My long summer 1984

Где-то рядом из темноты раздавался дрожащий тихий голос, шепотом произносящий молитву, и даже не оглядываясь, Беверли узнала в нем недавно попавшую сюда девушку из Портленда по имени Энн. — Лучше заткнись, он этого не любит, — шикнула на набожную католичку Беверли, — хочешь, чтоб нам всем потом из-за тебя прилетело? — А какая разница?! — истерично всхлипнув, переспросила девушка, прерывая свою молитву, — мы все равно отсюда уже не выйдем!.. — Вот именно, — мрачно поддакнула ей Кортни, сидя в углу, обняв разбитые грязные коленки, — здесь каждая уже бежать пыталась — и что? Энн дальше всех удалось забраться, да все без толку! Этот ублюдок так просто никого отсюда не выпустит… — Копы все равно его найдут, — упрямо отозвалась Беверли, покачав головой, — нужно попробовать выбраться еще раз… Энн, ты ведь запомнила дорогу, как смогла дойти к городу? — Ничего я не помню, — плаксиво заныла девушка, сжимая пальцами засаленные волосы, — просто бежала наугад и как-то вышла… Недовольно цыкнув, Беверли откинула голову назад, прижимаясь затылком к деревянной стене. Увы, пленницы могли лишь примерно догадываться, где сейчас находились. Дом, где их держали, стоял глубоко в лесу и судя по последней вылазке Энн, Рокленд был не так уж далеко отсюда, что немало обнадеживало девушек. Ну или, по крайней мере, хотя бы одну из них, поскольку Кортни и Энн уже начинали терять надежду на спасение от психопата. — Давно он сюда уже не заходил, — хрипло пробормотала Кортни, снова нарушая гнетущую тишину подвала. — А ты что, соскучилась? — съязвила Беверли, — может, тварь, забудет уже принять свои лекарства и сдохнет, наконец. — Вряд ли нам так сильно повезет, — хмуро пробубнила девушка себе под нос. И снова в непроглядно-темной комнате воцарилось молчание, пока откуда-то сверху не послышался звук приближающейся грозы. — Дождь… — еле слышно произнесла Энн, шмыгая носом, — слышите? Беверли ощутила, как у нее защипало в глазах. Вместе с отдаленным звуком дождевых капель, в памяти вдруг вспыхнул образ любимой мамы, что перед началом непогоды всегда выбегала во двор, торопливо снимая с веревок белоснежные простыни. Простыни, что пахли свежестью и лавандой, как и ее теплые руки… Беззвучно всхлипнув, девушка ткнулась лбом в колени. Хотелось бы Беверли верить, что она еще когда-нибудь сможет встретиться с родителями, но чем больше дней в плену оставалось позади, тем сложней было заставить себя окончательно не упасть духом. … — Нет, ну только не это, мать твою!.. — выдохнул Майкл, когда звук двигателя резко заглох и машина остановилась посреди дороги, заливаемой дождем с градом. Мчась на выезд к мистеру Джонсу, престарелому любителю игры в покер и криминальных шоу на кабельном, офицер был практически на 99% уверен, что потратит время зря. От старика поступила жалоба, якобы у него на заднем дворе обнаружились подозрительные следы, которые могут принадлежать разыскиваемому маньяку. До случая с миссис Дэнвер, Лэнгдону бы и в голову не пришло подрываться с места ради очередной буйной фантазии скучающего пенсионера, но сейчас же, обстоятельства сложились иначе. Опасаясь в очередной раз упустить что-то по-настоящему важное, мужчина почти не задумываясь кинулся на вызов. Впрочем, его решение укрепил еще и тот момент, что находиться сейчас в участке было практически невозможно. А все из-за чертовой Уотсон, с ее гребаным печеньем и мини-юбкой… Прибыв к мистеру Джонсу, Майклу пришлось порядка получаса доказывать, что у него нет причин вызывать сюда оперативную