Поверь

Секунда потребовалась Элинор для осознания, что именно она только что произнесла. Она приглушенно всхлипнула и бессознательно прикрыла свободной ладонью рот, в то время, как протянутая вперёд правая рука с зажатым альбомом начала мелко подрагивать. Ужас, обернувший тугие кольца вокруг горла, сжал их сильнее. В голове зашумело, и единственным желанием было бежать, но ноги словно приросли к асфальту. Она неотрывно смотрела туда, где под капюшоном серой толстовки скрывались глаза нежеланного собеседника, ожидая, что вот-вот он бросится и свернёт ей шею, как упоминал до этого. Собственная фраза, так некстати оброненная, тут же развеяла на мгновение ставший казаться не таким уж и пугающим образ таинственного существа, и теперь в возвышающейся напротив широкоплечей фигуре она снова видела только угрозу. Пульс стучал в висках, отсчитывая последние мгновения. Она, словно в замедленной съёмке, видела, как незнакомец начинает делать движение вперёд, и зажмурилась, ожидая вспышку боли… Чтобы тут же вздрогнуть, услышав отскочивший от стен переулка хохот. Почему он смеётся? Элинор, втянув голову в плечи от страха, боязливо приоткрыла один глаз. Рептилоид стоял, чуть согнувшись, упёр руки в колени и от души ржал. Вся его массивная горбатая фигура содрогалась от смеха, из-под капюшона свисали и болтались две непонятно откуда взявшиеся ленты. — К-как ты меня назвала? Репти…о-ой не могу… Рептилоид? — он прервался на несколько рваных вдохов, пытаясь успокоиться. — Это те, которые такие: «У-у-у, жалкие людишки, мы тут вас втайне поработили и управляем, а Марк Цукерберг наш агент»? — он сделал страшный голос и поднял руки с растопыренными пальцами, старательно изображая пародийную зловещность. Потом, еще пару раз хохотнув, вытер кулаком выступившие от смеха слёзы и выпрямился. — Рассказать парням — не поверят. Элинор, впав в ступор, наблюдала за этим представлением, всё так же тупо стоя с протянутой рукой. Но зато, как ни странно, приступ паники испарился так же резко, как и пришёл. Теперь она скорее недоумевала, глядя на то, как незнакомец, совершенно не смущаясь, откидывает капюшон толстовки и демонстрирует ей явно нечеловеческое лицо с повязанной на глаза тряпкой, при этом ни на секунду не затыкаясь. — …меня, конечно, по-всякому за жизнь называли, но вот точно не рептилоидом, у которого Ютуб-ка… Погоди-ка! Откуда…— он обвёл Элинор взглядом и протянул руку, аккуратно забирая из её ослабевшей хватки скетчбук. — Получается, что ты меня… «Узнала?» — мысленно закончила за него фразу Элинор. — Смотришь? — в его баритоне теперь явно читались нотки весёлого любопытства. — Серьёзно? Давно? И как тебе? Элли непонимающе моргнула, глядя на то, как собеседник мало того, что никак не отрицает её догадки (что бы попыталась сделать она на его месте), так ещё и оживился, видимо, с нетерпением ожидая её ответа. Даже сложилось странное впечатление, что он едва себя сдерживает, чтобы не начать нетерпеливо подпрыгивать на месте, как это делала сама Элинор в детстве. Очень странный… существо. За неполные четверть часа разговора он успел взять её в заложники, пригрозить свёрнутой шеей, обидеться, продемонстрировать несколько смен настроения, поржать над тем определением, которое она ему дала, а теперь вот — жаждет услышать мнение по поводу собственного контента. И что же она должна ему сказать? Элинор сглотнула ставшую вязкой слюну, мысленно подыскивая подходящий ответ, который удовлетворит этого не-рептилоида, который всё равно выглядит как самый настоящий рептилоид, что бы он там о себе не думал. Однако в мозге вертелась только одна мысль: вся эта ситуация — абсолютно невозможная нелепица. Она кашлянула, прочистив горло, потом неуверенно произнесла: — Шутки тупые. И тут же поморщилась, так как это был точно не тот ответ, который мог бы удовлетворить на сто процентов. Хотела было уже добавить, что обычно она над ними от души хихикает, но пришла к выводу, что будет звучать еще хуже. Словно она подмазывается. Монстр в ответ явно смущенно коснулся рукой затылка: — Справедливо. Но, к сожалению, ниша интеллектуального юмора в моём окружении уже занята. Приходится делать то, что получается, — его широкую улыбку можно было разглядеть даже в сумраке. «Забирай уже чёртов альбом и