My long summer 1984

— Чарли, мать твою… — устало протянул Майкл, медленно приближаясь к тюремной камере. — Неожиданно, да? — невесело улыбнувшись, пробормотал бывший сослуживец, пожимая плечами, — хотя, зная Смита… Ты б видел, с каким лицом эта свинья вчера тут расхаживала. Как будто лично убийство Кеннеди только что раскрыл. — Как тебя вообще так угораздило? — мрачно добавил Лэнгдон, подходя к решеткам вплотную, — я утром уже смотрел протокол: ни одного гребаного алиби… Может, хотя бы мне объяснишь где все это время носило твою задницу? — Только пообещай, что не расскажешь Сьюзанн, — пристыженно скривившись, отозвался Чарли, почесывая затылок, — она и так уже с ума сходит, такую истерику при задержании закатила! А ведь ей нервничать сейчас нельзя, сам понимаешь, ребенок же… — Кажется, я уже догадываюсь, к чему это все идет, — прислоняя ладонь ко лбу, процедил офицер, на секунду зажмурившись, — Чарли, ты придурок… — Мы познакомились, когда Сьюзи еще не забеременела! — пытаясь оправдаться, воскликнул он в ответ, — ты же знаешь, отношения у нас были так себе, думал, что рано или поздно разведусь… Вот и стал встречаться с Мэгги, кто ж знал, что все так получится! — Мэгги Филлипс? — негромко переспросил Майкл, — та девчонка с автозаправки? Да ей же лет семнадцать… — Уж чья бы корова мычала, Лэнгдон! — огрызнулся Чарли в ответ, — да, семнадцать! И что с того?! Мы любим друг друга между прочим! — Она сможет подтвердить твое алиби по делу? — проигнорировав последний пассаж мужчины, спросил Лэнгдон, — я так понимаю, и в начале июня, и в День Независимости ты торчал именно с ней? — Если она это подтвердит, мне крышка, — сокрушенно покачав головой, ответил мужчина, — Сьюзанн узнает, ее родители, да и мои наверняка психанут… — По-твоему, лучше сесть в тюрьму за серийное убийство, чем признаться жене, что тайком трахаешься с малолеткой? — сердито прошипел Майкл, — а то еще и казнить могут, Чарли. Уверен, что оно действительно того стоит? — Поставь себя на мое место, Лэнгдон! — всплеснул руками Чарли, — ты знаешь наш город! Даже если меня выпустят отсюда как невиновного, я потеряю всё! Работу, семью, Мэгги… Вряд ли ее родители согласятся, чтобы она срочно переезжала в другой штат с бывшим полицейским, которого еще недавно подозревали в массовых убийствах. — Да уж, — хмуро откликнулся Лэнгдон, тяжко вздохнув, — но в это дерьмо ты сам вляпался, дружище. И прости, конечно, но оставлять тебя здесь, я не собираюсь. Свяжусь сегодня с Филлипс, пусть даст показания и закончим этот цирк… Едва не рыдая, мужчина простонал в ответ что-то невразумительное. Он прекрасно понимал, что у Майкла не оставалось иного выбора, да и любой на его месте поступил бы также. — Не знаю, получится или нет, но постараюсь утрясти это дело так, чтоб не светить подробностями, — еще тише добавил офицер, потерев лицо рукой, — может все еще обойдется. Лишь бы только Смит не начал ставить палки в колеса. — А он начнет, не сомневайся, — обреченно вздохнув, проговорил Чарли, — тут с какой стороны уже ни посмотри - я в полной заднице. Лэнгдону ничего не оставалось, кроме как согласно кивнуть на слова мужчины, однако вместо этого он проговорил: — Не вешай носа раньше времени. Если повезет, уже через неделю спокойно выйдешь отсюда и вернешься к жене. Мы с Джеком постараемся, чтобы дальше участка показания Филлипс больше никуда не утекли. Да и думаю, не в ее интересах трепаться об этом на каждом углу. — Спасибо, Лэнгдон, — вымученно улыбнувшись, ответил Чарли, — и прости уж, что тебе из-за меня теперь столько дерьма разгребать. Распрощавшись с сослуживцем, Майкл, чувствуя себя так, словно ему на плечи навалилась груда неподъемных камней, направился к выходу из