группу, репортеров и огораживать все красной лентой. Те самые «ценные следы», о которых распинался старик, оказались лишь проделками енота, который искал, чем бы съедобным поживиться в мусорных контейнерах. Еле отделавшись от мистера Джонса, офицер, успев уже изрядно вымокнуть под дождем, с усталым стоном ввалился в свою машину. Хотелось как можно скорее домчать до участка и залиться парой кружек горячего кофе… А там, может, еще и пару печенек стянуть, если никто не заметит. И вот, не успел Лэнгдон проехать и половину пути, как старенький отцовский Форд приказал долго жить, ни в какую не желая заводиться повторно. — Да чтоб тебя! — прорычал мужчина, с раздражением стукнув руками по рулю. Возможно, будь Майкл суеверным, уже решил бы, что на него кто-то наслал порчу, или же, дорогу ему успело перебежать целое стадо черных кошек — уж слишком часто и феерично офицеру не везло последнее время. Все как будто сговорились!.. Сердито пыхтя, Лэнгдон снял с пояса рацию, собираясь вызвать Джека. Пусть отрывает свою задницу от стула и едет сюда, раз уж вышел такой форс-мажор. — Нет, ну вы точно издеваетесь, — сквозь зубы прошипел офицер понимая, что рация, успев слишком сильно вымокнуть под дождем, теперь напрочь отказалась работать. Едва сдержавшись, чтобы не начать биться головой о руль, Майкл выбрался из машины, тут же съеживаясь от холодных капель, хлынувших за шиворот отсыревшей рубашки. Без особой надежды оглядевшись вокруг, Лэнгдон не увидел ни единой проезжающей мимо машины, да и участок дороги, где заглох его автомобиль, был не самым популярным маршрутом. Понимая, что выбора все равно не осталось, мужчина, засунув руки в карманы брюк, ссутулившись направился вдоль по обочине, периодически убирая с лица прилившие мокрые волосы. Не денек, а черт знает что! … До икоты смеясь над шуточками Джека и все пытаясь не пролить на себя чай, уже набранный в рот, Мэллори никак не могла сосредоточиться на работе. С той минуты, как Майкл покинул участок, все вокруг начало казаться уже не столь скучным и унылым. Ребята, не особо стесняясь и заморачиваясь, сгоняли в магазин на первом этаже за пивом, чипсами и солеными орешками, а Уотсон, растерянно наблюдая за их застольем, вскоре и сама к ним примкнула. — И часто вы такое устраиваете? — нервно хихикнув, спросила девушка, грызя арахис. — Да почти каждый раз, как Лэнгдон на выезде, — усмехнулся Чарли, прихлебывая пиво из бутылки, — мы и ему как-то предлагали, но он тут же нудить начал! — «Вы же на рабочем месте, так нельзя!» — передразнил занудный голос офицера, Джек, — как будто всем не плевать! Федералы сюда с проверкой, в лучшем случае, раз в год приезжают, а все остальное время мы сами по себе. Слабо улыбнувшись, Мэллори медленно оглянулась в сторону окна, за которым все еще бушевал ливень. Интересно, Майкл еще нескоро вернется? И не успела девушка об этом подумать, как из коридора послышались шаги. — Сворачиваемся, — быстро пробормотал Чарли, тут же смываясь за свой стол и пряча бутылку в нижнем ящике. Его примеру последовала и Мэллори, стремительно ретируясь к себе и рассеянно хватаясь за стопку документов. Вслед за скрипом отворяемой двери, послышался хриплый кашель, а после, на пороге кабинета показался офицер Лэнгдон — мокрый насквозь и злой как черт. — Ты что, вброд сюда добирался? — удивленно спросил Джек, смерив взглядом форму Майкла, вымокшую до последней нитки. Посмотрев на коллегу убийственным взглядом, мужчина молча направился к кофеварке, оставляя за собой мокрые и грязные следы на