Браслет

Гермиона расхаживала по комнате. Так как места было не так много, она делала пять шагов и поворачивала, пять шагов, поворот, пять шагов, поворот. Живоглот сидел на полу, наблюдая за ней с таким снисходительным терпением, которое только он мог проявить, виляя хвостом. Глупое животное. Пять шагов, поворот, пять шагов, поворот. Через несколько минут однообразие начало раздражать её, поэтому она села, а через несколько секунд вскочила, чувствуя, что должна что-то сделать. Она сделала два шага к двери, но потом вспомнила, что ничего не поделаешь: он не хотел бы видеть её прямо сейчас. Она продолжила ходить. Её сердце всё ещё колотилось, и прошло два часа с тех пор, как это случилось. Неужели его терзала боль? Как она могла не почувствовать это через кольцо? Разве она не должна была чувствовать всё, что он чувствовал? Но он не играл. Он не настолько великолепный актёр. Были слёзы и следы. Следы были ужасны. Это было почти как... как... если бы его кровь кипела. И он явно пребывал в агонии. Каким-то образом она была ответственна, но она не понимала как. Она ничего не сделала. Да, она вышла из себя, и она хотела возмездия, желая причинить ему боль также, как он причинил ей.... Но он носил кольцо неделями, желая причинить ей боль, и ничего подобного тогда не происходило! То, как он смотрел на неё после... Она вздрогнула. Его глаза были широко раскрыты, в них плескались боль, растерянность и страх. В те несколько мгновений он, казалось, действительно боялся её, отчаянно пытаясь дистанцироваться от неё. Боялся ли он, что она воспользуется ситуацией и будет пытать его, пока это возможно? Но он должен знать, что она никогда этого не сделает. Он должен знать! Она не такая. Девушка быстро сморгнула слёзы. Она не такая.

***

После бессонной ночи Гермиона без особого энтузиазма потащилась на завтрак и занятия. К её облегчению, Драко присутствовал и отметины исчезли. Это ведь хорошо, да? За исключением того, что он был необычайно тих, даже для его угрюмой личности. Это была тишина, которая выходила за рамки тишины. Было страшно. Так хотелось дотронуться до него. Но это заставило бы людей говорить, а он посылал явные вибрации, которые говорили, что он не хочет, чтобы к нему приближались. Она должна была дать ему пространство. В конце концов, дело не в том, чтобы ей стало лучше. Её-то в последнее время никто не пытал. За обедом гриффиндорка ковырялась в еде, пытаясь найти способ узнать, что именно произошло, как и когда снова извиниться перед ним. Это правда, что он был неприятным в прошлом - даже более чем неприятным - но это вовсе не оправдывает того, что случилось. К ней подсела Джинни. Та наконец-то рассказала свой секрет Гарри, и он отреагировал не очень хорошо. Насколько могла судить Гермиона, это было не так плохо, как худшие страхи Джинни, но Гарри был более чем немного зол и обижен на то, что она изначально скрывала это от него, сомневаясь в своих мотивах. Конечно, для них это было плохо, но теперь Джинни решила прикрепиться к Гермионе, называя её союзником и используя её как способ остаться рядом с Гарри. Дело не в том, что Гермиона не могла понять страхи и мотивы Джинни, но она не чувствовала себя лучшей подругой в этом деле. Они всё равно пройдут через это достаточно быстро. Гарри не такой мерзавец, чтобы просто оставить всё так. В крайнем случае, его просто нужно мягко подтолкнуть. Или стукнуть по голове. Если не сработает первый вариант. - Хочешь послушать сплетни? - поинтересовалась Джинни. - Конечно, - пробормотала Гермиона, ковыряясь в своëм пюре. Мягкость казалась странно забавной. - Я слышала, что Астория Гринграсс провела ночь в комнате Драко Малфоя. Гермиона прекратила ковырять пюре и неодобрительно взглянула на Джинни. Она правда не хотела знать этого. - Это лучшее, что ты можешь придумать? То, что Малфой провёл время со своей девушкой? Джинни пожала плечами. - Она находилась там всю ночь. Я удивлена, что вы с Тео позволили ему выйти сухим из воды. Драко не был в состоянии оставаться один прошлой ночью. Хорошо, что кто-то был рядом с ним. Гермиона уставилась на свой помятый горох. Он был слишком раздавлен, чтобы быть аппетитным. По крайней мере, она больше не хотела есть. - Я оставлю это Тео, его комната всего в нескольких шагах. - Тут ещё кое-что. - Что? - Я слышала, ты была у Малфоя прошлой ночью. Гермиона фыркнула, немного устав от того, что все суют нос, куда не следует. - Было дело. - Можно вопрос? Она вздохнула. - Конечно. - Ты вообще была в комнате Нотта? Гермиона моргнула. Это было не совсем то, к чему она была готова. - Э-э... - она отчаянно пыталась вспомнить, как ходила в комнату Тео, но понимая, что это не так, она нахмурилась. - У меня не было причин. - Правильно. Ну, на твоём месте, я бы убедилась, что он знает, что прошлая ночь была только делом, тем более, что ты потом не зашла к нему в комнату поздороваться, хотя она была всего в нескольких шагах. Гермиона нахмурилась сильнее. Ей не нужно было напоминать, что она в последнее время делала всё не так. Если бы только всё перестало быть таким запутанным...

