Лучший друг человека

«Ничто так не мешает спать по ночам, как неразгаданная тайна» Стефани Майер «Сумерки» «Три пути ведут к знанию: путь размышления — это путь самый благородный, путь подражания — это путь самый легкий и путь опыта — это путь самый горький» Конфуций

1994 год, Рио-де-Жанейро       У молчания было одно не самое лучшее свойство: оно всегда говорило больше, чем любые слова. Оно могло быть спокойным, почти незаметным, или напряженным, уютным, таким правильным, или раздраженным. Но в какие бы оттенки эмоций оно не было бы окрашено, любой сторонний наблюдатель легко мог заключить, какие именно отношения были между двумя молчавшими людьми, или чем закончился их разговор. В общем, молчание обладало таким поразительным красноречием, что иногда люди предпочитали болтать без перерыва. Сириус тоже согласился бы на самый бессмысленный разговор, лишь бы прервать эту звенящую тишину, рассказывающую множество тайн всем, кто желал слушать. К его огромному облегчению, внимательных слушателей, кроме него, здесь не было, и каждый думал о чем-то своем — неимоверно важном, но таком бесполезном.       Было раннее утро, и Тони любезно предложил Сириусу и его племяннице позавтракать вместе с ним и его сестрой. Сириус подозревал, что это был очень жирный намек на необходимость более тесного знакомства с жизнью Сириуса и людьми, которые его окружают. И когда он с неохотой разбудил американку, коротко описал ей ситуацию, пока она умывалась, и они вместе появились в столовой, довольный взгляд Мари и ее до неприличия радостная улыбка окончательно подтвердили все опасения Сириуса. Мари окружила американку вниманием, предлагала ей все, что было на столе и весело щебетала о всякой ерунде, начиная от особенностей национальной кухни и заканчивая комплиментами в адрес девушки. При этом Мари каким-то непостижимым образом умудрялась подкладывать еду в тарелку Сириуса, ругала его за плохой аппетит и как будто невзначай касалась то его руки, то ноги, то волос. Художница медленно жевала все, что ей предлагали и кивала в такт чужим непонятным словам, но озорные искорки в ее взгляде ясно говорили о том, что она уже что-то задумала. Тони же предпочитал не вмешиваться, посматривал в сторону Сириуса оценивающе-задумчивым взглядом, и если это не было немое одобрение выбора любимой сестры, то Сириус не знал, чем еще это могло быть.       В конце концов, Мари немного поумерила свой пыл и на некоторое время замолчала, приступив к своему завтраку. И Сириус хотел бы вздохнуть с облегчением, но в этом молчании было слишком много лишнего. Он почти слышал немой разговор брата с сестрой, которые обменивались взглядами, и понимал, что они обсуждают что-то, связанное с ним. Мари умела добиваться желаемого любой ценой, а с соглашением Тони для нее вообще не существовало никаких препятствий. Сириусу нравилась в ней эта черта, но вот оказаться ее жертвой он не хотел. Однако отказать он тоже не мог, по крайней мере до тех пор, пока не найдет Лесли, после чего сможет с чистой совестью убраться подальше от этой страны. Хоть он и был магом, портить отношения с человеком, способным хладнокровно метнуть нож в голову кому угодно, совсем не хотелось. Еще хуже было от того, что его нервозное состояние было замечено художницей, и ее легкая улыбка и хитрый взгляд совсем не успокаивали. Сириус мог бы назвать этот завтрак самым ужасным в своей жизни, если бы не помнил о тяжелом молчании за столом в родном доме.       Пытка закончилась при появлении одного из разведчиков, который сообщил Тони что-то такое, что заставило хозяина дома поспешно откланяться и скрыться в глубине дома, отдавая какие-то новые приказы. Мари проводила брата мрачным взглядом и, выждав ровно пять минут гнетущего молчания, завела разговор об искусстве, который привел к тому, что она попросила американку нарисовать себя. Сириус, выступающий в роли переводчика, обреченно выдохнул, когда девушки двинулись в комнату, предоставленную в его распоряжение. Он бы с гораздо большим удовольствием отправился вслед за Тони и поучаствовал бы в какой-нибудь стычке с людьми из другой банды, но понимал, что из развлечений в ближайшее время ему было доступно только наблюдение за девушками и избегание заигрываний Мари. Последнее оказалось еще более трудновыполнимым, когда Мари захотела позировать обнаженной.       — И как вам только не стыдно, — подготавливая место для своей работы, с искренним весельем в голосе пробормотала американка, пока Мари снимала и без того мало что скрывающую одежду. Сириус, устроившийся в кресле и собравшийся было заняться проверкой того, не упустил ли он чего-нибудь в своих поисках, непонимающе нахмурился и вопросительно взглянул на девушку. Сам он сильно сомневался в том, что Мари могло смутить его присутствие, скорее уж она нашла бы предлог, чтобы убедить его остаться, если бы он только попытался уйти. — Она с таким отчаянием пытается вас добиться, что готова буквально на все, — любезно пояснила американка и недовольно покачала головой, разглядывая свои краски.       — Точно так же, как и все до нее, — пренебрежительно фыркнул Сириус и расслабленно вытянулся в кресле. — На данный момент никакие отношения меня не интересуют, принцесса. А жениться на сестре преступника я и вовсе не намерен. — Пока он это говорил, Мари, устроившаяся на его кровати, одарила его обжигающим взглядом и провела языком по пухлым губам. Скользнув взглядом по обнаженному женскому телу, Сириус сдавленно сглотнул и прикрыл глаза, медленно выдохнув. Легкое возбуждение для него не было проблемой, вести себя адекватно даже в таких ситуациях Сириус умел, и ненужные ему сейчас мысли и реакции тела остались им незамечены.       — Ну, я могу понять, почему вы не говорите ей об отсутствии интереса, — собирая волосы в пучок, хмыкнула американка и двинулась к своей натурщице, заставляя ее принять нужную позу. — Но зачем же вы флиртовали со мной и позволили мне соблазниться, если вам это не нужно? Она ведь даже интереснее и симпатичнее меня, так почему мне вы не сказали ни слова по этому поводу? Разве я чем-то отличаюсь от нее или от других девушек, влюбляющихся в вас? — Она говорила легко и непринужденно, с легкими нотками веселья в голосе, но взгляд ее голубых глаз был слишком внимателен, и даже слегка насторожен. Эта странная девушка опять сканировала его таким проницательным взглядом, которому мог бы позавидовать даже Дамблдор, что Сириусу снова стало немного не по себе.       В самом деле: почему рядом с ней он на какое-то мгновение забывал о своем нежелании поддаваться примитивным инстинктам размножения и так охотно вновь примерял маску соблазнителя? Этот вопрос застал его врасплох, потому что все это время Сириус весьма удачно избегал встречи с ним и с мыслями на эту тему. Да и зачем думать о таких вещах, когда он не собирался снова встречаться с этой американкой? Его вины в их столкновениях — поразительно частых и быстро наступающих, надо признать, — не было. Во всяком случае, он уж точно не искал встречи с ней, хоть и чувствовал неуместную радость при каждом новом разговоре с загадочной американкой. В ней было что-то необъяснимое, выделяющее ее среди остальных. И даже ее проступок — очарованность им, — не вызывал в нем того же разочарования, которое он чувствовал, когда действительно особенные и интересные девушки начинали проявлять к нему вполне определенный интерес. Чем художница-американка отличалась от всех этих девушек, было для него не меньшей тайной, чем вся эта история.       — Может, у тебя в предках есть вейлы, — выдав из всех возможных предположений самое неправдоподобное, с легким раздражением буркнул Сириус и уставился в окно, избегая взглядов представительниц противоположного пола.       — Надеюсь, это не оскорбление, — поджав губы, насмешливо качнула головой американка и приступила к своей работе.       