My long summer 1984

— Как себя чувствуете? — деловито спросил доктор Моррис, увидев на пороге своего кабинета офицера Лэнгдона, что прихрамывая вошел внутрь. — Уже лучше, — сухо ответил мужчина почти не соврав. Нога все еще болела, но уже не до такой степени, как неделю назад, когда его привезли сюда на скорой. — Присаживайтесь, — устало выдохнув, сказал доктор, махнув рукой в сторону кушетки, — честно говоря, я ждал, что вы придете утром, а не под конец моей смены. — Пришлось заехать в участок, — нехотя пробормотал Майкл, дернув бровью. — По статистике, самая ранняя смертность наблюдается именно у трудоголиков, — закатив глаза, отозвался Моррис, копаясь в бумагах на столе, — не то чтобы я на что-то намекаю, но просто вам к сведению… Понимая, что препираться с врачом не было никакого смысла, Лэнгдон тактично промолчал. — По-хорошему, вам нужно отсидеться дома еще неделю, а лучше две, — скорчив скептическую физиономию, проговорил доктор, — но вы ведь не за этим сюда пришли, верно? Ждете, чтоб я поставил печать на выписке? — Вам же не сложно? — пожал плечами Майкл. Если его запрут на больничном еще на пару недель, у мужчины совсем поедет крыша. Снова закатив глаза и покачав головой, мужчина вернулся к своему столу, придвигая к себе блокнот и ручку. — Трость не бросать, пока болевой симптом полностью не исчезнет, — хмуро проговорил, начиная что-то записывать, — ко мне на прием приходить каждый четверг в течение двух месяцев! Пропустите хоть один осмотр — вкачу больничный снова и на этот раз загремите уже в стационар! В ответ на грозную тираду доктора, Лэнгдон едва заметно фыркнул. Вечно в больницах его отчитывали как маленького, по этой причине офицер и не любил здесь появляться. Только за порог шагнешь, как тебя сразу во всех смертных грехах обвинят и скажут, что с таким отношением к своему здоровью, пациент должен был слечь в могилу еще год назад. — Я уже могу идти? — на всякий случай переспросил Майкл, когда забрал из рук врача протянутый ему листок со всеми дальнейшими рекомендациями. — А что, сильно торопитесь? — не удержался от ехидного выпада мужчина, — надеюсь, не нужно напоминать, что бегать вам сейчас запрещено? — Да помню я, — буркнул под нос офицер, хромая с тростью в сторону двери, — до свидания. Выйдя в коридор, Лэнгдон шумно выдохнул, рассеянно оглянувшись по сторонам. К вечеру в госпитале было уже не так людно как утром и пока офицер шел по длинному коридору, окрашенному светло-серой краской, ему встретилась только старая уборщица, мрачно взглянувшая на посетителя в не самой чистой обуви. Спустившись в атриум, Майкл вышел через широкие стеклянные двери, после чего уверенно направился к своей машине. На сегодняшний вечер у мужчины было запланировано весьма важное дело и уже зная некоторые нюансы, Лэнгдон догадывался, что вряд ли оно целиком и полностью пройдет гладко. Усевшись за руль, офицер отчего-то на миг замер, задумчиво посмотрев на свое отражение в зеркале заднего вида. Пусть он и целую неделю планировал эту встречу и долго подбирал слова, сейчас мужчину все равно пробирала странная нервозность. Устало покачав головой собственным мыслям, Майкл завел машину, не без радости услышав, что мотор завелся сегодня с первого раза. Похоже, пока что удача была на его стороне. Вывернув со стоянки, мужчина погнал в сторону знакомой Невелсон-Стрит. Чем ближе офицер подъезжал к месту назначения, тем ниже опускалось закатное солнце, окрашивая все в теплый красно-оранжевый свет. Оставалось надеться, что его визит без приглашения к семейству Уотсонов не вызовет больших проблем и осложнений. По идее, сейчас наступало время ужина, а значит у Лэнгдона были не малые шансы застать их всех дома. Впрочем, сейчас Майкла интересовала встреча исключительно с дочерью Уотсонов. Остановившись напротив светлого двухэтажного дома с живописной террасой, мужчина снова мельком бросил на себя взгляд в зеркало, инстинктивно поправив пятерней растрепавшиеся волосы. Было видно, что в окнах на первом этаже горел свет и это уже