Черным по черному

Спина горела от царапин, которые оставлял парень своими ногтями, в порыве страсти цепляясь за тело своего любовника. А шея другого раскрасилась в сине-фиолетово-красные оттенки от укусов и засосов, которые оставлял с хищным рыком рыжеволосый, глубже и жестче проникая в тело брюнета. Вся комната пропахла сексом и дымом сигарет, которые они курили в те минуты, когда не трахались. Две затяжки и все сначала. И каждый раз по-разному. Каждый раз невъебенно круто. — Который час? – спросил Йен, на секунду остановив движения тазом, из-за чего Милкович злобно зарычал и с силой впился в его ягодицы пальцами. — Я не ебу. Ты можешь продолжить меня трахать? Йен лучезарно улыбнулся и стал вновь иметь брюнета, мечтая продлить момент подольше, но оба уже были на грани, поэтому несколько толчков — и они кончили практически одновременно. Галлагер слез с потного брюнета и лег на спину рядом, чувствуя, как волны только что накрывшего оргазма уходят. Сердцебиение постепенно приходило в норму, а дыхание выравнивалось. — И все же сколько сейчас? Микки молча потянулся за часами на прикроватной тумбочке и протянул их Йену. Стрелки показывали без десяти шесть. — Блять! — рыжеволосый подскочил с места и стал оглядывать комнату в поисках своей одежды. Где они начали? Попав в гостиницу, они тут же набросились друг на друга и уже, дойдя до кровати, были почти полностью обнаженными. Значит, одежда должна была быть в коридоре. Поднявшись с кровати, Йен решил проверить свою догадку и не ошибся. Их одежда вперемешку была разбросана по всему коридору. — Думаешь, я ничего не чувствую, Йен? – твердо спросил брюнет, не сдвинувшись с места. Тон его голоса чуть насторожил Йена, потому что обычно после секса он был более чем мягок. — Что ты имеешь в виду? – натянув джинсы, парень вернулся в спальню, но на кровать не сел. Ему было некогда вести сейчас разговоры. — Ты в который раз сбегаешь от меня. Трахаешь и бросаешь, поспешно убегая к своему ебаному Герману. Думаешь, мне плевать, как ты со мной поступаешь? Все, что происходило в последние дни, неправильно. Йен это прекрасно понимал. Он поддался искушению и трахнул Микки в машине, а после этого не смог сказать себе стоп, хотя нужно было со всей силы жать на тормоз. Секс был потрясающим. Но он любил Германа! Они встречались с Микки каждый день. Каждый день они ебались. Иногда Микки вез его к себе, иногда они снимали гостиницу, но все ради одного – секс. Йен хотел все это прекратить, но не мог. Что-то особенное было в этом брюнете, и он не мог его просто так отпустить. А самое страшное — он с каждым днем чувствует, как Микки становится частью его жизни. — Чего ты хочешь? – спросил Йен после долгих раздумий над ответом. — Хочу, чтобы ты не уходил. — Сейчас? — Да, - твердо ответил Милкович, не глядя на парня. — Можешь не возвращаться, если уйдешь. Йен смотрел на него и не знал, что делать. Как он объяснит Герману свое отсутствие? Микки своей просьбой хотел поставить его перед выбором. Но он всегда выбирал Германа. И будет выбирать, потому что любит. Но с другой стороны, он подобрался максимально близко к брюнету сейчас, чтобы просто так взять и расстаться с ним. Подойдя к Микки, Йен хотел его поцеловать, но тот отвернулся и поморщился. — А если я пообещаю провести с тобой эти выходные? Герман уезжает к родителям… — Зовешь меня блять в дом своего ебыря? — брюнет нервно засмеялся, а затем поднялся с кровати и начал одеваться. — Я не шлюха, Галлагер. Микки злился. Очень злился, и не нужно быть ясновидящим, чтобы это понять. Милкович плохо определял эмоции других, но свои показывал на ура. — Я думал, что ты рад, что я с тобой, - вторая попытка дотронуться до парня вновь провалилась. На этот раз Микки даже чуть зарычал от злости. — В том-то и дело, что ты не со мной, блять, - подойдя к окну, Микки поджег сигарету и закурил. Давний совет Игги по поводу курения превратился в неплохую такую зависимость. — Тебе лучше уйти, Йен. Что-то было в его голосе такое, что подсказывало Йену повременить с уходом. Он был холодный, отреченный и какой-то… опасный. Но рыжеволосому нужно было уходить, если он не хотел объясняться перед Герой. Он не бросит Микки. Просто оставит на некоторое время. Милкович успокоится, и все будет как прежде. Микки курил третью сигарету, когда он ушел. Четвертую он закурит на их следующем свидании.

