My long summer 1984

Тихо напевая себе под нос, Мэллори бодро хватала с полок продукты, поочередно опуская их на дно тележки. Молоко, яйца, хлеб, куриные ножки, сельдерей, морковь… В сегодняшних планах у девушки стояло не только заполнить пустой холодильник простуженного офицера, но и приготовить что-нибудь своими руками. Как дочь весьма обеспеченных родителей, Уотсон сейчас даже не задумывалась о том, насколько дорого ей обойдется подобная благотворительность. Но с другой стороны — она ведь теперь еще и при работе, а значит, могла себе позволить накормить своего парня по-человечески. Поднявшись на цыпочки, чтобы достать с верхней полки банку томатной пасты, девушка едва не опрокинула ее на себя, когда совсем рядом раздался знакомый голос: — Ты смотри, кто это здесь у нас! — воскликнула Стейси, выворачивая с тележкой из-за угла, а вслед за ней из-за полок с консервами появился еще и Мэтт. — П-привет, — нервно улыбнувшись, проговорила Мэллори, успев не слабо испугаться внезапному появлению подруги. Давненько они со Стейси уже не виделись… Да и не созванивались, если уж на то пошло. — Ну и куда твоя задница пропала с радаров? — усмехнулась девушка, обнимая Уотсон, — со своими копами совсем про нас забыла, да? — Да просто как-то закрутилась, — неловко краснея, пыталась оправдаться Мэллори, потупив взгляд, — извини… — А ты чей-нибудь труп уже видела? — вдруг невпопад спросил Мэтт, шумно жуя мятную жвачку. — Дебил, что ли? — округлила глаза Стейси, — она бумажки в офисе разбирает, а не в морге торчит. Так ведь? — Ну да, — кивнула девушка, чуть улыбнувшись, — работа не особо интересная, но какая есть. — Ну, а что там Лэнгдон? — уже с куда большим интересом спросила подруга, хитро подняв бровь, — все так и держитесь за ручки как пятиклассники? — Давай лучше вечером созвонимся и я все расскажу, — снова вспыхнув красным, пробормотала Мэллори, которой уж слишком неудобно было обсуждать подобные вещи в магазине при посторонних. — Ла-а-адно, — с пониманием протянула Стейси, смерив подругу взглядом, — кстати, тебя домой не надо подвезти? А то мы можем. — Я сегодня на своей машине, спасибо, — покачала головой Уотсон, — да и мне сейчас не домой… — А куда это? — удивленно переспросила девушка, скрестив руки на груди. Мэллори тут же прикусила язык. Вот зачем она это сейчас ляпнула? — В общем, я тебе сегодня позвоню, — торопливо ответила Уотсон, делая вид, что смотрит на наручные часы, — прости, мне уже надо идти! Не дожидаясь, пока подруга еще что-нибудь спросит, девушка, быстро покатила тележку в сторону кассы. Если объяснять сейчас Стейси, какого черта она покупает продукты в дом Лэнгдона, этот разговор рисковал затянуться еще на час, а Мэллори лучше как можно скорее вернуться к больному. Сгрузив покупки в бумажные пакеты, девушка, пыхтя от тяжести, просеменила на парковку. Теперь оставалось только забежать в аптеку и можно со спокойной совестью возвращаться к Майклу домой. Разместив пакеты на заднем сидении автомобиля, Уотсон, откинув с лица растрепавшиеся волосы, поспешила к небольшому зданию с красным крестом на витрине, которое стояло чуть поодаль от супермаркета. — Добрый день, мистер Паркер! — поздоровалась Мэллори, открывая дверь под бодрый звон колокольчика. Мистер Паркер, уже двадцать лет работающий фармацевтом в главной городской аптеке, был хорошим знакомым ее родителей, и иногда даже бывал у них дома на праздники. — Добрый день, — ответил мужчина с радушной улыбкой, — надеюсь, ни с кем ничего страшного не приключилось? — Все в порядке, — покачала головой Уотсон, подходя к прилавку, — мне бы просто что-нибудь