Collab is cool but I'm not at that level

      Намджун выставляет новую фото в Твиттер, и это оказывается предупреждение о том, что скоро у них будет интервью. Это случится через месяц, конечно, но, все же, ребятам нужно успеть сделать все свои дела, чтобы позже уделить просмотру их мероприятия.       Парень глубоко вздыхает, поправляя свою рубашку, и застегивает пуговицы, открывавшие его грудь. Становится холоднее, на самом деле, а ему тут ещё часа три так точно торчать. Как он не любит письменную работу, а все важные документы скидывают на него, отговариваясь своей неопытностью. Учились бы тогда, почему только он должен напрягать свои мозги и заполнять все и за всех. Слава богу, что английский язык знают все в их компании. — Привет, — в студию звукозаписи забегает Кюмин, держащий в руке стакан латте и в другой бокс с едой, он закрывает дверь локтем и проходит до Кима, оставляя принесенное на краю стола, потому что места особо и нет, — я видел, ты что-то выложил, то самое? — Да, про интервью, — Намджун задвигает клавиатуру под стол и складывает пару скреплённых отчётов под стол, на ту же клавиатуру, и двигает контейнер ближе к себе, а стакан берёт в руки, — весь в ожидании. Нужно будет подготовиться к вопросам. — Трубочка? — Кю протягивает тому названную вещь, и Намджун уже практически взял её, но тот отнимает её снова для того, чтобы снять обертку, — Держи, — и кивает сам себе, когда мужчина напротив вставляет её в крышечку и пробует напиток. — Так садись, — предлагает Ким парню и указывает на стул, стоящий позади него, — поговорим. — А, ну я думал, что ты быстро меня выгонишь, — тот пускает смешок и проходит до кресла, и подталкивает к Наму, чтобы потом усесться рядом и подпереть голову рукой. — Ну, да, когда я так делал? — хмурится на выражение Кюмина рэпер и сводит густые темные брови к переносице. Ли смеётся, и обращает внимание на монитор рабочего компьютера, — Да ты всегда так делаешь, знаешь ли, вот вчера и слова сказать не дал, и все, я уже вижу, как ты дверь перед носом захлопываешь! — Тогда было очень важное дело! — возражает Ким и ставит стакан на стол перед собой, он смотрит на Кюмина с желанием закончить этот спор, но тот явно хорошо заведен сейчас, — Ну, все, перестань, расслабься. Давай поговорим о чем-нибудь стоящем. К примеру, есть что сказать на интервью? — О, да, я думаю, что когда они зададут вопрос про родственные души, — он откидывается на спинку кресла, закидывая ногу на другую, касаясь пальцами икры Джуна, — это будет мой блистательный выход! У меня даже цитата есть, но я тебе ничего не скажу, — и певец смеётся громко, когда Ким начинает заказывать глаза от этой уверенности в своей «превосходной речи».       Мужчина берет контейнер и открывает его, находя там поджаренный картофель и говяжий стейк. В ещё одном отсеке стояла запечатанная упаковка острого соуса, который Намджун может скупать хоть коробками. Как только у него изжоги от него не случается? — О, спасибо, давно мяса не ел, — улыбается Намджун, но хлопает себя по щеке, когда Кюмин определяет это «давно» прошедшим выходным. К слову, неделя точно прошла, — Господи, свалился же на мою голову…       Ли кусает свою щеку изнутри и улыбается довольно, когда Намджун, рассоединив палочки, начал пробовать ещё тёплый ланч. — Я тебе и слова сказать не дам! — продолжает рэпер, снимая плёнку с баночки соуса, — Надеюсь, ты не будешь говорить о наших отношениях, у нас уже есть один готовый, осталось дождаться официального признания, — фыркает Намджун и его настроение сразу меняется, как только он засовывает себе в рот ломтик картофелины, предварительно зачерпнув немного вязкой красной острой субстанции. — Ты дурень, — вертит головой Кюмин и поправляет свои волосы. Он имеет чёрный цвет волос и лёгкую щетину на данный момент, завтра утром он точно возьмёт в руки станок.       Намджун жмёт плечами и чувствует себя более комфортно, когда Кюмин начинает делиться своими мыслями насчёт некоторых вещей, которые они всей группой собираются организовать. Ещё он передаёт Киму от Хаёна привет, что у них намечается сотрудничество с популярным брендом одежды, и им нужно будет решать вопрос о подписании контракта. Хотя, ладно, Намджун согласится с тем, что они с манне делят бумаги пополам. Ещё Кюмин говорит, что ему хочется купить себе квартиру, потому что жить в общаге ему немного некомфортно, на что Намджун хмурится и называет парня предателем.       Кюмин моментом тырит у мужчины ломтик жареной картошки и, не забыв макнуть его в этот острый и невкусный соус, отправляет себе в рот, спасая свою задницу оговоркой их отношений. Намджун толкает того в плечо и обращается к стейку. — Ты тут сколько сидеть будешь? — задается вопросом Кюмин, доставая мобильник из кармана шорт. — Ну, не знаю, к семи приду в зал на подведение итогов дня, а потом как получится, — жмёт плечами рэпер, смакуя вкус говядины. — Не как получится, а после собрания со мной в комнату, ты обещал мне фильм! — Ли поднимается со стула и теперь уже отпивает немного кофе у Джуна. — Ты мне еду принёс, или себе? — закидывает голову назад Нам и получает в ответ «тебе жалко?», — С Хаёном посмотришь, от тебя не убудет.       Кюмин цокает языком, но все же целует Кима в лоб, и, поправив растрепавшиеся волосы мужчины, покидает студию, решая не тревожить Намджуна.