уходи», — думала Элинор, поспешив состроить ответную гримасу, усилием воли растягивая губы в вежливой улыбке. Она без того ходит по тонкому льду, из-за страха отвечая слишком уж необдуманно. Хотя это странное чудовище и пытается казаться дружелюбным, один взгляд на него подсказывал, что грубить и злить — точно не вариант. По крайней мере, не для Элли, едва дотягивающей до среднего роста и весом с четырёх Одинов. — А как ты меня вычислила? — непринуждённо продолжил беседу незнакомец, словно он обычный человек, с которым они встретились на вечеринке, а теперь мило болтают и потягивают пиво. Чихать он хотел на её желание скорее закончить со всем этим. Но всё же Элли решила ответить: — Видела наброски в альбоме. У тебя собственный стиль, поэтому как-то бросилось в глаза, — неопределённо пожала плечами. — И, раз уж пропажа вернулась, я, пожалуй, пойду? — она махнула куда-то в сторону, мысленно вознеся мольбу, чтобы до этого странного чудовища дошел намёк. Тот, в свою очередь, странно на неё посмотрел, потом еще раз улыбнулся и кивнул: — Да, конечно. Ты прости, что напугал. Его извинение прозвучало на удивление искренне и очень… по-человечески, что ли. Пугающая внешность составляла дикий контраст с голосом и манерой поведения. Но почему-то эти простые слова заставили вечерний воздух резко потеплеть, и её нестабильная шкала ощущений вновь прыгнула с отметки «умеренная паника» на «лёгкое беспокойство». Удивительно, как он это делает? Улыбка на лице сама собой из вымученной маски вежливости перетекла в нечто гораздо более натуральное. Элинор немного потопталась на месте, чувствуя себя очень и очень странно: — Переживу. Ну, я пойду? — Ага, — поддакнул монстр. Элли неуклюже развернулась в сторону выхода на основную дорожку и сделала пару неуверенных шагов. Тело всё еще было немного деревянным, и она явно ощущала на себе взгляд чудовища-художника. Поэтому шла неспешно, медленно преодолевая жалкие пять метров. Когда до выхода оставалась пара шагов, её догнал знакомый голос, теперь донёсшийся словно чуть сверху, в сотый раз за вечер заставляя вздрогнуть: — Я надеюсь, ты никому не расскажешь обо мне, верно? Она на секунду остановилась, и, не оборачиваясь, ответила чистую правду: — Даже если бы и хотела, кто мне поверит? Ответом ей было удовлетворённое хмыканье, а затем шум, словно звякнули чем-то металлическим. Остаток пути до собственного дома она преодолела бегом, чуть не ударившись о входную дверь, когда на полной скорости занесло в подъезд. Полупустой рюкзак неудобно болтался на спине, когда она, ни на секунду не останавливаясь, взлетела вверх по лестнице. Элинор уцепилась в лямки сумки, подтягивая плотнее, чтобы это не отвлекало от необходимости смотреть строго под ноги, в то время как сама расторопно переставляла ноги, взбираясь на шестой этаж. Желание было одно — лишь быстрее оказаться в безопасности собственной квартирки. В боку начало неприятно колоть, когда она пересекала пролёт пятого этажа. Дыхание сбилось, но Элли лишь позволила себе на секунду прикрыть глаза, собирая силы для финального рывка. А потом ощутила толчок, нога предательски запнулась о ступеньку, и Элинор уже было рухнула, но чьи-то руки вовремя подхватили за локоть, помогая удержать равновесие. — Воу, осторожнее! — сипловато раздалось над ухом. — Ты куда так несёшься? Элли вскинула голову, чтобы встретиться взглядом с мужчиной, который стоял на ступеньку выше. Похоже, он спускался в тот момент, когда она неслась наверх. По рыжеватой бородке на круглом, добродушном лице она быстро опознала в нём соседа, живущего через две двери от её квартиры, с которым они до этого пару раз сталкивались в коридоре. Кажется, он представлялся, но имени она не запомнила. Не то Тони, не то Тодд. Неважно, по крайней мере, он спас от болезненного падения, за что сейчас она ощущала неподдельную благодарность. — Я.. Прости, нужно скорее попасть домой. Не заметила тебя, так как под ноги смотрела. Сосед, видя её спешку, посторонился, пропуская мимо рванувшую наверх Элинор. — Спасибо! — поспешно крикнула она, уже перебирая ногами по ступенькам. Он проводил взглядом исчезнувшие из поля зрения светлые кроссовки, покачал головой, сунул руки в карманы джинсов, и, насвистывая незатейливую мелодию, продолжил свой путь вниз.