противопростудного… — Минуту, только обсужу посетителя, — кивнул мистер Паркер, оборачиваясь к высокому мужчине в коричневой куртке, который уже стоял у кассы, — можно взглянуть на ваш рецепт? — Разумеется, — мягко отозвался клиент, протягивая аптекарю сложенный вдвое листок, вытащенный из кармана. Мэллори, не особо интересуясь, что там перед ней покупал незнакомец, увлеченно копалась в своей сумочке, доставая со дна мелочь. — Ваш инсулин, прошу, — проговорил мистер Паркер, выкладывая на прилавок запечатанный пакет с лекарством. — Благодарю, — кивнул мужчина уже собираясь уходить, как вдруг рядом с ним раздался громкий звон. — Вот дрянь! — сквозь зубы прошипела девушка, опускаясь на корточки и подбирая с кафельного пола случайно рассыпавшиеся монетки. К удивлению Уотсон, неизвестный покупатель не стал проходить мимо, а подобрав несколько центов, упавших ему под ноги, вежливо протянул их девушке-растяпе. — Спасибо, — неловко пробормотала Мэллори, поднимаясь обратно на ноги. — Да не за что, — улыбнулся мужчина, кивнув в ответ и разворачиваясь к выходу. Кажется, девушка раньше его уже где-то видела, хотя, из-за солнечных очков, закрывающих треть лица — сложно было сказать наверняка. Переговорив с мистером Паркером и набрав лекарств по его рекомендациям, Уотсон, расплатившись, зашагала обратно к парковке. Отправив пакет с медикаментами туда же, где дожидались продукты, Мэллори забралась на водительское сидение, по привычке сразу включая радио. Под бубнеж дурацкой рекламы о газонокосилках девушка уже собиралась выехать на дорогу, как вдруг ее внимание привлекло отражение в зеркале заднего вида. Взгляд выцепил уже виденную ранее коричневую куртку и солнечные очки. Неизвестно по какой причине, но мужчина, встреченный Мэллори в аптеке пару минут назад, сейчас неподвижно стоял на парковке, глядя вслед ее отъезжающей машине. Впрочем… Может он смотрел и на нее, из-за очков все равно непонятно… однако где-то в груди у девушки появилось неприятное чувство, словно за ней следят. Пытаясь стряхнуть с себя наваждение, Уотсон свернула на шоссе. Сейчас некогда было упиваться паранойей, ведь дома ее дожидалось беспомощное сопливое и явно страшно голодное существо в виде Майкла Лэнгдона. … Когда обоняния вдруг коснулся аппетитный запах чего-то съедобного, Майкл сначала подумал, что ему это приснилось. Перевернувшись на другой бок, мужчина смял руками одеяло, утыкаясь в него носом, но даже сквозь запах стирального порошка, оставшегося на постельном белье, в комнату все равно продолжал пробиваться невероятно вкусный аромат, от которого желудок тут же свело голодной судорогой. Еле продрав глаза, Лэнгдон вяло огляделся вокруг. Он не слишком хорошо помнил, каким образом оказался в спальне, но догадывался, что это произошло не без помощи Уотсон. По правде говоря, он в принципе был удивлен, что девушка, совершенно не обязанная возиться с его простудой, вдруг проявила столь сильное рвение и заботу. Раньше с Майклом так суетились разве что его родители, но эти времена остались уже далеко позади. Приподнявшись на локтях, мужчина попытался сползти с кровати. Под жаропонижающим действием аспирина, он успел пропотеть почти насквозь и это было не самым приятным ощущением. Хотелось поскорей наведаться в душ и переодеться в сухое. А заодно выйти из комнаты и выяснить, чем это так вкусно пахло по всему дому… И любопытно, Мэллори все еще была здесь? Если часы на прикроватной тумбочке не врали, уже шел седьмой час вечера. Едва ли девушка стала бы так долго здесь торчать. Завалившись в ванную комнату, Майкл быстро стянул с себя мокрую футболку и брюки, не глядя