немного обнадежило офицера. Неторопливо пройдя по узкой дорожке, ведущей к крыльцу, он поднялся по деревянным ступеням, отстукивая по ним своей чертовой тростью, которую Лэнгдону уже давно хотелось отправить в ближайшую помойку. Но что поделать, пока он физически нуждался в ее помощи. Шумно вздохнув, мужчина надавил на кнопку звонка, тут же услышав мелодичный сигнал. Прошло где-то около пятнадцати секунд, пока за входной дверью не послышались быстрые шаги. — Офицер Лэнгдон? — удивленно воскликнула миссис Уотсон, распахнув дверь и показавшись на пороге в изящном лиловом платье. — Прошу простить, что не предупредил, — натянуто улыбнулась мужчина, — не будете против, если я ненадолго зайду? — Конечно, — растерянно кивнула женщина, посторонившись и позволяя офицеру войти в дом, — что-то случилось? — Нет, все в порядке, — успокоил миссис Уотсон полицейский, медленно хромая в сторону гостиной, — просто заехал, чтобы обсудить кое-что важное с вашей дочерью. Боюсь, за минувшую неделю мне так и не удалось до нее дозвониться. — Офицер? — послышался рядом удивленный мужской голос и подняв взгляд, Майкл увидел отца Мэллори, что вышел к нему навстречу с протянутой для рукопожатия ладонью, — какими судьбами? — Мне не хотелось бы вам мешать и сильно задерживаться, так что, буду благодарен, если попросите Мэллори спуститься, — стараясь сохранять максимально вежливый тон, попросил Лэнгдон, попутно пожав руку мистеру Уотсону. — Ох, ну что вы, — покачала головой миссис Уотсон, — никому вы здесь не мешаете! Да и потом, я сейчас как раз собиралась накрывать ужин, оставайтесь с нами! — Ценю ваше гостеприимство, но боюсь, я вынужден настаивать, — проговорил офицер, прислонившись боком к дивану в гостиной. — Что ж, — задумчиво протянул мистер Уотсон, взглянув на жену, — присаживайтесь пока. Стефи сейчас позовет Мэллори. — Благодарю, — кивнул Майкл, опустившись на край дивана с бархатной темно-зеленой обивкой. — Но чай вы с нами все равно выпьете! Не вздумайте отказываться! — с улыбкой добавила миссис Уотсон, уже направляясь к лестнице, что вела на второй этаж. Взбежав по ступенькам, женщина приблизилась к запертой двери спальни, требовательно в нее постучав. — Мэллори, пришел офицер Лэнгдон. Он просит тебя спуститься. Девушка, что в этот момент запихивалась сдобным печеньем, лежа на кровати в обнимку с плюшевыми медведями, резко подавилась. Схватившись за горло и натужно кашляя, Мэллори едва не рухнула с кровати, в последний момент успев ухватиться за тумбочку. — ЧТО?! — сипло выкрикнула она, с ужасом глядя на дверь. — Хватит уже ломать комедию, Мэллори! — строго проговорила мать, — быстро оденься и спускайся вниз! Я тебя больше прикрывать не стану! Побелев как простыня, девушка задрожала. В один миг ее бросило в дикий жар, а после также быстро пробрало холодом. Лэнгдон здесь? Сидит сейчас внизу с ее отцом?! Дело дрянь… По всей видимости, не добившись от Мэллори внимания по телефону, офицер решился на более суровые меры. И если в случае телефонного разговора у Уотсон еще был шанс утаить суть беседы от родителей, то вот теперь ей уже точно некуда будет деться. До боли прикусив губу, девушка лихорадочно огляделась, словно ожидая, что собственная спальня ей сейчас подскажет, что делать дальше или же откроет из гардероба дверь в Нарнию, чтобы сбежать от грядущего позора куда подальше. Но увы, выход из комнаты был один, если только не считать окно второго этажа, под которым густо росли колючие розовые кусты… Шумно дыша, Мэллори вскочила с кровати, попутно стряхивая крошки со своей футболки и розовых пижамных шорт в клетку. Переодеться и спуститься, значит? Да черта с два! Подбежав к окну, девушка рванула наверх раму, при этом случайно роняя и разбивая об пол один из цветочных горшков, рассыпав землю по паркету. А вот за это мама ее точно теперь убьет. Наполовину высунувшись под прохладный вечерний воздух, Уотсон боязливо посмотрела вниз. Отсюда до земли было довольно высоко и если она неудачно спрыгнет, то был риск себе что-нибудь