***

В его спальне царила полутьма. Майки сидел на кровати, рядом стоял раскрытый ноутбук, на котором был запущен чей-то стрим, достаточно унылый для того, чтобы отвлечь внимание, но довольно бодрый для ненавязчивого фонового шума. На коленях лежал раскрытый на чистой странице скетчбук. Майки рассеянно крутил в пальцах карандаш, пытаясь уже битый час поймать витающее где-то рядом вдохновение, но ни во что конкретное это не вылилось. Прошло пять дней с того самого вечера, когда он подкараулил девушку по пути домой и наконец забрал утерянную вещь. Даже умудрился завязать с ней недолгий разговор, хотя было видно, что бедняжка очень напугана. Его рука сделала пару штрихов на бумаге. Сейчас он признавал, что это маленькое приключение помогло на короткое время развеять атмосферу бесконечной скуки, в которой он жил как минимум последние полгода. Те дни, когда он пытался исправить собственную оплошность, внезапно оказались самыми насыщенными и интересными за последние…ну, несколько месяцев так точно. Плюс, какое-никакое, но новое знакомство, хотя Майки готов поспорить на свой скейтборд — девушка меньше всего на свете желала бы встретиться с ним снова. Он помнил её взгляд — напуганный и немного обреченный. Резкий контраст с тем, какой видел на фото, когда рылся в документах. Пальцем растер линию, создавая мягкую полутень. Был еще один занимательный факт — находку девушка не выбросила, не отнесла в полицию или еще куда, не оставила в магазине и даже у себя дома. Она носила скетчбук с собой. Более того — разглядывала, умудрившись подметить детали. Еще сказала, что у него есть стиль. И смотрит его видео, невзирая на тупые шутки. Было крайне забавно при таких вот обстоятельствах наткнуться именно на того, кто следит за его творчеством. Даже приятно немного, что перекрывало собой досаду от реакции на внешность. И да, Майки мониторил интернет все эти дни — просто так, на всякий случай. Никаких странных заявлений касаемо своей личности не встретил. Сдержала слово, значит. Он удовлетворенно хмыкнул, когда на бумаге стало определяться лицо. Зажал карандаш в зубах, чуть прищурил левый глаз, оценивая портрет и сравнивая его с тем образом, который был в воспоминаниях. Делать наброски по памяти — одна из тренировок, которую им всем еще в детстве показал Мастер Сплинтер. Для ниндзя очень важно уметь быстро запоминать информацию, а также точно её воспроизвести при необходимости. Так что до сих пор Майки этим порой развлекался. Правда, сейчас он не имел возможности проверить, насколько точен был его рисунок. Лицо девушки он всё же видел только на фото в документах да в тёмном переулке, так что, вполне возможно, он ошибся. Вот бы взглянуть на неё еще разок, чтобы убедиться. Или фотку достать. Так, стоп! Он вытащил зажатый в зубах карандаш и посмотрел на раскрытый ноутбук, что стоял слева. Затем вложил карандаш между листами альбома, делая закладку. Подтянул ближе раскрытую пачку чипсов. Потянулся и поставил компьютер на колени. В два клика остановил трансляцию, а затем открыл окно браузера, где набрал адрес нужной страницы. Он ведь знает её имя! Как часто вы встречаете человека, у которого нет ни одного аккаунта в социальных сетях? Вон, и у Лео есть, хотя тот его завёл только чтобы переписываться с такими же любителями японского языка, как и он сам. Даже их брату-интроверту необходима капелька общения вне их маленькой группы. Курсор мигал на поле поиска. Майки, потратив пару мгновений для того, чтобы вспомнить, как правильно пишется имя, ввёл «Элинор Ройс» и поставил галочку «Нью-Йорк» в выборе населённого пункта. Поиск выдал дюжину подходящих аккаунтов, но ни на одном из фото Майки, к его огорчению, не узрел знакомое лицо. Ну вот, похоже, Майк только что нашел человека без страницы на Фейсбуке. Он растерянно поправил узел на повязке, привычно пропуская тканевые концы сквозь пальцы. Может, просто неверно написал имя? Рука автоматом нырнула в раскрытую пачку чипсов и закинула картофельный слайс в рот. Микеланджело постарался как можно четче восстановить в памяти изображение карточки водительских прав, которую вертел в руках. Нет, всё написано верно. Чипсина растаяла на языке, оставив после себя химозный вкус паприки. Он учел всё, кроме одного факта. Взгляд упал на курсор, который мигал, привлекая внимание, возле галочки населенного пункта. Документы были выданы в Калифорнии. Майки поменял регион поиска. Нажал кнопку. Страничка моргнула, и сайт выплюнул на экран список профилей. Он внимательно прошелся по каждому, не поленившись открывать их и более пристально изучать, с каждым кликом надеясь, что увидит знакомое лицо. Однако на втором десятке