полу. Девушка, во все глаза таращась на прошедшего мимо Лэнгдона, вдруг шумно сглотнула. Обиды обидами, но не признать, что офицер в мокрой и прилипшей к телу рубашке выглядел невероятно горячо и сексуально, было просто выше ее сил. И вместе с тем, Уотсон немного кольнуло жалостью. Бедняга, должно быть, совсем измотался и продрог, после таких прогулок под холодным ливнем. Пытаясь вернуть себя на прежнюю волну, чтобы не смягчиться по отношению к Майклу раньше времени, Мэллори попыталась снова вникнуть в сортировку архива, но в тот же миг телефон на ее столе громко зазвонил. — Полиция города Рокленд, чем могу помочь? — тонким голоском проговорила девушка, надеясь, что на той стороне трубки не окажется очередная истеричка. — Мэллори, детка, это мама, — раздался в ответ знакомый голос, от которого Уотсон тут же облегченно выдохнула, — хотела спросить, ты случайно не забрала с собой мои ключи? — Эм… сейчас посмотрю, — растерянно пробормотала девушка, притягивая к себе сумочку и заглядывая внутрь, — кажется, нет, здесь только мои. — Ясно, — разочарованно протянула миссис Уотсон, — наверное, где-то их выронила. Вот же растяпа!.. — Мам, мне здесь работать нужно вообще-то, — еще тише произнесла Мэллори, с каждой секундой чувствуя себя все более неловко перед коллегами. — Да, конечно! — спохватилась мать, но не успела девушка повесить трубку, как та вдогонку спросила, — Мэллори, а у вас с Майклом там ничего плохого не произошло? — С чего ты взяла? — нервно шикнула Уотсон в трубку, ощущая, как начинает краснеть. — Да просто он приезжал сегодня утром, когда ты с папой уже уехала, — объяснила женщина, — такой грустный и несчастный… Я уж подумала, вы с ним поссорились. — Серьезно? — шепотом переспросила Мэллори, невольно поднимая взгляд на Лэнгдона, что сейчас усевшись за стол, хмуро потянулся к своему телефону, — а что он тебе сказал? — Что хотел тебя подвезти, — ответила мать, — а как узнал, что тебя нет, сразу уехал… Но глаза у него были прямо как у собаки мистера Доусона, когда тот в командировку уезжает. Не знаю, что у вас там случилось, но мне даже стало его жалко. Болезненно прикусив губу, девушка тяжело вздохнула. Похоже, Майклу все-таки было не все равно на их ссору, пусть и вел он себя весь день как озлобленная скотина. Ну вот и что ей с этим ходячим несчастьем теперь делать? … С каждым часом горло все сильнее начинало раздирать кашлем, а нос постепенно закладывало. Похоже, променад под дождем не собирался оставлять мужчину без последствий в виде простуды. Пытаясь не забыть сегодня вечером зайти в аптеку за аспирином, Лэнгдон шмыгая носом, безостановочно заливал в себя чай. Впрочем, когда пакетик несчастного липтона уже совсем истощился, Майкл даже не заметил, что хлебал из кружки уже просто горячую воду, настолько ему успело отбить рецепторы. За окном вечерело, и когда часы медленно подобрались к пяти часам, мужчина хрипло окликнул ребят: — На сегодня можете расходиться. Завтра также начинаем с восьми. Удивленно вскинув брови, Джек и Чарли обменялись взглядами. А они то уж были уверены, что офицер их сегодня до самой полуночи промурыжит в участке. Впрочем, жаловаться на раннее окончание рабочего дня, никто из них не стал. — Я еще не закончила с архивом, — тихо произнесла Мэллори, когда парни с воодушевлением вскочили из-за столов. — Завтра доделаешь, — мрачно буркнул Майкл, явно пытаясь сплавить Уотсон из кабинета вместе с остальными. Ему сейчас было слишком паршиво, чтобы находиться с кем-то на одной территории, или уж тем более