швыряя их в сторону переполненной корзины для белья. Надо бы ее уже разобрать, наконец… А то сколько бы мужчина не закидывал стирку, корзина, по странному стечению обстоятельств, все время оставалась забитой под завязку. Открыв краны, Лэнгдон быстро нырнул под поток воды, которая из-за перепада температур с его собственным телом, на секунду показалась ему слишком холодной. Наскоро отмывшись и вытеревшись последним чистым полотенцем, мужчина вернулся в спальню, выхватывая с гардеробной полки первое, что подвернулось под руку: очередные потрепанные временем домашние брюки и относительно чистая футболка… по крайней мере, уже без пятен от кетчупа. Потягиваясь до хруста в суставах, Майкл медленно проковылял из спальни в сторону кухни, откуда доносился тот самый дурманящий запах, а еще, слышался какой-то негромкий шум. Приоткрыв дверь, мужчина заглянул внутрь, с удивлением таращась по сторонам. А он сейчас точно на собственную кухню зашел, а не куда-то к соседям? Уж больно здесь оказалось чисто и прибрано. Кроме того, у мойки, рядом с горой уже отмытой до блеска посуды, обнаружилась Мэллори, что только сейчас заметила появление Лэнгдона. — Как ты? — с беспокойством спросила она, тут же подлетая к мужчине и, вытянувшись на носочках, чмокая его в щеку, — ты так долго не просыпался… — Да нормально, — хрипло пробормотал Майкл, растерянно пялясь то на девушку, то на отчищенную явно ее руками кухню, — а ты чего здесь до сих пор? — Побоялась, вдруг тебе станет хуже, — робко ответила Мэллори, переминаясь с ноги на ногу, — ну и есть тут у тебя оказалось совсем нечего, так что я съездила в магазин. Лэнгдон тяжело выдохнул, бросая взгляд на плиту, где виднелась дымящаяся кастрюля. Сказать, что ему стало стыдно и совестно — это ничего не сказать. Он здесь продрых почти весь день, а Уотсон мало того, что потратила на него свои собственные деньги, так еще и провела генеральную уборку, на которую он сам не мог решиться уже годами. — Хочешь есть? — уже с чуть большим одушевлением спросила девушка, чуть дергая его за край мятой футболки, — суп только что приготовился. А еще в холодильнике есть фрикадельки и салат… — Ну, я… — отчего-то смущенно краснея, промямлил Майкл, не зная, что и сказать. — Садись, я сейчас все сделаю, — уже додумав ответ вместо мужчины, проговорила Мэллори, затаскивая его за руку на кухню и подталкивая к столу. Усевшись на стул, Лэнгдон совершенно потерянным взглядом уставился на Уотсон, что начала носиться по его кухне как у себя дома. Кажется, за эти несколько часов сна он что-то успел пропустить… Тем временем, девушка, налив суп в глубокую тарелку, поставила его перед ссутулившимся Майклом, вдогонку положив рядом с основным блюдом несколько хлебных булочек. — Спасибо… — еле слышно пробурчал мужчина, все еще не отделавшись от красноты на щеках. Радостно улыбнувшись, Мэллори, наклонившись, поцеловала его в макушку, после чего, снова вернулась к раковине, продолжая домывать остатки посуды и столовых приборов, о существовании которых Майкл уже давно успел забыть. Поглядывая на мужчину, что сидя за столом с видом растрепанного воробья, хлебал суп из тарелки, Уотсон никак не могла сдержать улыбку. Удивительно, и как ей раньше офицер Лэнгдон мог казаться таким строгим, неприступным и суровым? Очутившись в его доме, куда Майкл явно крайне редко пускал гостей, девушка поняла, насколько он был далек от образа того идеального и серьезного полицейского, каким его видели жители города. Однако в глазах Мэллори, это не делало Майкла хуже, даже напротив, теперь он виделся ей куда более проще и человечней, чем раньше. Со всеми