его энтузиазм начал сдуваться. Похоже, у той Элинор, которую он ищет, действительно нет страницы на самой популярной социальной сети в мире. Вот, а у этого пользователя вообще на аватарке только чашка кофе, часть обложки какой-то книги и серый кошачий затылок. Майки сделал кислую мину, и уже было пропустил этот ванильный аккаунт, но в последний момент обратил внимание на странно вывернутое ухо кота. Такие же были у жуткой адской зверюги, что рыскала по квартире его новой знакомой, явно в поисках жертвы. Он поспешно кликнул на ссылку, желая скорее подтвердить правильность собственных выводов, и гадая, что же он там увидит. Однако страничка оказалась… Скучной до безумия. Нет, серьёзно — она была почти пустой, с минимумом информации, словно девушка, которой она принадлежит, не желала выставлять себя напоказ. Правда, имелось несколько фотографий — в основном там был кот, пару фото самой Элинор со спины (он узнал её по характерной длинной косе), и лишь одно, где видно лицо. Это было изображение на фоне не вместившейся в кадр полностью Эйфелевой башни. Девушка, снятая крупным планом, в этот момент хохотала над чем-то, забавно наморщив остренький нос. В больших, ярко-зелёных глазах искрилась радость. Чуть поодаль, в расфокусе, в кадр попал темноволосый парень, который состроил фотографу рожу. Майки невольно заулыбался фото в ответ. Однако его не покидало странное ощущение, что девушка на изображении и та, которую он встретил, словно два разных человека. Хотя, без сомнений, и Майки это видел — это одна персона. То же лицо сердечком, те же огромные глаза, тот же лисий носик. Но вот настроение было абсолютно другим. Возможно, всё потому, что она была напугана? Но если вот тут, на фото с башней, и есть настоящая Элинор — она определённо ему симпатизировала. Рядом с именем соблазнительно горел значок, показывающий, что девушка сейчас в сети. Майки закусил заусенец на пальце. Очень заманчиво. Нет, это плохая идея! Ему что, больше поговорить не с кем? Но рука ведь так и тянется. Она ведь в любом случае его уже видела. Глупый, глупый Микеланджело! Он кликнул на окошко в мини-чате. Пальцы стремительно запорхали над клавиатурой, набирая сообщение. Привет! Как дела? Майки задумчиво постучал пальцем по ноутбуку, глядя на тёмные буковки. Выглядит суховато. Добавил улыбающуюся рожицу. Подумав, накликал еще пять. Вот, теперь гораздо веселее. Уставился в потолок, решая, стоит это делать или нет. И всё же нажал «отправить». С замиранием сердца наблюдал, как статус сообщения сменился, показывая, что его прочитали. Метроном в голове мучительно отсчитывал секунды. Чтобы его заглушить, он снова потянулся к пачке чипсов и закинул в рот сразу несколько. Так будут хрустеть громче. Наконец на экране возник короткий ответ. Мы знакомы? Есть контакт! Майки довольно заулыбался. Что же, такой реакции стоило ожидать. Глупо было думать, что на его странице стоит настоящее фото. Да и имя там вымышленное. Он задумался, как бы получше намекнуть, кто он такой. Да так, чтобы не испугать. Будет обидно, если она просто отправит его в черный список контактов. «Это рептилоид» — напечатал он, однако спустя мгновение стёр сообщение. Звучит зловеще. Мы встречались в тёмном переулке? Ещё страшнее. Майки потер переносицу, стараясь правильно подобрать слова. Нужна фраза, которая бы показывала, что он пишет ей с миром. Может, спасибо, что вернула мне альбом? Уже лучше, но за это он уже поблагодарил при реальной встрече. В голове лампочкой вспыхнула идеальная реплика. Майки расплылся в довольной улыбке, скорее набирая ответ. Спасибо, что никому не рассказала про меня.

***

Микеланджело спустился в гостиную, которая встретила его тишиной и выключенным телевизором. Сегодня вечером они впервые за пару недель собрались за ужином все вместе, но трапеза прошла в молчании. Каждый был поглощен своими мыслями и не испытывал желания делиться ими с остальным членами семьи. Майки пару раз пробовал завязать разговор, чувствуя себя более чем неуютно, однако ничего, кроме односложных реплик, от братьев не получал. В итоге, после того, как заботливо приготовленные Микеланджело спагетти с фрикадельками обрели свой покой в желудках четырех мутантов, Донни шмыгнул обратно в лабораторию. Лео упомянул о недочитанной книге, которую нужно скорее вернуть Эйприл, а Раф угрюмо побрёл по направлению к собственной комнате, видимо, для разнообразия решив провести эту ночь дома. Майки остался один на один с кучей грязной посуды, что было весьма несправедливо, ведь он и без того готовит. Потом попытался развлечься рисованием, которое всегда было его собственной формой медитации и помогало привести мысли