сломать. Впрочем, на фоне того унижения, которое Мэллори ожидало в гостиной, это было уже сущим пустяком. Забравшись на подоконник, девушка крепко стиснула зубы, а через секунду оттолкнулась и прыгнула вниз. — Это еще что? — удивленно воскликнул мистер Уотсон, услышав рядом с окнами какой-то странный грохот и шелест, — опять, что ли, енот сюда забежал? — Думаю, это точно не енот, — с тяжелым выдохом пробормотал Лэнгдон, мельком бросив взгляд в окно, — прошу прощения, я отойду ненадолго. — А Мэллори до сих пор не спустилась? — озадаченно спросила миссис Уотсон входя с кухни с подносом в руках. — Не через дверь, — тихо пробормотал Майкл, впрочем, его слов родители девушки уже не услышали. Дохромав до входной двери, мужчина вышел на крыльцо, быстро оглядываясь из стороны в сторону. Обнаружить сбежавшую Уотсон оказалось не сложно. Прямо сейчас она кряхтя и чертыхаясь на четвереньках стояла на траве рядом со своей припаркованной машиной, очевидно ища оброненные ключи. — Да где они, блять… — в панике прошипела девушка, шаря руками по густой траве, как вдруг совсем рядом раздался негромкий голос: — Потеряла что-то? Мэллори словно ледяной водой окатило. Чувствуя, как сердце пропустило удар, девушка медленно подняла перепуганный взгляд на офицера, что спокойно стоял прямо перед ней, опираясь на трость. Во рту пересохло до такой степени, что у Уотсон даже язык не повернулся, чтобы что-то сказать в ответ. И ведь как назло, именно в эту самую секунду пальцы девушки смогли нащупать заветные ключи. Ну почему она не нашла их раньше?! Шумно сглотнув, Мэллори пошатываясь поднялась на ноги еле слышно пробормотав: — Я тороплюсь. У меня сейчас важная встреча. — Настолько важная, что ты выпрыгнула ради нее из окна в пижаме? — усмехнулся Лэнгдон. Густо покраснев, девушка снова задрожала. Кажется, ее загнали в угол и сейчас на ум не приходило уже ни одной идеи, как поступить дальше. — Садись в машину, — спустя пару секунд произнес Майкл, подходя к своему автомобилю и раскрывая переднюю дверь. — Зачем? — пискнула девушка, тщетно пытаясь унять дрожь в коленках. — А ты хочешь, чтобы я все высказал при твоих родителях? — не удержавшись, съязвил мужчина, — садись уже! Понимая, что деваться некуда, Мэллори как затравленный зверек приблизилась к старому форду, изо всех сил пытаясь не столкнуться с Лэнгдоном взглядом. Усевшись, она тут же вздрогнула от резкого хлопка закрывшейся двери. — Проедемся пока немного, — хмуро проговорил мужчина, заводя машину и отъезжая от дома Уотсон. У девушки не хватило духу спросить, куда и зачем он ее везет. Все силы Мэллори сейчас уходили просто на то, чтобы не разрыдаться и не дать приступу паники окончательно взять над ней верх. Пару минут они проехали в тишине и, пожалуй, эти минуты показались Уотсон самым длинным и мучительным отрезком времени за всю ее жизнь. — Не слишком-то красиво заставлять свою мать врать офицеру полиции, — наконец, сказал Лэнгдон, глядя на дорогу, — могла бы и ответить на звонок. Не так уж это и сложно. Молча проглотив нотацию, девушка боязливо покосилась на Майкла. — Как нога?.. — решив хоть немного отойти от неприятной темы, спросила Мэллори. — Пока не отвалилась, как видишь, — фыркнул мужчина, дернув бровью. И снова в салоне машины воцарилась гнетущая тишина. Скрестив руки на груди, девушка глядела в окно, за которым уже успел скрыться городской пейзаж и появились ряды деревьев. Странно… а ведь она была почти уверена, что Лэнгдон повезет ее в участок. Прошло еще несколько минут, прежде чем мужчина не затормозил на темной обочине, устало откидываясь на спинку кресла. — Твоя подруга рассказала мне, в чем дело, — после протяжного вздоха произнес Майкл, оборачиваясь к съежившейся от страха девушке, — и тебе явно с ней повезло… Услышав о Стейси, Мэллори тут же впилась ногтями в собственные руки. Вот же дрянь! Ну кто ее вообще за язык тянул?! — И? — сипло отозвалась девушка, продолжая разглядывать свои коленки. — Честно говоря, это бред уже до такой степени, что я даже комментировать