My long summer 1984

Услышав сквозь сон звук будильника, Майкл, не без труда разлепив глаза, оторопело уставился на электронный циферблат. В каком это смысле 6:30 утра?.. Он же вчера прилег в кровать всего на пару минут. По крайней мере, это был последний внятный фрагмент вчерашнего дня, который мужчина успел запомнить. Хрипло закашлявшись, Лэнгдон неуверенно оглянулся назад: противоположная сторона кровати оказалась нетронутой. Судя по всему, Мэллори в нее этой ночью даже не ложилась. Может так обиделась на него, что осталась спать на диване? Почесав затылок, еще сильнее устраивая из своих волос растрепанное гнездо, Майкл медленно поднялся с кровати, болезненно щурясь из-за яркого света, пробивающегося сквозь занавески. Ну и вырубило же его вчера! Пробравшись в гостиную пошатывающейся походкой, Майкл растерянно осмотрелся вокруг. На столе у дивана так и остались стоять нетронутые тарелки с печеньем и сэндвичами, включенный телевизор транслировал какое-то дурацкое утреннее шоу, а вот Уотсон, куда ни погляди, как будто и след простыл. Недоуменно проморгавшись, Лэнгдон проверил кухню, которая как и соседняя комната оказалась пуста. Быть может, девушка была в ванной? Заглянув внутрь, мужчина удивился еще сильнее: по сравнению со вчерашним вечером, полки здесь заметно опустели. А точнее говоря, внутри остались валяться только его старое мыло и одноразовая бритва, которой насчитывалось уже не меньше года. Чувствуя все большую тревогу, Майкл, резко выскочив из ванной, направился к входной двери, босиком вылетая во двор. — Вот же… — с раздражением шикнул мужчина, нецензурно выругавшись. Машина Мэллори пропала с места, где была припаркована еще вчера. Очевидно, в том же направлении пропали и все бесчисленные флаконы и банки из душевой, а вместе с ними и сама Уотсон. Она что же, решила устроить переезд прямо этой ночью? Учитывая криминальную обстановку в городе за последнее время — невероятно умно и осмотрительно с ее стороны! Вот же дуры кусок! Сердито пыхтя, Майкл быстрым шагом вернулся в дом, сразу же кидаясь к телефону и решительно срывая с него трубку. Руки так и тряслись, пока мужчина набирал знакомый номер, надеясь, что не услышит того, чего боялся сейчас сильней всего. — Слушаю, — раздался из трубки мелодичный голос миссис Уотсон. — Миссис Уотсон, это офицер Л… То есть, Майкл, — запинаясь, проговорил он, потирая пальцами переносицу, — Мэллори сейчас у вас? — Да, она приехала вчера поздно вечером, — рассеяно отозвалась женщина, — а что у вас вчера случилось? Бедная вернулась вся в слезах, но говорить ничего не захотела. Пыталась вам вчера позвонить, но никто не ответил… Не передать словами, какое же облегчение ощутил Лэнгдон, как только услышал, что Мэллори сейчас находилась дома. Слава всем богам, что убегая отсюда в истерике, девушка не успела найти неприятностей на свою задницу. — Простите, я видимо слишком крепко спал вчера, — откашлявшись, пробубнил Майкл, — боюсь, это из-за меня она уехала… Наверное, мы друг друга немного неправильно поняли. Вы могли бы ее сейчас позвать к телефону? — Посмотрю, не спит ли она еще, подождите минутку, — ответила миссис Уотсон, после чего из трубки послышался стук удаляющихся по ступенькам шагов. Терпеливо прождав на проводе порядка пяти минут, мужчина наконец-то услышал шорох, вслед за которым снова последовал смущенный голос миссис Уотсон: — Мэллори сказала, что не хочет с вами сейчас говорить, Майкл… Она чем-то очень сильно расстроена. — Ясно, — закатив глаза к потолку, пробормотал Лэнгдон, не сильно удивленный услышанным, — простите еще раз за беспокойство. Я позже еще перезвоню. Чувствуя, как к виску начинает подкатывать мигрень, мужчина, продолжая сердито бормотать себе под нос, с размаху уселся на диван, хватая с тарелки зачерствевший сэндвич. По правде говоря, уже пережив однажды идиотский побег Уотсон из лагеря, Майкл надеялся, что подобного больше ни разу не повторится. Что ж, зарекаться оказалось рановато. Повезло девчонке, что она сейчас далеко, а то всыпал бы так, что мало не показалось! Подумаешь, повздорили вчера немного… Что теперь, сразу хвататься за вещи и уезжать, куда глаза глядят? Запив сэндвич остатками остывшего чая, Лэнгдон