своими недостатками и дурными привычками, вроде того, чтобы сушить носки на телевизоре… — А еще есть? — вдруг тихо спросил мужчина, неуверенно и даже как-то пристыженно глядя на Уотсон. Обернувшись, девушка увидела, что Лэнгдон умудрился приговорить полную тарелку вместе со всем хлебом буквально минуты за три. Ну ничего себе у него аппетит… — Конечно, — тут же подорвалась Мэллори, хватая со стола пустую посуду и направляясь обратно к плите, — тут еще полная кастрюля. Ешь, сколько захочется. А если закончится, я завтра еще сделаю… — Завтра? — растерянно переспросил Майкл, вскинув бровь. — Ну… — тут же замялась девушка, вновь опуская перед ним полную тарелку, — ты ведь еще плохо себя чувствуешь, вот я и подумала… — Не обижайся только, — осторожно проговорил Лэнгдон, все пытаясь откашляться, — но ты мне поможешь гораздо больше, если доделаешь работу с архивом… А здесь я и сам справлюсь как-нибудь. В ответ на его слова, Мэллори скривила столь скептичную мордочку, что мужчина снова покраснел. Состояние дома явно вопило о том, что его хозяин с ним не справлялся от слова «совсем» и только слепой мог этого не заметить. Да и принимать лекарства по расписанию, Майкл тоже был не особо приучен. — А если я все сделаю, но только не буду сидеть в участке… — осторожно протянула Уотсон, водя пальцами по столу, — это ведь не так важно? Лэнгдон уже понимал, к чему она клонит, но пока был не готов дать окончательный ответ. Столь активное присутствие девушки в его доме, откровенно говоря, сильно смущало и даже чем-то пугало. Конечно, Майклу было приятно, что ради него прибрались и приготовили вкусной еды, однако переступить через привычки закоренелого холостяка, было куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. И это при том, то Мэллори еще не заикалась о том, чтобы насовсем к нему переехать. Пытаясь хоть как-то растянуть время, мужчина снова принялся за еду, набивая рот супом и хлебом. — И ты же сам говорил, что мне можно будет заходить тебе в гости, — с ощутимой обидой в голосе добавила Уотсон, поднимая взгляд исподлобья, — но если я тебе мешаю… — Да не мешаешь ты, — тут же вскинулся Майкл, еще не успев прожевать, — просто… Скрестив руки на груди, Мэллори ожидала членораздельный и внятный ответ, на который Лэнгдон сейчас, похоже, был просто физически и морально не способен. По правде говоря, пока что ему не приходило в голову ни единой отговорки, по которой он мог бы запретить девушке работать удаленно из его дома, и при этом не задеть ее чувств. — Ну… — тихо буркнул Майкл, бегая взглядом по столу, — ладно… наверное. Только не надо здесь убирать больше ничего — я сам. И скажи, сколько я там сегодня должен за продукты? Тихо засмеявшись, Уотсон обняла мужчину за плечи, чем вызвала у него еще большую озадаченность. — Я серьезно, — нахмурившись, повторил Лэнгдон, пока девушка оставляла поцелуй у него на виске, — не надо на меня тратиться. И в качестве горничной я тебя сюда тоже не нанимал… — Просто мне захотелось, — полушепотом произнесла Мэллори, продолжая заботливо его тискать и зарываться носом в волосы на макушке, — и мне не тяжело. Майкл, потупив взгляд, нервно сглотнул. Дело было даже не в том, тяжело Уотсон давалось его обслуживать или нет, а в том, что мужчине было страшно неловко от всей этой ситуации. После всего увиденного в доме, Мэллори, наверное, его уже считала если не свиньей, то безруким ребенком, что был не в состоянии даже кружку за собой помыть. Как ни посмотри, а оба варианта Лэнгдону не слишком-то льстили. — Можно я уже доем? — не придумав, что еще сказать, выдавил Майкл, оглядываясь на девушку, виснущую