его не хочу, — уже без тени сарказма ответил Лэнгдон, — не знаю, каким образом тебе такое вообще пришло в голову, но будь так любезна — перестань уже делать из меня конченного мудака. Растерянно моргнув, Мэллори чуть обернулась к мужчине, пока еще не вполне сообразив, к чему он ведет. — Просто для справки, — уже более ядовито добавил офицер, стуча пальцами по рулю, — у меня нет привычки лезть в чью-то личную половую жизнь со своим ценным мнением. Так что, переспи ты хоть со всем Роклендом — это исключительно твое дело. — Не спала я со всем Роклендом, — багровея от смущения, пролепетала она. — С этим вопросом, надеюсь, мы закрыли тему, — замучено потерев лоб ладонью, сказал Лэнгдон, — осталось разобраться еще с одним… Заметно вздрогнув, Мэллори снова потупила взгляд вниз, нервно вслушиваясь в пение сверчков за окнами машины. — Думаю, мне не стоит объяснять, почему то, что случилось неделю назад, было лишним и не к месту, — хрипло начал он, зажав пальцами переносицу, — в любой другой обстановке и ситуации, этого бы вряд ли произошло. Я надеюсь, ты сама это понимаешь. Судорожно втянув носом воздух, девушка отвернулась. В груди снова болезненно кольнуло и на этот раз уже куда сильней, чем раньше. Услышать слова про их близость, которая по мнению офицера была «лишней и не к месту», оказалось еще больнее, чем если бы он просто назвал ее шлюхой. — И все-таки… — через короткую паузу добавил Майкл со вздохом, — я долго думал, что тебе сегодня сказать, и уж поверь, это было не так просто, как кажется. Услышав странную перемену в интонации голоса офицера, Мэллори медленно подняла на него глаза. Мужчина выглядел вполне спокойным, но если приглядеться, можно было заметить, что это состояние ему удавалось сохранять с немалым трудом. Все еще не сказав того, ради чего он сегодня приехал, Лэнгдон нервно сглотнул. Он чувствовал на себе выжидающий и растерянный взгляд девушки и от этого становилось еще тяжелее. Давно мужчине уже не приходилось бывать в подобных ситуациях… Хотя, справедливости ради, в настолько сложной — он оказался впервые. Обычно у Майкла никогда не возникало сомнений, когда выбор стоял между тем, чтобы поступить так, как правильно, или же так, как хочется. Не долго думая, офицер всегда выбирал первый вариант. Но что же теперь?.. — Может быть, эта идея когда-нибудь выйдет мне боком, — тихо продолжил мужчина, скрестив руки на груди, — но… я не хочу расставаться с тобой вот так. — Что?.. — еле слышно прошептала Уотсон, глядя на Лэнгдона округлившимися глазами. — Я не знаю, что из этого получится и получится ли вообще, — пожав плечами, сказал он, оглянувшись к Мэллори, — но, наверное, мне еще никогда не хотелось рискнуть так, как хочется этого сейчас. У Мэллори вдруг промелькнула мысль, что выпрыгнув недавно из окна, она явно повредила себе голову и сейчас, должно быть, лежала в коме, настолько неожиданным и нереальным казалось все, что сейчас говорил офицер. Разве могло такое произойти на самом деле? — Но, я готов на это пойти только при одном условии, — хмуро добавил Майкл, заметно помрачнев, — я хочу, чтобы ты словами и вслух сказала, что тебе самой это нужно и почему. И перед тем, как ты что-то скажешь, подумай обо всем хорошенько и хоть раз возьми на себя за это ответственность как взрослый человек. — Я не п-понимаю, — запнувшись, пробормотала девушка, озадаченно таращась на Лэнгдона. — Я знаю, что ты умеешь принимать решения. Пусть и делаешь это чаще всего кому-то назло, — со слабой улыбкой произнес мужчина, — тогда в лагере тебе хватило духу сделать то, на что бы мало, у кого нашлось смелости. Глупости, конечно, тоже… Но суть не в этом. И я знаю, что у тебя есть ко мне чувства, но я не смогу и не стану ввязываться в отношения с человеком, который лучше выпрыгнет из окна, сбегая от проблемы, чем наберется смелости и возьмет себя в руки. Шумно сглотнув, Мэллори обиженно засопела. Похоже, что в словах Майкла она услышала исключительно обвинения в свой адрес, но никак не здравую просьбу, сказанную спокойным