устало вздохнул. Конечно, не так он хотел провернуть временный отъезд Уотсон в родительский дом, но наверное, все было к лучшему. В конце концов, работы ему сейчас хватит по самое горло, да и Мэллори пора бы от него уже немного отдохнуть. А уж помириться они всегда успеют… Как Майкл разгребется сегодня с делами, обязательно ей позвонит. Еще бы Уотсон, конечно, соизволила взять трубку. … Заливая слезами подушку, закопавшись на кровати среди плюшевых медведей, Мэллори ни в какую не желала выбираться из комнаты. А ведь у нее сегодня по расписанию было три важных лекции в академии… Но как она заявится туда с таким опухшим лицом и красным носом? Уотсон никак не могла прекратить реветь еще со вчерашнего вечера, когда забросив в сумку всю свою несчастную косметику, уехала из дома Лэнгдона восвояси. Последняя фраза, сказанная мужчиной, до сих пор отдавалась эхом в голове Мэллори: «Я так больше не могу». Не может что? Встречаться с ней? Больше на дух не переносит ее общества? Тревожные звоночки были замечены девушкой еще с неделю назад, когда Майкл стал довольно странно себя вести, постоянно пытаясь начать с ней какой-то серьезный разговор. Однако Мэллори и подумать не могла, что все может оказаться настолько плохо! Неужели она так надоела офицеру, что он решил выставить ее за дверь? Ну… Этой ночью она, конечно, ушла по собственной воле, но исключительно из-за того, что не хотела окончательно потерять свою гордость и достоинство! И вот теперь, жутко гордая и неизменно принципиальная, Уотсон безвылазно валялась в своей розовой полосатой пижаме, пытаясь заесть нестерпимое горе остатками шоколадных конфет из коробки, найденной утром в дальнем ящике комода. — Детка, а ты сегодня разве не идешь на занятия? — постучав, спросила через дверь миссис Уотсон, — уже почти девять часов… — Я заболела! — с раздражением рявкнула в ответ Мэллори, попутно шмыгая носом, — никуда я не пойду!.. — Ну… Ладно, — неуверенно протянула мать, после чего негромко добавила, — а если Майкл еще раз позвонит, тебя звать к телефону? — Нет! — еще яростней вскинулась девушка, дрыгнув ножками, — не о чем мне с ним больше говорить! — Ох, милая, вы что, расстались? — с тревогой и сочувствием добавила женщина, — Майкл мне ничего такого не сказал… — Я не хочу говорить об этом, мама! — громко всхлипнув, выкрикнула Мэллори, снова утыкаясь лицом в мокрую наволочку, — оставьте меня все в покое! Понимая, что настаивать дальше было без толку, миссис Уотсон медленно побрела вниз, возвращаясь в гостиную. Неужто офицер Лэнгдон мог так серьезно обидеть девочку, что та никак не могла найти себе покоя? Впрочем, прекрасно зная свою дочь, ее бурную фантазию и привычку раздувать из мухи слона, женщина вполне допускала мысль, что эта ссора на деле окажется сущим пустяком. В любом случае, время покажет. Ну, а пока… Потянувшись к телефонной книжке, миссис Уотсон быстро набрала домашний номер Фоксов. Оставалось только надеяться, что Стейси, верная подруга Мэллори, сейчас была не слишком сильно занята. … Четыре дня спустя. — Знаешь, я вчера кино одно смотрел, — задумчиво протянул Джек, подпирая плечом шкаф в кабинете и медленно цедя кофе из кружки, — там мужика машиной несколько раз переехало… — И что? — сухо отозвался Майкл, поднимая на сослуживца покрасневшие от усталости глаза. — А то, что он выглядел и то лучше, чем ты сейчас, — фыркнув, ответил мужчина, снова прикладываясь к кофе, — ты спал-то когда в последний раз? — Оборжаться просто! — съязвил он в ответ, снова возвращаясь взглядам к бумагам на столе, — тебе-то что?.. — Да ничего, просто если мне придется твой труп отсюда выносить, не хочу вляпаться как Чарли, — продолжая отшучиваться, проговорил Джек, возвращаясь за стол, — из департамента пока ничего не ответили? — Еще нет, — пробубнил Лэнгдон, не глядя таская соленые крекеры из пакета, успев засыпать крошками уже почти все брюки, — сегодня обещали перезвонить. — Они это еще с субботы обещают, — закатив глаза, заметил коп, — а можно еще вопрос? — М? — Тебя что, Уотсон бросила? — бесхитростно полюбопытствовал Джек, постукивая ручкой по столу, — у меня знакомые как-то собаку из дома на улицу выперли, так вот взгляд у нее был примерно такой