в порядок, однако в голову ничего дельного не шло, кроме мыслей о том, что гоняться за девушкой в поисках скетчбука было весело. Правда, то, что он обнаружил её страничку в соцсети, немного развеяло скуку, но начатый им диалог в переписке оборвался на третьей фразе. Девушка не отвечала. К тому моменту часы показывали, что время идёт к полуночи, поэтому Майки решил, что Элинор просто отправилась спать. Но данный вывод никак не повлиял на уровень бурлящей в нем энергии. В Майки горела жажда деятельности, жажда движения. Тело, которому стало не хватать тренировок, отчаянно требовало дозу адреналина. Именно это и привело Микеланджело в гостиную, где он надеялся выцепить кого-то из братьев и уговорить поиграть во что-нибудь. Но вид пустующего дивана перед телевизором заставил робкую надежду испариться. Нет, так уже не будет. Они давно не дети, и Майки стоит привыкнуть развлекать себя самому. Никто уже не будет с ним нянчиться, никто не примкнёт к его марафону старинных фильмов ужасов, никто не согласится составить компанию и пойти научиться делать те же трюки, что были в игре про Тони Хоука.* А потом тащить на себе полубессознательного Майки, который умудрился наткнуться на арматуру и проткнул себе голень насквозь из-за того, что был неаккуратен во время очередного головокружительного прыжка, и теперь за ними следует кровавая дорожка. А Майки хнычет всю дорогу, но не из-за того, что больно, а потому что им светит наказание от Мастера, который запретил кататься в тех заброшенных тоннелях. Он сквозь слезы умоляет Рафа не идти домой, а в ответ тот обзывает его всякими нехорошими словами. Да, им ведь еще и десяти не было, но Рафаэль уже находился на пути к званию магистра сквернословия. После, правда, брат взял основную часть вины на себя, и сказал отцу, что это он был инициатором вылазки. Мастер Сплинтер тогда окинул внимательным взглядом Микеланджело, который сидел с забинтованной ногой и всё еще шмыгал носом, и сидящего перед ним на коленях Рафа, который покорно склонил голову в ожидании вердикта отца. Взор черных глаз-бусинок тогда пронзил Микеланджело, как будто учитель, которого они вчетвером действительно считали почти всесильным, мог, подобно Супермену, видеть буквально насквозь, читать все их мысли и порывы. Майк уже хотел было сознаться, но что-то внутри сжалось, и он промолчал. В итоге Раф в качестве наказания был отлучен от просмотра телевизора, получил все домашние обязанности Майки на время его восстановления, и, что было самым жутким, месяц индивидуальных тренировок с сенсеем. Микеланджело улыбнулся. Тогда их ежедневные занятия казались ему адом, и он всё мечтал о том дне, когда станет взрослым, и сможет сам распоряжаться своим временем. Ему больше не нужно будет вставать в шесть утра каждый день, чтобы по семь-восемь часов кряду отрабатывать ката и получать на спаррингах от троих старших братьев. Сейчас он бы всё отдал, чтобы как в старые времена, отрабатывать движения снова и снова и снова, слушать короткие команды сенсея, который призывает его сосредоточиться, и украдкой показывать Лео язык. По пустующему логову разнёсся глухой звук удара. Чёрт, он даже по затрещинам от трости Мастера скучал. Звук повторился. Микеланджело напрягся, сообразив, что это не игра воображения. Он двинулся к додзё, откуда донеслась уже серия ударов и жалобный скрип цепи, на которой раскачивался тяжелый снаряд. Похоже, в этот час не спится ещё кому-то. Микеланджело с ликованием подумал, что вот он — отличный способ выгнать напряжение из тела. Рафаэль редко уклоняется от спарринга, и не сможет отказать себе в удовольствии повозить младшего братца по татами. Ну, это он так думает. Сегодня у Майки не было желания поддаваться неповоротливому старшему брату. — Хэй, Рафи-бой! — гаркнул он, раздвигая тонкие сёдзи*. И тут же замер. Потому как это был не Рафаэль. Полуобернувшись и вытирая пот со лба тыльной стороной ладони, Донателло внимательно окинул его взглядом тёплых карих глаз. И улыбнулся, застенчиво и немного виновато. — Донни? — замер Микеланджело. Признаться, это был последний, кого он тут ожидал увидеть избивающим боксёрскую грушу, тем более в такой час. — Ты чего не в лаборатории? Тот пожал плечами: — Устал. Захотелось размяться, — он развернулся обратно, встал в стойку и пробил умелый джеб* по набитому песком мешку, заставив тот снова раскачиваться. Майки хлопнул глазами, наблюдая, как Донни наносит хлёсткие удары по снаряду, легко пружиня всем телом, когда слегка меняет стойки, чередуя короткие прямые атаки с боковыми. Да, с его мягким голосом, миролюбивым нравом и привычкой часами сидеть перед мониторами в лаборатории очень легко забыть, что Доннателло не менее умел и опасен в бою, чем остальные братья. — Дон, — позвал Микеланджело, заставив того снова отвлечься. — Рандори?