***

***ОТРЫВКИ ИЗ ИНТЕРВЬЮ, ОРГАНИЗОВАННОГО ЖУРНАЛОМ «VOGUE»: АМЕРИКА***

Интервьюер: кому был посвящён ваш новый альбом? Намджун: наш новый альбом был посвящён прежде всего нашей аудитории. Хаён: мне кажется, что в какой-то степени это относится и к нам. Интервьюер: что вы хотели донести вашей новой музыкой до слушателей? Юнги: в первую очередь, чтобы они никогда не сдавались и достигали своих целей. Не нужно отчаиваться из-за неудач, в жизни есть и хорошие вещи. Намджун: я бы подумал о любви к себе. Интервьюер: что было самым сложным в создании музыки? Кюмин: завершающая композиция оказалась куда труднее, чем мы предполагали. Я не мог записать свою партию очень долгое время, и мне приходилось много тренироваться в читке, чтобы осилить темп. Хаён: мне кажется, что самым трудным оказалась подборка тематики для создания музыки. Нам стоило выбрать либо тему влюбленности и сильных чувств, либо хип-хоп. Интервьюер: вы делали коллаборацию. Насколько трудно оказалось работать с этим артистом? Почему вы выбрали именно его. Юнги: мы решили остановиться на кандидатуре Чимина, потому что в одно время нас поразила его харизма и раскрепощенность. Когда мы смотрели шоу с его участием, его аура была очень сильной и пленяющей. Конечно, мы столкнулись с тем, что он являлся артистом неустановленным на музыкальном рынке, но это не помешало связаться с ним и выпустить альбом с его участием. Кюмин: у Чимина на самом деле сильный голос, и он пользуется им во всех его возможностях, продолжает тренироваться. Мне кажется, что эта работа оказалась одной из лучших наших коллабораций. Хаён: я думаю, у нас не возникало особых трудностей в работе с Чимином. Он ответственный парень, и знает своё место. Интервьюер: есть ли период, когда у вас были трудности в написании новой музыки? Кюмин: за месяц до камбэка. Наши отношения были, на самом деле, разлажены, и получилось так, что мы чуть не приняли решение о распаде группы. И, рассмотрев всю ситуацию получше, мы пришли к выводу, что я не смог бы дальше держать на себе звание лидера. Теперь этим занимается макнэ. И мы с ребятами стали дружнее. Намджун: если честно, мы бы могли серьёзно распасться. Тогда Чимин по случаю узнал о нашем положении и подтолкнул нас к решению этого вопроса. Мне кажется, если бы не его вмешательство, мы бы не стерпели потерь и расформировались. Интервьюер: как вы отнеслись к негативу по поводу камбэка? Кюмин: я не интересуюсь этим, мы делаем эту музыку для тех, кому это нравится. И мы ничего не можем сделать против хейта. Юнги: большая часть негатива была направлена на персону Чимина, потому что это был его дебют. И он посчитал его крайне неудачным. Вообще, если рассмотреть ситуацию, в этом есть и наша ошибка, что мы решили скрыть его личность, хотя нам стоило представить его фанатам. Намджун: ещё мы столкнулись с той проблемой, что многие люди начали думать, что мы создали коллаб с Пак Чимином вынужденно. Но мы не собирались таким образом совершить его раскрутку. Нам хотелось поработать с талантливым человеком. Хаён: да, я соглашусь с Джуном — некоторая часть аудитории выставила мнение об построенных отношениях между Юнги и Чимином для этой же раскрутки. И нам стало крайне неприятно, что большинство людей строит лживые мнения. А в целом, я думаю, что музыка вышла удачной. Интервьюер: раз мы уже затронули вопрос об отношениях между Юнги и Чимином, тогда я хочу задать персональный вопрос для Мин Юнги — что ты можешь сказать по этому поводу? Юнги: мы состоим в отношениях. И вступили в них после того, как заключили партнёрство для коллаборации. Хочу добавить, что с его стороны никаких предложений по поводу раскрутки не было, и инициатива была с нашей стороны. Я не хочу комментировать нашу с ним личную жизнь, самое главное, что это не мешает нам продвигаться в шоу-бизнесе. Интервьюер: есть ещё один вопрос — соулмейство. Что вы скажете по этому поводу? Кюмин: у меня есть, что сказать, потому что я считаю нас с Эпсилоном родственными душами. И это я могу охарактеризовать крепкими дружескими отношениями, может быть, чуточку больше, когда ты чувствуешь эмоцию своего соулмейта. Мы непременно связаны ниточкой судьбы, и мы могли чувствовать себя хуже, если бы не имели этой дружбы. Но я не назову соулмейство любовными отношениями. Это разные вещи. Хаён: соулмейты как братья. Есть черты, которые идут бок о бок