же… — Иди ты в задницу со своими сравнениями, Джек! — огрызнулся Майкл, — бросила или нет - не твое дело! У Лэнгдона не было совершенно никакого желания обсуждать сейчас с кем-то свои личные проблемы, хотя мысли о них, как назло, занимали куда больше места в его голове, чем он планировал. Прошло уже четыре дня с тех пор, как Мэллори, психанув, собрала вещи и уехала из дома на ночь глядя. За все это время Майклу так и не удалось добиться от девушки ответа на свои звонки. Набирая один и тот же номер по четыре-пять раз в день, мужчина только и слышал в ответ от родителей Мэллори, что та не желает с ним разговаривать. Казалось, чего донимать человека, который продолжает тебя игнорировать? К тому же, что изначально Лэнгдон сам добивался, чтобы его оставили в покое на ближайшую неделю. Однако вопреки своим же планам и расчетам, ссора с Мэллори засела у мужчины словно заноза в мозгу. Надеясь выкроить время на работу, Майкл последние дни только и был занят тем, что вспоминал и думал об Уотсон, злясь на ее непробиваемое упрямство. Ну что у нее, руки отсохнут хоть раз взять трубку и ответить на звонок?! Разумеется, проблему можно было разрешить гораздо быстрее и проще, если бы Лэнгдон наведался к ней домой с личным визитом, но сказать об этом оказалось гораздо проще, чем сделать. Неприятное и грызущее чувство, засевшее внутри словно мелкий паразит, то и дело наталкивало мужчину на мысль, что он был не готов расставить точки во всей этой истории. Разругавшись из-за пустяка, им двоим неминуемо придется поднять более серьезные вопросы. Станут ли они пытаться продолжить свои отношения, или же придут к соглашению, что их совместное проживание оказалось не самым удачным экспериментом? Майкл по-прежнему не умел делить с кем-то территорию, и скорей всего не потому, что не мог… Просто не хотел переучиваться и привыкать к чему-то новому. Нажив за тридцать лет устоявшиеся привычки, мужчина с огромной неохотой соглашался и шел на уступки, которые, пожалуй, были необходимы, чтобы сосуществовать в одном доме с женщиной. Как говорится, горбатого исправит только могила… Но все же, раз Лэнгдон был так твердо уверен, что ничего дельного у них с Уотсон не выйдет, почему уже четвертую ночь мучительно маялся бессонницей? То слоняясь из комнаты в комнату, то залипая перед телевизором, невидящим взглядом таращась в экран, мужчина никак не мог найти себе места в собственном доме. Что-то было не так… Как будто не хватало чего-то важного, к чему он, сам того не осознавая, успел слишком сильно привыкнуть. Возвращаясь с работы, Лэнгдон больше не чувствовал, чтобы с кухни пахло свежеприготовленным ужином, кактусы, годами стоящие на подоконнике в гостиной, снова стали похожи на жертв, переживших апокалипсис, а кровать оказалась такой холодной и неуютной… Еще и эти перебои с осенним отоплением! Заворачиваясь в три одеяла, Майкл все равно продолжал мерзнуть, хотя в глубине души ловил себя на том, что их тяжестью пытался создать иллюзию чужого тела, лежащего рядом. — Жаль, конечно, — вздохнул Джек, почесывая шею, — с твоим образом жизни, знаешь ли, тебе баба нужна уже чисто терапевтически, а то загнешься так скоро на своей охренительной крекерной диете… Кстати, ты там еще не все доел? Можно возьму? Сердито зыркнув на коллегу, Лэнгдон молча швырнул в него шуршащим пакетом со снеками. Подумаешь, нашелся тут великий психолог! … — Нет, ну он просто мудак! — наверное уже в десятый раз воскликнула Стейси, покачав головой, — если б Мэтт заикнулся, что моя косметика ему мешает, я б ему этот шампунь засунула… Тихо шмыгнув носом, Мэллори продолжила молча брести вперед, не обращая внимания на яркие магазинные витрины. Дабы поддержать подругу в тяжкий период жизни, Стейси едва ли не за шкирку потащила ее в торговый центр, решив, что шопинг — лучшее лекарство от всех душевных болезней. — Плюнь ты на этого козла! — продолжала в негодовании сетовать Стейси, — у нас тут и других парней полно, и не таких занудных и старых как этот твой коп! Хочешь, организую тебе свидание с кем-нибудь? Мы с Мэттом на прошлой неделе как раз познакомились с классными ребятами, что приехали сюда на соревнования по баскетболу из Джерси. — Не хочу я никаких