Сообразив, что он и без того сболтнул лишнего, Сириус предпочел оставить это замечание без ответа и, прихватив папку со всей имеющейся у него сейчас информацией, сосредоточился на более важной проблеме, чем странности женщин. Мысли как всегда путались, усложняя дело еще больше, а взгляды Мари, которые она периодически кидала в его сторону, заставляли нервно вздрагивать. Решив, что ему нужно создать более впечатляющий вид деятельности, чтобы девушка перестала пытаться его отвлечь, Сириус одолжил у Тони одну из карт города, развернул ее на полу и принялся отмечать те улицы и места, где предположительно происходили похищения или которые имели к этому хоть какое-то отношение.       Погруженная в свое занятие американка не обращала на него ровно никакого внимания, иногда ругаясь на Мари, если та пыталась как-то сменить неудобную позу. Сама Мари, заметив его сконцентрированность на чем-то, что от нее держали в секрете, была вынуждена на время оставить свои попытки соблазнения. Если ее чему и научила жизнь с авторитетными преступниками в одном доме, так это тому, что отвлекать их от решения серьезных задач себе дороже. И хотя Сириус совсем не казался человеком, способным кому-то навредить даже в состоянии гнева, Мари слишком хорошо видела едва уловимую опасность в его взгляде. Они с Тони, лишь впервые увидев этого англичанина, сразу поняли, что перед ними был такой человек, с которым лучше было дружить.       Пока девушки были заняты искусством и размышлениями, которые вряд ли привели бы Блэка в восторг, Сириус бездумно ставил на карте крестики и внезапно обнаружил между ними некоторую связь, которую он мог бы заметить раньше, если бы хоть немного знал город. Все крестики с местами похищений находились вблизи бара Бруны, а другие отметки углублялись все дальше в трущобы, причем обходили все те места, где находились волшебные скрытые улицы настолько ловко, что заподозрить в этом маглов уже было нельзя. Нахмурившись, Сириус прочертил кривую линию, соединяя все крестики. Он четко видел, что во всем этом есть какая-то система, которую ему было не постичь. Но эта дорога была обязана вести куда-то дальше дешевого мотеля, на котором все обрывалось. Но помимо незримой связи, у Сириуса был еще один важный вопрос: неужели никто из людей Тони — местных жителей, прекрасно знающих город, — не подумал о том, что все эти места могут быть как-то связаны? Сириус очень сильно сомневался в невнимательности этих людей.       — Похоже на Путь Отступников, — заглядывая ему через плечо, негромко заметила Мари, чем действительно напугала Сириуса, инстинктивно дернувшегося за палочкой и резко отклонившегося в сторону. — Ой, прости, не думала, что ты можешь меня не заметить, — без капли сожаления произнесла Мари с нотками обиды в голосе. Она уже была одета, а художница добавляла последние штрихи, предупредив, что этот быстрый портрет будет в несколько раз хуже обстоятельной и как следует прорисованной картины. Мари, конечно, не поняла ни слова, но все равно согласно кивнула в ответ.       — Что за путь такой? — услышав только самое интересное, поспешил уточнить Сириус и вновь окинул испорченную карту взглядом.       — Вообще-то, это просто детская сказка, пустая легенда, для которой не существует ни одного подтверждения, — как-то стушевавшись, промямлила Мари настолько невнятно, что даже заклинание не помогало осмыслить сказанное, и Сириус скорее инстинктивно понял суть этого предложения.       — Эй, любые глупости чего-то да стоят, — ободряюще сжав ее плечо, мягко улыбнулся Сириус и чуть склонил голову к плечу, безмолвно прося рассказать ему о местных легендах. Насколько Сириус знал, все мифы, сказки и прочие невероятные вещи, о которых могли знать маглы, почти всегда имели самое прямое отношение к миру магии. Нужно было только правильно искать.       — Это очень непопулярная легенда. Возможно, современное поколение даже никогда о ней не вспомнит, — отвернувшись от него, тяжело вздохнула Мари, сдавшись ему без боя. — В общем, этот Путь появился еще во времена колонистов. Рабов, которых господа обвиняли в колдовстве и поклонении языческим богам, запирали в отдельной камере, а затем убивали их прямо там. Лишь единицам удавалось заслужить милость, но и их дальнейшая жизнь была в разы хуже смерти. Согласно этой легенде, однажды из-за океана на очередном корабле приплыл какой-то очень важный человек. Этот человек был крайне недоволен тем, что местные жители так неосмотрительно тратили рабочие ресурсы, убивая всех без разбору. Но когда его спросили, как же отличить настоящих колдунов от простых людей, он лишь загадочно улыбнулся, а на следующий день в камере не досчитались трех человек. Оставшихся рабов допросили, и те рассказали о странных обстоятельствах, будто трое исчезнувших увидели в полу какую-то щель, а затем по-одному вросли в пол. Тогда тот важный человек заявил, что только колдуны могли исчезнуть таким способом, а значит, остальные рабы были невиновны. С тех пор таким образом начали проверять всех колдунов, но никто не понимал, как им наказывать исчезающих рабов. — Мари резко замолчали и нервно пожевала губу, задумавшись о чем-то.       — Значит, в той камере начало этого пути? — выждав полминуты, поторопил Сириус, крайне заинтересованный всем этим. У Сириуса на самом деле была слабость к истории, которую учили маглы, потому что с ее помощью можно было взглянуть на прошлое под новым углом. Но он никогда особо не интересовался историей других стран, и теперь жалел об этом.       — Так считается, — согласно кивнула Мари и, взяв маркер, обвела территорию вокруг бара Бруны. — Согласно историческим справкам, она находилась тут, пока тюрьму не снесли, — взглянув на Сириуса, быстро пояснила девушка.       — А что еще говорится в этой легенде? — напряженно сглотнув, ровно спросил Сириус. Впрочем, кое-что он уже начал понимать. Если какой-то путь, доступный лишь магам, действительно существовал и при этом начинался в том самом баре, то это было просто сказочной возможностью незаметно переправлять похищенных людей туда, куда было нужно. К тому же самой Бруне через этот же путь могли доставлять все те товары, которые она продавала. Если все это действительно было так, то в слежке не было никакого смысла, потому что заниматься этим должен был маг.       — Я не все помню, если честно, — криво улыбнулась Мари и потеряно обняла себя за плечи. — Кажется, он вел куда-то в горы, в тайную пещеру, где Смерть была не властна над людьми, где каждый мог обрести спасение. А тот человек, приплывший на корабле, позже куда-то исчез. Потом пошел слух, что он даже не был португальцем. В каких-то исторических документах был записан указ о поимке англичанина, который помог бежать приговоренным к смерти рабам. — Мари неуверенно пожала плечами, всем своим видом показывая, как сложно ей говорить обо всем этом. И это рождало в голове Сириуса новые теории, на которые он пока старался не обращать внимания. — Камила очень увлекалась этой легендой, все пыталась найти этот путь и даже составила его примерный план. Глупости все это, конечно. Кое-кто, правда, заинтересовался… — Тут Мари прервала себя на полуслове, помрачнела и вдруг резво поднялась на ноги, бормоча что-то о том, что ей нужно проведать брата, и сбежала.       Сириус проводил девушку удивленно-задумчивым взглядом и вновь посмотрел на карту. Эта странная легенда вызывала лишь еще больше вопросов и догадок, но одна фраза сильно зацепила Сириуса. Фраза о пещере, в которой над людьми Смерть якобы была не властна. Такое место, конечно, вряд ли могло существовать, но вот маги, которые стремились к бессмертию были более, чем реальны. Одного такого знал не только Сириус. Хотя вероятность того, что к похищению людей имели какое-то отношение Пожиратели Смерти, оставшиеся на свободе и яро открещивающиеся от того, что когда-то по доброй воле служили Волан-де-Морту, была не просто нулевой, а начиналась где-то от минус бесконечности. Да еще и упоминание Камилы, изучающей эту легенду. Кажется, именно так звали жену Тони, и ее работа вполне могла привлечь внимание не лучших представителей магического сообщества.       — Боюсь, я вынужден оставить тебя здесь, — резко поднявшись на ноги, пробормотал Сириус и принялся собирать раскиданные по полу фотографии, заметки и карту. Внезапно он понял, что Мари вполне могла пойти к своему брату и рассказать о том, что он сумел обнаружить. А если это имеет какое-то отношение к горячо любой хозяином фазенды жене, то резко находилось объяснение невнимательности людей. — Тони дал слово, что никто из его людей и он сам тебе не навредит, так что ты в безопасности. Он не из тех, кто нарушает клятву, — прибавил Сириус, когда девушка напряженно замерла и повернула голову в его сторону.       — Ты не думаешь, что все это может плохо кончится? — передернув плечами, сипло спросила американка, и в ее взгляде действительно был какой-то испуг. Сириус даже на секунду замер, удивленный тем, что девушка, заявившаяся в один из самых преступных городов мира в разгар кризиса, не понимающая ни слова на местном языке и устроившаяся работать в бар, действительно могла чего-то бояться. Из того, что Сириусу удалось выяснить об этой американке, можно было сказать, что она была лишена инстинкта самосохранения и вообще не знала о существовании такого чувства, как страх.       — Жизнь скучна без риска, принцесса, — широко улыбнувшись, просто ответил Сириус и остановил свой взгляд на рюкзаке девушки, который лежал возле его куртки.       Все еще хмурясь, американка снова вернулась к своему занятию, а Сириус подошел к дивану, быстро спрятал папку в чужой рюкзак и на всякий случай заколдовал ее так, чтобы никто, кроме него, не смог ее найти или вытащить из рюкзака. Стараясь не думать о том, что это было чуть ли не клятвой встретиться снова, причем без помощи судьбы, а вполне осознанно, Сириус схватил свою куртку и поспешно сбежал из комнаты. Вероятно, ему только послышалась просьба, беречь себя, когда дверь закрылась. Но он твердо пообещал себе, что обязательно выживет, хотя бы ради Гарри, и еще встретится с этой американкой. В конце концов, должен же он хотя бы узнать ее имя.

***

      Самым важным препятствием для более решительных действий был заключенный договор о сохранении тайны. Сириус не мог просто появиться у бара и попытаться отыскать какой-то тайных ход, потому что тот мог быть как-то связан с поставками незаконного товара. К этому так же прибавлялось понимание того факта, что именно возле бара его и будут искать в первую очередь. Тони и Мари явно знали намного больше, чем изначально предполагал Сириус, а он сам знал непозволительно мало. И Сириус решил сравнять знания настолько, насколько это было возможно, и отправился в главную библиотеку Бразилии, которая находилась под общей защитой как магловского, так и магического правительства. Конечно, по-настоящему секретные книги, способные дать такие знания, которые могут перевернуть мир, попав к определенным людям, в обычных библиотеках не держали. Да и вряд ли в Бразилии могло быть хотя бы десяток подобных книг. Но Сириус даже не взглянул на книги о магии, приступив к поискам того, что ему могло помочь, в магловской части библиотеки.       Библиотеки в целом и книги в частности были теми вещами, которые не приводили Сириуса в восторг. Но искать и находить нужную информацию Сириус умел, а в данной ситуации даже не выказал никакого недовольства, просматривая все исторические документы, записи ученых и другие бумаги, ради которых ему пришлось нарушить несколько законов и заколдовать работников библиотеки, чтобы они не замечали незнакомца в закрытой секции. Римус был бы удивлен тем, с какой тщательностью и ответственностью Сириус подошел к нелюбимой части работы. Думать о том, что Люпин даже мог бы гордиться поразительной терпеливостью друга, было забавно, и это немного отвлекало от желания раздраженно зарычать, перевернуть тут все и просто уйти, так ничего и не выяснив.       