объясняться, рассыпаясь в извинениях. Все это еще успеет подождать до завтрашнего дня. Но чтобы там сейчас ни творилось в голове Уотсон, она сделала вид, что не услышала слов мужчины, продолжая глазеть в бумажки на столе. — Ладно, до завтра всем, — пожав плечами, сказал Чарли, махнув рукой, выходя из кабинета вслед за Джеком. Ничего не сказав в ответ, офицер лишь уныло кивнул. Оставшись с Мэллори наедине, Лэнгдон сразу ощутил, как его пробрало неприятным напряжением. Майкл не любил недосказанность и нерешенные вопросы, и на этот раз, все они накопились исключительно с его стороны, и разгребать их тоже придется ему… Только вот как заставить себя открыть рот и сказать нужные вещи, мужчина пока никак не мог придумать. Прошло, наверное, еще полчаса, прежде чем Лэнгдон неуверенно пробубнил: — А печенья того уже не осталось? — Еще до обеда все съели, — тихонько отозвалась девушка, отрывая взгляд от документов. Старательно притворяясь, что эта новость его совсем не расстроила, Майкл, откашлявшись, снова погрузился в чтение, однако, через несколько секунд, Мэллори робко спросила: — Можно мне отойти на десять минут? — Валяй, — хмуро ответил мужчина, продолжая неподвижно сидеть, подперев голову кулаком. Офицера развезло уже до такой степени, что не было даже желания спрашивать, куда Уотсон намылилась под вечер. Хотелось лишь надеяться, что выйдя за дверь, она наконец уедет домой и перестанет его изводить одним своим присутствием. Подхватив сумку, девушка быстро выбежала в коридор, мелькнув перед глазами Лэнгдона своими стройными ножками. Со стоном выдохнув, Майкл на миг прижал ладонь ко лбу, закрывая глаза. Непонятно, чего ему сейчас хотелось сильнее: развалиться на своей кровати с огромной сырной пиццей, или же потратить последние силы организма, чтобы оттрахать Уотсон прямо здесь на рабочем столе?.. Вероятно, с последним вариантом мужчина себе сильно льстил. Едва ли его сейчас хватит просто на то, чтобы штаны с себя снять, не то что поиметь кого-то. Когда Мэллори вернулась в участок, Майкл по-прежнему пытался не смотреть в ее сторону, однако, вместо того, чтобы пробежать мимо, девушка неожиданно приблизилась к его столу, осторожно опуская поверх разбросанных папок небольшой бумажный пакет. — Ты ведь, кажется, не обедал сегодня, да?.. — еле слышно промямлила Уотсон, медленно отступая назад. Растерянно захлопав покрасневшими глазами, Лэнгдон посмотрел сначала на пакет, из которого сейчас уже начал доноситься запах какой-то сдобной выпечки, а после на Мэллори, что опустив взгляд, уже собиралась уйти на свое место. — Уотсон… — сипло окликнул он девушку, когда та уже развернулась к нему спиной. Было видно, как ее хрупкие плечи заметно вздрогнули. Майкл хотел обратиться к Мэллори куда мягче, но голос сейчас плохо его слушался. — Присядь, пожалуйста, — устало добавил он, откидываясь на спинку стула и закрывая глаза, зажав пальцами переносицу. Удивленно оглянувшись, Уотсон замешкалась. Было не совсем понятно, куда именно Лэнгдон попросил ее сесть. Свободных стульев рядом с ним не находилось, так что, не придумав ничего лучше, девушка опустилась на краешек его стола. Заметив, что Мэллори уселась, выставив свои коленки прямо ему под нос, Майкл вздохнул еще тяжелее. — Хотел еще утром с тобой поговорить, да как-то не сложилось, — глядя в пол, пробормотал Лэнгдон, скрестив руки на груди. — Знаю… Мне мама уже рассказала, — полушепотом откликнулась девушка, нервно мусоля пальцами край юбки. Дернув бровью, мужчина рассеянно почесал небритую щеку, все еще пытаясь