свиданий, — мрачно пробурчала в ответ Уотсон, скрестив руки на груди, — и вообще не хочу больше встречаться ни с кем! Они все просто эгоистичные придурки! — Ну, может оно и так, но хотя бы парочку приличных трусов на особо важные случаи, давай тебе, все-таки, прикупим, — ухмыльнувшись, проговорила Стейси, заталкивая подругу в близлежащий магазин. Следуя за девушкой словно упирающийся хомяк на веревочке, Мэллори в очередной раз невнятно выругалась себе под нос. Как только подруга узнала обо всем произошедшем с Уотсон, то с ходу и безоговорочно приняла ее сторону, начав поносить Лэнгдона на чем только свет стоит. В большинстве своем, Мэллори была совершенно согласна со Стейси, хотя в некоторых моментах та все же немного перегибала палку. Уж что-что, а кидаться сломя голову на какие-то новые свидания непонятно с кем, девушка точно не планировала! Да и потом, ей все еще было не до конца понятно, расстались ли они с офицером или нет… Проще всего было узнать об этом, хоть раз согласившись ответить на его телефонный звонок. Но с другой стороны, Мэллори до чертиков боялась услышать подтверждение своим опасениям. А так, находясь в странном подвешенном состоянии, у девушки все еще оставалась надежда на лучшее. Быть может, Майкл, не выдержав ее молчания по телефону, наконец приедет в родительский дом с цветами, извинениями и просьбами вернуться обратно? По крайней мере, где-то в наивных мечтах Уотсон, это все выглядело именно так. И сколько бы Мэллори сейчас ни злилась на Лэнгдона, она все еще грезила о том, что рано или поздно их ссора разрешится и останется позади. Но вот только черта с два Майкл дождется от нее первого шага! Сам наговорил ей обидных вещей — пускай сам теперь и просит прощения! … Еще три дня спустя. — Да чтоб тебя! — с раздражением фыркнул Майкл, замечая, как его полицейский значок, случайно оторвавшись от ремня, со звоном рухнул на асфальт. Быстро подобрав вещицу с земли, пока она не успела попасть прохожим под ноги, мужчина почувствовал, как у него ощутимо закружилась голова. Похоже, пора уже было сдаться и наконец купить в аптеке первое попавшееся снотворное, а то еще немного, и Лэнгдона перестанут держать его собственные ноги. Стараясь не привлекать лишнего внимания, офицер прислонился спиной к кирпичной стене, невольно вздрагивая от озноба. Изо дня в день, состояние Майкла приобретало все более тревожную форму, пускай он и пытался убедить себя в том, что все в порядке. К бессоннице постепенно прибавилось полное отсутствие аппетита, и это при том, что запах любой еды, доносящийся из какой-нибудь забегаловки, заставлял мужчину едва ли не прослезиться. Весьма странная реакция для человека, которому даже кусок хлеба в горло не лез. Но самое страшное и необъяснимое произошло с Лэнгдоном минувшим вечером. Сидя перед телевизором во втором часу ночи, бездумно переключая каналы, он случайно нарвался на музыкальное шоу, транслирующее клипы ныне популярных исполнителей. Если бы хоть кто-нибудь однажды заикнулся Майклу, что он будет способен разрыдаться, услышав одну из невыносимо сопливых баллад Aerosmith, он в жизни бы не поверил в подобное… Не дай бог теперь об этом еще кто-то узнает! Сонно моргая, пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чем-нибудь, Лэнгдон посмотрел на противоположную сторону дороги. Только что успев перехватить подозрительного вида хот-дог в ближайшем бистро, мужчина возвращался в участок, пока оброненный на землю жетон не заставил его задержаться на пол дороги. И вот, глаза мужчины наткнулись на вывеску магазина, мимо которого он проходил уже тысячи раз, хоть и никогда не бывал внутри. «Ювелирная лавка Р. Глисона. Работаем для вас с 1905 года!» Растерянно моргая, Майкл сам не успел понять, как оказался под порогом магазина, едва не врезавшись носом в толстое стекло на двери. Кажется в его голову только что пришла идея… Совершенно кошмарная и превосходящая любую вопиющую глупость идея! Как раньше говорил отец Лэнгдона: «лучший способ справиться со страхом — это добровольно столкнуться с ним лицом к лицу». Что ж, за десять лет холостяцкой жизни, вероятно настал тот момент, когда самое время было прислушаться к советам своего покойного родителя.