у него на шее. — Ой, прости… конечно, — сразу же опомнилась Уотсон, отстраняясь от него и присаживаясь рядом на стул. Последующие несколько минут прошли в неловкой тишине. Неловкой, по большей части, для Лэнгдона, ибо он не мог не заметить, с какой нежностью и трепетом Мэллори глядела на него все то время, пока он ел. По ее выражению лица можно было подумать, что ничего милее и трогательней в своей жизни она еще никогда не видела, хотя Майкл и недоумевал, какое умиление мог вызывать его больной и потрепанный вид. Поднявшись из-за стола и демонстративно схватив пустую тарелку, чтобы самостоятельно ее помыть, мужчина бросил взгляд в окно. Уже совсем стемнело. Пора бы уже Мэллори возвращаться к себе домой, а ему идти лечиться и спать дальше. Вопрос только в том, как бы повежливей намекнуть об этом девушке… — Мне сегодня уже нужно уезжать, — послышался за спиной грустный голосок Уотсон, — мама просила вернуться пораньше и Стейси еще надо позвонить… Отставив чистую тарелку в сторону, Майкл облегченно выдохнул. Что ж, проблема решилась сама собой, вот и славно. — Давай провожу тебя до машины, — пробормотал он, выходя с кухни. Быстро окинув взглядом гостиную, мужчина заметил, что ее, в отличие от кухни, почти не коснулись изменения. Разве что его любимые носки куда-то пропали с телевизора. Спрашивается, и кому они там мешали? Взявшись за ключи, Лэнгдон открыл дверь, на секунду задумчиво замирая на месте. — Что-то случилось? — спросила Мэллори, закинув сумочку на плечо, уже готовая выходить. — Ничего, — устало покачал головой Майкл, а после, сняв с кольца один из ключей, протянул его девушке, — если вдруг приедешь рано, а я буду спать… В общем… Удивление в глазах Уотсон быстро сменилось радостью, а вот у мужчины напротив все боязливо екнуло внутри, когда ключ оказался в ее ладони. Лэнгдон даже себе не мог объяснить, что так сильно его пугало, но наверное, это было что-то на подсознательном уровне. Все-таки, раньше он еще ни с кем не делился ключами от собственного дома. Выйдя под свежий вечерний воздух, Майкл снова закашлялся. Похоже, остаток лета им теплой погоды уже не видать. Поспешив к машине, Мэллори обернулась к Лэнгдону, прежде чем открыть дверь. — Все лекарства в ящике рядом с чаем… И не забудь, пожалуйста, поставить суп в холодильник, а то он пропадет, — тихонько проговорила девушка, обняв Майкла за талию и прижимаясь щекой к груди. — Ага… — рассеянно отозвался он, пытаясь хотя бы примерно сообразить, в каком из ящиков у него может лежать чай. — Выздоравливай, — с мягкой улыбкой добавила Уотсон, поднимаясь на цыпочки и осторожно целуя в его губы. — Сама-то так не заразишься? — недовольно пробурчал мужчина, когда Мэллори уже отстранилась. Лишь смущенно улыбнувшись в ответ, девушка влетела на водительское кресло и закрыла за собой дверь. Уезжать сейчас от Майкла было ужасно трудно, но все же, ее дома дожидались родители. В последний раз оглянувшись через плечо, увидев, как мужчина вернулся в дом, Уотсон облегченно выдохнула. День у нее выдался не самый простой, но она была целиком и полностью довольна его результатами. С улыбкой выворачивая на дорогу, Мэллори уже хотела включить магнитолу, но в тот же миг, ее опять пробрало неприятным чувством. Остановившись на секунду, девушка огляделась по сторонам. Как сегодня у аптеки, ее опять посетило ощущение, будто за ней кто-то наблюдает. Прождав на месте еще с полминуты, напряженно вглядываясь в темноту живой изгороди и невысоких деревьев, Уотсон, пожав плечами, снова завела двигатель. Видимо, надышавшись пылью в доме Лэнгдона, у нее слишком разыгралось воображение.