* В ответ брат ладонью остановил раскачивающийся мешок и развернулся к нему: — Я тебя уделаю, — мягко резюмировал он, когда направлялся в центр устланного матами пола. Майки, снимая кроссовки, лишь хохотнул в ответ: — На что спорим? Он занял место напротив Донателло, слегка попрыгал на месте, чтобы разогнать кровь, а затем встал ровно и поклонился. — Так официально? — недоуменно поинтересовался Донни, ответив на поклон, и после плавно перетёк в боевую стойку. — Я хороший мальчик, — протянул в ответ Микеланджело, поставил левую ногу вперёд и чуть присел. Донни в ответ лишь позволил себе закатить глаза, однако это не помешало ему ловко увернуться от прямого удара ногой в корпус, который нанёс Микеладжело. В ответ он попытался совершить удар ребром ладони в шею, однако Майки поспешно отскочил и нетерпеливо затанцевал на месте, вынуждая брата броситься в новую атаку. Донни, в отличие от гиперактивного родственника, сохранял полное спокойствие, и лишь сканировал ухмыляющегося Майки своими умными карими глазами, надеясь найти брешь. Однако был прерван неожиданно рванувшим вперед братом, который в два неуловимых шага сократил расстояние и уже занес колено, чтобы выполнить, судя по всему, кеаге*. Донни приготовился увернуться, однако оба были отвлечены шелестом раздвинувшихся дверей, да так и замерли, прервав движение на середине. Со стороны, наверное, смотрелось уморительно — словно кто-то сделал стоп-кадр. — Чё за нах? — подтвердил догадки Донателло о том, как это выглядит, шагнувший внутрь Рафаэль. — Вы чего это на ночь глядя решили друг друга отпинать? Ногу опусти, мелкий, а то ты на цаплю похож. — И тебе доброй ночи, Раф, — протянул Донни и присел, крестив ноги, на татами. Затем устремил заинтересованный взгляд на вошедшего брата. — А ты тут какими судьбами? Да еще в столь поздний час? Раф почесал затылок и выдал честный, но достаточно очевидный ответ: — Не спится. — Вот и нам также, — вклинился уже опустивший ногу Микеланджело и упёр руки в боки. — Законом, знаешь ли, не запрещено. И вообще, ты нам бой испоганил. Рафаэль насмешливо хмыкнул: — Ага, бой, — он перевел взгляд на Донателло. — Держу пари, опять скакал по всему додзё, как огромная зелёная мартышка, а, Дон? — Ну, мы только приступили. Но судя по тому, как это было, минут через пять он бы действительно начал это делать, — ответил тот. — Э-э-й, — обиженно протянул Микеланджело. — Донни! — Что? — сквозь смех поинтересовался брат, откинувшись на поставленные за спину руки. — Раф прав — ты всегда так поступаешь! — Это моя тактика! И я её придерживаюсь! — оправдался Майк. Донни улыбался. Раф гоготал. Майки попытался обидеться. Сёдзи раздвинулись в третий раз, явив троим братьям удивлённое лицо в синей повязке. — Что здесь происходит? — строго спросил Лидер, мгновенно остудив начавшую складываться тёплую атмосферу. Рафаэль тут же перестал ржать, и теперь стоял, скрестив руки на груди и нахмурившись. Донни сел ровно. Майки переводил взгляд с одного брата на другого, лихорадочно размышляя, что бы такого сказать, чтобы разрядить обстановку. — Нам не спится, Лео, — начал он. — Донни пришел первым, чтобы помучить Рафову грушу. Потом заглянул я и предложил спарринг. Мы только начали, когда нас прервал Раф. Ну и вот, теперь ты тоже тут. Смотри, как здорово! Вся семья в сборе, и не где-нибудь, а в додзё! Ура! — преувеличенно жизнерадостно закончил он. Лео несколько секунд молча хмурился, сверкая кобальтовыми глазами, потом прикрыл их и глубоко вздохнул. Его напряженные мышцы расслабились, сердитая морщинка между бровей разгладилась, да и вся аура, словно по мановению волшебной палочки, перестала быть тяжелой. В комнате как будто стало резко теплее. — Что ж, — он обвёл взглядом всех собравшихся, — полагаю, раз уж мы тут все сегодня собрались, думаю, можно провести внеочередную тренировку! — Я пас, — буркнул Раф, делая шаг к выходу. — Я хотел размяться и расслабиться, а не повторять за тобой унылые ката до посинения. Леонардо встал в дверях, не выпуская брата. — Дай пройти, Лео, — с угрозой в голосе пробасил Рафаэль. — Повторять не буду. Майки с Донни переглянулись, с ужасом понимая, что тут, похоже, намечается потасовка. — Парни! — вмешался подорвавшийся Дон, отвлекая на себя внимание. — Раз уж мы все тут, думаю, у меня имеется более конструктивное предложение по осуществлению совместной деятельности. Майки непонимающе хлопнул глазами. Что у него за идея? Донателло улыбнулся, хитро блеснув тёмными глазами: — Пробежимся по крышам?

