Языковой барьер

      — Какого черта?       Резко отстранившись, Чарльз выпрямился и даже постарался резко встать с кровати, но тут же повалился обратно на слабых ногах, к своему неудобству глядя на отца снизу вверх.       — Решил развести отчаявшегося инвалида на деньги, да? А ты чем думал? Даже не пытайся заговорить сейчас, не заслужил этого, — строго рычал Брайан, с нескрываемым разочарованием глядя на сына. — Никогда не думал, что в моем доме мой же сын будет обжиматься с каким-то приезжим… Я думал, тебя волнует учеба, поэтому до сих пор ни девушки, ни жены, а ты… — мужчина тяжело вдохнул, стараясь усмирить ярость хоть немного.       Пусть сначала Эрик сидел смирно, но когда старший Ксавье стал так угрожающе возвышаться над Чарльзом, он мог лишь закрыть его собой, когда Брайан, в порыве, уже замахнулся на сына.       — Ваш сын не инвалид, и я не нуждаюсь ни в чьем спонсировании, — тут же парировал Эрик, смотря на мужчину, который не уступал ему в напоре, да и в силе, вероятно. — Мне жаль, что вам пришлось это видеть, но я не думаю, что это имеет хоть какое-то отношение…       Эрик хотел продолжить, но пощечину и ругань он получил за двоих. Его практически вытолкали из дома, и лишь миссис Ксавье имела возможность успокоить мужа, имея на него большее влияние, способная осадить его лишь жестом.       Чарльз попытался пойти следом сразу же, но просто не успевал, не справлялся физически, слыша, как бешено стучит его сердце, чувствуя дрожь в руках и пока отказываясь воспринимать, что случилось как раз то, чего он боялся больше всего все эти недели, что Эрик оставался здесь. Но, несмотря на этот страх, злость от того, что Леншерра просто прогнали, была намного сильнее.       — Что ты творишь? Он так помогал мне, он все бросил, — уже не сдерживался сам Ксавье, держась за косяк двери и яростно глядя на отца и мать. — Мама, ну хоть ты ему скажи. Мы ничего плохого не сделали, мы встречались до аварии, до инвалидности, до того, как я снова пошел, — нервно дрожа, просил Чарльз, однако видел, что та уже все, что могла, сделала, а отец от этих слов лишь больше выходил из себя. Проводив родителей взглядом, Чарльз все же отправился к выходу, держась за любые поверхности и стараясь преодолеть расстояние как можно быстрее, уже не думая о рекомендациях и том, сколько он проходил обычно. Пару раз свалившись на пол, он лишь убеждался, что никто не слышал, и снова поднимался, из последних сил доходя до входной двери и практически перелетая в падении небольшое крыльцо, чтобы похромать дальше, уже видя силуэт Эрика и зовя мужчину по имени. Если он не может все исправить сейчас, то сможет хотя бы объясниться и извиниться за отца.       Обернувшись на голос, Эрик тихо вздохнул и, не смотря на гордость, так ловко задетую старшим Ксавье, он понесся обратно, подхватывая Чарльза и крепко удерживая в своих руках, видя, что этот забег не дался ему легко.       — Что же ты, Чарли… — шептал он, держа мужчину и стараясь его не отпускать. — Иди в дом, прошу. Он остынет, а тебе нужно лечиться.       — Прости меня, — тихо прошептал Чарльз, наконец, найдя опору и крепко держась за Леншерра. — Я не подумал, надо было запереться, надо было не лезть к тебе сейчас, я все испортил. Я не хочу возвращаться туда без тебя, — бормотал он, уткнувшись Эрику в шею. — Да, он остынет, но как. Будет каждый день припоминать все от начала и до конца, ты не знаешь его, его отношения к геям, к нахлебникам, а я теперь как два в одном, я не хочу туда идти.       От сбивчивого шепота становилось понятно, что в нем больше играет не только свежая паника, но и закоренелый страх перед собственным отцом, его голосом и мнением. Эрик смотрел на напуганного парня и чуть сжимал губы, после чего, почти поднимая Чарльза, пошел к дому, решительно и строго. Он готов был получить еще один удар, но он уже знал, что делать, и менять своих планов не собирался.       — Собери вещи и садись в кресло, — произнес он, помогая Чарльзу с другими вещами. — Мы уходим вместе.       Растерянно смотря на Эрика, Чарльз взволнованно наблюдал за тем, как его вещи перемещаются в дорожную сумку резкими и уверенными движениями Леншерра.       — Эрик, у меня сейчас ничего нет. Копеечная стипендия и это кресло, к тому же первого я могу лишиться в любой момент, а второе вряд ли удастся выгодно продать, — предупредил он, ощущая, как после его выходки сильно ноют ноги и спина, возможно, больше из-за нервов. Однако он сам прекрасно помнил сцену, которую устроил отец, так что стал помогать, укладывая одежду и пару необходимых учебников. Осторожно встав с кровати и пересев в инвалидное кресло, он поставил сумку на колени, смотря на Эрика в странном ожидании.       — Ты уверен, что стоит? Ты бы мог вернуться в Германию, я думаю, отец не выгонит меня, — заволновавшись, проговорил Чарльз. — Я не хочу тебя здесь задерживать.       — Я справлюсь, — пообещал ему Эрик и вывел Чарльза из дома. Удивительно, но их так никто и не услышал. Сам же Леншерр спешил, на ходу вызывая такси и помогая Чарльзу забраться внутрь, сложив кресло в багажник.        На первое время им хватит денег и Эрик хорошо рассчитал это, довольно уверенно руководствуясь всем, что было у них на данный момент.       — Помнишь свою квартиру? Ту что ты снимал? Как думаешь, еще пустует? — спросил Леншерр с мягкой улыбкой, смотря на Чарльза и рассчитывая заполучить хотя бы какое-то место жительства, пусть там и была всего одна комната.       — Думаю, что да. Мало времени прошло, я позвоню хозяину, — кивнул Чарльз, попытавшись улыбнуться Эрику в ответ, раз уж тот так старался его подбодрить. Но они потеряли все так глупо. Знакомые виды из окна совершенно не успокаивали, и Чарльз то и дело крепко сжимал ладонь Эрика, нервно поглядывая на свой телефон. Все же набрав номер хозяина квартиры еще в такси, Ксавье тут же договорился: этому старичку он нравился, к тому же тот жил в соседнем доме и без труда встретил их, отдавая ключи.       — Ты оплатил тут последний месяц, но не жил, так что пока не переживай о деньгах, сынок. Тебе о здоровье нужно думать, верно? — добродушно улыбался пожилой мужчина.       — Спасибо, Роберт, — кивнул Чарльз, благодарно глядя на старика снизу вверх из своего кресла, а после снова поворачиваясь к Эрику, едва старик неспешно зашагал в соседнюю многоэтажку. — Я не хочу, чтобы из-за меня ты голодал. Подумай о Германии. Я, наверное, и правда справлюсь сам, если понадобится.       — Я одного тебя не оставлю, — произнес Эрик, уверенно и строго, не собираясь даже думать о том, чтобы оставить Чарльза. Он помог ему подняться в квартиру, не позволяя слишком быстро и долго стоять на ногах, и осмотрелся в совсем скромной комнате, но все же улыбнулся, мягко, многообещающе.       — Ты голодный? — спросил Эрик, смотря на Чарльза, который явно был еще очень растерян. Сложно было не догадаться, что он чувствует вину за произошедшее.       — Нет, совсем нет, все хорошо, — уверенно проговорил Чарльз, уже осознавая масштабы их финансовых проблем и решая экономить как можно больше, пока что-нибудь не решится, а после оглядываясь в комнате. — Тут даже мои вещи остались, не успел вывезти разную мебель, думал просто оставить ее Роберту, если он сдаст квартиру кому-нибудь еще, — пожав плечами, улыбнулся Ксавье. — А вышло даже удачно, не надо думать о бытовой технике и постельном белье.       Эрик лишь устало выдохнул, ощутив наконец, что все это время он просто несся, как сумасшедший. Он опустил голову и сел на пол, уткнувшись лбом в колено Чарльза, устроившись и позволяя себе отдышаться. В конце концов, он вздохнул и покачал головой, заглядывая возлюбленному в глаза.       — Так… У меня на карте осталось немного денег, хватит на месяц. Постараюсь устроиться на работу… и все будет хорошо, — говорил он, стараясь держать себя в руках.       — Почему не Германия? — аккуратно спросил Чарльз, уже привычно поглаживая Эрика по голове и нежно касаясь кончиков ушей, острых скул и мягких щек. — У тебя ведь там хорошая работа. И нет нужды снимать квартиру. Я думаю, что уже смогу справиться без местных врачей, я выучил распорядок, упражнения, симптомы ухудшений и улучшений…       — Ты должен учиться. Помнишь? Это одно из моих условий. А я тебя тут не брошу, — строго произнес Эрик, поглаживая острые колени через ткань штанов. — Готов со мной пожить? Хоть немного? — он тут же потянулся к Чарльзу, все же поднимаясь, садясь рядом и крепко обнимая.       Крепко обняв Эрика в ответ, Чарльз стал гладить его по спине, кивая, не давая и повода подумать, что он сомневается или не хочет быть рядом.       — Только пообещай, что не станешь загонять себя, если станет совсем плохо. Что согласишься лететь в Германию. Я плохой помощник, меня сейчас никуда не возьмут подрабатывать, разве что могу продавать контрольные и доклады.       — О, мой милый друг, — шептал ему Эрик и, кажется, был сейчас вполне доволен всей ситуацией. — Мы справимся, а ты должен постараться как можно скорее снова начать ходить. Гулять. Ладно, не сейчас. Обсудим все потом. Я схожу в магазин, куплю вина и фруктов, нет причин унывать, — проговорил Эрик и тут же встал на ноги, считая деньги в кошельке.       Чарльз кивнул, провожая Эрика, а после все же осторожно поднялся, раскладывая привезенные вновь вещи. Телефон молчал и он списывал это на то, что его отсутствия пока просто не заметили, решили, что заперся в комнате и грустит. Время ужина еще только наступало, поэтому не было повода к нему заглядывать.       Неспешно разобрав вещи и умывшись, Чарльз прилег на диван, вытягивая зудящие ноги.       