Спустя три часа и множество бесполезных книг и неинтересных исторических подробностей, Сириус наткнулся на тот самый документ с указом о поимке англичанина. В прилагающихся к нему листах было подробно написано о том, что этот человек обманом убедил всех в том, что он приближенный советник королевы Марии I, и помог многим рабам скрыться в горах при помощи магии. Позже начали появляться слухи о том, что в горах есть какая-то чудесная пещера, в которую могут попасть только избранные. И в той пещере разыскиваемый англичанин учил рабов колдовать. Данное обстоятельство слегка обескуражило Сириуса, поскольку он точно знал, что Кастелобрушу находилась в Амазонских джунглях на довольно приличном расстоянии от гор Рио. Однако двигаться нужно было примерно в ту же сторону.       Вопреки всем его надеждам, новые знания только прибавили проблем. И теперь, когда у него оказалось намного больше частей от этой головоломки, она все равно никак не желала решаться. Как бы Сириус ни старался, увидеть картину целиком у него не получалось, а еще хоть сколь-нибудь полезной информации никак не находилось. Время медленно приближало встречу с Бруной, на которую ему совсем не стоило опаздывать, чтобы не вызывать лишние подозрения. Поэтому Сириус быстро сделал копии всех связанный с делом записей, затем увидел что-то о легендах, написанных в конце девятнадцатого века, и скопировал на всякий случай и это. Спрятав копии в потайной карман куртки, Сириус поспешил покинуть библиотеку, в которую больше не собирался возвращаться. В конце концов, если встреча с Бруной пройдет спокойно, у него появится шанс добраться до тайного пути. Как один из тех, кто нашел большинство секретных лазов в Хогвартсе, Сириус абсолютно точно не мог не попытаться найти какую-то загадочную дорогу для магов, ведущую в пещеру, где можно было обрести спасение.       До бара Сириус добрался за пятнадцать минут, еще пять минут пытался высмотреть в толпе людей Тони, но не преуспел в этом, и решил разобраться с лишними свидетелями позже. Бруна встретила его широкой улыбкой и беспечной болтовней о клиентах, сбежавшей официантке, не доработавшей до конца смены прошлой ночью, и о своем муже, который оказался маглом к огромному изумлению Блэка. Она продолжала говорить, даже когда он с мрачным и крайне сосредоточенным видом рассматривал товар, который он заказал. Все ингредиенты были подозрительно безупречными, и это уже было поводом крепко задуматься. Никаких вариантов, кроме как молча расплатиться у него не было, что Сириус и сделал.       — И все-таки ты прекрасный клиент, Джеймс, — пересчитывая полученную сумму, усмехнулась Бруна, пока Сириус молча уменьшал коробку с товаром и убирал ее в карман. — Или мне стоит называть тебя лордом Блэком? — внезапно произнесла она, когда он подмигнул ей и подошел к двери, собираясь уйти, чтобы вернуться в более подходящий момент и приступить к поискам. Замерев, Сириус медленно потянулся за волшебной палочкой. — Я просто не слишком хорошо знаю о том, как нужно общаться с магами из таких семей, как твоя, — продолжая стоять к нему спиной, с издевательской насмешкой пояснила Бруна.       — Кто тебе рассказал? — холодно спросил Сириус, не позволяя себе поддаться панике, и вернулся к женщине. Все его звериные инстинкты буквально кричали о том, что ему необходимо немедленно бежать отсюда, но он просто не мог выставить себя трусом. Не после всего того, что ему пришлось пережить.       — Я сама узнала, — спокойно ответила женщина, но попыталась отойти от него, когда он оказался рядом. Сириус тут же схватил ее плечо, не позволяя отстраниться и пристально всматриваясь в отражающую поверхность стекол в ее очках. — И я не могу рассказать тебе всего, — понизив голос, нервно проговорила Бруна. — Мне нужна помощь, Сириус.       — Странно обращаться с такой просьбой к тому, кто объявлен серийным убийцей, — прищурившись, заметил Блэк и сильнее сжал пальцы на чужом плече. — Это план тех, на кого ты работаешь? Думаешь, я настолько глуп? — наклонившись к ней, ласково прошептал Сириус, зная, как жутко это может восприниматься в данных обстоятельствах.       — Мне плевать, кто ты и насколько умен, — грозно прошипела Бруна, скрывая за показным раздражением и гневом одолевающий ее страх. Но боялась она явно не Сириуса, или он просто пугал ее не так сильно, как кто-то другой. — Я бы никогда в жизни не связалась с этими ублюдками, согласилась бы умереть, лишь бы не иметь ничего общего с тем, что они делают. Но они уже убили мою двоюродную сестру и контролируют моего мужа. Это страшные люди, Блэк. И мне будет только в радость, если ты убьешь их всех. — Она вдруг дернулась в сторону и свободной рукой сдернула с лица свои очки, с отчаянием в голосе прибавив: — Они лишили меня сына, любимой кузины и в любую секунду могут лишить мужа. Ты — моя последняя надежда.       Сириус отреагировал не сразу, слишком увлеченный рассматриванием левого глаза женщины, который был полностью белым с едва заметными шрамами вокруг, которые вряд ли могли оставить когти хоть какого-то зверя и уж точно не могли оказаться результатом какого-то заклинания. Второй глаз Бруны был абсолютно нормальным, но в нем была какая-то болезненная решимость, точно женщина была готова на что угодно, лишь бы заставить его помочь ей.       — Почему ты так уверена, что я заинтересован в помощи тебе? — сглотнув, негромко спросил Сириус и отпустил плечо женщины, будучи все еще не уверенным в том, что это могла оказаться какая-то хитрость.       — Поговорила с Лесли, — коротко ответила Бруна таким тоном, словно этого было достаточно для того, чтобы довериться практически незнакомому человеку. Как будто то, что Сириус однажды оказал услугу кому-то, значило, словно он готов помочь любому. — Она еще жива, но тебе точно стоит поторопиться, — подавшись вперед, прошептала Бруна ему на ухо, опасаясь самой возможности того, что их могут подслушать.       — Почему я должен тебе верить? — настороженно прошептал в ответ Сириус и обвел помещение быстрым взглядом, чувствуя приближение какой-то необъяснимой опасности.       — У Чарли… — Ее предложение было прервано твердым и безэмоциональным голосом, который произнес лишь два слова:       — Авада Кедавра! — Бруна с неозвученной мольбой посмотрела на Блэка в последний раз, и ее взгляд навсегда застыл. Женщина почти упала на пол, но Сириус инстинктивно подхватил ее и сам осторожно опустил, ожидая, что и его убьют в любую секунду. — Мне всегда казалось, что от нее проще было избавиться, чем заклятиями и угрозами заставлять работать на нас, — бесстрастно заметил незнакомец на безупречном английском.       Закрыв женщине глаза, Сириус выпрямился и спокойно посмотрел на говорившего. Это оказался темноволосый мужчина в черной мантии, какие многие носили в Британии, и он вряд ли был старше Сириуса, хотя вспомнить этого типа среди студентов Хогвартса Блэк не мог. Был ли этот человек Пожирателем Смерти Сириус так же не знал, но вот хладнокровным убийцей, наверняка считающим свои деяния чем-то важным и необходимым, — таким монстром он точно был. Голубые глаза незнакомца были столь же бесстрастны, как и его голос, но он смотрел на Сириуса с каким-то любопытством.       — Знаменитый Сириус Блэк, — медленно протянул незнакомец, сделав шаг вперед. — Если честно, я восхищен. Вы сумели сбежать из Азкабана, затем испарились прямо из-под носа министра магии и каким-то удивительным образом смогли добраться до материка в другой части света. А уж эта история о массовом убийстве. Это правда, что после вы просто стояли там и смеялись? — Теперь мужчина говорил с легким восторгом, возбужденно блестя глазами и раздражая Сириуса все больше.       — Да, я стоял там и смеялся, а потом смеялся всю дорогу до Азкабана и даже напал на Крауча, пока тот зачитывал приговор, — спокойно отозвался Сириус, на мгновение опять ощутив за спиной незримое присутствие дементоров и беспросветное отчаяние, которое лишало желания объяснить хоть что-то. — Тебе не кажется несправедливым тот факт, что ты меня знаешь, а я тебя нет? — сложив руки на груди, ровно произнес Сириус, неимоверным усилием воли подавляя желание кинуться вперед и перегрызть этому гаду горло.       — Ох, это действительно очень неучтиво с моей стороны, — усмехнувшись, согласно кивнул убийца. — Меня зовут Джонатан Тайлер. И я заранее извиняюсь перед вами, мистер Блэк. Я правда очень не хотел, чтобы все так закончилось, ведь вы такой необычный человек.       Еще не договорив до конца, Джонатан поднял волшебную палочку, целясь в сторону Блэка. Но Сириус не собирался дожидаться окончания его слов и успел атаковать первым, вынудив своего противника потратить время на отражение заклинания. Сириусу вполне хватило выигранного времени, чтобы успеть спрятаться за барной стойкой. Безусловно, он с куда большим удовольствием одолел бы этого Тайлера в бою и сбежал бы, но шум со стороны служебного помещения говорил о том, что честной битвы не будет. Однако прежде, чем Сириус успел придумать выход из того положения, в котором он оказался, в парадную дверь бара ввалилось несколько людей с огнестрельным оружием. Люди Тони, которые должны были следить за Бруной и которых Сириус так и не нашел, пришли к выводу, что ему необходима помощь, поскольку англичанин не выходил из бара уж слишком долго. Никогда еще в своей жизни Сириус так не радовался вмешательству маглов.       В зале разгорались нешуточные страсти, маги пытались увернуться от пуль и избавиться от маглов, маглы прятались за стенами, колоннами, столами и стульями, которые были прекрасной помехой для заклинаний. Сириус оглушил двух магов, пока те боролись с маглами, и сам получил парочку царапин от незнакомого брюнета. На мгновение они пересеклись взглядами, и Сириус вдруг сразу понял, что однажды убьет этого типа. Судя по тому, как незнакомец побледнел, ему это тоже было предельно очевидно. Снова скрывшись под барной стойкой, Сириус вдруг увидел, как приподнялись доски, а затем из люка в полу выглянула голова бармена. Прижав палец к губам, он поманил Сириуса к себе и негромко прошептал:       — Бруна просила вывести вас отсюда живым любой ценой, если все пойдет не по плану.       — Я не могу сбежать с поля боя, и мне все равно придется вернуться сюда, — раздраженно заметил Сириус, собираясь снова вступить в бой.       Но бармен внезапно сильно ухватил его за руку и быстрым, уверенным движением воткнул ему в руку шприц, вводя ему какую-то жидкость. Запаниковав сильнее, чем при угрозе пытками Круциатусом, Сириус резко дернулся назад, пнул мужчину и вытащил шприц из руки, подскакивая на ноги. Совсем рядом с ним промелькнул зеленый луч, каким-то чудом не задев его. Сириус хотел было атаковать своего врага, но мышцы отказывались его слушаться. Пошатнувшись, Сириус медленно осел на пол, дыша так, словно ему снова приходилось переплывать Северное море, обжигающе-холодные волны которого старательно тащили его за собой на самое дно. А Сириус мог только бессмысленно тратить силы на попытки подплыть хоть к какому-то берегу или утонуть где-нибудь подальше от каменного замка.       Сириус почувствовал, как что-то потянуло его в сторону, и ему подумалось, что дементоры уже обнаружили его исчезновение и каким-то образом почувствовали, где именно искать беглеца. Должно быть, Сириус совершенно не заметил того, как превратился в человека, потому что собаку эти твари вряд ли обнаружили бы так быстро. Но теперь, успев вдохнуть соленый воздух полной грудью, Сириус не собирался снова возвращаться в пустую камеру, стены которой начинали сводить его с ума. Что угодно, лишь бы не снова эти бездушные камни! И Сириус, собрав остатки сил, вырвался из цепких рук дементоров, превратился в пса и побежал вперед, толком не представляя, куда именно это может его привести. Главное, что где-то там был шанс на спасение.