и вкрадчивым голосом. — Мэллори… Понимая, что офицер впервые за все время их знакомства назвал ее по имени, девушка на миг перестала дышать, нервно застыв в ожидании. — Если ты и дальше собираешься дуться и воспринимать любое мое слово в штыки, то я сейчас просто разворачиваюсь и везу тебя обратно домой, — уже без шуток произнес Майкл, — и в данном случае, предлагаю нам на этом и попрощаться. — Ну и пожалуйста… — тихо огрызнулась Уотсон, насупившись еще сильнее, но как только она услышала, что Лэнгдон сразу же завел машину и отъехал с обочины, в глазах девушки отразился испуг. Так он что, это серьезно? Пошатнувшись от резкого разворота автомобиля, Мэллори тихо ойкнула, вцепившись пальцами в край сидения. Мужчина даже не взглянул на нее и судя по сердитому и раздраженному виду, Уотсон сейчас не стоило больше ничего вякать ему под руку, а то они, чего доброго, еще в аварию попадут. По почти пустынной дороге Майкл вернулся к дому Уотсон не дольше, чем минут за семь, однако девушке они успели показаться целой вечностью. Со скрипом затормозив, мужчина с тяжелым выдохом обернулся к испуганно притихшей Мэллори. — Выходи, — сухо сказал он. — Зачем? — упавшим голосом переспросила Уотсон. — Затем, что до свидания и больше я тебя звонками одолевать не собираюсь, — еще мрачнее ответил мужчина. Мэллори опять бросило в жар, а ладони вспотели уже до такой, что ткань пижамных шорт, к которым она их прижимала, успела намокнуть. — Я не хочу, — еще тише выдавила девушка, до боли кусая губу. — Почему? — с нажимом произнес Майкл, судорожно стискивая пальцы на руле. Из Уотсон каждое слово приходилось клещами тянуть, но он не собирался выпускать ее отсюда, пока она наконец не скажет, что от нее требовалось. И не потому, что офицер Лэнгдон считал себя таким важным… А потому что Мэллори слишком заигралась в роли зашуганного подростка, что постоянно прятался от всего, что казалось ей сложным и неприятным. Хоть кто-то, но должен был ее вытащить из этого состояния. Уотсон промямлила что-то еле слышное и невразумительное и такой ответ Майкла явно не устроил. — Еще раз и по-английски, — строго отозвался мужчина, выжидающе глядя на Мэллори, что была уже такой красной, что казалось, от нее сейчас уже пар пойдет. От последнего замечания Лэнгдона, девушка невольно скрипнула зубами от злости. Но если она сейчас опять психанет, то сама же все и испортит. — Да, — наконец, тихо, но твердо сказала Уотсон, глядя себе под ноги. — Что «да»? — уже едва держась, чтобы не закатить глаза, спросил офицер. — Да, я правда хочу быть с тобой, — шмыгнув носом, сдавленно пропищала Мэллори, сползая все ниже по сиденью. — «Потому что»?.. — снова продолжил вместо нее Майкл, наблюдая как девушка уже почти стекла на пол салона. — Потому что ты мне очень нравишься, — последние слова прозвучали уже почти шепотом, прерываясь на подступающие всхлипы. У мужчины невольно вырвался облегченный стон, с которым он на несколько секунд прижал ладонь к лицу. Как же это, черт возьми, было непросто. — Так, иди-ка сюда, — пробормотал Лэнгдон, сжимая плечо девушку и аккуратно потянув ее наверх, вынуждая вернуться в нормальное положение. Мэллори до сих пор било мелкой дрожью, и когда мужчина вдруг подвинулся к ней и уверенным крепким движением прижал к своей груди, сердце девушки снова будто провалилось куда-то вниз с огромной высоты. — Все хорошо, — полушепотом сказал офицер проводя ладонью по ее волосам, — ты молодец. Кажется, Уотсон уже напрочь забыла, что собиралась разрыдаться. Ее чувства и мысли сейчас пребывали в таком хаосе и неразберихе, что хоть в голос вопи. Тем временем, рука мужчины переместилась с затылка на щеку, мягко проводя по ней большим пальцем. Затрепетав, Мэллори прерывисто вздохнула, когда чужое дыхание коснулось разгоряченного лица, а ладонь Майкла приподняла ее за подбородок. Лэнгдон поцеловал девушку куда грубее и резче, чем собирался, но не у одной Уотсон нервы сейчас были раскалены добела. Пусть мужчина не бился в истерике и не впадал в предобморочное