не потерять свою мысль. — В общем… — тихо протянул он, снова немного закашлявшись, — прости за вчерашнее. Да и за сегодняшнее, наверное, тоже… Это было уже слишком и я надеюсь, что в последствии такого не повторится. Во всяком случае, я правда постараюсь. На несколько секунд, в кабинете повисла тишина, пока Мэллори, что как и Майкл, разглядывала пол у себя под ногами, ни произнесла: — Может, поедем уже домой? Ты, кажется, не очень хорошо себя чувствуешь… — Все, что могу сейчас предложить — это проводить тебя до такси, — со слабой улыбкой ответил Лэнгдон, — моя машина сегодня уже вряд ли восстанет из мертвых. — Мне жаль, — неловко замявшись, произнесла девушка, вспоминая, как сама же недавно орала про то, что автомобиль офицера — несчастная развалюха, что передвигается на честном слове. — Она и так уже на ладан дышала, так что, пора бы ей уже на покой, наверное, — покачал головой Майкл, — потом с этим разберусь. Заерзав на столе, Мэллори нерешительно подняла глаза на мужчину, впервые за целый день замечая на его лице хотя бы вялое подобие улыбки. Надеясь немного разрядить обстановку, девушка медленно поднялась со стола и пока офицер не успел ничего высказать против, застенчиво присела ему на колени, тут же обвиваясь руками вокруг шеи и утыкаясь лбом в крепкое плечо. Лэнгдон шумно втянул носом воздух. Несмотря на подступающие простудные симптомы, организм очень даже бодро откликнулся, когда мягкая пятая точка Уотсон оказалась на его бедрах. Прижимаясь к широкой мужской груди, Мэллори с нежностью коснулась губами его шеи над темным воротником. И может ей показалось, но кожа Майкла показалась по температуре куда выше обычного. Впрочем вопрос о самочувствии Лэнгдона быстро вылетел у нее из головы, как только горячая ладонь медленно скользнула вверх по ее ноге, забираясь под подол юбки. — Просил же сюда такое не носить, — хриплым шепотом произнес он, касаясь дыханием мочки уха девушки. — А тебе не нравится? — решив прикинуться дурочкой, пролепетала Уотсон, с волнением ощущая, как пальцы Майкла чуть зацепили резинку трусиков. Ответом Мэллори послужил горячий поцелуй в шею, за которым последовал довольно болезненный укус. Тихонько пискнув, девушка нервно заерзала, за что почти сразу же получила от Лэнгдона смачный и звонкой шлепок по бедру. Должно быть, незапертый полицейский участок был не самым удачным местом для подобных развлечений, однако воспаленный простудой и длительным спермотоксикозом мозг мужчины сейчас отказывался мыслить логически. Медленно поднявшись от шеи Уотсон к ее приоткрытым губам, Майкл даже на секунду не задался вопросом, хорошей ли было идеей начинать их интимную жизнь прямо здесь и сейчас… Скажем так, не в самых романтичных или хотя бы домашних условиях. Впрочем, если вспомнить, что первый раз у них случился, пока за дверью зверствовал маньяк — можно уж сильно теперь и не выпендриваться. Чуть застонав, Мэллори дрожащей ладошкой прошлась по груди офицера, пока его язык уже уверенно хозяйничал у нее во рту. Будучи печально знакомой с моральными принципами Лэнгдона, сейчас девушка не знала, чего от него ожидать, хотя выступающая под его форменными брюками твердая плоть, во многом говорила уже сама за себя. От хаотичных движений мужских рук, одежда Уотсон все больше сбивалась с места: блузка съехала с плеча вместе с бретелькой от лифчика, половина пуговиц расстегнулась, обнажая грудь, а юбка так и вовсе уже задралась куда-то к животу за своей ненадобностью. От поцелуев Майкла, становилось все сложней переводить дыхание, а