My long summer 1984

До сих пор не успев вникнуть в происходящее, Мэллори растерянно смотрела на Лэнгдона, что на ходу поправив одежду, начал хромая метаться по дому Диксона, перекапывая ящики и шкаф в поисках неизвестно чего. Тем временем, снаружи все еще раздавались истошные вопли, хоть голос неизвестной девушки и отдалился на значительное расстояние. Похоже, новая жертва пыталась скрыться от убийцы в лесах. Уотсон снова пробрало холодом — а вдруг этой надрывающейся неизвестной была ее собственная подруга? Зажмурившись, Мэллори попыталась отогнать от себя жуткие образы. Стейси всегда была сильной и выносливой. Да она сама любого маньяка до ручки могла довести… Полулежа на смятой постели, девушка, стыдливо краснея, одернула сарафан. В ее голове еще не успела сложиться полноценная картина случившегося, уж слишком спонтанно и быстро все произошло и так же стремительно прервалось. Наблюдая за Майклом, который с грохотом рылся в вещах управляющего, Уотсон поняла, что мужчина уже решил плюнуть на их тихую конспирацию. Только вот какого черта он сейчас творил? — Майкл… — слабым голосом произнесла Мэллори, приподнимаясь на локтях, — что ты делаешь?.. В ответ офицер даже не удостоил девушку взглядом, или же, был слишком отвлечен процессом своей странной деятельности, чтобы расслышать ее вопрос. Панические крики со стороны леса, врезались Майклу в мозг словно осколки битого стекла и сейчас, он больше ни о чем другом не мог подумать. Перерывая вверх дном жилище Диксона, мужчина пытался найти хоть что-то пригодное, что можно было использовать в качество оружия, но пока поиски были безуспешны. — Ты ведь не собираешься туда идти? — уже с куда большим испугом добавила девушка, нервно подрываясь с кровати, и подходя к Лэнгдону со спины. Полицейский уже резко обернулся, дабы попросить Уотсон, наконец, умолкнуть, но в этот самый миг, он заметил на противоположной стене то, чего не увидел сразу. Снова проигнорировав напуганную Мэллори, оттолкнув ее в сторону, мужчина приблизился к узкой полке над кроватью, где в стекле виднелась сувенирная сабля. Лишь бы она только оказалась не из пластика… — МАЙКЛ! — уже почти срываясь на истеричные нотки, прокричала девушка, топнув ногой, а вслед за ее криком раздался звон разбитого стекла. Уже не заморачиваясь с аккуратностью, офицер швырнул продолговатую колбу на пол, разнося ее вдребезги, а после, поднял с пола сувенирный муляж. Такой, конечно, с одного удара пожарного топора напополам сломается, но все лучше, чем ничего. Таращась на Лэнгдона с саблей, Мэллори совсем оторопела. Неужто, он серьезно собрался кинуться на маньяка с вот этим? К тому же, еще будучи раненным и с хромой ногой. Офицер что, совсем с катушек съехал? — Не вздумай отсюда высовываться, — хрипло пробормотал Майкл, уже решительно направляясь к двери, но Уотсон в тот же миг загородила собой проход. — Никуда ты не пойдешь! — в ужасе заголосила она, впиваясь пальцами в дверные косяки. Молча смерив девушку взглядом, Лэнгдон ухватил ее за талию одной рукой, бесцеремонно отставляя в сторону словно куклу. На истерики Уотсон у него сейчас уже не оставалось времени. Успеют еще друг с другом разобраться… К тому же, теперь у них точно появилось то, что следовало серьезно обсудить. Понимая, что ее грозный тон нисколько не подействовал на мужчину, Мэллори незамедлительно ударилась в слезы. Судорожно всхлипнув, девушка мертвой хваткой вцепилась в офицера, беспомощно повиснув на нем. — Пожалуйста, не надо, — всхлипывая, пролепетала она, — не уходи… — Уотсон… — уже с привычным раздражением прошипел Лэнгдон, пытаясь стряхнуть с себя девушку, будто назойливое насекомое, — отцепись, я сказал! Офицеру казалось, Мэллори ему сейчас, чего доброго, ребра сломает, настолько сильно его сдавили тонкие руки, но кое-как, ему, все же, удалось отлепить ее от себя. — Сиди здесь и жди, — строго сказал он, открывая замок на двери, — и только попробуй отсюда вылезти! Уотсон ничего не успела сделать, когда мужчина быстро вышел за порог, громко захлопнув за собой дверь. … Выйдя под ночной свежий воздух, Майкл без лишних промедлений зашагал в сторону, откуда все еще раздавались крики. Хромота сильно замедляла мужчину, и это было значительной проблемой. В случае схватки со своим бывшим соседом по комнате, офицер рисковал проиграть, даже не успев совершить нападение. Покосившись на сувенирную саблю в своей руке, Лэнгдон устало выдохнул. Он за всю жизнь холодного оружия в руках ни разу не держал, так что, пользоваться им придется чисто интуитивно. Хотя, от тупой не заточенной железки все равно толку было немного. Добравшись до опушки, мужчина ломанулся сквозь подлесок, специально производя