состояние как она, но это еще не значит, что ему было легче. Ожидая сегодняшней встречи, Майкл почти не сомневался в ее исходе, однако, Мэллори не была бы собой, если бы предварительно не довела его своим поведением почти до ручки. И теперь, не слишком-то нежно и романтично пробиваясь языком к ней в рот, и крепко удерживая девушку за волосы, Лэнгдон тщетно пытался унять эмоции, бившие в нем через край. Тихо запищав в поцелуй под требовательным напором мужчины, Уотсон нервно вцепилась пальцами в его рубашку, стараясь унять дрожь в руках. Убегая сегодня из дома через окно, девушка и представить себе не могла, что этот вечер закончится поцелуями с офицером в его машине. Да еще и какими поцелуями… В сравнении с той холодной выдержкой и серьезностью, с которой Лэнгдон с ней говорил еще пару минут назад, его нынешний пыл и грубая неистовая нежность, казалось, принадлежали совсем другому человеку. Задышав так быстро и часто, что в легких перестало хватать кислорода, у Мэллори уже возник смелый порыв перебраться к мужчине на колени, но уже спустя пару секунд, словно догадавшись о планах девушки, Майкл мягко прервал поцелуй. — На самом деле, тебе уже правда пора домой, — сказал он тихо с усталой улыбкой, — а то твои родители решат, что я тебя убил и поехал в лес закопать тело. — Не хочу я домой, — капризно заныла Уотсон, глядя на Лэнгдона умоляющим взглядом, — ну, пожалуйста… Как бы сильно девушка сейчас ни канючила, офицер не мог себе позволить и дальше с ней здесь рассиживаться. Старшие Уотсоны наверняка уже успели ни на шутку испугаться, думая, куда подевался полицейский вместе с их сбежавшей из окна дочерью. Отстранившись, Майкл открыл дверь машины, попутно хватая трость, что валялась на заднем сидении. Обойдя капот, он распахнул дверь перед Мэллори, что все еще упрямо сидела на месте, словно надеясь, что Лэнгдон передумает. — Не заставляй меня тебя опять за шкирку тянуть, — в шутку сказал он, глядя в кислое лицо Уотсон. Расстроенно сопя, девушка вылезла из салона, касаясь босыми ногами асфальта. Со своим спешным побегом, она даже тапочки не додумалась надеть. Дойдя до крыльца, Майкл остановился перед невысокой лестницей, оборачиваясь к Мэллори лицом. — Так и будешь дальше на меня дуться? — улыбнувшись уголком рта, спросил он, заправляя волосы девушки за ухо. Неуверенно переминаясь с ноги на ногу, Уотсон подняла на Лэнгдона смущенный взгляд. — Обсудить нужно еще очень много, так что, я позвоню тебе завтра с работы и договоримся, где и когда встретимся, — добавил Майкл, — если ты, конечно, в этот раз возьмешь трубку… Мэллори тут же нервно хихикнула, прижав ладонь ко рту. — Возьму, — с застенчивой улыбкой сказала она, заливаясь румянцем. — И на том спасибо, — фыркнул мужчина, притягивая к себе Уотсон и коротко целуя ее в макушку, — заходить я сейчас уже не буду, так что, ты уж как-нибудь сама объясни родителям, почему вернулась с улицы в пижаме. — Точно не хочешь остаться? — робко спросила Мэллори, чуть дергая офицера за рукав. — В другой раз, — устало улыбнулся он, — если я в ближайшие полчаса не выпью хренов анальгетик, со мной станет уже слишком неприятно общаться. Грустно и сочувствующе вздохнув, девушка потянулась вперед, обнимая Лэнгдона за талию и прижимаясь к нему всем телом. Несмотря на то, что мужчина сейчас стоял рядом и так заботливо поглаживал ее по спине, в глубине души Мэллори боялась, что все это могло оказаться чьей-то шуткой или розыгрышем. Но офицер — не тот человек, кто стал бы насмехаться над кем-либо столь жестоким образом, а значит, каким бы невероятным ни казалось сейчас происходящее, Мэллори могла ему доверять. — Спокойной ночи, — тихонько произнесла девушка, все еще утыкаясь носом в грудь Майкла. — Спокойной ночи, — шепотом повторил Лэнгдон, глубоко вдохнув запах ее волос и после, аккуратно отстранив от себя Мэллори, — давай, быстро домой! Легонько хлопнув Уотсон по спине, он проводил ее взглядом, пока силуэт девушки, на миг нерешительно задержавшись в дверном проходе, не скрылся из виду.