***

— Ты нас что, тварь, наебать решил? В живот Итана врезался кулак, вышибая весь воздух из лёгких. Он всхлипнул и повалился кулем на пол, судорожно пытаясь вдохнуть. В глазах потемнело, он постарался подтянуть ноги к животу, еще больше скручиваясь на бетонном полу заброшенного склада. К сожалению, эта боль не пересилила боль от разбитого парой мгновений ранее носа, а лишь прибавилась к ней, усугубляя страдания. Его грубо схватили за волосы, заставив поднять голову. Глаза встретили бешеный взгляд Быка, который и нанес увечья. — Отвечай, сука! — рявкнул ему в лицо бугай, обдав запахом застаревшего пива изо рта и капельками слюны. На его лице, со змеящейся по щеке татуировкой фиолетового дракона, играли желваки. Итан сплюнул на пол кровавую слюну и закашлял. — Я, — сипло начал он и снова зашелся приступом кашля. — Я не понимаю, о чем ты. Его встряхнули, словно игрушку, отчего Итан прикусил себе язык. Лицо заливала кровь из носа, которая стекала на подбородок и капала на пол. — Твоя дурь! Ты думал, что подсунешь нам паленую наркоту, и мы от тебя отстанем? — прорычал ему в лицо Бык. — От твоего дерьма дохнут клиенты! — он с силой приложил его об пол, отчего Итан вскрикнул. Бык тяжело поднялся на ноги. — Не понимаешь, о чем я, говоришь? — теперь перед затуманенным от выступивших слёз взором были только грязные коричневые берцы. — Клиенты откидывают копыта, — уже спокойнее продолжил глава Пурпурных Драконов. — Меньше клиентов — меньше денег. Меньше денег — меньше влияния, — окованный металлом носок берцев врезался Итану в живот, ломая рёбра. — Что тут непонятного! — взревел он, перекрывая вопль скрючившегося на полу мужчины. — Ты так убьешь его, Босс, — пробасили откуда-то сбоку. Бык сплюнул вязкую слюну на пол и обвёл взглядом пятерых Драконов, рассевшихся кругом, а потом уставился на подавшего голос Дрыща. Тот не шелохнулся, лишь слегка наклонил голову, тускло сверкнув лысиной в неверном свете фар от трех стоящих тут же автомобилей, жестом фокусника извлёк из кармана куртки пачку сигарет и протянул Быку. Тот вытащил одну и наклонился к своему верному помощнику, который услужливо поднёс зажигалку. Главарь Пурпурных Драконов с наслаждением затянулся, вбирая живительный дым в лёгкие. С каждой затяжкой он чувствовал, как внутреннее напряжение спадает, и упивался царившей тишиной, нарушаемой лишь кашлем и всхлипами корчащегося на полу слабака. Бык снова подошел к нему, носком ботинка перевернул свою жертву на спину, чтобы тот смог на него смотреть, и присел рядом. — Послушай, Апельсинчик, — начал он, выдохнув клуб дыма тому в лицо. — У нас был уговор. Ты пообещал, что с этим продуктом я смогу выйти на рынок и за пару месяцев отбить сумму, как минимум в два раза превышающую размер твоего долга. Пойми меня, — он приложил руку к груди, — я сейчас начинающий бизнесмен. Лишние траты, ущерб репутации, проблемы с полицией — это не то, что мне нужно. Наша дурь произвела фурор. Лёгкая в употреблении, имеет минимум побочных эффектов, приход от неё просто нереальный, а главное — никаких передозов. Так ведь? — вкрадчиво спросил он, всматриваясь в залитое кровью лицо Итана. — Так какого хрена они дохнут? — уже громче добавил Бык, врезав кулак в сантиметре от головы распластавшегося на полу мужчины. — Наверное, это секретный ингредиент, — прошептал перепуганный Итан. — Что? — переспросил Дракон, наклонившись поближе к своей жертве. — Что ты там бормочешь, мудила? — Вещество… которое я добавил в формулу. Оно, — он сглотнул, губы побелели от страха. — Я могу его доработать. Нужно только оборудование и немного времени… — У меня нет времени, уёбище! — взревел Бык, хватаясь за голову. — Мне нужны мои бабки! Ты, блять, издеваешься надо мной? Вы слышали, парни? — обратился он к окружающим их членам банды. Те вразнобой загоготали, низкий смех отскакивал от бетонных стен клада, усиливаясь и создавая какофонию. — Видишь, — продолжил он, снова переключая всё внимание на Итана. — Им смешно. А мне не смешно. Мне грустно. А ты знаешь, что я делаю, когда мне грустно? По глазам Итана он понял — знает. — Нет, — залепетал тот, пытаясь подняться и отползти подальше. — Нет, пожалуйста. Я всё верну, обещаю! Я отдам вам долг! — Ты не понял, Апельсинчик, — Бык достал из кармана перочинный ножик и разложил его. — Мне не нужен твой долг. Мне нужна сумма, которую ты