My long summer 1984

Стараясь не разбудить подругу шуршанием бумаги и светом ночника, Мэллори, проснувшись еще до рассвета, никак не могла оторваться от блокнота, продолжая выводить в нем карандашом тонкие линии. Затаив дыхание, девушка сдула грифельную пыль с рисунка, вглядываясь в почти законченную работу. Должно быть, она могла сделать и лучше… Мэллори всегда была слишком критична к себе в подобных вещах, будучи уверенной, что приложила недостаточно стараний и сил. Но в одном ей повезло: когда рисуешь что-то по-настоящему прекрасное, сколько ошибок не допусти — его сложно испортить. Проходясь взглядом по плавным очертаниям мускул, широкому развороту плеч и узкой талии, Мэллори шумно вздохнула. После сегодняшнего зрелища на пирсе, у нее появилась возможность запечатлеть увиденное, насколько хватало ее не самых развитых художественных способностей, но это все было лучше, чем ничего. Аккуратно проведя кончиками пальцем по шершавой бумаге, девушка ощутила, как болезненно заныло в груди. Офицер Лэнгдон по-прежнему смотрел сквозь нее, ни в какую не желая замечать в Уотсон хоть что-то большее, чем просто надоедливую митингующую. И черт возьми, это было до боли обидно. Неужели, Мэллори настолько сильно ничего из себя не представляла, чтобы увлечь взрослого мужчину? В понимании Стейси, все, что девушке было необходимо — это макияж поярче, юбка покороче и решительный вид. Но, вероятно, в этой схеме отсутствовало что-то более важное, и чем больше Мэллори об этом размышляла, тем сильнее впадала в тоску. У них с полицейским, в силу разных обстоятельств, не было ничего общего кроме тесного старого городка, в котором им приходилось жить, и скандальной истории с митингами, длящейся в течение полугода. В остальном же, девушка совершенно не представляла, чем жил Лэнгдон помимо своих рабочих часов в полицейском участке. Что ему нравилось? О чем он мечтал? Есть ли у него такие вещи, о которых он стеснялся кому-то признаться? Ни на один из этих вопросов Мэллори не знала ответ. Закрыв блокнот, девушка прижала его к груди, словно он был чем-то родным и невероятно ценным в ее жизни. За окном уже понемногу начинало светать, и несмотря на то, что за ночь Мэллори проспала от силы часа четыре, ее совершенно не клонило в дрему. Наоборот, еле сдерживаемые эмоции подталкивали девушку поскорей одеться и выбежать на территорию, пытаясь случайно или же нарочно найти встречу с любимым мужчиной. И пускай он все еще ее не замечал… Уже просто от осознания, что он был рядом, Мэллори чувствовала радостный, ни с чем не сравнимый трепет. — Опять ты не спишь? — послышалось с соседней кровати недовольное ворчание Стейси, — да сколько можно уже?.. — Извини, — тихонько пробормотала девушка, гася лампу на тумбочке. Прокрутившись в постели еще с полчаса, еле дождавшись пробуждения подруги и сигнала к завтраку, Мэллори на всех парах кинулась в шкафу, принимаясь хаотично и судорожно натягивать на себя одежду — Да потише ты, — со смехом окликнула девушку Стейси, — ты ж не экзамен на пожарного сдаешь. — Не обидишься, если я пойду пораньше? — неуверенно переспросила Мэллори. — Иди уже, — фыркнула подруга, лениво потягиваясь под одеялом, — передавай Лэнгдону от меня привет. Нервно улыбнувшись, девушка выскочила из домика под прохладный утренний воздух, пронизанный росой. Одернув легкий сарафан в мелкий красный цветочек, Мэллори направилась в столовую, от всей души надеясь, что офицер, равно как и она, был ранней пташкой и ей удастся застать его за завтраком. Приблизившись к раздаточному столу с подносом, девушка внимательно окинула взглядом зал и задрожала всем телом, заметив за небольшим столом в углу хмурого полицейского. Впервые за все эти дни, он сидел совершенно один, а значит, Мэллори, наконец, улыбнулась удача. Не глядя нахватав тарелок на поднос, даже не разбирая, что именно берет, девушка, шумно выдохнув, зашагала в сторону