***

Йена разбудил телефонный звонок поздно ночью. Первый он благополучно проигнорировал, но, когда прозвенел второй, пришлось все-таки встать. На часах было почти четыре утра, а Герман, накрыв подушкой голову, пытался вновь уснуть. Парень взял в руки звонящий телефон и посмотрел на экран. Сквозь сонную пелену на глазах он увидел знакомое имя контакта, которое он обозначил просто «М». — Блять, ну ты долго! – прокричал Милкович, как только Йен принял вызов. Его голос был настолько громкий, что Галлагеру пришлось закрыться в ванной, чтобы Герман ничего не услышал. — Ну, извини! Ты время видел? — Некогда. Подъезжай, пожалуйста, к планетарию Адлера. — Что? Блять, Микки, я не могу. Сейчас четыре утра, - Йен невольно выглянул из ванной и посмотрел на спящего Геру. — Я нахуй в жопе, Йен! Мне нужна твоя помощь, пожалуйста! Паники в голосе не было, но Микки говорил серьезно. Но что, если это снова какая-то уловка, чтобы встретиться? Йен не мог рисковать своими отношениями с Герой ради очередного свидания с Милковичем. — Я не могу, Мик. Прости. — Пожалуйста… «Я об этом еще пожалею», - с этими мыслями Йен оставил какую-то лживую короткую записку на столе для своего молодого человека и вышел из квартиры, проклиная все на свете. Он не знал, почему все-таки согласился. Наверное, Микки значит для него больше, чем он думал. А может, вновь его дебильное любопытство. Что могло произойти такого, что Микки попросил помощи? Ведь он много раз давал понять, что всегда справляется один. Но как только Йен оказался у планетария, то сразу понял, в чем дело. Микки выглядел точь-в-точь как в их первую встречу спустя четыре года. Черная тень, похожая больше на призрака, чем на человека. Лицо скрыто капюшоном, руки перчатками. Случилось что-то действительно ужасное. Он даже не махнул рукой, не позвал его и не дал знак, просто развернулся и быстрым шагом пошел в неизвестном направлении, нервно закурив. Йену ничего не оставалось, кроме как пойти за ним следом до какого-то переулка сзади старой закрытой закусочной, где лежал парень без сознания. — Блять, Микки! Что произошло? – прикрикнул Йен в ужасе, но потом спохватился и прикрыл себе рот ладонью. То, что происходило здесь, не должно привлекать внимания. Микки кинул злобно-пофигистический взгляд в сторону рыжего, а затем ногой пнул парня на земле. Он повалился набок, а Йен прикусил кожу на своей руке, чтобы не закричать. Он был мертв. — Помоги мне тут все привести в порядок, - шепотом попросил Микки, пытаясь сообразить, что он мог оставить на месте преступления. — Ебаный господь! Что ты наделал? Я… я не хочу в этом участвовать! – Йен начинал по-настоящему паниковать. Игра затянулась, Микки хочет его втянуть в реальное убийство человека. — Галлагер…, - Микки сделал шаг навстречу Йену, и парень увидел, как капля крови скользнула по его перчатке и упала на асфальт. — Ты убил его, Мик. Ты блять убил человека! — Йен, пожалуйста, - Микки взял бледное лицо в свои ладони, оставляя на нем красные отпечатки. — Все будет хорошо. Верь мне. «Верь мне». Хотелось бы Йену сказать, что он не доверяет, но это была бы не правда. Это было настоящее безумие, но он все равно не видел в Микки чудовище, несмотря на