как можно больше шума, чтобы отвлечь убийцу. И, похоже, его план сработал, судя по тому, что женские крики, наконец, стали стихать переходя в судорожные рыдания. Оттолкнув еще пару веток, Майкл оказался на небольшой поляне, где на поваленном бревне лежала наполовину раздетая девушка, чья кожа была густо залита не то собственной, не то чужой кровью. С гулко бьющимся сердцем, мужчина приблизился к брошенной жертве, чуть убирая прилипшие от крови волосы с лица. — Где он? — сразу же задал вопрос Лэнгдон, глядя в замученные покрасневшие глаза. Впрочем, ответ офицеру не понадобился, стоило ему лишь услышать треск надломленной ветки за своей спиной. Едва успев пригнуться и отскочить, Майкл чудом избежал удара топора, что уже нацелился на его шею. — Везде-то вам больше всех надо, офицер, — оскалившись, проговорил сторож, приближаясь к Лэнгдону, что еще не успел подняться с земли, — и чего я только еще во сне тебя не удавил… Снова уклонившись от взмаха топора, мужчина кое-как успел блокировать удар, выставив ребром жалобно задрожавшую от давления саблю. — Тебе что, на электрический стул так сесть захотелось? — хрипло переспросил Майкл, отползая в сторону. — У нашего правосудия кишка тонка сажать на стул бывших ветеранов, — насмешливо оскалился сторож, — вот и в прошлый раз только в психушке на пару лет закрыли… Сейчас, конечно, это уже мало, что значило, но до офицера, наконец, дошло, почему физиономия его соседа изначально показалась ему такой знакомой. За две недели до отъезда в лагерь он успел перекопать почти все архивы по штату, в том числе и по преступлением, произошедшим в Огасте за последние десять лет. И если Лэнгдону не изменяла память, этот тип, лишь спустя год вернувшись из Вьетнама, прирезал собственную жену и двоих детей. О том, как суд разрешил столь трагичный инцидент Майкл не вчитывался, будучи уверенным, что преступника уже давно успели казнить или закрыть в подходящем учреждении до конца его жизни. … Озлобленно зарычав, Мэллори пнула ногой дверь, которую полицейский успел запереть снаружи. Вот же герой хренов! Нет, чтобы спокойно дождаться службы спасения, не подставляясь при этом под руку маньяку как последний кретин! И много Лэнгдон рассчитывал сделать со своим больным коленом и свежими травмами? Это ему не с Уотсон на кровати трахаться… Тут усилий и внимания потребуется уже куда больше. Отчаянно застонав в голос, девушка схватилась руками за волосы. Вот и что ей теперь делать? Торчать здесь, пока ее офицера, возможно, пытаются разрубить напополам? Ну уж нет! Если Лэнгдон отказывался слушать Мэллори, то и она его приказов слушать не станет! Шумно выдохнув и сжав пальцы в кулаки, девушка рванула к окну, быстро взбираясь наверх и вылезая наружу. До корпуса персонала отсюда было уже недалеко, а значит, она быстро успеет найти в вещах Лэнгдона его табельное оружие, которое явно поможет ему против убийцы сильней, чем идиотская фальшивая сабелька. Мчась так быстро, что в ногах уже начало сводить судорогой мышцы, Уотсон вломилась в корпус, едва не впечатываясь лбом в дверь. С топотом взбежав по лестнице, Мэллори на миг замерла посреди коридора. Она ведь понятия не имела, в какой из комнат жил все это время офицер… Видимо, надо было раньше соглашаться на уговоры Стейси, когда та предлагала как-нибудь заявиться к мужчине в гости ближе к вечеру. Тогда бы не пришлось наугад открывать двери и искать, где Лэнгдон успел бросить свое барахло. Но что уж теперь об этом сожалеть… Не все комнаты оказались открыты и спустя тройку запертых дверей, Мэллори уже начала беспокоиться, что ее план мог безнадежно провалиться, однако, дернув за ручку следующую, девушка облегченно выдохнула, тут же вбегая внутрь. Увы, облегчение Уотсон оказалось весьма сомнительным, ибо от зрелища, что поджидало в комнате, к горлу сразу подкатил приступ тошноты. Рядом с двухъярусной кроватью лежал труп Диксона. А точнее то, что от него осталось… Ближе всего, к Мэллори валялась отрубленная рука, на которой виднелась знакомая татуировка управляющего, по которой девушка и смогла опознать мертвеца. Судя по гнилостному запаху, труп находился здесь уже довольно продолжительное время и не в силах сдержаться, Уотсон, ухватившись рукой за стену, согнулась пополам от нахлынувшей рвоты. Тяжело дыша и отплевываясь, Мэллори осторожно подошла к углу, где валялся потрепанный походный рюкзак, скорей всего, принадлежащий Лэнгдону. Старательно пытаясь не оглядываться в сторону изуродованного трупа, девушка принялась копаться в мятых мужских вещах. Черт знает, куда офицер мог засунуть пистолет… Пока что Уотсон под руку попадались только футболки и беспорядочный ворох носков, а докопавшись