Лэнгдона. Однако, когда ей оставалось всего каких-то десять шагов, Мэллори пробрал уже знакомый приступ трусости. Едва слышно запищав, она резко развернулась, при этом едва не сбив с ног пару ребят с завтраком. — Совсем слепая, что ли? — возмутился парень, что столкнулся с Мэллори. Не обращая внимания на его возглас, девушка быстро прошла в противоположную сторону столовой, но лишь поставив поднос на пустой стол, снова с негодующим рычанием за него схватилась. Да что она, в самом деле, как маленькая?! — Здесь свободно? — слабо пролепетала Мэллори, на ватных ногах приблизившись к столу офицера. Заслышав голос девушки, Лэнгдон удивленно вскинул взгляд, отчего по ее коже тут же пробежали мурашки. Растерянно моргнув, мужчина покосился в сторону соседних пустых столов, явно недоумевая, на кой-черт Уотсон приспичило подсесть именно к нему. — Ну да, — тихо пробормотал он, так и не придумав причин ей отказать. Мэллори поставила поднос так резко, что едва не расплескала весь чай из кружки. Ее движения сейчас выглядели настолько неловкими и дерганными, что мужчина, не удержавшись, спросил: — У тебя все нормально? — Д-да… — пытаясь натянуть на лицо невозмутимую улыбку, отозвалась девушка, начиная комкать пальцами салфетку, — погода сегодня прекрасная, правда? — Ты ко мне села, чтобы про погоду поговорить? — скептически изогнув бровь, переспросил Лэнгдон. — Просто к слову пришлось, — заметно краснея, пробормотала Мэллори, лишь сейчас опуская взгляд на свой завтрак. Омлет, лакричные конфеты, и непонятно откуда взявшийся латук — странное вышло сочетание. Последующие несколько минут прошли в напряженной тишине, пока девушка, преодолев страх, снова не заговорила: — Мы с друзьями сегодня опять собираемся вечером у костра… Ты… то есть, вы… не хочешь с нами?.. — Так, что случилось? — со стуком отложив вилку, спросил Лэнгдон, склонив голову набок и подозрительно глядя на Мэллори. — В к-каком смысле? — запнувшись, спросила она, чувствуя, как во рту резко пересохло. — В том смысле, что ты ко мне подлизываешься уже второй день подряд, — хмыкнул мужчина, смерив взглядом вспыхнувшие красным щеки девушки, — у тебя что, права отобрали и ты теперь через меня пытаешься их обратно получить? — Нет, — растерянно отозвалась Мэллори, шумно отхлебывая слишком горячий чай, обжигая себе язык и губы, — я что, просто поговорить не могу? — Раньше тебя что-то не особо тянуло со мной разговаривать, — слабо улыбнулся офицер, покачав головой. Девушка осторожно подняла на него взгляд. Не похоже, чтобы полицейский был сейчас раздражен или сердит на нее. В улыбке мужчины, может, и проскальзывала некая снисходительность, но вряд ли она была с целью ее обидеть. — Ну и что с того, — тихо буркнула она, заедая омлет лакрицей. — Уотcон… Голос Лэнгдона прозвучал настолько мягко и проникновенно, что Мэллори стремительно бросило в жар. Подняв взгляд, она нервно взглянула в голубые глаза, что смотрели на нее с искренним беспокойством. — Я, может, глупость сейчас скажу, но ты что, в меня втюрилась? — тихо добавил он, глядя на девушку едва ли не с сочувствием. Мэллори показалось, словно ее по голове тяжелым мешком шибанули. Поперхнувшись собственной слюной, девушка судорожно закашлялась, при этом краснея до самых кончиков ушей. С какого хрена офицер Лэнгдон вдруг такой догадливый стал?! Прижав салфетку ко рту, Мэллори попыталась выдавить из себя смех, который прозвучал настолько громко и фальшиво, что даже несколько соседей в столовой обернулись в ее сторону. — Что? — пропищала она все с той же жуткой натянутой улыбкой, — втюрилась? Ну и фантазии у вас, господин офицер… Какая глупость… И, кажется, мне уже пора… Не дожидаясь реакции Лэнгдона и даже не взглянув в его сторону, девушка выскочила из-за стола как ошпаренная, оставив мужчину растерянно смотреть ей вслед. … — Похоже, ты был прав, — проговорил голос Чарли из телефонной трубки, — на конверте и правда