то, что тот был в крови и просил его замести следы убийства. Это было полное безумие, но он чувствовал какую-то непонятную и необъяснимую привязанность к брюнету. И самое главное сумасшествие — он решил помочь ему. Микки поцеловал его в приоткрытые губы, размазывая чужую кровь по его лицу, а затем тихонько улыбнулся. Йен пожелал трахнуть его прямо в этом переулке на глазах у бездыханного трупа. «Что со мной происходит блять?» Йен пытался смотреть здраво на ситуацию, как и просил Микки, но делать это было трудно. Они провели в этом переулке десять минут — слишком долго. Но зато, уезжая, они были уверены, что избавились от всех возможных улик. — Мой нож? – спросил Микки, когда они уже сели в машину. Пистолет был в его сумке на заднем сидении. О ноже должен был позаботиться Йен. — У меня, - быстро ответил Йен, невольно дотрагиваясь до пакета на своих коленях. — Ты же не касался его? — Нет, я использовал пакет. — Хорошо. Надо будет его обработать, я не надел перчатки, когда…, — Микки решил недоговаривать. Хватит с Йена уже и того, что было этой ночью. — Ты блять смеешься? Какого хуя ты был без перчаток? Твои отпечатки, Мик! — Спокойно! Я коснулся только его куртки, а она у меня. Сожжем ее и делов-то. — Какого хуя вообще произошло?! Почему ты был так неосторожен? Я думал, ты больше не убиваешь! — Я разозлился, ладно? – прикрикнул Микки, опускаясь головой на руль. — Меня злит то, как ты поступаешь со мной. А еще больше то, что я позволяю тебе так со мной поступать. Я просто… Блять, я сорвался, ладно? Этот мудак приставал к девушке, и я, увидев это, почувствовал, как вся злость, что есть во мне, вырвалась наружу. Я выследил его и грохнул. Но что-то блять пошло не так. Я был весь на эмоциях, поэтому забыл про перчатки, не убедился, что нет людей. — Что ты имеешь в виду?.. — Я убил его в трех километрах отсюда. — Блять! Ты перевез его прямо в этой ебаной машине?! — Какая-то баба побежала на звук выстрела, что я должен был делать? Я позвонил тебе прямо из тачки, потому что запаниковал, а ты… Блять, я больше никому не хотел звонить, кроме тебя. — Она?.. — Нет. Никто не видел меня, клянусь. Я не хотел тебя в это впутывать, но я бы не справился один. Еще немного они посидели в машине в полной тишине, а затем Микки медленно тронулся с места. Это был первый раз, когда он не мчался по дороге, а ехал со скоростью 60 километров в час, хотя улицы были пустые. Открыв окно, Йен вытянул руку и почувствовал холодный ветерок. Все и правда закончилось. За всю дорогу они не проронили ни слова. Микки остановился у своего дома, вышел из машины и вошел внутрь, слыша, как закрылась входная дверь за Йеном. Они не обсуждали, что приедут сюда вместе, но Микки не мог сейчас расстаться с ним, поэтому и привез к себе. Брюнет снял ботинки и залез на постель, оставляя место для Йена. Через мгновение рыжеволосый лег рядом на его грудь, чувствуя, как Микки обнимает его крепко-крепко. — Мне очень жаль, что я втянул тебя. Я не дам тебя в обиду, - прошептал Микки, зарываясь носом в рыжих волосах. — Микки? – так же тихо позвал Йен, не поднимая головы. — Мм? — Кажется, я влюбляюсь в тебя. Микки тихонько улыбнулся и поцеловал его в макушку. — Спи. Это пройдет.