнице. И это место вновь поразило тёмного заклинателя. Здесь должно было быть плато или остатки какого-то поселения, но нет. Везде были деревья, кустарники и какие-то старые клумбы с лавочками. Пройдя дальше он понял, что деревья ограждали. По середине пред новой дугой находилась невероятная купель с чистой голубой водой. Кое-где были кувшинки и розовые лилии, но место будто светилось магией. Ему не дали насладиться подобной красотой, утаскивая дальше в лес. От чего Маор чуть было не свалился в невероятной глубины земляную расщелину. В ширину она была всего метров три, а её стенки казались такими острыми, что было непонятно, как туда спуститься, не разорвав одежду. Пик встал почти на самый край, сразу же присаживаясь на корточки и смотря в темноту расщелины. Слишком тихо, но ощутимо для него, внизу текла река. За всю многовековую историю этого мира старый дом оставался прежним. — Оставайся тут, — говорит он, выпрямляясь. — Ты уверен? — Маор тоже смотрит вниз, — мне кажется нашего радиуса призыва недостаточно для такой высоты. — Не беспокоится, человек, — звучит сзади, — что способно навредить вам, не способно навредить нам. Заклинатель не очень понял посыл Погибели, так что даже обернулся дабы глазами переспросить. Там никого не было. Поведение этого существа начинало раздражать. Он оборачивается назад, и видит, как Пик будто теряет сознание, а его тело начинает клониться к краю. Маор пытается поймать его, но дух проваливается внутрь. — Не одинокий человек, — вновь звучит надоедливый голос, — мы будем поблизости. И через одно сильное подземное дуновение ветра он оказывается один в этом странном месте. В первые минуты парень пытался разглядеть хоть какой-то намёк на Пика, но тьма поглотила его, не позволяя узнать: жив он или нет. Оставалось надеется на погибель. Дух летит ровно между самыми острыми камнями, всё ещё держа глаза закрытыми. Это место не должно воспринять его как врага. На пару мгновений на него ложится тень огромного дракона, он также спускается вниз, подобно скату в море. Полёт долгий и ужасно тихий, всё что там обитало застыло, внимательно следя за пришедшим. Кажется, он пролетел уже больше ста метров, но страха нет. Пик просто не сможет разбиться, он уже делал так много раз. Наконец за метров пятьдесят до земли ветер развивает его волосы, одежду и приятно завывает, узнав гостя. До смертельного столкновения остаётся совсем немного, но его тело застывает в воздухе параллельно земле. Конец его ремня и волосы продолжают причудливо двигаться, будто он всё ещё продолжает лететь. И как только глаза короля открываются, его плавно ставят на тёмные камни. Пик осматривается, ощущая невероятную ностальгию и грусть. Его глаза становятся стеклянными, пока до ушей не доходит звук воды. Он аккуратно спускается с камня вниз, на своеобразную дорожку, из мелкой гальки. По правую руку расположилась холодная, но чистая река. Её берега окантовывают массивные булыжники, но кое-где есть подход. Память услужливо показывает ему моменты, где он с братьями и сёстрами набирали здесь воду, иногда падали туда или же пробовали свои способности. Дух проходит сквозь пыльный силуэт улыбающегося ребёнка, тем самым разрушая его. Постепенно природа в этой глубинке начинает оживать: белый свет льётся откуда-то сверху, вдалеке шуршат большие зелёные деревья, чья листа почти что льётся вниз. Он проходит по небольшому каменному мостику с красивыми перилами, по которым бежит вязь из белых шаровидных цветков, что начинают светиться от прикосновения духа ночи. Ветер гонит ворох из листьев по воздуху, опуская их причудливой дорожкой на медленную воду. Иногда, в ночи полной луны, обитатели этого места зажигали фонарики и также отправляли их по реке, как и эти листики. Когда-то здесь царили смех и музыка. Множество ножек бегали по камням, не боясь упасть или поцарапаться. Когда-то давно здесь всё было по-другому. Дух выходит на куда больший берег. Можно заметить некоторые высокие и не очень проходы, перекрытые шипастыми ветками. Пик движется вверх по реке, ступая так аккуратно и благоговейно, что и не скажешь, о множества жертв, убитых его руками. Идёт заворот, и река спускается вниз, образуя скалистый обрыв. Если встать на его самый край, можно почувствовать, как сильный поток ветра не даёт тебе упасть. Короля сейчас это не волнует, он обращает свой затуманенный грустью взор на невероятную фреску во всю стену. На ней изображён необъятной величины дракон сверху спину, в изящном полёте. По его крылья луна и звёзды, а ниже, будто это величественное существо закрывает их от всего мира, находятся дети и подростки. Кто-то играет в догонялки, кто-то поёт и играет на флейтах и арфах на камнях, другие же заботятся о самых маленький и различных животных. Летучие мыши всегда любили греться в руках детишек. В компании самых взрослых духов, стоит Пик в тоге и с распущенными волосами, а в его руках малыш, что прижимается к его шеи своим холодным носиком. Взгляд духа меняется, он выглядит удивлённым, даже обескураженным, и где-то в глубине начинают разливаться слёзы. Его немного трясёт, а губы закусаны почти до крови, но он поднимается на широкий овальный постамент-лежанку, дабы подойти к изображению истории его вида. У самой стены ноги подгибаются, так что рука съезжает немного вниз. Дух опускает голову вниз и зажимает рот рукой, дабы стены не слышали его задушенные слёзные хрипы. Капли солёной воды звонко ударяются о гладкий каменный пол. И через пару секунд слышится глухой стук, а колени короля касаются пола. — Я…дома… — шепчет он, пытаясь побороть отчаянные крики. Пространство вокруг него сверкает белым светом, и можно множество белых полупрозрачных рук, что тянутся к духу погибели. По фреске начинает течь красная жидкость, что загорается в глазах каждого из изображённых на стене, будто в них вставлены маленькие кристаллы. А потом в очах дракона вспыхивает белое пламя. Духи этого места приветствуют первородного.