оказались отпечатки пальцев Фаулер. Благо, они у нас нашлись… Эту девицу еще пару лет назад задержали в соседнем штате за хранение кокаина. — В самом конверте что-нибудь обнаружили? — спросил Майкл, стараясь не выдать своего ликования, что его догадка оказалась верна. — Да, следы проявителя для фотографий, — ответил полицейский, — может, нашу потерявшуюся кто-то пытался шантажировать? Мало ли, что на тех фотографиях могло быть. — Да, я тоже так думаю, — потерев шею, пробормотал мужчина, — с поисками по-прежнему ничего? — Глухо, — вздохнул Чарли, — к слову, федеральный маршал шлет тебе жаркий привет… — Насколько все паршиво? — невольно скривился Майкл. — Достаточно, — усмехнулся коллега, — мы, правда, пытаемся пока прикрыть твою задницу, как можем, но сам понимаешь… Маршал Смит — еще та сволота. — Ясно, — обреченно выдохнул Лэнгдон, закатывая глаза, — сами слишком сильно не подставляйтесь. Я приеду — сам разберусь. Положив трубку, мужчина в первую очередь подумал о сигаретах. Зря он позволил себе вчера выкурить одну. Теперь руки так и чесались… Он только что вернулся с завтрака. С весьма странного завтрака, если уж выражаться откровенно. Лихорадочно краснеющие щеки и воровато бегающие карие глаза, до сих пор всплывали образами в его памяти. Неужто, ткнув пальцем в небо, Лэнгдон угодил в самую цель? Ведь если юная Уотсон и правда испытывала к нему чувства — это многое могло бы объяснить. Но с другой стороны, Майкл отчаянно не хотел, чтобы его предположение оказалось правдой, ибо как управиться с упрямой девицей, что дерется и огрызается — он мог себе представить, а вот усмирить несчастно влюбленную особу — уже совсем другая история. Раньше офицер еще ни разу не смотрел на происходящее под подобным углом и неожиданный, пришедший этим утром в его голову вывод, многое расставил по местам. Хотя, мужчина все еще не был наверняка уверен в своей правоте. В любом случае, чтобы не таилось за мотивами странного поведения Уотсон, Майкл не собирался давать этому продолжение. Это даже смешно… Девчонке всего лишь девятнадцать и пока в мозгах один ветер свистит. Если сейчас у нее и есть увлечение, вряд ли оно затянется надолго. К тому же, насколько было известно офицеру, этой осенью Мэллори покинет Рокленд, отбывая на обучение в соседний штат — вот и слава богу. Там уж быстро повстречает какого-нибудь парня, что годится ей по возрасту, и вся эта блажь, касаемо засидевшегося в холостяках полицейского, вылетит из головы разом. Ей это не нужно, равно, как и не нужно Майклу… И его порнографические фантазии, внезапно возникшие в адрес Уотсон, никак не влияли на ситуацию. Ну, разве что чуть-чуть. К досаде мужчины, прошедшей ночью, его снова посетили не самые желанные сны с участием митингующей. Он прекрасно осознавал их неправильность, но отключить собственное подсознание, что решило подложить подлый сюрприз, был не способен. Если уж поразмыслить справедливо, скорей всего, всему виной была здешняя ностальгическая атмосфера, что напоминала Лэнгдону о лучших годах его жизни, а вместе с тем, тот существенный факт, что у него уже месяца четыре не было женщины. Ввиду особенностей маленького городка и своего холостяцкого существования, единственные особы, которые иногда оказывались в постели полицейского — были непритязательные девицы из бара, которые были согласны перепихнуться без обязательств. Однако, кто-то из них покидал город, кто-то выходил замуж, и вскоре, выбирать стало уже не из кого. Конечно, всегда оставались замужние дамы, что были не прочь сходить налево — но Лэнгдон не хотел наживать себе подобных проблем на голову, даже если ему уж слишком сильно горело. Так что, нечему было удивляться, что его организм так остро среагировал на Уотсон… Хотя, Майкл все равно бы предпочел, чтобы на ее месте в его фантазиях оказался кто-нибудь другой. Кто-нибудь, кто не гонялся бы за ним по пятам, пребывая в уверенности, что