нарастающая боль внизу живота уже требовала более откровенных действий. Пытаясь как-то поудобней пристроиться, Мэллори опять стала ерзать, но, не успев принять более подходящее положение, ощутила, как ладонь Лэнгдона уже скользнула ей под коленки, а вторая опустилась на талию. Взволнованно ахнув, девушка уцепилась за шею офицера, когда тот неожиданно встал со стула, при этом поднимая ее на руках. Мужчина и сам не знал, откуда в нем вдруг взялись силы не просто подняться на ноги, но еще и потащить на себе Уотсон, что была не такой уж и пушинкой на вес. Видимо, его изголодавшееся во всех смыслах тело уже было готово на любые подвиги, лишь бы наконец получить желаемое. Недолго думая, Майкл, сделав шаг вперед, быстро усадил Уотсон на свой стол, прямо поверх важных отчетов… Впрочем, уже плевать. Повалившись спиной на ворох бумаг и ручек, Мэллори судорожно выдохнула, взглянув на мужчину, что навис над ней сверху. От одной только мысли, что офицер Лэнгдон сейчас всерьез собирался сделать с ней что-то развратное и грязное прямо на своем рабочем месте, между ног у девушки стало мокро. Встретившись с глазами Уотсон, что из-за расширившихся зрачков сейчас выглядели почти черными, Майклу на секунду даже показалось, что он заметил в них испуг и это немного его отрезвило. — Я не буду ничего делать, если ты не хочешь, — сдавленным шепотом произнес он, пытаясь сразу прояснить всю ситуацию. Постеснявшись ответить мужчине словами, Мэллори быстро потянулась вперед, прижимаясь к его губам нервным поцелуем. Лишь бы Лэнгдон сейчас не вздумал опять прерваться на полдороги… Заметавшись руками по спине Майкла, выдергивая заправленную рубашку из брюк, девушка с волнительной дрожью подтянула вверх свои согнутые ноги, забрасывая их на его талию. Пожалуй, со стороны Уотсон ответ на его вопрос оказался более чем очевиден. Шумно вздохнув, Лэнгдон отстранился чуть назад и уже не спрашивая никаких разрешений, начал стаскивать с Мэллори трусики. Кажется, сегодня придется позаимствовать у Джека один из презервативов, пачка с которыми всегда хранилась у него в ящике стола просто «на всякий случай». И наконец-то такой «случай» действительно настал. Отбросив белье Уотсон на пол, Майкл уже собирался по-быстрому сгонять к соседнему столу, как вдруг случилось то, что оказалось совсем не вовремя — некогда больное колено прошибло резкой болью. Ухватившись рукой за стол, мужчина попытался не выдать своего состояния хотя бы перед Мэллори, однако боль оказалось такой сильной, что заставила его медленно сползти на пол. Заметив, как Лэнгдон начал медленно перемещаться вниз, девушку тут же бросило в жар от предположений, что последует дальше. Признаться, один раз у Уотсон уже случался подобный опыт, только вот запомнился он ей не в самых лучших красках… Или подобный вид интимных ласк был в принципе не очень приятен, или же, Мэллори просто попался далеко не самый лучший партнер. По крайней мере, девушке весь этот процесс запомнился как нечто странное, неловкое и местами даже болезненное, а потому, сейчас она не знала, чего ей ожидать. Встав коленями на не самый чистый линолеум, Майкл все пытался прийти в себя, при этом не сразу сообразив, как его поведение сейчас выглядело со стороны. Впрочем, уже спустя несколько секунд его напряженного пыхтения на полу, Уотсон явно успела догадаться, что что-то здесь было не так. Приподнявшись на руках, принимая сидячее положение, девушка обеспокоено посмотрела на Лэнгдона сверху вниз. — Что случилось? — тихо пролепетала она, растерянно