***

- Грейнджер. Гермиона обернулась на тихий голос Малфоя. Он искал её? Здесь, в библиотеке? Cегодня? Зачем? Слизеринец, должно быть, увидел что-то смешное в её выражении лица, потому что он фыркнул коротким и неуклюжим смехом. Чувствуя себя немного смущëнной и неуверенной от того, что он мог смеяться над ней, девушка решила сделать то, что она хотела весь день. - Слушай, Малфой, я очень, очень-очень... - Да, да, - прервал он её неосторожным движением руки. Как он мог вести себя так, будто ему всё равно? - Ты кое-то забыла в моей комнате прошлой ночью. - парень протянул руку, в которой лежала платиновая полоска. - Я не забыла, - сообщила гриффиндорка ему. - Я подозревал, - ответил Драко. - Но мы заключили сделку, верно? Гермиона не верила своим ушам. - Ты же не думаешь, что я смогу. - Но я хочу! - перебил он её. - Нет! - девушка покачала головой, сжимая челюсть. - Найди кого-нибудь другого, чтобы сделать это. Слизеринец улыбнулся безрадостно и склонился к ней. - Ты наденешь его и сделаешь, как мы договорились, или я расскажу Тео, как ты решила вмешаться в его жизнь. Может, я даже расскажу ему, что ты со мной сделала. Гермиона открыла рот, чтобы сказать, что ей всё равно, расскажет ли он Тео! Но, конечно же, ей было не всё равно, и в итоге она сказала: - Что если это случится снова? - голосом, слишком жалким для её собственных ушей. - Не случится, - тихо ответил Драко. - Просто надень его. Поверь мне. Гриффиндорка яростно покачала головой. - Нет. - Хочешь, чтобы я носил это вечно? - спросил парень, размахивая браслетом. - Я не могу снять его, пока ты не наденешь кольцо обратно. - Если я надену его лишь для того, чтобы снять с тебя браслет, ты позволишь мне это сделать? - Нет. - И вот мой ответ. - Мы заключили сделку, - прошептал он. - И ты выполнишь свою грëбанную часть! Гермиона смотрела на Драко, не веря в гнев на его лице. - Ты хочешь боли? - Этого больше не повторится, - отчеканил слизеринец. - Ты слишком раскаиваешься, чтобы позволить этому случиться, даже если попытаешься. Значит, он это заметил, да? И это его раздражало. Иногда она действительно не понимала, как работает его мозг. - Как я сделала это прошлой ночью? - Ты хотела причинить мне боль. - заявление было сделано без особых эмоций. - Потому что ты меня так сильно ненавидишь. - Я не ненавижу тебя. - девушка правда так считала. Ненависть была слишком сильной эмоцией. Он ей не нравился, и иногда у неё возникали другие негативные чувства к нему и, да, иногда они были довольно сильными, но это была не настоящая ненависть. Парень устало вздохнул. - Конечно, ненавидишь, Грэйнджер. Это же не новость. Гриффиндорка скрестила руки, раздражëнная его отношением. - Мне лучше знать! - Ненависть - единственный способ сделать то, что ты сделала, так что другого объяснения нет. - Как насчёт злости? Ты меня очень разозлил! - Ты действительно веришь, что простой гнев способствует пыткам? - Непреднамеренным пыткам. И да. Я верю. - Верь, если хочешь. Факт остаётся фактом, что ты хотела причинить мне боль, и ты это сделала. - Это другое дело. А как же все те случаи, когда ты хотел причинить мне боль? Почему этого не произошло тогда? Он замолчал на секунду, отводя взгляд. - Самоконтроль, я полагаю, - затем сказал он. - Я знал, что произойдёт, если я потеряю его. Ты не знала. Я не подумал, что тебе нужно знать. - Почему я не почувствовала твою боль? - Было бы довольно неэффективно в качестве наказания, если бы ты её чувствовала, не так ли? - Я не понимаю эти украшения! Какова их цель? Можно обращаться с человеком как с рабом и пытать