офицер ничего не заметит. Кто-нибудь не настолько отчаявшийся и чокнутый. Кто-нибудь значительно постарше… Но что поделать? Подсознание мужчины не собиралось спрашивать у него разрешения. Погруженный в не самые веселые размышления, мужчина вышел из корпуса, оглядываясь в сторону шума, что творился на баскетбольной площадке. Сегодня жгучая жара успела немного ослабеть, что позволило парням устроить игру под ярким утренним солнцем. Понаблюдав за ними с полминуты, Майкл невольно улыбнулся, вспоминая последний школьный матч, в котором ему довелось принять участие. Помнится, он тогда страшно переживал, зная, что на трибунах за ним наблюдал отец. За все годы, он не пропустил не единой игры сына, и пусть Майкл иногда отнекивался и говорил, что присутствие родителя ему только мешало во время матча, все равно, был благодарен его искренней поддержке. Наверное, если бы не отец, мужчина забросил бы баскетбол еще в первый год занятий из-за подтруниваний команды, ведь Лэнгдон был не слишком-то высок ростом для своего возраста. И все же, родителю удалось убедить мальчика, что сдаваться из-за каких-то трепливых выскочек крайне глупо. Именно отец всегда внушал Майклу, что нужно бороться за то, что ты хочешь, не опуская рук и не обращая внимания на то, что скажут другие. У людей всегда будет свое мнение, и многие из них будут рады сказать, что ты в чем-то не прав, но это не значит, что их всех нужно слушать. — Майкл! — бодро прокричал Мэтт через всю территорию лагеря, приметив вдалеке офицера, — у нас атакующий защитник только что слился! Не хотите к нам? Отряхнувшись от нахлынувших воспоминаний, мужчина неуверенно застыл. Он же не отдыхать сюда приехал, чего он опять стоит теперь и сомневается? — От того, что вы полчаса развлечетесь, никто не умрет, — вдруг послышался из-за плеча голос Диксона, что в этот миг с улыбкой проходил мимо, — идите спокойно. Вожатые пока последят за остальными. … — Серьезно, он вот так прямо и спросил? — сдавленно хихикая, переспросила Стейси, глядя на багровое от стыда лицо подруги. — Мне конец, — еле слышно прошипела Мэллори, скрещивая руки на груди и таращась в траву под ногами, проходя по окрестностям, — теперь он знает… — Может, он это просто наобум сказал, — пожала плечами девушка, — а может, пошутить решил, откуда тебе знать… Ой, а это не он там случайно? Вздрогнув от слов подруги, Мэллори оглянулась, заметив, куда был направлен взгляд Стейси. Они проходили неподалеку от баскетбольной площадки, и за ограждением уже во всю вопила и носилась команда, выхватывая друг и друга мяч. Но чего девушка точно не ожидала увидеть, так это офицера Лэнгдона в их числе… — Что он там делает? — удивленно хлопая глазами, пробормотала Мэллори, наблюдая за мужчиной, с чьего лица в кой-то веки сошла извечно хмурая гримаса. Наверное, еще ни разу ей не приходилось видеть Лэнгдона настолько беззаботным и радостным, и эти яркие эмоции удивительным образом делали его существенно моложе. Если не знать, то и нельзя было догадаться, что сейчас рядом с недавними школьниками по полю носился зрелый мужчина. — А он хорош, — невольно оценила Стейси с ухмылкой, — в основной состав штата, его бы с руками оторвали. Девушка, в отличие от своей подруги, отлично разбиралась в баскетболе, несколько лет успев отыграть в женской команде. — Надо же, — тихонько проговорила Мэллори с улыбкой, никак не в состоянии оторвать взгляд от Лэнгдона, — я и не знала, что он умеет быть таким… — Все взрослые мальчики по-своему дети, как говорит моя мать, — усмехнулась Стейси, — хоть им восемнадцать, хоть тридцать, хоть все шестьдесят… Дай им любимую игрушку, и они тут же забывают и про свои болячки, и про кредиты, и про то, что «я весь такой важный и серьезный». В пол уха слыша слова подруги, девушка вновь ощутила приятное тепло, разливающееся в груди. Кажется, они с офицером Лэнгдоном только что стали на один крошечный шаг ближе.