до самого дна, обнаружился еще и одиноко заброшенный не распакованный презерватив, которому, судя по выгоревшей обертке, было уже, наверное, лет сто. Снова зарычав, Уотсон подлезла к столу, начиная быстро раскрывать ящики. Одноразовые вилки, чай в пакетиках, опять носки… — Наконец-то! — прошипела она, наконец обнаружив искомое среди разномастного хлама. К удивлению Мэллори, пистолет оказался гораздо тяжелей, чем ей представлялось. И как только некоторые умудряются с него стрелять, удерживая одной рукой? Девушке его то и двумя поднять было непросто. Дрожа всем телом, Уотсон перешагнула через отрубленные конечности, после чего, бросилась вниз, пытаясь не выронить оружие по дороге. Или еще хуже — случайно не отстрелить себе что-нибудь. Хотя, пистолет ведь, наверное, стоял на предохранителе?.. Об устройстве оружия Мэллори что-то слышала исключительно из фильмов или художественной литературы, так что, доверия это тяжелая штука в руках у нее совсем не вызывала. Добежав до корпуса уже покойного Диксона, девушка лихорадочно оглянулась по сторонам. Теперь оставалось понять, где сейчас носило героическую задницу офицера. Хотелось надеяться и верить, что этот придурок еще не успел заработать себе инвалидность, сцепившись с маньяком. Или более того… Впрочем, о более печальном и пугающем исходе событий, Мэллори старалась сейчас не думать, ибо ноги тут же начинали подкашиваться от страха. Напряженно прислушавшись и, кажется, разобрав вдалеке какие-то хриплые крики и металлический лязг, Уотсон устремилась к темным рядам деревьев. Лишь ступив на рыхлую землю, усыпанную хвоей, девушка едва не упала, споткнувшись о какую-то корягу, но даже сумев удержать равновесие, разодрала ей себе щиколотку до крови. «Быстрей! Ну же! Давай!» — панически подгонял ее собственный внутренний голос, отчаянно боясь не успеть. Почему-то сейчас в голове Мэллори не промелькнуло и мысли, что она сама подставлялась под угрозу, ломанувшись на встречу убийце. Должно быть, ее страх за жизнь Лэнгдона сейчас перевешивал любой разумный аргумент. И вот, уже спустя несколько футов, девушка разглядела издалека завязавшуюся драку, в которой уже был виден очевидный победитель. И к ужасу (но не к удивлению) Мэллори, им был отнюдь не офицер. Каким бы он ни был храбрым, сильным, ловким — в силу своего нынешнего состояния, мужчина сильно терял во всех перечисленных показателях. Судорожно зажав пальцами рукоять пистолета, девушка надавила на выступающую часть предохранителя, а после, не без усилий, спустила тугой курок, подготовив оружие к выстрелу. Как бы это ни пугало Уотсон, но похоже, придется палить на маньяку самой. Лэнгдону, которого сейчас придавило к земле тушей сторожа, она уже вряд ли сможет так просто отдать пистолет, при этом самой не попав под случайный удар. Сердце забилось так часто, что почти отдавалось болью в груди, а рукоятка ощутимо заскользила в вспотевших ладонях. Но больше думать и сомневаться было некогда. Резко выбежав вперед и вскинув руки, Мэллори остервенело вдавила спусковой крючок, едва не упав от прогремевшей отдачи. Звук выстрела показался девушке просто оглушительным, и выпустив пулю в первый раз, она даже не видела, куда целилась. Да и как это можно было увидеть, стоя едва ли не с зажмуренными глазами? Истерично выкрикнув, Уотсон разрядила почти весь магазин, пока не услышала яростный вопль и глухой звук упавшего наземь тела. … Утыкаясь носом в землю, все еще опасаясь поднять голову, Майкл прерывисто выдохнул. Вот это нежданное развитие событий… Кажется, Уотсон только что спасла ему жизнь. Правда, в процессе этого спасения едва сама же его не подстрелила в довесок к сторожу — но это уже детали. А еще означало, что эта дрянь опять не стала слушать старших и сделала все по-своему. Не то чтобы Лэнгдон был сильно расстроен тем, как все в итоге закончилось, но нагоняй девчонка за свое поведение все равно непременно получит! Послышался натужный всхлип и когда мужчина на свой страх и риск приподнялся на локте, то увидел, что Мэллори, все еще зажимая в руках его пистолет, упала на коленки, глядя на подстреленного убийцу, из чьего рта сейчас толчками вытекала густая кровь. Она попала в легкие и пока сторож еще был жив, но до приезда скорой помощи уже вряд ли дотянет. Сипло дыша, Майкл молча встал на ноги, тут же резко схватившись за больное колено. Кажется, его нога еще долго будет припоминать ему сегодняшний вечер с погонями и драками. Мужчина уже хотел дохромать к Уотсон, дабы спросить, все ли с ней в порядке (а еще, безопасности ради, отобрать пистолет, пока она еще кого-то не пришибла). Как вдруг, по всей территории лагеря пролетел протяжный сигнал полицейских сирен.