его, но, с другой стороны, можно почувствовать каждую его эмоцию и даже принять его боль и травмы. Бессмыслица какая-то! Драко пожал плечами. - Разве не ты та, кто всегда проповедует о принятии различий? Девушка проигнорировала эту нелепую логику. - Я не могу носить эту штуку! - Ты можешь. - парень неожиданно схватил её за запястье и раскрыл её руку, затем так грубо одел кольцо на палец, что твёрдый металл поцарапал её кожу, и гриффиндорка закричала достаточно громко, что аж несколько человек повернули свои головы в их направлении. Драко проигнорировал это. - И ты будешь. Вот. Видишь, ничего не происходит. Гермиона дрожала и пристально смотрела на свою руку, чтобы он не заметил слёз в её глазах. Слизеринец не сделал ей больно. Ей было ещё больнее, когда она гладила злюку Живоглота или стояла слишком близко, когда Гарри и Рон дрались. И ей было всё равно, что Драко на неё злится. Гермиона просто боялась носить кольцо. Это было не совсем логично, но это было так. Что если она снова разозлится и не сможет это контролировать? Она на самом деле не хотела никого обидеть, даже Малфоя. - Такого больше не повторится, - повторил Драко, его голос стал более мягким. Почему он её успокаивает? Гермиона почувствовала, что её тревога наоборот усиливается. Она молча продолжала смотреть на кольцо. Парень тихо сел напротив неё, очевидно, решив подождать, пока она сама заговорит. - Я не буду этого делать, - настаивала гриффиндорка. - Ещё как будешь, - сказал Драко. - Потому что для тебя, должно быть, очень важно, чтобы я снова попытался наладить отношения с Тео, иначе ты бы никогда не подошла ко мне. И это всего на несколько дней. Если ты потеряешь самообладание, ты можешь просто снять кольцо, пока ты не успокоишься. Я настаиваю, чтобы ты не снимала его из-за чего-то другого. Она резко посмотрела на него. - Что-нибудь ещё? Слизеринец кивнул. - Я не могу сказать, что я буду чувствовать, но я не хочу, чтобы ты пряталась от чего бы то ни было. Это было бы нечестно. Хотя ты всегда можешь сказать мне не увлекаться чем-то. Если ты сделаешь это правильно, мне даже придется повиноваться. Гермиона печально посмотрела на кольцо. - Это ещё один способ мучить меня, не так ли? - сказала она наконец-то слегка хриплым голосом. - Ты заставляешь меня носить эту... эту... вещь... зная, что она пугает меня. - Если бы это было правдой, то что бы я чувствовал? - задал вопрос он. Гермиона задумалась над этим. Триумф, может быть? Ликование? Самодовольство? Она пыталась понять, что он испытывал. Непонятно как, но она вдруг выделила несколько ощущений внутри себя. Слизеринец всё ещё злился, но, похоже, это происходило в основном из-за разочарования и… боли? Она недоверчиво посмотрела на свои руки. Да, ему было больно. Или, может быть, она просто не очень хорошо разбиралась в чувствах. - У тебя получается различать? - спросил он тихим голосом, вероятно, понимая, как сильно она концентрировалась. - Я постараюсь не подавлять тебя ничем, но ты тоже должна сделать усилие, если не хочешь, чтобы тебя контролировали чьи-то настроения. - Тебя когда-нибудь контролировали мои настроения? Он улыбнулся в ответ. - Не знаю, могу ли я сказать, что был под контролем, но под сильным влиянием, да. - Когда? Он бросил на неё взгляд «не говори мне, что ты не знаешь», и она покраснела. - О. - ну, её нельзя винить за то, что она не думала об этом, когда она так старалась забыть об этом. - Что ж, такого больше не повторится. Парень снова улыбнулся, но на этот раз это было немного напряженно. - Это вызов? - Чем ты планируешь заняться? - полюбопытствовала