В то же время, Эрик решил отыграться на все сто. Он покупал все, чего ему хотелось, покупал все, чем собирался набить холодильник, и вышло все довольно дорого. Но, впрочем, он был в той ситуации, когда мало что мог потерять. Набив полные пакеты продуктов, он едва донес их до небольшой квартиры, впуская с собой прохладу осеннего воздуха. Разложив покупки на кухне, он сел на диван и потянул ноги Чарльза к себе, уложив те на свои колени, массируя и поглаживая.       — Вина и фруктов, мой милый? Как я и обещал.       Чарльз кивнул, а вскоре уже блаженно застонал, ощущая приятный массаж и сладко потягиваясь.       — Мне кажется, ты уже делаешь это лучше, чем Луи, — мурлыкнул он, полностью расслабившись и чувствуя, как отходит эта неприятная усталость и ноющая легкая боль. После все же сев, он взялся чистить фрукты, пока Эрик открывал вино, а желудок уже жалобно урчал, чувствуя, что наступило время ужина, а за время, что он жил дома, Чарльз более чем привык к режиму.       — О, чувствую, просто фруктами мы не обойдемся, — подметил Эрик, слыша урчание.Чарльз смущенно улыбнулся, напрягая живот, чтобы тот больше не сдавал его с потрохами.Несмотря на его протестующий взгляд, Эрик встал и принес закуски, в частности сыр. Сидя уже с бокалом вина, он снова принялся поглаживать ноги Чарльза, потягивая ароматный напиток и принимая закуски из рук возлюбленного.       — Ты не жалеешь, что ушел? — спрашивал Эрик, смотря на Чарльза, который явно создан для другого места. Не для бедности и не для тесной холодной квартиры.       — Я не жалею, что ушел с тобой. Отец был неправ. И я не хотел, чтобы ты уходил вот так, один, практически выброшенный после всего, что ты для меня сделал. Я должен был тебя догнать, — спокойно проговорил Чарльз, любуясь лицом возлюбленного и подтаскивая закуски, чтобы утолить голод. — А ты? Не жалеешь, что я пошел следом? Ты бы сейчас мог улететь, как и планировал.       Эрик покачал головой и подвинулся, стараясь быть максимально близко к взволнованному парню.       — Как ты представляешь себе это? Ты выбежал, едва на ногах стоял. Ты будто и вовсе не хотел возвращаться. Что оставалось делать? Только сделать ход конем, — пояснил Леншерр и обнял юношу одной рукой, после устало посмотрев на его телефон.       — Успокой маму, она-то точно тут не при чем.       Выдохнув, Чарльз кивнул, прижавшись к Эрику поближе и обнимая, а после лишь сжимая его ладонь, пока вторая рука уже набирала нужный номер.       — Да, мам, я. Отца рядом нет? Хорошо. Я с Эриком, все в порядке, мы пока поживем в квартире. Я все понимаю, я знаю, он вспыльчивый и принципиальный, но именно поэтому нет. Я не хочу пытаться вернуться сейчас. Учебу закончу…       Эрик не слышал, что отвечала миссис Ксавье, но и без того мог догадаться, как она переживала и о чем думала.       — Давай об этом потом, встретимся как-нибудь в городе, хорошо? Все будет в порядке, и деньги у нас будут. Если что, у Тоби есть машина. Если что-то нужно, можешь звонить и ему, он не откажет. Да. Успокойся, все, правда, хорошо, — уже совсем ласково говорил Чарльз, опустив взгляд. — И я тебя. Спокойной ночи.       Положив трубку, парень только уютнее прижался к Эрику и выпил еще вина, ощутив еще большую необходимость в поддержке после этого разговора, но тут же стараясь взбодриться:       — Заставлю Тоби возить меня на учебу, когда начнутся зачеты.       — Вот и отлично, — кивнул Эрик, чувствуя, что все и правда не так плохо, как казалось изначально. Он мягко погладил Чарльза по плечу и, наклонившись к нему, поцеловал его в висок. — Все будет в порядке, — говорил он мягко. — А я все равно рад, ведь ты у меня тут, рядом, — говорил Леншерр, будто и забыв об обстоятельствах, которые их сюда привели.       — Вдвоем, на съемной квартире и без денег. Теперь не как школьники, теперь скорее студенты, — смеялся Чарльз, сделав еще глоток вина, а после довольно целуя Эрика в губы. — Ты, наверное, жутко устал, мой хороший, — нежно шептал он, поглаживая широкие плечи. — Думаю, сегодня нужно лечь спать пораньше, я чувствую себя очень ленивым.       — Не буду врать, я и правда очень, очень устал, — кивнул Эрик, смотря на Чарльза и не прекращая улыбаться ему, зная, как это сейчас необходимо. Он вздохнул, осмотрелся, понимая, что нужно разложить диван, иначе и не поспать здесь вдвоем.       — Сможешь сам принять душ? Я застелю постель, — предложил Эрик, практически смирившись с тем, что жить придется намного скромнее, чем он привык.       — Да, конечно, я смогу, — кивнул Чарльз, еще на секунду замявшись и думая предложить помощь с диваном, но решив, что все же будет больше мешать. Поднявшись, он взял полотенце и медленно направился в ванную, откуда вскоре послышался шум воды, пусть душ он принимал скорее сидя, устроившись на бортике ванной. Эрик же со знанием дела взялся за работу: расправил диван, поправил его и улыбнулся, наконец приведя в порядок их постель. Он улыбнулся и встал на ноги, собирая вещи для сна. Чарльз как раз закончил и, выйдя уже в одном белье и с влажными волосами, присел на край дивана, наблюдая за Эриком, который только собирался освежиться и сам.       — Я люблю тебя, — прошептал Ксавье, поймав взгляд утомленного мужчины и слабо ему улыбнувшись. Эрик с ответной улыбкой взглянул на Чарльза, слыша это признание, и тут же потянул Чарльза ближе.       — А я люблю тебя, Чарли, — шептал он, поглаживая чужие руки, пока сам Чарльз прижался, нежно обнимая Леншерра и даже прикрыв глаза.       — Душ свободен. Там остались все принадлежности, если нужно, — сонно прошептал он, снова целуя Эрика, но уже в губы, пусть и коротко, а уже после укладываясь на диван и поудобнее заворачиваясь в мягкое одеяло, не поскупившись на хитрую улыбку для Эрика.       — Тогда жди меня, — мужчина улыбнулся и поспешил оставить своего приятеля, чтобы принять душ, освежиться, побриться и лечь к нему уже совершенно свежим. Казалось, все время, что он проводит не рядом с этим парнем, летит нереально быстро, кажется незначительным. Улыбаясь и довольно мыча, Чарльз лез к Эрику поближе, крепко обнимая его и делясь одеялом.       — Как хорошо, — довольно промычал Эрик, вытягиваясь всем телом, довольный, что есть такая возможность: полежать с любимым человеком. Он улыбнулся и погладил Чарльза по влажным волосам, укладывая к себе головой на грудь.       — Спи сегодня сладко, — нашептывал Ксавье, утыкаясь носом в шею Леншерра. — С нами все будет хорошо, — уже увереннее произнес он, совсем сонный, все же он и так с трудом дождался Эрика в постели.       — С нами уже все хорошо, — произнес немец, целуя Чарльза в лоб, после чего прижал мужчину еще ближе, практически уложив на себе верхом. — Посмотри только, какой ты красивый и сильный, — говорил он тихо, ладонями проведя по торсу Чарльза и с довольной улыбкой изучая его. — Ты само совершенство. Я просто обязан написать твой портрет, — мягко льстил Леншерр, практически боясь дышать рядом с, как оказалось, таким хрупким созданием.       Сонно моргая, Чарльз улыбался, польщенный, разглядывающий Эрика в ответ и нежно, даже лениво гладящий теплое тело. Оставалось только признать, что лежать на Леншерре куда удобнее, чем на не самом новом диване.       — А я знал, что архитекторы хорошо рисуют, — не особенно разборчиво мурлыкнул он себе под нос, ткнувшись губами в подбородок Эрика, прежде чем лечь спокойнее, глубоко вздыхая и уютно обнимая мужчину. — Раз уж сижу дома, буду вкусно и дешево тебе готовить, ждать тут каждый вечер, — бормотал он, уже даже не пытаясь открыть глаза и отпуская все пережитое сегодня, расслабляясь.       — Это звучит даже слишком хорошо, — едва слышно произнес Эрик, практически качая Чарльза в своих руках. — Засыпай, набирайся сил.       Леншерр шептал это все с мягкой, искренней улыбкой и вскоре и сам уснул, ощущая себя в этой квартирке даже уютнее, чем в том поместье. Он чувствовал, что они дома, у себя дома и они вместе.       

***

      Проснувшись с утра первым, Чарльз еще какое-то время лежал, полусонно разглядывая их маленькую квартиру, спящего Эрика и сброшенную в углу уже пустую сумку от вещей. Лишь после он мягко сполз с Леншерра, стараясь не разбудить его, зная, что тот устал куда больше его самого, взяв на себя все заботы.       Пробравшись на тесную кухню, Чарльз едва успел открыть холодильник, когда на столе зазвонил телефон, который пришлось мгновенно подхватить, чтобы тот не разбудил Эрика.       — Тоби? Ты чего как рано? — шепотом ответил Чарльз, еще даже не глядя на часы. У звонящего было много вопросов и быстро отвязаться Ксавье не смог. Какое-то время он разговаривал с другом, тот явно уже все знал и теперь жаждал подробностей.       За тонкой стенкой Эрик недовольно замычал, потревоженный звонком. Он потянулся, промычал и все же поднялся на ноги, идя на голос и беззвучно следуя за Чарльзом. Подобравшись к увлеченному беседой парню, он крепко обнял его со спины, пока тот мило беседовал с Тобиасом.       — Пусть приходит в гости, — на самое ухо прошептал Леншерр, сонно ласкаясь губами к шее Чарльза.       До этого рукой упираясь в стол, теперь Чарльз перенес часть веса на Эрика, охотно прижимаясь к нему и почти мурлыча в трубку, на что Тобиас громко прыснул.       — Ты слышал? Ждем тебя в гости, — усмехнулся Ксавье, наклоняя голову и чуть прикрывая глаза от удовольствия.       — Я слышал только, что отвлекаю вас прямо сейчас, — посмеялся в трубку Тобиас. — Но я заеду. До встречи и привет Эрику.       Положив телефон обратно на стол, Чарльз стал гладить руки Леншерра, широко и счастливо улыбаясь.       — Тебе привет от Тоби. А я как раз хотел готовить завтрак.       — И что же будет на завтрак? –тихо спросил Эрик, вовсе не думая отставать от Чарльза и лишь плотнее прижимаясь к нему, подталкивая его к столу и крепко обнимая. Он был еще сонным, и ему было просто необходимо прижаться к теплому телу любовника. — Я готов съесть практически все, — предупредил мужчина.       — Кажется, даже я сам под угрозой, — фыркнул Чарльз, протягивая руку, чтобы потрепать Эрика по волосам и развернуться, заглядывая в его лицо и нежно целуя, пока мужчина был таким растрепанным и от того еще более очаровательным. — Сделаю гренки. Давно их не ел. Признаться, меня немного утомило здоровое питание, — посмеялся он, поглаживая теплую обнаженную кожу Эрика. — Так и простудиться можно, ты бы оделся.       — Иду одеваться, — кивнул Леншерр, явно давая понять, что после этого собирается все же покуситься на Чарльза. Он посмеялся и скрылся в другой комнате, после чего вышел уже при параде, снова обнимая Чарльза, позволяя его ногам отдохнуть, пока тот тщательно замешивал молоко с яйцом.       — Знаешь, я не мог даже ожидать, что это будет так приятно, жить с тобой.       — Ты ведь уже жил со мной, — охотно прислонившись к Эрику, протянул Чарльз, теперь уже обжаривая первую партию гренок и с улыбкой поглядывая на возлюбленного. — День в Германии, неделю здесь, — напомнил он, взяв уже немного остывшую гренку и вложив в рот Эрика с хитрой улыбкой. — Ты очарователен. Мне все так нравится, я понимаю, о чем ты. Наверное, это странно — радоваться при таких обстоятельствах.       — Это все совсем другое, — говорил Эрик, улыбаясь и с довольным мычанием поедая вкуснейший завтрак, такой вкусный с рук Чарльза. Наконец отступив от любовника, он принялся варить кофе, выглядя сейчас еще более безмятежно.       — Я хочу все время жить с тобой, — признавался Эрик, опьяненный, словно все больше утопая в этом уюте, с трудом веря в то, что чувствует такую любовь.       Чарльз вскоре закончил, садясь рядом и вытягивая ноги. Кухня была маленькой, но им двоим хватало места за небольшим столом.       — Я тоже. Я уже так привык, что мы вместе. А потом еще и смогу быть не нахлебником, хорошо заживем. Я привыкну ходить, и мы накопим денег, будем путешествовать, — широко улыбался Чарльз, неспешно принимаясь за завтрак, но очевидно витая в облаках.       — Это так забавно, — посмеивался Эрик, смотря на Чарльза, который заглядывал очень далеко в будущее, пока он сам размышлял лишь о том, куда сможет отправиться на поиски работы. — Первое путешествие будет в Германию.И я смогу содержать нас двоих, не переживай, — уверенно добавил он.       — Я не смогу просто так сидеть дома у тебя на шее. Мне будет скучно. Я же не просто так учусь, наверное, я смогу найти работу и в Германии. Если ты научишь меня языку, — заметил Чарльз, снова об этом напоминая, а после хитро прищуриваясь. — Или это твой хитрый план: оставить меня без знания немецкого, чтобы потом, в Германии, я был слишком беспомощен, чтобы делать что-то без тебя? Или чтобы не мог знакомиться с другими? –шутя, предположил Чарльз. — Я ведь не знаю там никого, кроме тебя.       — Как оказалось, языковой барьер не сильно тебя сдерживает от знакомств, — напомнил, потягивая кофе и пару раз целуя Чарльза в висок, как совсем еще ребенка, за которого он нес ответственность. Он вскоре даже заметил, что с Чарльзом всегда хочется улыбаться, скулы едва ли не болели от этого. На какое-то время они замолчали, с аппетитом накинувшись на свежие гренки.       — Я думал пойти преподавать, это я точно могу, — вдруг задумчиво поделился Эрик.       — Решил учить других, отлынивая от моих уроков, да? — ласково спросил Чарльз, положив ладонь на ногу Эрика и неспешно поглаживая. — Но я думаю, ты прав. Ты и правда будешь хорошим учителем, по тебе видно, — заметил он, повернувшись и мягко коснувшись губ, пропахших кофе. — Я сегодня возьму у Тоби список того, что мне нужно сдать, чтобы не пролететь с этим семестром. Тоже буду занят.       — Буду приглядывать за тобой и на учебе, — протянул Эрик и наклонился ближе к Чарльзу, чтобы поцеловать его в щеку. Без похоти и желания, нежно, так, словно они были уже давно влюбленными супругами. — Первым местом, куда я сунусь, будет твой университет.       — Было бы чудесно. — У нас есть кафедра архитектуры. И если ты будешь вести дополнительные занятия по немецкому, я точно на них запишусь, — предположил он, раздумывая над тем, с кем связаться, чтобы у Эрика было больше шансов на эту работу.       — Мне придется сдерживаться изо всех сил чтобы не накинуться на тебя на учебе, — улыбался Эрик и лишь подмигнул своему любовнику, позволяя тому нормально поесть и стараясь не позволять ему вечно думать лишь о предстоящих делах. — И я даже никуда не хочу уезжать, если у нас с тобой есть это гнездышко.       — Ближайшие полгода нам это и не грозит, — фыркнул Чарльз, неспешно заканчивая с завтраком и с интересом наблюдая за Эриком. — Если ты поедешь в универ, то я с тобой. Выясню все по своим долгам, да и ты не заблудишься, — мягко предложил парень, аккуратно поднимаясь на ноги и медленно относя посуду к раковине.       — Мне нужно будет арендовать машину, не хочу таскать тебя по метро, — промычал Эрик и тут же стал рваться помочь, начав мыть посуду и протирать ее. Он старался делать это как можно аккуратнее, словно заботливый и даже провинившийся муж. — Я даже готов тебе помогать с учебой, — гордо рекламировал себя Леншерр.       — Или можем эксплуатировать Тоби, ему все равно по пути, а машина — это дорого. Уж проще на метро, если выйти заранее, я буду успевать, — поспорил Чарльз, только улыбаясь, когда Эрик отбирал у него работу. — И я буду рад твоей помощи. Потому что иногда мне даже кажется, что я совсем забыл все, чему меня учили.       — Я и вовсе не знаю, чему тебя учили, — весело заметил Эрик, но это вовсе не сбивало его с пути, он так же довольно и радостно улыбался, явно в приподнятом настроении. — Но тогда нужно договориться с Тоби, пусть хотя бы туда нас подвозит, обратно доберемся сами, — размышлял Эрик, наконец, оставив посуду и подхватывая Чарльза на руки. Крепче вцепившись в Эрика, Чарльз поцеловал его в щеку, обняв за шею и смеясь.       — Ты же помнишь, что мне нужно ходить на своих двоих, практиковаться и привыкать к нагрузкам? — мурлыкал он, невозмутимо покрывая поцелуями любимое лицо, нежно прикусывая кожу на шее и не прекращая счастливо улыбаться.       — Предлагаешь нам с тобой прогуляться? — спрашивал Эрик, качая Чарльза в руках, но не позволяя ему пока что вставать на ноги. Он будто беспокоился о нем больше родной матери, это было видно и в поместье, он просто боялся отойти слишком далеко. Улыбаясь, Эрик кружил Чарльза, выходя с ним в комнату и падая на постель.       — Предлагаю тебе так сильно не баловать меня, тебе же тяжело, — объяснился Чарльз, обнимая Эрика на постели и вытягивая ноги. — А то иногда мне кажется, что ты бы был только рад, если бы я подольше не мог без тебя ничего сделать, — посмеялся он, нависнув над Эриком и медленно его целуя. — Мой вечный герой.       — Мне нравится быть с тобой, — ответил Эрик и улыбнулся, он позволил Чарльзу сесть верхом и больше не отпускал его. Он обнял его лицо ладонями и прижал к себе поближе, целуя так же медленно и напористо. — Какой же ты прекрасный, — почти стонал он в голос, прикусив нижнюю губу Чарльза.       Не разрывая поцелуй, Чарльз погладил Эрика по щекам, влюбленно заглядывая в его глаза и охотно прижимаясь, неловко заправив длинную прядь за ухо.       — Нужно будет привести себя в порядок перед занятиями, а то выгляжу как хиппи и отшельник. Пострижешь меня? — с хитрой улыбкой спросил Чарльз, поглаживая грудь Эрика и любуясь им сверху вниз.       — Думаешь я справлюсь? Стильную прическу я не осилю, — улыбнулся Эрик и протянув руки, погладил волосы Чарльза. — Так ты кажешься немного старше своих лет. Такой серьезный мужчина. Особенно с щетиной, — оценивающе касаясь лица британца, заметил Леншерр. Он говорил, а второй рукой гладил грудь Чарльза, лаская его и словно собираясь склонить его явно к чему-то иному, а не к подготовке.       — Мне не нужно стильной прически, просто чтобы волосы не сильно мешали. Или ты предлагаешь, чтобы я начал носить хвост? — усмехнулся Чарльз, замечая эту ласку и мягко, сладко потягиваясь Эрику навстречу.       — С моими навыками в стрижке, я смогу тебя разве что побрить налысо, — засмеялся Эрик.       — Мы вчера кое-что не закончили со всей этой неразберихой, верно? — улыбался Чарльз, устроив руку на животе Леншерра и неспешно ведя ниже. Эрик забрался ладонью под чужую футболку, поглаживая сильную грудь.       — Мы с тобой даже начать толком не успели, — заметил он мягко, чуть ущипнув сосок Чарльза, чтобы тот не расслаблялся.       — Ладно, возвращаясь к прическе, ты меня убедил. Будет хвост. Буду волосатым фриком, о связи которого с преподавателем ходят слухи по всему университету, — хитро шептал Чарльз, чуть вздрогнув, но скорее с удовольствием. Задрав на себе футболку, он поймал Эрика за подбородок, наклоняя к себе за поцелуем и попутно немного неловко стягивая вниз его штаны. — Наконец не надо ни от кого прятаться. Я по этому скучал.       — А скучал ли ты по тому, как быть громким? — спрашивал его Эрик, покорно приподнимаясь и позволяя Чарльзу стянуть свои штаны. Он протянул руки и практически рывком сдернул с Чарльза футболку. Он присел и наклонился к груди мужчины, губами ловя его нежную кожу на груди, покусывая соски, чувствуя, как от этого вздрагивает его молодой любовник.– Потому что я скучал по твоему голосу и по тому, как ты разговариваешь во время секса, — шептал он с улыбкой, ведя кончиками пальцев к паху Чарльза.       — Боюсь, что уже разучился быть таким громким, — задумчиво промычал Чарльз, прижимая к себе голову Эрика и подрагивая под его руками и губами, попутно стягивая штаны уже с себя, чтобы коснуться ног мужчины своими, такими же обнаженными, почувствовать его лучше. — Не такой уж я и болтливый, разве нет? — смеялся он, выгнувшись навстречу Эрику, а после толкая его, чтобы залезть сверху. — Я скучал еще и по этому. Мне нравилось, как ты брал меня сбоку, но куда интереснее наблюдать за тобой в процессе.       — Ну, меня все устраивало. Ты прекрасно извивался, когда лежал на боку, — посмеивался Эрик, склоняя голову и наблюдая за таким ловким Чарльзом, явно полным энтузиазма. — Точно хочешь быть сверху? Я мог бы завалить тебя… — соблазнительно шептал Эрик, сминая, поглаживая сильные бедра Чарльза, его упругие ягодицы. Сложно было устоять от мысленных комплиментов, отчасти пошлых и заставляющих самого Эрика смеяться над собой.       — А если я откажусь сейчас быть заваленным, ты больше никогда не захочешь? — усмехнулся Чарльз, наконец щипая грудь Эрика в отместку. — Не переживай, я не уверен, что сил в моих ногах хватит до конца, быть может, у тебя будет шанс, — прошептал он, обнажая член Леншерра из-под расстегнутых штанов и уверенно, умело лаская его теплой ладонью, пока вторая продолжала время от времени ласкать и дразнить чувствительные соски.       — Мой милый британский мальчик, ты просто невыносим в своей непосредственности, — смеялся Эрик и, чуть выгнув спину, он постарался как можно более резко толкнуться в ладонь Чарльза. Он широко улыбался, почти скалился, и довольно мычал, в отместку жадно сжимая и массируя обнаженные ягодицы любовника. — У тебя такое красивое тело.       Чарльз лишь бросил хитрый взгляд, подаваясь навстречу ладоням, а после и вовсе беря Эрика за руку и направляя между ягодиц.       — Я не уверен, что готов принять тебя прямо сейчас, сходу, — пояснил он, второй рукой продолжая медленно и чутко ласкать крепнущий член по всей длине, поглаживая ствол и дразня крупную головку.–Знаешь, ты идеален. Везде. Мог бы работать натурщиком, но почему-то оказался по ту сторону мольберта.       — Я приму к сведению. Может пойти работать стриптизером? Зарплата будет побольше преподавательской, — спрашивал он, посмеиваясь. Он тщательно смазал пальцы и осторожно протянул руки, чтобы начать гладить и осторожно растягивать Чарльза, неторопливо входя в него пальцами, массируя. Он даже умудрился довольно простонать от одной лишь мысли о том, что будет дальше, как задвигается на нем это изящное, гибкое тело с парой новых шрамов, оставленных аварией. Ухмыльнувшись на стон, Чарльз и сам плавно выгнулся, насаживаясь глубже и довольно вздыхая. Он вдруг поймал себя на том, что опять старается быть тихим, и уже намеренно расслабился, громко застонав, отпуская себя, пользуясь возможностями собственной квартиры.       — Я тоже по этому скучал, — прошептал Ксавье, все еще довольно двигая бедрами и позволяя пальцам двигаться внутри с каждым движением все свободнее.       Эрик же думал о том, что Чарльз едва ли обладал красотой «с обложки», но изогнутые брови, яркие глаза и хитрая улыбка придавали ему вид куда более интересный, чем у любых топ-моделей и актеров.       — Ты, Чарли, бы тоже мог зарабатывать иначе, — ласково заметил Эрик.       — Стой, я передумал. Я бы не хотел, чтобы на тебя пялились другие, я шутил про натуру, — почти серьезно предупредил Чарльз, после глядя уже с любопытством, но то и дело кусая губы, чтобы не показывать Эрику, насколько же он разомлел от одной лишь подготовки. — А что же ты хочешь предложить мне? Какую работу?       — Ты бы мог быть моим послушным мальчиком, — довольно засмеялся Эрик, поглаживая своего Чарльза, который так жарко отвечал ему, лишь доказывая свою преданность. — Ты уже мой британский золотой мальчик.        Он шумно выдохнул и подвинул Чарльза ближе, Эрик хотел касаться его не только рукам. Он терся пахом о его задницу и предвкушал то, как тот будет скакать на нем.       — Какая заманчивая вакансия. А есть отзывы от предыдущих работников? — усмехнулся Чарльз, отводя от себя руку Эрика, чтобы направить в себя его член, блаженно улыбаясь, как довольный и сытый кот, медленно насаживаясь и томно вздыхая от ощущений. — Постонешь для меня? Громче, — попросил Ксавье, опустив на Эрика хитрый взгляд и чувствуя, как приятно его растягивает чужой член, теперь уже не особо сдерживаясь, мыча и постанывая, выгибаясь в пояснице и чуть дрожа на слабых ногах.       — Хочешь познакомиться с предыдущими работниками? — с ухмылкой спросил его Эрик и еще более громко простонал имя Чарльза, стоило тому тесно сжать его член внутри себя. Это чувство было головокружительным, словно он ощущал его впервые, сколько бы раз они уже не были вместе. Леншерр чуть шире раздвинул ноги и движения его бедер стали более уверенными и резкими. — Как же я хочу тебя, — шептал он, почти задыхаясь от зрелища перед глазами, поражаясь тому, как привлекателен был Чарльз в этой позиции, как красиво он двигался, восседая на нем верхом. — Хочу все время трахать тебя, чтобы ты и не думал о ком-то другом.       — Я бы и не думал, — сорвавшись на стон, выдохнул Чарльз, продолжая медленно двигаться, боясь перенапрячь ноги, хотя он весь уже дрожал от напряжения и хотел бы ускориться, но пока не мог. — Никогда не думал. Но я не против первой части предложения, — усмехнулся парень, резко двинув бедрами и почти взвыв от острого удовольствия, тяжело дыша и снова дотягиваясь до рук Эрика, чтобы прижать их к своей груди и бедрам.       Эрик что-то говорил ему, продолжая гладить Чарльза, иногда даже чуть царапая пальцами его кожу, но Чарльз едва ли разбирал половину, сосредоточенный на ласке, опьяненный и податливый в руках любовника.Эрик старался придерживать его, чтобы тот не сильно напрягался, но в то же время заставлял его выгибаться сильнее, размашистее двигая бедрами, приподнимал его и одним движением насаживал обратно, оставляя розоватые следы от ногтей на белой коже.       Не жалея голоса на стоны, Чарльз упивался удовольствием, запрокидывая голову и стремясь податься в руки Эрика еще ближе, получить больше ласки, чтобы чувствовать, насколько он нужен и нравится этому мужчине.       — Однажды я подарю Тоби целую машину за то, что он нас познакомил, — пробормотал Чарльз, тихо усмехнувшись и немного расслабив ноги, чтобы отдохнуть, лишь раскачиваясь на чужом члене, медленно, набираясь сил перед новыми толчками, попутно оставляя на плечах и шее Эрика небольшие алые пятна от своих зубов и губ.       — А я подарю ему еще одну, — кивнул ему Эрик, взяв себя в руки благодаря небольшой паузе. Он пьяно улыбался, осознавая, что теперь каждый раз мог слышать, как блаженно стонет его Чарльз, понимать, что ему все это нравится ни чуть не меньше, чем самому Эрику. Он был многое готов отдать за эти ощущения. Леншерр замычал и готов был поклясться, он не ощущал себя никогда лучше, ни с кем и ни в ком.       Вновь крепко сжав любовника в своих руках, он подтолкнул его, взяв все в свои руки, и стал нетерпеливо толкаться навстречу, входя до основания каждым движением, вслушиваясь в пошлые влажные звуки и чувствуя чужую дрожь через кончики своих пальцев. Он тихо простонал, прежде чем стал сдавать и прежде чем до боли стиснул тело любовника, такое нежное, такое красивое в его руках, всегда податливое и изящное. Чарльз протяжно застонал, практически улегшись на мужчину сверху и все быстрее лаская собственный член, пока не кончил, практически растекаясь на сильном теле не хуже жидкости, но продолжая чувствовать требовательные глубокие толчки.       Эрику казалось, он стал испытывать к Чарльзу какое-то совершенно нездоровое влечение. Он понимал это как никогда ясно, особенно сейчас, вновь кончая в юное тело и наполняя легкие удивительно приятным запахом чужой кожи.       — Я помню, как ты сделал это в первый раз, — немного отойдя, с улыбкой прошептал Чарльз, до сих пор стараясь отдышаться и едва чувствуя уставшие ноги. — Это было так странно, но так хорошо. Как и сейчас. Хотя мне определенно нужно еще полежать, — пробормотал он, слегка взмокший, но довольный до безумия, чудом нашедший в себе силы потянуться к губам Эрика.       — Тогда я не знал, как ты на это отреагируешь. Думал, обидишься или разозлишься, — произнес Эрик и вздохнул, смотря на Чарльза, прижимая его к себе поближе и ласково поглаживая. — Я до последнего думал, что успею, но когда ты такой… такой горячий, я не могу остановиться. Хочу почувствовать, что ты отдался мне полностью, — шептал он с мягкой улыбкой, ласково качая Чарльза в своих руках.       — А я бы и разозлился, будь это кто-то другой. Но ты мне слишком понравился, — посмеялся Чарльз, заглядывая Эрику в глаза.–И, к слову, в этот раз тебе тоже придется помочь мне отмыться. Мы же экономим, так? Будет правильно принимать одну ванну на двоих, — ехидно прошептал парень, с любовью касаясь обнаженного Эрика, обводя изгибы его тела кончиками пальцев и следя за ними взглядом. — Я правда боялся, что разонравлюсь тебе. Всегда боялся, но особенно после той аварии. Но ты просто святой, — вновь поймав взгляд светлых глаз, игриво мурлыкнул Чарльз, нежно коснувшись теплой щеки.       — Я не святой. Я просто запал на тебя, — посмеивался Эрик, поглаживая Чарльза по плечам. Он продолжал лежать и гладить возлюбленного, рассматривая его и любуясь расслабленной позой и умиротворенным выражением лица.       Эрик наслаждался этим моментом, зная, что уже завтра выйдет на работу, но жизнь станет только сложнее. Радовало только, что он еще не успел купить билеты до Германии и сохранил так нужные сейчас деньги.