вместе с любовными отношениями, но это реально не одно и то же. Интервьюер: многие поклонники считают вас парой. Кюмин: если мы соулмейты, это не значит, что мы станем парой. Намджун: это броманс! Хаён: мы просто соулмейты! (спорит) Интервьюер: на некоторых сайтах блуждает информация, что в следующем туре вы хотите посетить практически все столицы. А ещё, по мнению многих слушателей, они нашли отсылку к новому альбому. Хаён: никаких отсылок не было! Я представляю, почему многие могли подумать об этом. Может быть, причиной послужило то, что в оутро мы возвращались назад. И когда наступила интерлюдия, при монтировке произошёл некоторый сбой (смотрит на Юнги), и в итоге вместо инструменталки в этом отрывочке была слышна жизнь на одной из городских улиц. Оно же ещё обработано, и звук не чистый. Будто кино старое. Люди сейчас слишком замороченные, что ищут то, чего на самом деле и нет. Мы не делали никаких отсылок, мы просто создаём музыку, и это не являлось какой-нибудь зацепкой для трилогии. Если бы мы решили создавать трилогию, то, естественно, мы бы оставили пару зацепок для слушателей. Юнги: мы бы по-любому не смогли объехать все столицы в мире, даже если бы наше время прохождения тура стало больше. Мы планируем добавить пару других городов, которые нам предстоит впервые посетить, но информация о всех столицах — неправда. Интервьюер: ваш новый студийный альбом набирает больше прослушиваний, попадает во многие номинации и количество продаж, соответственно, больше. Что могло послужить такому успеху? Ещё при условии того, что вы также боролись с большим негативом, чем в прошлый раз? Кюмин: мы можем лучше. Намджун: мы очень много трудились, часто меняли дату релиза, задерживали треки. Наверное, поддержка со стороны нашего соучастника и некоторые изменения в отношениях между нами понесли за собой такой успех. Мир также не стоит на одном месте, и музыка Кореи является не только музыкой Кореи, её слушают везде. Юнги: это ни в коем случае не накрутка! Мы честные люди и хотим видеть то, насколько нас оценивают другие. А вообще, если рассмотреть всё в мельчайших подробностях, то если бы в нашем концепте появился зелёный цвет, было бы все намного хуже. Интервьюер: причём здесь зелёный цвет? Кюмин: ненавижу зелёный цвет. Он какой-то раздражающий. И я думаю, что выбор кофейной палитры и малиновой был верным решением. Кофе любит большее количество человек, и это очень хороший цвет. Зелёный иногда серьёзно раздражает, поэтому мне кажется, что если бы мы выбрали другие оттенки, это бы привлекало мало внимания. Намджун: он обычно успокаивает, но не в этом случае. Хаён: (обратился к Кюмину) никогда бы не подумал, что цвет играет такую огромную роль. Интервьюер: уже начали работу над новым альбомом? Намджун: сейчас у нас ещё период разъездов. Юнги: все в силе. Интервьюер: хотите создать еще одну коллаборацию с Чимином? Кюмин: было бы неплохо! Намджун (одновременно с Кюмином): года через четыре Юнги: ты (Кюмину) слово «коллаб» произнести не успеешь, как он тебя пошлёт. Хаён: не кажется ли вам, что года через четыре мы уже будем не в полном составе? Интервьюер: у вас заканчивается контракт через четыре года? Хаён: нет, мы постоянная группа. Намджун: когда-то мы планировали своё будущее, и если бы наш дебют стал провальным, мы бы просто распались и занимались бы чем-то другим. Юнги: Кюмин хотел в двадцать втором году уйти в сольную деятельность, но я думаю, теперь он так просто не уйдёт, мы пять лет отработали в команде и наши отношения стали очень крепкими, и (смотрит на певца) Ли Кюмин обещал нам свою рэп-партию в следующем альбоме, и если мы будем откладывать это все дальше и дальше, то он точно не сможет расторгнуть контракт с агентством. Интервьюер: ещё один вопрос. Вы планируете взять отпуск? Хаён: впереди у нас тур, и, возможно, после него мы решим отдохнуть. Юнги: да, после тура мы приостановим нашу деятельность, чтобы отдохнуть. Наша менеджер говорила, что мы также отснимем фотосет. Интервьюер: как вы будете отдыхать? Намджун: наверное, мы уделим наше внимание самим себе, своим родственникам и любимым людям. Я бы хотел съездить куда-нибудь в Европу. Кюмин: половину своего отпуска я точно потрачу на ребят, мы должны поддерживать наши отношения. Как экс-лидер, я бы предложил съездить куда-нибудь вчетвером, чтобы ощутить себя как раз друзьями, а не коллегами.