девушка. - Я та, кто носит кольцо, помнишь? - она заломила пальцы, морщась от собственного напоминания. - Это всё-таки вызов что ли, - Драко спокойно сказал. - Не моя вина, если ты не понимаешь силу браслета... - Это не вызов! - настаивала гриффиндорка, но он не соизволил ответить. Вместо этого он посмотрел на неё самым тревожным образом, его глаза устремились к её губам, а затем к её шее и к мягким складкам ее мантии, покрывающей её грудь. Гермиона внезапно почувствовала, что дышать стало намного труднее, и её пульс начал набирать скорость. Чувствуя, как у неё раскаляются щеки, она поняла, что он делает... А потом ещё сильнее почувствовала жар в щеках. - Прекрати! - сказала девушка так резко, как только могла, тяжело дыша при этом. - Это просто... жутко. - Думаю, ты чувствуешь это даже больше, чем я, - сказал он очень тихим голосом. - По крайней мере, у меня сложилось впечатление, что удовольствие и боль усиливаются. Это заставляет меня задуматься… если я пойду на край, ты пойдёшь со мной на край… или выше? Гриффиндорка вздрогнула от последствий, и ей не хотелось признавать, что дрожит она явно не из-за отвращения. Неудивительно, что он с таким трудом носил кольцо. - Ничего из этого, - сказала она хрипло. - Не подходи ни к каким краям, понятно? - Может, я и не смогу помочь, - сказал Драко, выглядя слишком невинно, чтобы ему поверили. - Ты знаешь, как мы, парни... - он посмотрел на привлекательную пуффендуйку, сидящую неподалёку, и позволил своим глазам скользить по её фигуре, вызвав новую волну неиспорченной похоти, которая пронзила Гермиону. - О, Мерлин, - простонала она, что сразу же привело к тому, что ощущения стали ещё сильнее. Она взглянула на Драко, чьи глаза теперь лихорадочно впились в неё. - Я никогда не хотел заходить слишком далеко, - прошептал он. - Но тебе, наверное, не стоит так стона... Мерлин, не смотри на меня так! Гермиона не знала точно, как она на него смотрела, хотя вдруг вспомнила, насколько мягкими могут быть его губы... Еще одна вспышка похоти пронзила её. - Это плохо… - выдавила она. - Только мне об этом не рассказывай, - прошептал он. - Я бы ушёл, но я правда не могу не привлечь внимание... Я просто хотел тебя немного подразнить. О, её дразнили, что крайне расстраивало. Она чувствовала покалывание в местах, в которых определённо не следовало бы покалывать, и побуждения, которые у неё возникли в данный момент, не подходили для открытой библиотеки и не должны быть связаны с кое-каким блондином-подстрекателем. - Думаю, мне лучше… - пробормотала она. - Да. - Пока. Она быстро собрала свои книги и сбежала.

***

Драко опустил голову на стол и застонал. Так что, да, он намеренно заставил их обоих работать, чтобы доказать свою точку зрения. Но он не хотел, чтобы так вышло. Он просто хотел вызвать немного трепета, а не бешеный гормональный фестиваль. Он явно недооценил, как её покрасневшие щёки, раздвинутые губы, вздохи и потемневшие глаза повлияют на него и как это, в свою очередь, повлияет на неё и…. Он снова застонал. То, что он хотел её, было не ново, но сама мысль о том, что он может так на неё повлиять, была довольно сильным афродизиаком, и он ничего не мог с этим поделать, кроме как пытаться сдержать себя и потратить следующие несколько дней, принимая очень холодный душ. Как бы он хотел взять себя в руки, зная, что она присоединится к нему, представляя, как она будет выглядеть и звучать... Парень снова застонал и начал биться головой о стол, надеясь таким образом восстановить здравомыслие, и заработал немало раздражённых взглядов от других студентов.