изолятора. А ведь еще вчера ничто не предвещало беды… Похоже, что планы с поездкой на пикник в эти выходные теперь придется отложить на неизвестный срок. Вот уж Мэллори будет в восторге. Очередное обещание, которое офицер Лэнгдон не смог для нее сдержать. Но с другой стороны, она ведь прекрасно знала специфику его работы, и по правде говоря, мужчина надеялся на понимание с ее стороны. Равно как и на понимание тех вещей, что девушке стоило хотя бы на некоторое время перебраться из его дома обратно к родителям. Так будет лучше для каждого из них: Майкл спокойно займется делом Чарли, а Уотсон с головой погрузится в учебу. В конце концов, первая сессия была уже не за горами. Теперь осталось только самое сложное — убедить Мэллори во всем вышесказанном. … — Мэлл, ты там спишь, что ли? — шикнула на девушку сокурсница, — дай сюда точилку, третий раз уже прошу! — А? — рассеянно отозвалась Мэллори, отрывая взгляд от пожелтевших кленов за окном, — прости, я что-то задумалась… Несмотря на то, что шел уже второй час лекции по истории искусств, весьма интересно рассказываемой профессором Гудман, Уотсон все это время витала где-то в облаках. Завтра наступит суббота, а значит они с Майклом наконец-то отправятся на пикник, куда собирались поехать уже целый месяц. Уж сколько Мэллори пришлось ныть и канючить, выпрашивая у офицера совместный романтичный уикенд на природе. Лэнгдон, очевидно не желая лишний раз загонять свою несчастную машину в кушери, постоянно находил оправдания, чтобы остаться дома, или на худой конец сходить с девушкой в кафе или в кино. И все же, Мэллори по своему характеру была достаточно упряма и настойчива, чтобы рано или поздно суметь уломать Майкла на поездку. Уже представляя прохладный вечер среди опавших осенних листьев в свете костра, девушка не могла сдержать радостной улыбки. Так хотелось поскорее оказаться в завтрашнем дне, где она, хихикая, будет греться о недовольно ворчащего офицера, жарить зефирки, и наслаждаться близостью, забравшись ночью в просторную палатку, одолженную у родителей. — Смотрел вчера новости? Маньяка наконец-то поймали! — вдруг послышался шепот сокурсников на заднем ряду, — и знаешь, кто им оказался? Чарли Ньюман! Да, тот коп из нашего участка!.. — Что? — вдруг удивленно воскликнула Мэллори, обернувшись, — в каком смысле Чарли Ньюман?.. — А ты чего, телевизор не смотришь? — фыркнул парень в ответ, — вчера вечером по всем каналам передавали, что повязали мужика. Словно получив чем-то тяжелым по голове, Мэллори, шумно сглотнув, развернулась обратно, уставившись в свою открытую тетрадь невидящим взглядом. Так вот, отчего Майкл этим утром убегал на работу с таким странным и замученным видом… А девушка, слишком занятая мыслями о их завтрашнем пикнике, решила, что тот просто не выспался. И как это она умудрилась пропустить подобную новость? Впрочем, они с Лэнгдоном хоть и уснули вчера перед телевизором, были слишком увлечены другими делами, чтобы его смотреть. Подумать только: Чарли — серийный маньяк? Какая-то нелепая глупость! Успев проработать с ним в участке с пару месяцев, Мэллори была уверена, что этот парень даже мухи не обидит. Быть может, беднягу кто-то подставил? Так или иначе, ситуация вырисовывалась весьма паршивая, и не только для Чарли, но и для всего полицейского участка Рокленда. Не дай бог федеральный маршал, что и так уже давно точил на Лэнгдона зуб, решит сделать того крайним во всех грехах. Нервно кусая губы, Мэллори беспокойно заерзала. Скорей бы уже конец лекции, чтобы выбраться отсюда к ближайшему телефонному автомату и попытаться дозвониться до Майкла. Не факт, что он сейчас захочет и найдет время с ней поговорить, но девушка никак не могла успокоиться и найти