***

— Ты серьёзно?! — Ха взвизгнул, вырывая наушники из ушей и вскакивая с дивана; Юнги смотрит на того непонимающим взглядом, — Ты реально записывал свой вокал? — брови у лидера на лоб ползут, когда Мин кивнул. — Почему нет? Вообще, стоило попробовать! — Юнги откладывает свою книгу и разводит руками, кивая самому себе. — Я помню, когда ты попробовал поучаствовать в конкурсе, который организовал Чимин, так он тебя в задницу отправил! Думаешь, сейчас прокатит? — Эпсилон опускает свои ладони на талию, выставляя правую ногу вперёд, и продолжает наблюдать за мужчиной. — Тем не менее, он мой парень, — трет бровь рэпер и улыбается, — я хочу поддержать его. — Вы меня все бросили, — дуется наигранно Ха, садясь на подлокотник дивана. — Если ты думаешь, что у тех двоих закрепленные отношения, — Юнги кивает головой в сторону выхода из зала, — то спешу тебя огорчить. — Не огорчай, — затыкает уши Хаен и пищит, вызывая смех у рэпера. Потом он смотрит на своего друга серьезно, — сегодня еще у нас выступление, ты не забыл? Нас заберут, наверное, часа через три, так что будь готов. — Из головы вылетело, — Юнги берет свою книгу и оставляет закладку между страницами, а потом решает покинуть зал, предлагая О навестить кабинет менеджера.