хлопая глазами. Майкл нервно сглотнул, невольно переведя взгляд на то, что сейчас оказалось на уровне его лица. Пожалуй, чтобы не признаваться Мэллори в том, что он здесь корячится как беспомощный больной инвалид, лучше всего всего было включить импровизацию. Больше не мешкая и почти не обращая внимания на боль в колене, Лэнгдон решительно раздвинул ноги Уотсон, которые она уже успела свести. Испуганно ойкнув, девушка густо покраснела, тут же отводя взгляд в сторону. Было слишком стыдно сейчас посмотреть вниз, чтобы увидеть, как офицер полиции, стоя на коленях, сейчас приблизился лицом к ее промежности, попутно оставляя влажный поцелуй на внутренней стороне бедра. Прикусив губу, Мэллори напряженно застыла, но как только теплый язык мягким движением прошелся по нежным складкам кожи, из груди вырвался тихий стон. Кажется, она в очередной раз боялась почему зря. Пусть в своем полупростуженном и больном состоянии Лэнгдон подобных действий не планировал, но сейчас, чувствуя возбуждающий запах и вкус женской плоти, ему и в голову не приходило останавливаться. Крепко удерживая бедра Уотсон, не позволяя той двинуться с места или свести ноги, Майкл увлеченно исследовал языком плавные изгибы ее тела, задерживаясь на особо чувствительных точках. В особенности ему нравилось, как Мэллори начала подергиваться и вздрагивать каждый раз, когда он проходился по клитору, чередуя медленные поглаживания с быстрыми и напористыми, от которых она стремительно мокла. Если бы не высокая температура и насморк, Лэнгдон бы хоть часами этим непрерывно занимался… Жалобно хныкая под ласками мужчины, Уотсон откинула голову назад. Входя в заданный ей ритм, девушка уже сама принялась легонько толкаться бедрами навстречу наглому языку, что ни на секунду не давал ей передышки. Чуть осмелев, Мэллори все ж опустила глаза вниз, с возбужденным трепетом подглядывая за происходящим, а после неуверенно коснулась ладонью затылка мужчины, чувственно вплетаясь пальцами в его мягкие волосы. Когда длинные ногти Уотсон царапнули кожу на голове, Майкл до боли стиснул рукой ее бедро. Судя по ощущениям в колене, Лэнгдон уже мог рискнуть подняться на ноги, а там уж и взять то, чего сейчас настойчиво и истерически требовало его тело. Зацепившись за стол, мужчина осторожно встал с пола, пытаясь как можно меньше опираться на больную ногу, но не успел он сориентироваться, что делать дальше, как руки Мэллори уже обвились вокруг его шеи. Сбивчиво и нетерпеливо целуя его в губы, девушка дрожащими пальцами пробежалась по мужской рубашке, пытаясь расстегнуть мелкие пуговицы, которые никак не хотели поддаваться. — Подожди секунду, — еле слышно выговорил Майкл, не без труда отлепив Уотсон от себя. Нехотя выпустив Лэнгдона из объятий, Мэллори почти что умоляющим взглядом посмотрела на него исподлобья. — Я сейчас, — шепотом пробормотал мужчина, быстро чмокнув ее в губы и хромающей походкой направляясь к чужому столу. Вздрагивая в волнительном ожидании, девушка еле дотерпела, пока Майкл не вернулся к ней снова, при этом бросая на стол что-то в глянцевой красной упаковке. Дальше оттягивать было уже просто некуда. Пока Уотсон с короткими стонами впускала его язык в свой рот, Лэнгдон уверенным движением рванул ремень на своих брюках. Немного спустив белье вниз, Майкл сжал член рукой, направляя его к истекающей влагой промежности. Ощутив, как твердая плоть несколько раз скользнула по клитору, Мэллори заныла еще громче, но на этот раз мужчина уже не собирался долго ее изводить. Схватившись за оставленный