себе места после таких жутких новостей. Странно, и почему Лэнгдон сам не рассказал ей обо всем утром? Все-таки она же не чужой для Чарли человек! Не зная, негодовать ли, обижаться или тревожиться, Мэллори еле-еле дождалась звонка на перемену, после чего сразу же подорвалась со скамьи. … — Вот уж не думал, что Чарли настолько тупой, — задумчиво проговорил Джек, как только приглашенная в участок Мэгги Филлипс покинула кабинет спустя полтора часа расспросов, — это ж как надо было в такое чудо вляпаться… Моя кошка и то поумнее этой крали будет. — Показания дала, и на том спасибо, — устало потирая переносицу, отозвался Майкл, убирая в ящик диктофон, — окно не откроешь? Дышать здесь уже не могу… — Да уж, парфюм у дамочки просто убойный, — усмехнулся коп, исполняя просьбу и впуская в помещение свежий прохладный воздух, — хорошо, хотя б Уотсон тут такие фокусы не выделывает, а то б давно уже астматиками стали. Услышав фамилию девушки, Лэнгдон невольно покосился на телефон, глядя на него виноватым взглядом. Мэллори звонила ему еще с пару часов назад, но у офицера так и не нашлось минутки, чтобы с ней объяснится. Все же стоило сказать девушке о задержании Чарли самому, нежели дожидаться, пока та узнает обо всем из сплетен, разлетевшимся по городу. Не желая лишний раз тревожить Мэллори, Майкл решил промолчать до тех пор, пока сам не прояснит все детали с задержанным, однако в итоге все сложилось не самым удачным образом. Хотя разве когда-то было по-другому? Пока Лэнгдон втихую занимался самоедством, по участку снова пролетел телефонный звонок. Быть может, это снова Уотсон? — Я возьму, — предупредил Майкл Джека, что уже успел потянуться к трубке, — да? — Ты верно издеваешься надо мной, Майкл, я права?! — тут же раздался из аппарата въедливый голос Констанс, — я уже неделю не могу до тебя дозвониться!.. Закатив глаза к потолку, офицер с тихим стоном закрыл лицо ладонью. Вот только истерик матери ему сейчас для полного счастья и не хватало. Он совсем забыл о том, что парни предупреждали его о звонках Констанс. Словно пытаясь избавиться от назойливой мухи, Майкл попросту выкинул эту мысль из головы. — Что ты хотела? — мрачно буркнул Лэнгдон, еле дождавшись паузы в гневной тираде матери, летевшей из трубки. — Хочу узнать, почему я последней узнаю о том, что ты теперь живешь с женщиной?! — рявкнула Констанс в ответ, из-за чего Майкл, болезненно скривившись, снова отвел телефон от уха, — я вчера виделась с Аланой, и она сказала, что… — У меня тут вторая линия, извини, — перебивая мать, соврал мужчина, без всяких угрызений совести обрывая вызов. Если это все, что Констанс хотела ему предъявить — сможет подождать до следующей недели. Или следующего месяца… А то и вообще не дождаться никогда. Желания делиться с матерью подробностями своей личной жизни, у Майкла не находилось от слова совсем. Разумеется, та в красках узнает обо всем и от своих подруг, но с этим уж все равно ничего не поделаешь. — Вот же гандон… — послышалось со стороны стола Джека, который только что принял входящий факс и теперь вчитывался в содержимое распечатанного листа, — ну, хотя бы тут мы не ошиблись. — Что там? — нахмурившись, спросил Лэнгдон, вскидывая взгляд. — Ответ из департамента Смита, — проговорил коп, швыряя бумагу поверх разбросанных папок, — если вкратце — нас с тобой послали на три буквы. Маршал не собирается принимать ничьи показания в пользу Ньюмана, просто потому, что «идите на хуй». И если не прекратим в это лезть, гад еще и нашей отставки добьется. — Прекрасно, — прошипел Майкл сквозь зубы, попутно ломая в пальцах карандаш, — эта мразь просто отлично устроилась… — И что будем теперь делать? — неуверенно спросил Джек, пожимая плечами, — стучать