***

Октябрь, 2018

      У Джуна не получается записать песню. Он трёт свои виски после третьей неудачной записи трека, который должен входить в альбом как соло. Мужчина занимался с учителем на протяжении трёх недель, и это был его крайний срок сдачи результатов, но всё безуспешно. Он пытается не впадать в расстройство из-за этого и свёртывает вкладку, отодвигая микрофон от себя. Он обращается к другому документу, с которым, как думает Ким, он справится быстро.       Проходит порядком восьми часов, и сейчас третий час до полудня, и Намджун реально устает от навалившихся дед-лайнов. Он не особо прислушивается к тому, что происходит вне студии, но удивленно поворачивается к двери, которая распахивается широко и к нему заходит Кюмин с пакетом из забегаловки и двумя стаканами кофе. — Мне сказали, что у тебя застой с партией, — он улыбается и закрывает дверь ногой, и потом, чуть шатнувшись, проходит до стола, который, на удивление, пуст. На прошлой неделе его синтезатор находился на равномерно расположенной горе бумаг, с которыми ему приходилось справляться на пару с менеджером. — Я думал, ты будешь спать, — Ким поджимает губы, потому что оказался пойманным с поличным, и отворачивается к огромному монитору, раскрывая недавно убранную вкладку, и пробегается взглядом по своим записям, которые были не такими, которыми должны быть. Максимально, что у Кима получилось на этот раз, так это бэк, который ещё некуда накладывать, — мне нужно доделать аудио к обеду, но я не думаю, что у меня получится. — Ну, я помогу, — Кюмин ставит свои покупки на стол рэперу и сам возвращается со стулом с другого конца студии, — покажешь ноты?       Намджун выуживает тетрадь с записями и протягивает певцу, который взял свой стакан капучино и раскрыл нотную тетрадь, — Это вокал?! — он распахивает глаза широко и смотрит на немного смутившегося Кима, — Ты серьёзно? — Да, этот вокал-партия. У меня рэп записан, и я не могу справиться с этим. Я много раз пробовал, — Джун щелкает мышью пару раз и предлагает Кю взять наушники, чтобы послушать то, что он записывал еще в тот вечер. — Бли-и-и-н, — Ли отставляет свой стакан и подпирает голову рукой и смотрит бессмысленно на то, как ползунок движется к своей конечной точке, прослушивая голос Намджуна. Сам Ким в это время постукивает пальцем по отключенному микрофону, не желая вспоминать (слушать за компанию) свои провальные попытки спеть. Потом он скребет шершавую поверхность своим ногтем, типа, ему так интересно рассматривать ветрозащиту. А потом он отвлекается от своего «увлечения», потому что певец тычет того в бок, чтобы привлечь к себе внимание, — включи-ка следующую!       Кюмин прослушивает всё, что было ему предложено. — Это, наверное, очень плохо.       Кюмин говорит с ним в то же время, — Да ты вообще молодец. Сколько ты занимался? Вообще, ты можешь сделать автотюн и ничего больше. Или ты хочешь перезаписать? — парень смотрит на Намджуна, и протягивает тому кофе, который тот принимает тёплый стакан из рук своего напарника и отставляет в торону. — Ты согласен помочь мне? — Ким дергает бровью, когда тот соглашается с этой идеей. Намджун больше ничего не говорит, а лишь подвигает свой микрофон к ним обоим, и наклоняет так, чтобы он был доступен и Кю, и самому себе.