среди документов контрацептив, Лэнгдон стремительно разорвал зубами шуршащую упаковку, и пока он заканчивал необходимые приготовления, девушка впилась ногтями в его плечи, уже совершенно готовая ко всему, что последует дальше. Но вот только не к тому, что последовало на самом деле… Позади послышался короткий стук, а после, дверь в кабинет без спросу распахнулась. — Есть кто-нибудь? — воскликнул мужчина в форме охранника, вламываясь за порог, — вам там звон… ой!.. Коротко взвизгнув, девушка съежилась на столе, пытаясь как-то прикрыться, а Майкл, ошарашенный внезапным появлением охранника, чуть снова не рухнул на пол. — Простите… — тут же прикрывая глаза рукой, добавил мужчина, — но вас там уже минут пятнадцать федеральный маршал вызванивает на вахту. Говорит, что у вас линия занята… Все еще плохо соображая, Лэнгдон покосился на свой телефон, только сейчас замечая криво лежащую на нем трубку. Видимо, случайно сбили ее, пока резвились с Уотсон на столе… — Просил передать, что если через пять минут с ним не свяжетесь, то о допуске в какое-то там хранилище можете и не мечтать, — пятясь к порогу, проговорил охранник, — еще раз извините… Дверь за незваным гостем захлопнулась и Мэллори, все еще задыхаясь с перепугу, перевела взгляд на Майкла, который, кажется, сейчас был готов лично спуститься на вахту и придушить несчастного охранника голыми руками. В любом случае, невольно опустив глаза вниз, девушка поняла, что настроение у мужчины упало равно как и… Всю нахлынувшую волну злобы и отчаяния Лэнгдона, сейчас сложно было описать словами. Настолько фееричных обломов он в своей жизни, пожалуй, припомнить еще не мог. А виноват во всем опять оказался сволота Смит, что очень вовремя решил вспомнить о требовании офицера по допуску в «Сектор А». Наверное, окажись федеральный маршал сейчас в этой комнате, Майкл сломал бы ему уже не нос, а шею. — Майкл? — робко позвала его Мэллори, чуть поглаживая по плечу. Лэнгдона так сильно перекосило от гнева, что это выражение лица ощутимо напугало девушку. — Извини, — почти беззвучно отозвался Майкл, отводя взгляд в сторону. По правде говоря, будь сейчас мужчина совершенно здоров, его негодование оказалось бы в разы сильнее. Стоило только отвлечься, как простудная лихорадка снова дала о себе знать, возвращаясь на этот раз вместе с головокружением и кашлем. Молча наблюдая за Лэнгдоном, девушка разочарованно поникла, увидев, как тот, отстранившись, начал поправлять и застегивать свою одежду обратно. Тихо шмыгнув носом, Мэллори уже собиралась слезть со стола, но в этот момент мужчина мягко коснулся ладонью ее щеки. — Может, зайдешь ко мне как-нибудь после работы? — тихо спросил он, прижимаясь воспаленно горячим лбом к ее лбу, — обещаю, что в этот раз я точно не забуду закрыть гребаную дверь. Девушка слабо улыбнулась в ответ, смущенно опуская глаза. Пусть ей и было жутко обидно за произошедшее, но в этот раз уже сложно было винить в этом Майкла. — А сегодня? — шепотом спросила Уотсон, — А сегодня мне лучше пролежать в обнимку с аспирином, — устало выдохнул Лэнгдон, — да и с маршалом разговор явно выйдет не на пять минут. Тяжело вздохнув, Мэллори с нежностью прижалась к мужчине, прикрыв глаза. Ничего не поделаешь, придется сегодня возвращаться к себе домой в одиночестве. Но теперь хотя бы появилась надежда, что скоро ей будет позволено не только заходить в гости, но еще и спокойно оставаться у Майкла на ночь. — Тогда до завтра? — пролепетала она. — Да, утром увидимся, — ответил он, ткнувшись носом в макушку девушки.