пообещал, если я сохраню тебе жизнь. Где ты её достанешь? — Нет, пожалуйста. Только не это! — завизжал Итан. — Я не подведу! Я доработаю формулу! Бык снова схватил его за волосы, поднося хищно поблескивающее лезвие прямо к чуть заплывшему правому глазу. Итан закричал. — Смотрите, парни, он напустил лужу, — весело подметил кто-то из банды, и они снова все заржали. — Боюсь, я не могу позволить вам этого сделать, — раздался голос из-под потолка. Смех резко оборвался. Послышалось лязганье доставаемых пистолетов, когда сверху спикировала фигура и беззвучно приземлилась прямо в центр круга, мягко спружинив. Бык оторвался от своей жертвы, медленно поднялся на ноги. Итан попытался отползти подальше, с ужасом наблюдая за разворачивающейся сценой. — Ты еще что за хер? — рявкнул он, поворачиваясь лицом к непрошеному гостю, который теперь, всем своим видом выражая равнодушие, оттряхивал с рукавов несуществующую пыль. — Я тот хер, который поможет спасти ваш бизнес, мистер Бык, — тот повернулся к нависающему над ним главарю и мягко улыбнулся. — Добрый вечер, господа! — слегка поклонился незнакомец, не сводя пристального взгляда холодных черных глаз с Быка. — Прошу прощения за вторжение, однако ваш гость, — он кивнул на скорчившегося на полу Итана, — еще нам нужен. В целости и сохранности. — Нам — это кому? — буркнул Бык, совершенно не понимая, что тут происходит. — И мы готовы выкупить жизнь этого человека, погасив его долг перед вами в трёхкратном размере прямо сейчас, — непринуждённо продолжил человек, словно не заметив вопроса главаря. — При условии дальнейшего сотрудничества, конечно. Бык внимательно оглядел невысокого азиата, только сейчас заметив черные ножны на его дибильном черном костюме. Твою же… — Да блять! Думал, город от вас избавился, но что я вижу — снова вернулись, — зло осклабился он, сплюнув на ботинки незнакомца. Тот, однако, и глазом не моргнул. Бык продолжил: — Сотрудничество, говоришь? А хуй там вам! Я не собираюсь ходить под какой-то истеричной узкоглазой сукой, так и передай своей хозяйке, псина. Азиат улыбнулся, слегка наклонив голову, словно изучал занятное насекомое. — Это ваше окончательное решение, мистер Бык? Его снисходительный тон вывел Дракона из себя. Что этот мелкий говнюк себе позволяет? — Ты труп, япошка, — процедил он и рванул из кармана пистолет, но был остановлен сверкнувшим в свете фар лезвием меча, которое коротышка подставил к его шее. Когда он успел его вытащить? Бык рассмеялся. Вот же идиот! Тут вокруг его люди! Они сейчас изрешетят кретина, что вздумал в одиночку явиться к ним, прикрываясь именем тупой девки, которая пару лет как бежала из Америки, поджав хвост. Однако звуков выстрела не последовало. Его Драконы стояли как вкопанные, наставив дула пистолетов в центр круга, но никто из них не шелохнулся. — Ай-яй-яй, мистер Бык. А ваш человек говорил, что вы недальновидны и наделены дурным характером. Но я решил дать вам шанс. Что же, — он чуть ослабил давление холодного лезвия на его шею и взглянул прямо в глаза главарю банды. И от этого взгляда у того побежал холодок по спине. — Я передам ваши слова своей госпоже. Вместе с этим. Бык зарычал, попытавшись достать оружие, но незнакомец сделал неуловимое движение мечом. Темноволосая голова с татуировкой пурпурного дракона на щеке покатилась по бетонному полу заброшенного склада. Массивное тело несколько раз дёрнулось, прежде чем осесть на землю, и повалилось рядом с потерявшим от страха дар речи Итаном, заливая всё вокруг горячей кровью. Незнакомец отработанным движением вытер лезвие меча о рукав и беззвучно вернул его в ножны на спине. Затем оглянулся на худого темнокожего мужчину с бритой головой, который шагнул вперёд. — Деньги уже переведены на счёт. И подберите это, — он кивнул на отсечённую голову Быка, которая глядела в потолок всё еще открытыми глазами. Он подошел к скорчившемуся на полу Итану, наклонился над ним, улыбнулся и подал руку, предлагая помочь подняться. Тот переводил шокированный взгляд с руки на лицо незнакомца, всё еще не веря в чудесное спасение, однако протянул дрожащую ладонь в ответ. Хватка у него отказалась на удивление крепкой. — Приятно познакомиться, мистер Кросби, — он протянул ему неизвестно откуда вытащенный носовой платок, после того, как помог принять сидячее положение. — Клан Фут надеется на плодотворное сотрудничество.