Декабрь, 2018

— А! Как это танцевать вообще? — Кюмин сгибается пополам и валится на пол, когда Чимин открыто громко смеется. — Да ты просто слабак? — Чимин дразнит Кюмина, считая, что такая методика заставит его тренироваться усерднее. — Кто из нас слабак! — парень мигом встает на ноги и с агрессией на лице движется в сторону Чимина, который уже с наигранным страхом пытается убежать от лидера. И так удачно забегает за Намджуна, не специально выставляя рэпера в жертвы.       Кюмин не рассчитывает свою траекторию и врезается лицом в крепкую горячую грудь мужчины, и тот по «инстинктам» приобнимает того за плечи, чтобы тот дальше никуда не покатился и его не снёс. Паку остаётся уйти в сторону и тихо посмеиваться над этой неловкой ситуации в ладонь.       У Намджуна флегматичное лицо, и его скулы слегка краснеют из-за этого, но он еще не проанализировал эту ситуацию до конца, поэтому ничего не предпринимает. Кюмин просто не знает куда деть свои руки, поэтому они просто висят в воздухе, а потом упираются в плечи Кима, желая отстранить своё тело от чужого. Ли не считает это таким приятным, но внутри точно что-то щелкает, из-за чего его поведение точно поменяется. У певца, как тот чувствует, очень красное лицо от стыда, и он просто не может отстраниться от Кима. Он замечает, что он него приятно пахнет туалетной водой, которую ему передавала менеджер пару недель назад. — Извини! — вскрикивает Кю и закрывая глаза рукой, отстраняется и выбегает из тренировочного зала, оставляя Чимина и Кима наедине. У последнего такое же выражение лица, как и было до этого.

Февраль, 2019

      Намджун испытывает кризис. Их большая часть альбома готова. И, можно сказать что это напряженное, вызванное проблемами со здоровьем, послужило тому, что из девяти песен запланированных выйдет всего пять. Намджун с их продюсером обычно пишут тексты, иногда вся группа принимает в этом участии, но сейчас Намджун достиг той точки, которую он не сможет осилить просто так, становясь главной причиной этого провала.       Их продюсер предлагал уже готовые тексты, но и здесь нашлась проблема — не успеют поставить музыку. Намджун сейчас очень уязвим, и без всяких проблем может вылететь из ряда рабочих, а у Юнги сейчас тоже застой с музыкой, слишком много всего навалилось, плюс старый дед-лайн напомнил о себе в такое «удачное» время. В этот раз все складывается не так хорошо. Поэтому Кюмин и думает, что если бы не эти личные проблемы, у них был был альбом первоклассного уровня. Хаён вообще говорит, что это может оказаться неплохим прологом для трилогии или дилогии. И те не созданные композиции пойдут в следующий проект, если, парни, конечно, согласятся с этими доводами.       Идея, на самом деле, неплохая. Но сейчас это можно только тайком записать в ежедневник Сыльги, когда та уйдет наводить марафет или же просто из-за своей некоторой рассеянности забудет кожаный дневник на столе в зале для общих собраний их коллектива.       Кюмин грызет свои ногти, и он совершенно не знает, почему он это делает, ведь никогда не имел этой дурной привычки. Иногда на людей других посмотришь, и неприятно, и самому хочется. Парень испытывает не самое лучшее ощущение, вспоминая недавнее происшествие в студии Намджуна — когда у него упал микрофон и, к сожалению, раскололся. Эта мучительная тревожность за состояние рэпера, который очень трудно это переживает, и как же экс-лидеру хочется разделить эту боль пополам, или же, нет, забрать все, и снова же, как эта мысль смогла пробраться в его голову и поселиться в самом «эпицентре» его мыслей.       На следующий день Кюмин просыпается из-за шумного копошения с другого конца их с Кимом спальни. Намджун не запутался в одеяле, Намджун не сорвал карниз. Он просто что-то ищет, расхаживая по всей комнате, останавливаясь то у засранного в бумагах стола, то у своей тумбочки прикроватной, то дверь шкафа-купе отодвигает так, что другим краем бьется о другую стенку. — Джун? — Ли трёт глаза сонные и приподнимается на предплечье, Намджун не сразу обратил внимание на разбуженного соседа по комнате. — А, я слишком громкий, да? — Ким озабоченно оглядел парня и глупо, сожалеюще улыбнулся, — Я не хотел этого делать, извини. — Что ты не хотел делать? — Кюмин вздыхает и встает потихоньку, позже опуская ноги на теплый пол. — Будить тебя, но я не могу найти свой рецепт, мне нужно купить лекарство, но без рецепта его не отпускают, — как-то расстроенно он это сказал, а потом снова обратился к забитым одеждой полкам, и с одной он достает папку со своими документами, куда он складывает все, что очень дорого и важно. Но, как Кюмин понимает, там ничего не оказывается и Намджун точно впадет в уныние после еще одного круга поисков этой никчемной, совсем ничего не значимой бумажки с выпиской врача и названием таблеток, которое рэпер даже через долю секунды после резкого пробуждения назовет без заминки. — Чёрт, сейчас пятый час утра, только не начинай волноваться из-за этого, — Кюмин соскакивает со своей постели и подлетает к осевшему на матрас Джуну, потупившему взгляд в пол, который приятно греет замерзшие ноги. Он садится рядом и прижимается к боку мужчины, заключая того в объятия. Ким не отвечает ему взаимностью на этот жест, но переводит взгляд на погрустневшее лицо певца. — Что мне делать? — он говорит это одними губами, сдерживая первый всхлип, который явно потянет за собой череду новых и более тяжелых, трудно давающихся Намджуну вздохов.       Кюмин ловит себя на том, что совсем немного засматривается на эти губы, немного полные, не обветренные. Губы, немного покрасневшие из-за легких нервных покусываний, имеющие четкий верхний контур и выраженную ямочку, показывающую то, что лицо имеет симметрию. Кюмин переводит взгляд в пространство между ними, а потом смотрит в глаза, в уголках который скопились слезы. — Не надо плакать из-за этого, — Кюмин не аккуратный в таких вещах, но он убирает пальцами первые поблескивающие в тусклом свете, пробивающимся из окна, бусинки слез, доставляя легкий дискомфорт, — ты можешь попробовать обратиться к своему врачу еще раз, или же взять старую упаковку и показать фармацевту, что ты правда нуждаешься в этом препарате.