его начальству в ФБР? У Смита там свои связи, сам знаешь. Скорей уж нас выпрут под зад коленом, чем примут на него рапорт. — Что-нибудь придумаем, — поднимаясь из-за стола, пробубнил Лэнгдон, медленно шагая к кофеварке в углу, — похоже, паршивые будут впереди выходные… — А я только собирался на рыбалку съездить, — хмыкнул мужчина, усаживаясь на стул и закидывая руки за голову, — жаль, в кой-то веки на субботу не обещали дождя. … Припарковавшись во дворе, Майкл, отстегивая ремень, с унынием поглядел на свет, горящий в окнах его гостиной. Выбравшись из участка только в начале десятого вечера, Лэнгдон надеялся, что когда вернется домой, Мэллори уже будет спать. Видит бог, за сегодняшний день он слишком сильно вымотался, чтобы еще сообщать кому-то дурные новости. А зная, что девушка имела склонность воспринимать все слишком близко к сердцу, Майклу становилось еще тяжелей. Толкнув входную дверь, уже с порога ощутив в воздухе запах чего-то вкусного, мужчину снова заела совесть. Похоже, что Мэллори снова приготовила ему ужин, пускай он об этом и не просил. — Ты так поздно, — послышался мягкий голосок девушки, быстро вбежавшей в прихожую, — я уже боялась, что с тобой что-то случилось… Поднявшись на цыпочки, Уотсон с нежностью коснулась губами его небритой щеки, в то время как Майкл, вылезая из куртки, тихо ответил: — Со мной нет, а вот наш участок в дерьме теперь просто по уши. Прости, что не перезвонил… Робко улыбнувшись, Мэллори прижалась к его груди, крепко обнимая руками за талию. — Завтра ты тоже будешь занят? — осторожно спросила она, хотя уже вполне догадывалась об ответе. — Извини, — глухо повторил Майкл, утыкаясь носом в макушку девушку, — съездим как-нибудь в другой раз. Расстроенно поникнув, Мэллори тихонько шмыгнула носом. По правде говоря, проплакаться из-за сорванных планов она успела еще днем, прекрасно понимая, что задержание Чарли явно не обойдет полицейский участок стороной, подбросив им новой работы и сложностей. И все же девушке было сложновато расстаться со своими надеждами и фантазиями на долгожданный уикенд. — Я там приготовила кое-что, — пытаясь отвлечься от грустных мыслей, пробормотала Уотсон, — может заварить пока чай? Посидим, посмотрим что-нибудь… — Спасибо… Только не очень долго, — погладив девушку по затылку, ответил Лэнгдон, немного отстраняясь назад, — я пока в душ. Напоследок чмокнув Мэллори в лоб, мужчина, чувствуя себя все большей скотиной, скрылся в ванной комнате, принимаясь стаскивать с себя форму. Вот и попробуй тут объявить девушке, что ей следует на время перебраться обратно в родительский дом, дабы он смог спокойно поработать хотя бы неделю. Как сделать это, не обидев Уотсон, Майкл пока даже близко не мог себе представить. Встав под душ и включив воду, мужчина закрыл глаза, прислоняясь рукой к прохладному кафелю. Хаос и неразбериха, начавшиеся в жизни офицера еще этим летом, все никак не желали заканчиваться и сходить на нет. Казалось бы, стоило только Лэнгдону выдохнуть и порадоваться, что за последний месяц все более или менее успокоилось, как на голову опять свалилось черт знает что. И чем чаще Майкл об этом думал, тем сильнее в нем возникало неприятное и пугающее впечатление, что 1984-й год не угомонится, пока не доведет его до седых волос. Продолжая вариться под горячими струями душа, мужчина вслепую потянулся за шампунем, который, насколько он помнил, всегда хранился на левом бортике ванной. — Что за?.. — растерянно пробормотал Лэнгдон спустя пару минут, тщетно пытаясь намылить голову чем-то сладко пахнущим и сильно жирным. С момента, как Мэллори стала все чаще оставаться здесь ночевать, дом Майкла принялся пополняться вещами, которых раньше и близко тут не водилось: какие-то бесконечные банки с кремами, лосьонами для тела, целая куча расчесок и ярких заколок и резинок, которые теперь валялись где ни попадя. Не желая обидеть девушку, Лэнгдон осмотрительно помалкивал, стараясь делать вид, что заполонившее его дом странное барахло ни разу ему не мешало. Однако сейчас, находясь в весьма паршивом настроении, нервы мужчины заметно дали сбой. С раздражением схватившись за другую бутылку, надеясь, что в этот раз в ней окажется хоть что-то похожее на шампунь, Майкл вылил себе на руку содержимое. Похоже, опять промахнулся: какая-то масляная жижа… И для чего она вообще тут нужна? Все больше закипая и продолжая ворошить ряды флаконов, Лэнгдон сам не заметил, как уронил один из них с полки. Как назло, эта дрянь оказалась из увесистого стекла, что грохнулась ему прямо на ногу… Но зато, кажется, мужчина наконец-то обнаружил шампунь: его остатки из разбитой бутылки сейчас как раз утекали в сток ванной. — Да блять!.. Услышав с кухни сердитый вопль офицера, Мэллори удивленно заморгала, едва не пролив чай мимо кружки. И что это у него там могло произойти? Может, опять горячую воду выключили? Разложив на тарелках печенье и горячие сэндвичи, девушка быстро отнесла их в гостиную, оставляя рядом кружки с ароматным чаем. Хотелось надеяться, что хотя бы один час перед сном им с Майклом сейчас удастся провести приятно и спокойно. — Все в порядке? — бесхитростно спросила Мэллори, вскидывая взгляд, как только мужчина, все еще мокрый после душа, появился на пороге в своих домашних брюках и старой футболке. — Восхитительно, — даже не взглянув на девушку, прошипел он, хватаясь за кружку и отхлебывая почти половину, — лучше не бывает… — Майкл? — неуверенно переспросила Уотсон, приподнимаясь с дивана, — что-то не так?.. — Можешь объяснить, зачем тебе столько барахла в моей ванной?! — не ожидая от себя самого, вдруг рявкнул Лэнгдон, со стуком оставляя кружку на стол, — мне теперь что, экскурсию по собственному дому нужно пройти, чтобы понять, где что лежит?! Уставившись на мужчину круглыми от изумления глазами, Мэллори не нашлась, что и сказать. И чего это Майкл так завелся на пустом месте?.. — Меня это уже достало! — хрипло добавил он, взмахнув рукой, — я будто в гребаной косметичке теперь живу! Сделай одолжение, найди для всей этой дряни какое-нибудь другое место! Удивительно, но кажется впервые за все тридцать лет жизни, Лэнгдон ощутил пугающее сходство с собственной матерью. Это что ж сейчас за истерика с ним случилась? Тяжело дыша, проведя по лицу ладонью, мужчина нехотя столкнулся взглядом с Мэллори. Стоило ли теперь удивляться, что он обнаружил перед собой ее заплаканные глаза? — Прости, я… — не зная, что и сказать, протянул Майкл, покачав головой, — я уже не могу… Понимая, что может сейчас по неосторожности наговорить еще больше гадостей, мужчина, устало ссутулившись, направился в спальню. Лучше Лэнгдону немного побыть одному и успокоиться, прежде чем возвращаться к Мэллори и объяснять, какого черта он только что на нее наорал. Уж больно по-свински все это выглядело со стороны... Закрывшись в соседней комнате, Майкл со стоном завалился в кровать, натягивая на голову одеяло. Так и хотелось сейчас забиться куда-нибудь в далекий темный угол, где его никто не найдет и хотя бы на короткое время оставит в покое. Все его накопившиеся проблемы: и арест Чарли, и скотство маршала, и возможная потеря работы, и идиотский истерический припадок, устроенный им перед Мэллори... Пускай все это исчезнет хоть на пять минут. Но несмотря на свои планы, лишь закрыв глаза, Лэнгдон сам не заметил, как отключился, в то время как за окнами успел раздастся шум двигателя и скрип шин отъезжающий от дома машины Мэллори.