Апрель, 2019

      Намджун задумывается о стационаре. На самом деле, это не легко, выступать с больной спиной и постоянной головной болью и помутнением в глазах. Нет, он не доводит себя до состояния полуобморочного или уже окончательной отключки, но с нагрузкой уже плохо справляется. И это есть проблема, почему Кюмин находится в подавленном настроении. Он просто...испытывает те чувства, о расположении который именно в сторону Намджуна и не предполагал. Кюмину всегда казалось, что он не сможет втюхаться в такую, грубо говоря, глыбу, которая вся из себя да. То есть, покер-фейс и «пошлю-ка тебя взглядом из своей студии, дорогой, мешаешь». Нет, на самом деле, Намджун — очень крутой парень, и Ли находит в нем такие хорошие и такие ценные качества, которые не замечал в своём окружении(не считая одногруппников). Намджуну нужна обыкновенная человеческая забота. И Кюмин бы сразу помог ему, только вот незадача: он боится. Боится своих чувств. Что вдруг Намджун узнает и обвинит его. Или это будет просто не взаимно, а Кюмин не хочет страдать. Хотя, страданий больше тогда, когда ты не можешь контролировать свой разум и лишь накручиваешь себя. Кюмин влюбился. Не зная того, что Ким скрывает это. — Кю, можешь передать Юнги? Он просил отдать ему текст, — ловит универсала в коридоре рэпер и протягивает скреплённые степлером бумаги и нотную тетрадь сверху. — Да, хорошо, — Кюмин касается руки Намджуна, а потом смотрит на того, проглатывая ком в горле, — ты в порядке. — В порядке, посмотри со мной сегодня аудио, — Ким уже выпрямился и двинулся обратно. — Ты хотел сказать «послушай», — смеется легко Кю и соглашается с этим предложением. Если бы он знал, что Ким поцелует его, то лучше бы не делал этого.